Смесок

(Сиам)       Мне кто-нибудь объяснит, как он это умудрился сделать?! Как он умудрился юлить до самого рассвета?! Как?!       Этот голубоглазый паршивец и сейчас топал, как ни в чем не бывало. В том-то вся и проблема, что ничего не бывало! Если он хотел меня выбесить — у него это совершенно определенно получилось! Я уже даже сочувствую тем идиотам, что засели в моем родовом поместье. Бедняги попадутся мне под горячую руку. Или ногу. Это уж кому как повезет. Солнце еще только-только начало лениво выползать из-за горизонта, значит, сейчас около половины пятого или пяти утра. Самое время вернуться домой.       Жерар, который всю ночь буквально глаз не сводил с моего смеска, настораживал. И их отношения тоже. И вообще, он какой-то мутный. Отец я его, ну, конечно! Ничего более оригинального он выдумать не мог? А еще мне почему-то кажется, что он каким-то боком причастен к тому бедламу, что произошел вчера. Вообще, конечно, можно было просто-напросто залезть к нему в голову и найти все интересующие меня ответы… но позднее. А то вдруг окажется еще, что мой «сынишка» и Лион — тайные любовники? Я ж весь свой боевой заряд бодрости на них и угроблю и до кретинов из оппозиции не дойду!       Однако когда я в компании двух смесков добрался-таки до дома, меня застали врасплох. Особняк был окружен гвардейцами и, по всей видимости, они как раз начинали штурм. Шаг пришлось ускорить, а то еще начнут без меня.       — Сиам! — удивленный оклик моего отца я услышал сразу же, как только вышел из сумрачной тени деревьев. — Что ты тут делаешь? Ты разве не?..       — Не, — емко ответил я первому советнику и, уже поняв, что подраться мне сегодня явно не светит, замедлил шаг. Гвардейцы тем временем вломились через главную дверь и веселой гурьбой ринулись бить морды. Я завистливо вздохнул, но попытки присоединиться к ним не сделал. Отец все равно меня никуда не пустит, пока я ему в мельчайших подробностях все не поведаю о минувшей ночи. Лион же только растерянно оглядывался и в итоге занял место позади меня, чуть ли не цепляясь за полы моей рубашки своими тонкими теплыми пальцами. Жерар всем своим видом изображал явное недовольство происходящим, но тоже старался держаться ближе к нам.       Бравым ребятам-гвардейцам потребовалось чуть больше получаса на все про все. Всех придурков, решивших заночевать в поместье старшего дома Тхарах, увели под конвоем. Мне ни одно не оставили, жадюги. Куда теперь девать весь нерастраченный запас природной агрессивности, скажите мне на милость? Впрочем, один способ я все-таки знаю, но предварительно хотелось бы сначала посетить ванную и покормить этот самый способ. Смесок по неизвестным мне причинам, есть приготовленную мной стряпню наотрез отказался, а когда все-таки я его заставил… в общем, видимо все же есть на свете вещи, которые лучше не заставлять его делать. К тому же добавилась еще одна проблемка в лице второго полуэльфа, который продолжал тенью следовать везде за моим Лионом.       Меня это, если честно, уже начинает даже не настораживать, а выбешивать. А за те взгляды, которые он иногда бросал на моего смеска вообще хотелось убивать. Медленно и с особой жестокостью. Даже теоретическая возможность того, что кто-то кроме меня претендует на этого него, бесила. И будь он мне хоть сын, хоть херувим с арфой, я церемониться не собираюсь. То, что я большой собственник, вряд ли большая новость. Но дело усугублялось еще и тем, что Лион не был просто одной из моих вещей. С этим мне еще предстоит разобраться позже, хотя и без того было понятно, что я его ревную. Естественно я буду его ревновать! Он мне принадлежит как-никак. Правда, ни одной метки, которая могла бы это подтвердить наглядно, на нем не осталось. Но разве это большая проблема?       Оба смеска ушли завтракать и отмываться, я, собственно, занимался тем же. Особенного погрома в доме не наблюдалось, даже несмотря на то, что он был захвачен. По большому счету, только холл и гостиная пострадали, на второй этаж они похоже вообще не поднимались. Шая, кстати, была в полном порядке, что тоже не могло не радовать — она смышленая девушка, а такие попадаются нечасто. Сейчас она, как и всегда, помогала мне сушить волосы после ванной. Теплая вода, кстати, меня немного успокоила, но не настолько, чтобы кое-кому не досталось на орехи. Бессонная ночь, к слову, тоже на мне сказывалась, так что сразу после курса гневовысвобождения я планировал посвятить здоровому крепкому сну остаток только-только начавшегося дня. На свое несчастье, смесок не только задержался больше, чем нужно, но еще и приволок с собой этого Жерара. Хотя, это скорее полуэльф приволокся за ним.       — Тебя сюда кто звал? — как можно более вежливо поинтересовался я у него.       — Чутье, — подумав, ответил он, чуть прищурившись.       — Шая, — обратился я к девушке, которая как раз закончила расчесывать мои волосы. — Вам сейчас наверняка нужна помощь, не так ли? Проследи, чтобы Жерар принимал в этом непосредственное участие.       — Кончено, господин Сиам, — кивнула горничная, торопливо освобождая мою комнату от своего присутствия и заодно и от присутствия этого странного полудроу. Однако просто так он не ушел — напоследок он так выразительно глянул на моего смеска, что тот даже опустил глаза в пол. Все это очень и очень подозрительно, скажу я вам. Но с этим Жераром я разберусь завтра. И начну, пожалуй, с того, что наведу справки о его матери. Вдруг он действительно мой сын?.. То-то мой отец обрадуется внеочередному присвоению звания «дедушка».       — Подойди, — коротко приказал я, не торопясь подниматься с табурета. Лион, все еще не поднимая глаз, быстро пересек спальню и замер передо мной. — А теперь объясни мне, что у тебя с этим полудроу.       — Н-ничего, — запнувшись, выдавил он.       — Неужели? — поехидствовал я.       — Он… он мой друг, — подняв на меня голубые глазищи, уверенно ответил парнишка.       — Друг, значит?..       Но вкрадчивый голос и взгляд исподлобья ничего не дал — он оставался спокоен. Не дожидаясь ответа, я по-хозяйски притянул его за брючный ремень и впился в приоткрытые от удивления губы требовательным поцелуем. Свободной рукой я сначала удерживал его за затылок, но вскоре, вцепившись в волосы, прервал поцелуй.       — Если я еще хоть раз увижу вас вместе!.. — прошептал я в его припухшие и приоткрытые губы. В голубых глазах промелькнул легкий испуг и какой-то странный виноватый отблеск. Я с приглушенным рычанием вновь впился в его губы, одновременно с этим отрывая от пола и подхватывая на руки. Впрочем, надолго он там не задержался — не особенно церемонясь, я повалил его на кровать. И сейчас он мне ответит сполна за тот вчерашний инцидент в камере.       С рубашкой Лиона я тоже церемониться не стал — ткань с легким треском разошлась. Он вздрогнул, зажмурившись, по телу прошла легкая дрожь совместно с россыпью мурашек. Сдерживаться уже смысла не было, поэтому я припал к его шее, попеременно кусая нежную кожу и оставляя ярко-алые засосы. Его дыхание подо мной стало прерывистым, что, несомненно, только еще больше подливало масла в огонь. С ремнем я довольно быстро расправился, так что теперь стянуть явно мешающие уже брюки не составляло труда. Он вновь вздрогнул, жмурясь еще сильнее, на щеках проступил легкий румянец.       В прошлый раз я его порвал, и наверняка ему сейчас больно, но это не особенно меня останавливало. Закушенная нижняя губа, тихий приглушенный болезненный стон — все это только еще больше побуждало меня к действиям. Мне хотелось только одного — подчинить его себе. Напомнить ему и всем любопытствующим, кому именно он принадлежит. Он хмурился, сдерживая рвущиеся наружу вскрики, и обеими руками обнимал меня за шею, периодически вцепляясь в волосы, когда я двигался слишком резко.       Постепенно болезненные стоны смешались со страстными, которые, казалось, смущали и его самого. Затем сначала одна его нога оказалась на моей пояснице, а вскоре там же оказалась и вторая. Скрестив их, он старался подаваться мне навстречу. Я не стал мешать. Упершись обеими руками в проминающееся под нашим весом покрывало, я входил в него на всю длину, вторя глубоким чувственным стонам Лиона. Темп ускорялся и я чувствовал, что подхожу к логическому завершению. Смесок тоже это почувствовал, а потому убрал одну руку с моей шеи, чтобы прикоснуться к себе, но я вовремя заметил это. Теперь я упирался только локтем одной руки, второй я крепко держал руку Лиона, которой он ласкал себя.       Первым, прогнувшись подо мной, кончил Лион, но я продержался не намного дольше. Дернувшись в последний раз, я замер, уткнувшись лбом ему в ключицу. Его пальцы рассеянно перебирали волосы у меня на затылке, в то время как он сам, прикрыв глаза, пытался прийти в себя.       — Ты только мой, понял?.. — тяжело дыша, выдохнул я. — Не смей даже смотреть ни на кого другого!..       — Да… — тихо-тихо ответил он. — Только твой…       Смешивающиеся в его голосе покорность и собственное удовлетворение от сказанного, невольно заставили мое сердце дрогнуть, а пересохшие губы искать губы мальчишки. На этот раз поцелуй вышел каким-то до странного бережно-нежным. Я даже не думал, что вообще способен на такие эмоции и действия. Лион тоже такого от меня явно не ожидал, однако ответил на поцелуй сразу, наверное, чтобы не спугнуть столь редкий момент. От его раскрасневшихся щек вполне явственно ощущалось тепло. Я практически слышал, как бьется его сердце — мое билось в том же ритме. Он все так же ласково перебирал пряди моих черных волос, глядел на меня невыразимо голубыми глазищами.       Наверное, именно этого мне и не хватало после… после смерти матери. С тех пор, как ее не стало, я больше ни с кем рядом не чувствовал себя так… спокойно. А ведь я не всегда таким был… Отец никогда не интересовался моей жизнью. И это все когда-то было просто способом обратить на себя его внимание… хотя в итоге все равно ничего не вышло. Это сейчас я привык к такому образу жизни. Вырос и смирился… Хорошо, что мама не дожила до этого дня. Ох, и всыпала бы она мне за такое поведение.       Лион глядел на меня, непривычно спокойного и задумчивого, и тоже думал о чем-то своем. Какое-то время мы просто лежали молча.       — Холодно, — тихо фыркнул он, поежившись и смешно наморщив нос.       — Это поправимо, — хитро ухмыльнулся я, беря его за подбородок и легко целуя в скулу.       — А еще, знаешь… ты вообще-то тяжелый!.. — чуть улыбнулся он, хохотнув.       — Не наглей.       Все еще с легкой улыбкой на губах, он вновь опустился на покрывало, глянув на меня с какой-то искрой во взгляде. Да он меня дразнит, наглец! Но поддаваться на подобные его провокации — это, кажется, уже одна из моих слабостей. Лениво стянув с себя рубашку, а затем и брюки, я хищно улыбнулся, склоняясь над замершим в предвкушении полуэльфом.       А время еще только-только перевалило за шесть утра…       Поджав губы, от двери спальни сына первого советника правителя дроу отошел Жерар.