Клан "Muryou"

      Окуда и Каяно вошли в библиотеку, где их ожидал Нагисе. Карма здесь присутствовал лишь как наблюдатель. Девушки оглядели помещение и заметили на большом дубовом столе несколько стопок книг. Нагисе жестом показал пройти и посмотреть их.       — Здесь вы можете учиться. Я собрал большую часть литературы, которая пригодится вам для самообучения. Теперь вы спокойно окончите курс обучения старшей школы. Если вам что-то непонятно, то мы с Кармой ответим на ваши вопросы, как это сделал бы настоящий учитель. Но только не нужно бегать через каждые пять минут, хорошо? — объяснил всё Нагисе.       — Хорошо, но у меня возник другой вопрос, — обратилась к парню Каяно.       — Слушаю.       — Сколько вам лет?       — Обоим шестнадцать в этом году, — Нагисе сразу не понял, как этот вопрос был связан с самообучением девушек.       — Что? Но если мы ровесники, тогда как ты окончил курс старшей школы два года назад? — задалась логичным вопросом Каяно.       — Да таким же способом, как и вы. Правда у нас с Кармой был настоящий учитель…       — Ну, учебники тут действительно такие же, как в обычной старшей школе. Это лучше, чем вообще без обучения, — сделала выводы Окуда.       — Рад, что вас это устраивает. Мы с Кармой вас оставим на некоторое время. Скорее всего, будем к ужину, — Нагисе помахал девушкам рукой и вышел вслед за своим сообщником.       — Здорово придумал. Теперь им будет, чем заняться, — Карма похвалил Нагисе.       — Это всё Каяно никак не привыкнет к жизни здесь. Утром чутка повздорила.       — Да? Зато Окуда, похоже, свыклась со своей судьбой.       — Ого, быстро же она!       — Стоило только припугнуть её этой ночью…       — Ну и методы у тебя, конечно, — осуждающе покачал головой Нагисе.       — Но рабочий же и действенный.       Парни ещё какое-то время отстаивали свои методы, а позже разошлись по комнатам, чтобы собраться и уйти на поверхность. Девушки наконец остались наедине.       Окуда открыла дверь в библиотеку, чтобы убедиться, что парни точно ушли. Каяно пролистывала книги и учебники с мыслями о том, что она действительно больше никогда не увидит солнечного света. Это состояние безысходности сковывало её с каждым прожитым в этом месте часом всё сильнее и сильнее. В какой-то момент девушка поняла, что слёзы непроизвольно потекли из её глаз, а страницы в книге начали намокать.       Окуда наконец плотно закрыла дверь в библиотеку и обернулась к подруге. Увидев её в таком состоянии, она вздрогнула. Каяно очень тяжело мирилась со своей участью. «В сравнении с ней я словно кукла без эмоций. Не понимаю, почему я так спокойна. Раньше я никогда не жила под землёй в каком-то бункере, не спала в одной кровати с парнем, который заявлял, что лишит меня девственности, не готовила такому парню завтрак и не терпела домогательства. Так почему я спокойна?! Ничего не понимаю», — Окуда продолжала молча стоять рядом со столом и думать об этом.       К тому моменту Каяно пришла в себя и, вытирая слёзы, обратилась к подруге:       — Садись, поговорим о прошедшей ночи.       — А? Да, хорошо. Мне нужно тебе кое-что важное сказать. Это может тебя ещё сильнее расстроить, — предупредила Окуда.       — Хуже, чем сейчас явно не будет. Жаль, что у меня не найдётся сил покончить с собой, — вздохнула Каяно, откладывая намоченную книгу в сторону.       — Что ты такое говоришь?! Это… это… это мы всегда сделать успеем!!! Такие варианты должны рассматриваться в последнюю очередь!!! — не на шутку перепугалась Окуда, а её дыхание участилось, став очень затруднительным.       — Ты права. Просто это самый действенный способ, — лениво отвела взгляд в сторону Каяно.       — Да это даже способом назвать нельзя! Если ты ставишь перед собой цель выбраться отсюда, чтобы больше не плясать под дудку похитителей, то суицид никак не помогает в достижении этой цели. После смерти ты уже не существуешь и целей у тебя нет.       — Будет более верно сказать, что в таких ситуациях меняется твоя цель с выбраться живым до перестать терпеть происходящее. В таком случае суицид действительно становится способом достижения этой цели.       — Но не в нашем случае. Ещё не произошло чего-то страшного, чтобы менять свои цели.       — Это действительно так. Просто пришла в голову такая мысль. Не переживай. Я не буду глупить, — успокоила подругу Каяно.       — Хорошо. Ты здорово меня напугала. Ладно, вернёмся к тому, что я хотела тебе сказать. Фу-у-ух, этой ночью Карма сказал, что долго избегать секса я не смогу.       Глаза Каяно вмиг округлились до предела. Это не самое страшное, что может произойти с жертвой похищения, но и не самое безобидное действие. У обеих девушек не было толком даже простых романтических отношений с парнями, а тут речь идёт о межполовых отношениях. Каяно и Окуда точно не готовы к чему-то подобному. Теперь единственным желанием девушек было, чтобы парни вовсе не вернулись сюда сегодня вечером. Сейчас, вспоминая неделю, проведённую в этом месте с подругой, обе девушки искренне желали уже не вернуться на поверхность, а хотя бы вернуть те дни, когда они жили здесь вдвоём.       — Кстати говоря, утром ты кормила с палочек Нагисе. Я подумала, что вы с ним… как бы… ну, — никак не могла выдавить из себя эти слова смущённая Окуда.       — Что? Нет, конечно. Это он вынудил меня. Нагисе был так настойчив, напорист в этой просьбе, что у меня не хватило сил отказать ему. В тот момент я подумала, что это довольно безобидное действие, — объяснила Каяно.       — Это замечательно, но именно таким образом они и подогревают почву для дальнейшего.       — Тогда почему ты вообще не сопротивлялась? Сразу стала готовить Карме завтрак, — справедливо обвинила подругу Каяно.       — Ты права, но есть одно «но». Этой ночью он потребовал подчинения, а если я буду сопротивляться, он придумает мини-наказания для меня. Что мне оставалось?       — Как?! Настолько жестоко?! Нагисе ни о чём таком не говорил мне. По правде говоря, я сама чуть не спровоцировала его на нехорошие действия. Но обошлось без последствий.       — Значит, это не их общий план? Тогда, возможно, Нагисе не станет склонять тебя к сексу.       — Ты так думаешь? Было бы здорово, но я за тебя переживаю. Такое потребительское отношение у него к тебе, будто он твой хозяин, а ты его игрушка.       — Да уж, избавилась от плохих родителей, зато попала в руки негодяя. Разве после всех лет страданий я не заслужила более благоприятной судьбы?       Каяно встала из-за стола и обняла Окуду, чтобы поддержать в сложной ситуации. Теперь слёзы зеленовласки совершенно обесценились в сравнении с горем подруги.       «Больше я не намерена это терпеть! Выскажу им всё, что думаю! Никто не смеет обращаться с моей подругой так! Чёртовы ублюдки! Делают вид, что заботливые, а как ночь приходит, то всё, забавляйся как хочешь?! ФИГУШКИ ВАМ!» — разгневалась Каяно. Заявив о своих намерениях подруге, Каяно не могла усидеть на месте, ожидая прихода парней. Если бы можно было представить внутреннее состояние девушки, то картина выглядела бы примерно так: огненные волосы, вздымающиеся вверх, глаза хищника на охоте и цепкие пальцы с когтями, готовые растерзать свою добычу. Эта с виду милая девушка стала воплощением ярости. Она поддерживала эту эмоцию до самого вечера. Окуда же была молчалива, но соглашалась с решением подруги. В качестве протеста девушки решили не готовить ужин парням.       