Смесок

(Сиам)       Когда ты старший сын первого советника правителя дроу, надо быть готовым ко всему. И к внезапным предложениям брака, и к ограниченности выбора, и даже к тому, что произошло сейчас. Надо сказать, что в подобной ситуации я оказался впервые. До этого момента у всех как-то хватало мозгов меня не похищать. И, одно дело, когда я был маленький и слабый, и совсем другое — сейчас. Несмотря на то, что я уже достиг совершеннолетия, похитили меня именно как ребенка. Видимо, чтобы таким образом надавить на моего отца.       Вообще, глупо как-то держать меня в темнице собственного особняка. Они могли бы предположить, что я знаю какие-нибудь тайные ходы или секретные рычаги. И было бы еще лучше, если бы я их действительно знал. Но я знал об их наличии, это уже неплохо. Нужно было выбираться, и как можно скорее. Ведь, где-то по поместью болтается смесок. Если еще болтается. Об иных исходах думать категорически не хотелось. И со мной так все глупо вышло…       Я как раз возвращался домой, преисполненный ожиданий от грядущей встречи с Лионом. Перехватили меня по дороге. Что тоже как-то странно. Могли бы дождаться, пока я в поместье вернусь, раз уж сами здесь остановились. Напали, естественно, со спины. На их беду, слух у меня всегда был хороший, так что одного из них, я, кажется, все-таки убил. Еще одного хорошенько отделал. И только потом они додумались меня усыпить. И судя по тому, как у меня все еще чешется шея в том месте, куда воткнулся дротик, наверняка это было что-то самопальное. Из всего этого я сделал вывод, что, скорее всего, это был кто-то из народной оппозиции. Денег и мозгов не много, а вот энтузиазма — хоть отбавляй. Их бы силы, да в нужное русло…       Я расположился с максимальным комфортом на деревянной лавке, прикрученной к полу — единственному предмету мебели, находящемуся в камере. Откуда-то нестерпимо дуло, так что шансы подхватить простуду увеличивались. Вы, может быть, скажете, что это глупо — думать о простуде, сидя в камере и будучи заложником. Отнюдь. Сомневаюсь я, что еще кто-то решится мне что-то сделать. Гостеприимность гостеприимностью, но я впредь сдерживаться не намерен. Вообще, честно говоря, меня бы давно уже здесь не было, если бы не хитрый замок на решетках. Открыть его можно только находясь целиком и полностью снаружи, и он напрочь блокировал любую магию. Хотя желание поскорее выбраться и было велико: сквозняк был в самом деле противным, лавка жутко неудобной, да и смесок опять-таки шляется без присмотра, — я ничего не мог сделать.       Все, что мне сейчас оставалось делать — это копить силы и думать. Однако все мысли крутились вокруг полуэльфа, а не планов побега. Стоило только прикрыть глаза, как перед ними тут же возникал он. Его чуть мутные от возбуждения голубые глазищи. Не нужно быть провидцем, чтобы понять, что он каким-то образом сумел запасть мне в душу, в наличии которой все сомневаются. Поэтому… поэтому я не мог не думать о том, где он сейчас и все ли с ним в порядке. Эта горделивая дурачина вполне могла и вляпаться куда-нибудь. С него станется. Надеюсь, ему хватит ума не разевать лишний раз рот и заныкаться куда-нибудь до моего прихода.       Вообще, честно говоря, то, что я к нему чувствовал, было довольно странно. Я к такому оказался совершенно не готов. Ни морально, ни физически. А пиком этой ненормальной странности была вчерашняя ночь. Что меня подвигло вести себя так, оставалось загадкой мироздания, понять которую я пока был не в силах. Как может сочетаться грубая страсть и похоть с нежностью и лаской, для меня было тайной за семью печатями. Тем не менее, кое-как их сочетать у меня все же вчера получилось. Не скажу, что был прямо-таки «чуток и нежен», но для меня уже даже одна осторожность — огромный прогресс. Особенно в отношении к рабу. Главное, чтобы этот паразит не сел мне на шею. Потому что быстрее, чем это, он умеет только выводить меня из себя. При этом он каким-то загадочным образом умудряется сочетать одно с другом. Осознанно ли или интуитивно он это делает, не знаю, но как-то делает.       