Как только голодные, уставшие Карма и Нагисе вышли из тёмного коридора, Каяно тут же с криками налетела на ничего не подозревающего красноволосого парня. Карма блокировал её атаки, не смея причинить вред. Нагисе пришлось с силой оттаскивать Каяно от своего сообщника, настолько была сильна ярость и негодование девушки.       — Сволочь, козёл, не смей приближаться к Окуде!!! Я выпотрошу все твои кишки, если хоть пальцем тронешь мою подругу!!! — Каяно словно с цепи сорвалась.       — Успокойся! Что на тебя нашло, Каяно?! — пришлось повысить голос Нагисе.       Он держал за талию девушку, которая, словно взбесившаяся кошка, рвалась к Карме, царапая до крови руки Нагисе.       — Пусти меня!!! — не унималась Каяно.       — Карма, сходи на кухню за стаканом воды! — скомандовал Нагисе.       Карма не стал ничего говорить, просто невозмутимо ушёл на кухню. Как только парень скрылся, Каяно немного утихомирилась. Взглянув на исцарапанные, крепко сжимающие её талию руки Нагисе, девушка слегка остепенилась. Её лицо всё ещё выражало злобу и недовольство, но, понимая, что выбраться из хватки парня не получится, Каяно перестала вырываться. Нагисе усадил её в кресло. Каяно сидела спокойно, уставившись с упрёком на парня, что он остановил её. Окуда молча наблюдала, стоя рядом.       — Ты не могла бы заткнуть на время уши? — Нагисе обратился к девушке Кармы.       — Хорошо, — Окуда была удивлена этой просьбой, но не стала пререкаться.       — Если ты не станешь об этом рассказывать своей подруге, то я объясню причину подобного поведения Кармы, — Нагисе присел на корточки перед Каяно.       — Что? У нас с Окудой секретов нет! — возмутилась Каяно, скрестив руки на груди.       — Тогда я не имею права без разрешения Кармы говорить об этом. Он хотел устроить небольшой сюрприз Окуде.       — Сюрприз? — Каяно взглянула на ничего не понимающую подругу и всё же согласилась на условия Нагисе кивком головы. Уж лучше хоть одна из них будет знать об этом «сюрпризе».       — Он — садист.       Это заявление сильно возмутило Каяно. Так спокойно говорить подобное? Да они ненормальные!       — Какого чёрта вы заставляете мою подругу строить отношения с садистом?! Это всё равно что живую жертву кидать хищнику!       — Вот как ты это видишь? — сделал для себя заметку в голове Нагисе и разрешил Окуде открыть уши, показав жестами.       Карма наконец вернулся со стаканом воды, услышав, что Каяно более-менее успокоилась. Его лицо выражало недовольство, но он протянул стакан Нагисе. Парень с рук напоил Каяно, чтобы она окончательно остыла.       — Девочки, не могли бы вы вместе сесть на диван. Нужно прояснить эту ситуацию, — сам же Нагисе сел в кресло, как и Карма.       Девушки не стали сопротивляться. Они сели на диван и обнялись в знак солидарности. Чтобы ни случилось, они всегда друг за друга горой.       — Эх, я же говорил, что твои методы — полный отстой, — уставше выдохнул Нагисе, обращаясь к Карме.       — Ничего подобного. Они хороши. Тебе просто не хватает мужества, чтобы приручить свою Каяно, — раздражённо огрызнулся Карма.       — Чего? Я не считаю, что насилие поможет в подобном деле. И не говори слово «приручить» по отношению к Каяно! — рассердился Нагисе.       — Да ну? Скорее, оно отлично подходит после того, что она тут учудила. Ну или быть жёстче к таким провинностям. Либо меняй правила.       — Следи за своим языком, Карма, — сказал Нагисе с серьёзным лицом.       Сообщник резко замолчал. Он недовольно закинул ногу на ногу и стал сверлить дыру в Окуде с неким осуждением. Если б она не пожаловалась подруге, то всех этих разборок не было бы.       Каяно же и Окуда вообще не понимали, что происходит. Они впервые видели, как парни ругались меж собой из-за них же. Но в какой-то степени Каяно было даже приятно, что Нагисе защищал её, несмотря на такую выходку.