Не понятно только, что меня вообще в нем привлекло. Ведь этого тощего заморыша, который мне в пупок дышит, трудновато назвать эталоном красоты и обаяния. Пожалуй, из всего, что в нем есть, больше всего привлекают глаза. Эти гадские голубые глазищи способны взбесить меня за рекордно короткое время. Хотя, как оказалось, судя из вчерашних событий, они могут не только бесить… В общем, будем считать, что именно его глазищи виновны в том, что я сейчас не нахожу себе места.       Кстати, о ненахождении себе места. В своих размышлениях об этих самых глазах, я, кажется, немного переусердствовал… Такой нехитрый вывод я сделал из того, что сердце в груди застучало куда бодрее, дыхание мое участилось, а по спине приятной волной пробежали мурашки. И… зараза. Вот и что теперь мне с этим делать, скажите на милость? Не самоудовлетворяться же в камере?.. Я как-никак в заложниках. Не дай Валинор, застукает еще кто-нибудь. Начнут еще чего доброго тогда говорить, что мне нравится, когда меня в заложники берут. Но приятное возбужденное состояние не только не думало проходить, но и нагло укоренялось во мне, скапливаясь внизу живота тугим клубком нервов. Лежать в таком состоянии спокойно уже не получалось, поэтому я сел, свесив с лавки ноги. Ощутимо лучше мне не стало. Ну, смесок! Я ему все припомню! Вот найду его, так отделаю, неделю с кровати не встанет!       Расстегнув брючный ремень, я продолжил представлять себе в красках, как, что и сколько раз я с ним сделаю, как только отсюда выберусь. Сжать тонкие запястья до характерного хруста, чтобы заскулил, стиснув зубы. Исследовать наощупь разгоряченное тело, царапая нежную кожу до крови. Прижать его всем своим весом, чтобы не смог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Чтобы вместо стонов сиплый свист. Чтобы закусывал губы до крови. Чтобы перестал соображать вообще. Чтобы не оставалось сил даже на то, чтобы держать глаза открытыми…       Мое собственное дыхание уже превратилось в сбитые полустоны, и я сам уже кусал губы, боясь привлечь совершенно ненужное мне в такой момент внимание. Но воображение исправно подкидывало мне одну картинку за другой. Его прилипшие от пота к вискам пряди каштановых волос. Закушенная до невозможности нижняя губа. Или наоборот, приоткрытый рот и тяжелое свистящее дыхание. Дрожащее тело, выгибающееся в моих руках. Запрокинутая голова и линия шеи с выделяющимся на ней кадыком. И самое главное. Глаза. Его невообразимо голубые глаза, помутневшие от страсти, обрамленные пушистыми ресницами, и чуть опущенные веки. Темные брови, сходящиеся на переносице в жалобной гримасе. Тонкие пальцы, вцепившиеся мне в плечо. И никаких слов не нужно, чтобы понять, о чем он просит.       Разрядка оказалась куда более сильной, чем я ожидал, так что один, пусть приглушенный, но все же стон, успел сорваться с моих губ. Перед закрытыми глазами теперь был не парнишка, а мельтешащие искры. Меня всего трясло, а закусанные губы моментом пересохли. Именно поэтому, когда я услышал шум далеко в коридоре, у меня внутри все похолодело. Трясущимися пальцами я застегнул ремень, пусть не с первого раза, но все же, и лег обратно на лавку, пытаясь восстановить дыхание. Шаги тем временем приближались, и становилось понятно, что шагающих двое. Причем это был явно кто-то не очень крупный. Осознание пришло в тот момент, когда до меня дошел сбивчивый шепот:       — Он точно здесь?..       — А где ему еще сейчас быть? — тихо фыркнул другой голос в ответ моему смеску.       Вот же сукин сын. Умеет он вовремя приходить! Чуйка у него что ли на нужные моменты? Шаги приближались, и сбитое загнанное дыхание стало слышным даже с моего места. Проявление беспокойства с его стороны несколько льстило, но не настолько, чтобы откладывать планы относительно него на «следующий раз».       — Сиам!.. — радостно и с каким-то облегчением выдохнул он, добравшись, наконец, до моей камеры. Следом за ним шагал еще один смесок. Кто-то из обслуги. Лион вцепился пальцам в прутья, словно пытаясь просочиться сквозь них. Я же соизволил сесть и глянуть в его сторону. На его лице промелькнула какая-то странная тень неуверенности, и он смешался, прижавшись лбом к стальным прутьям. Да ладно, ладно. Я тоже рад его видеть.       — А я-то думаю, где тебя черти носят, — пробормотал я, вставая со своего места и подходя к решетке. Полуэльф поднял голову и вновь неуверенно глянул на меня.       — Может, здесь его оставим?.. — меланхолично предложил второй парнишка. От подобной наглости я сначала даже растерялся.       — Пара лишних ребер нарисовалась? — рыкнул я.       — А что ты мне сделаешь-то? Ты же с той стороны, — фыркнул полуэльф, глядя на меня с какой-то долей презрения. От этого я растерялся в конец.       — Жерар! — укоризненно протянул мой смесок, уже занявшись замком. — Лучше подойди и помоги!       — Я во взломщики не нанимался, — проворчал он, но, тем не менее, подошел ближе. Что-то тут не чисто… когда это они успели так сдружиться?.. — И вообще от него один сплошной вред и разрушения.       — За языком следи, я вообще-то тебя слышу.       — Я вообще-то в курсе, — парировал он. Слишком нагло для кого-то из обслуги. Что не так с этим полуэльфом? — На то и рассчитываю.       — Перестань, — вновь одернул его Лион, уступая тому место у неподдающегося замка.       — Не думай, что помогая мне, ты сделаешь меня своим должником, — предупредил я.       — Еще чего не хватало, — отозвался наглец. — Ты и так мне должен. Причем дважды. Разом больше, разом меньше — для меня никакой разницы.       — Что?       Полуэльф скептически оглядел меня, оторвавшись от исследования замагиченного замка на двери моей камеры. Какое-то время он раздумывал, но все же вернулся к дальнейшим разбирательствам с железками. Что-то не нравится он мне.       — Ты не ранен?.. — внезапно подал голос мой смесок, все еще крутившийся возле решетки. Я не упустил шанса поймать его и как следует оттаскать за ухо. — Ай!       — Кто разрешил тебе сюда спускаться, скажи на милость? — вкрадчиво поинтересовался я, не торопясь отпускать его. Чем ближе ко мне и чем дальше от этого полуэльфа — тем мне спокойнее.       — Точно хочешь его выпустить? — уточнил второй, глянув на нас.       — Открывай, смесок, — приказным тоном фыркнул я.       — Лион?       — Открой ты уже, — выдавил мальчишка, стоя на цыпочках и вцепившись в решетку. Я-то его ухо отпускать пока не собирался.       — Ты мой должник, — произнес полуэльф, глядя на моего смеска. Тот, не смотря на то, что я все еще держал его ухо, серьезно кивнул. Что за отношения между этими двоими и почему я об этом совершенно ничего не знаю?! Тем временем дверь со скипом открылась и я, отпустив наконец-таки многострадальное ухо Лиона, вышел из камеры.       — Так, его мы вытащили, и что дальше?       — Дальше мы делаем отсюда ноги и ночуем где-нибудь, — заявил совершенно серьезно мой смесок, за что получил заслуженный подзатыльник.       — Не зарывайся, — «нежно» рыкнул я ему на все то же многострадальное ухо. — Но, в принципе, идея неплохая. Все разборки лучше оставить на ранее утро, пока они все спят.       — Разборки?.. — выдавил Лион.       — А я говорил, что лучше оставить его там, — вздохнул этот полу-эльф, которого мой назвал Жераром.       — И не страшно тебе так со мной разговаривать? — угрожающе протянул я.       — Ничуть, отец.