Как в сказке. Путники.

Седой горький туман медленно поднимался от реки и растекался по всему сказочному лесу, цепляясь за папоротниковые заросли. Мелькали в траве светлячки, яркими огоньками освещая еле протоптанные тропинки, а промеж высоких деревьев то тут, то там, хлопая крыльями, с громкими криками пролетали хищные птицы. — Совсем ночь уже, — Князь устало опёрся на тяжеленный меч и всмотрелся в лесную чащу, где до сих пор слышался волчий вой. — Может, найдём ночлег? — Давай, — Горшок тоже еле передвигал ноги, поэтому спорить не стал. — Я-то думал, отдохну как следует у старика, а он, вишь, волкам меня скормить решил. Не на того напал, простофиля. — Позволю себе заметить, что если бы не я, — Князь выразительно посмотрел на спутника, — от тебя бы уже остались рожки да ножки. — Ну… — Горшок слегка смущённо шмыгнул носом. — Спасибо, на самом деле. Ты прав. Нельзя нам друг без друга, да? — Конечно. Пропадём, — Князь внимательно осмотрелся и подтолкнул Горшка к широченному стволу дерева, которое росло здесь едва ли не с сотворения мира. — А старик знает толк в связывании, м? — Пошёл ты в пень дырявый, извращенец, — он рассмеялся, запрокинув голову, и совсем прижался к шероховатой коре, а Князь поймал этот смех своими губами и, перекатывая на языке, мягко сжал и облизнулся. — А если увидит кто? — в глазах Горшка блестели и отражались далёкие звезды. — Нет здесь никого. Пусто, — Князь взял его лицо в свои ладони и дурашливо чмокнул в нос, а потом спустился ниже, целуя уже напористее и жарче. — Убери меч свой, в ногу впивается, блин. Громкий дружный ржач переполошил спящих зверушек и нарушил всю романтичность момента. Горшок поправил ворот рубахи, перекошенный настойчивыми пальцами, и положил руку на плечо Князя. — Ну, в путь. Может, найдём неплохой трактир. Вскоре они выбрались из леса на просёлочную дорогу и пошли по ней, осторожно ступая, чтоб не поднимать придорожную пыль. В пшеничных полях, что раскинулись по обеим сторонам, переливчато стрекотали ночные цикады и шуршали колосками неутомимые грызуны. — Хорошо здесь, — Горшок приостановился, вдохнул полной грудью терпкий травянистый воздух и снова притянул Князя к себе под бок. — Слышь, Князь, может, не пойдём никуда? Заночуем прямо тут. Скинем портки и будем валяться нагишом, ё-моё. — Чтоб тебя опять укусила за задницу какая-нибудь сколопендра? Нет, я хочу нормально отдохнуть, выспаться, там, где будет крыша над головой и какая-никакая, понимаешь, постель. Здоровый сон необходим растущему организму. — Это ты, что ли, растущий? Всё время к солнцу тянешься, травиночка? — До тебя хочу дорасти, чтоб целоваться удобнее было, — Князь показал ему язык и ускорил шаг, завидев свороток к трактиру. Пыль возле него была прибита множеством следов от копыт, а над дверью приветливо светился закопченный тусклый фонарь. — Будь на чеку, — крикнул ему Горшок, — в этом краю никогда не знаешь наверняка, что скрывается за дверью. Князь прислушался к шумному разноголосию и решительно вошёл внутрь. Голова тут же закружилась от криков, брани и спиртных паров, которыми был насквозь пропитан дымный воздух. — Ещё посетители! — воскликнул прыгавший на столе в дупель пьяный моряк. — Хозяин, налей им по чарке. Я угощаю! — Нам бы ночлег. — Мест нет, всё занято, — развёл руками хозяин, торопливо разливая напитки. — О, да тут гулянка, — оживлённо подтолкнул замершего на пороге Князя Горшок и широко улыбнулся. — Остаёмся, Княже. Не переночуем, так хоть напьёмся. — Да уж, прямо рай, — скептически усмехнулся тот, презрительно разглядывая двух распутных девиц, которые крутились рядом с моряками. — Садись давай. Горшок рассмеялся, с наслаждением приложился к стакану, доверху наполненному чем-то крепкоалкогольным, и быстро опустошил его. — Горш, ты бы хоть распробовал для начала, что пьёшь. Вдруг нас кто-то травануть хочет. Забыл, куда и по чьему поручению мы направляемся? — Не гунди, нормальный ром, — он рукавом вытер губы и, притянув к себе за затылок, хотел силой влить напиток в глотку Князя, как вдруг прозвучал выстрел. Помещение тут же пронзили женские визги, отборная ругань и ответная стрельба. Горшок дёрнул зазевавшегося Князя за руку и, опрокинув крепкий дубовый стол, спрятал за ним в ту самую минуту, когда шальная пуля уже готова была вонзиться в его грудь. — Что происходит? — ошеломленно спросил Князь у трактирщика, который присел рядом и спешно пересчитывал выручку. — Да эти двух бабёнок не поделили. Денег много у ребяток, с жиру бесятся. — Понятно, — протянул Князь, переводя дух, и на всякий случай покрепче вцепился в Горшка. — Спасибо. Теперь ты спас меня, получается. Только прошу, сиди здесь и не отсвечивай! Куда мы со своими мечами супротив огнестрела. — Разумно, — Горшок кивнул и перекатился к пивному бочонку. Пуля пробила в нём дырку, из которой теперь сильной струйкой вытекала хмельная жидкость. — Хорошее пиво, хозяин. — Ещё бы, — вздохнул трактирщик, сокрушенно разглядывая круглую пробоину. — Самое лучшее, прямиком с пивоварни… — Отлично, возьму с собой в дорогу, ты ж не против? Князь, дай фляжку. Пополним запасы. Ну чё там, уже всех перебили? — Горшок высунулся из укрытия и присвистнул, завидев десяток убитых моряков. — Хозяин, теперь у тебя свободных комнат видимо-невидимо. Можно нам? — Да без проблем, — трактирщик наметанным глазом оценил масштабы погрома и, видимо, остался доволен. — Прошу наверх. Путники поднялись по узкой скрипучей лестнице, ступени которой были истёрты десятками ног, и зашли в первый попавшийся нумер. Горшок первым рухнул на кровать и растянулся, раскинув в стороны руки и ноги. Князь присел с краю и стал медленно разоблачаться, снимая оружие и одежду. — Слышь, Князь, — Горшок перевернулся и подполз ближе к нему, — вот найдём мы принцессу, да? А вдруг… А вдруг она в кого-то из нас втрескается? Девчонки ведь всегда влюбляются в своих спасителей. — Ну… Может быть. Ну и что? — Так она же принцесса, врубаешься? — Горшок даже вскочил и нервно заходил туда-сюда по комнате. — Наверняка, капризная и избалованная. Вдруг ей в голову втемяшится кого-то из нас на себе женить? Чё делать-то тогда будем? — Поговорим с ней, да и всё, — Князь, наконец, покончил с раздеванием и остался в одном нижнем белье. — Объясним, что жениться мы не готовы. Не готовы ведь, правда? А остального знать никому не требуется. Он встал и остановил Горшка, взявшись за его локти. — Успокойся. Не нужна мне никакая принцесса. — Докажи, — лукаво улыбнулся Горшок и расставил в стороны руки. — Помоги раздеться. Этот корсет такая неудобная штука, ё-моё. — Твоя правда. Но тебе, чёрт возьми идёт, — перешёл на шёпот Князь, подцепляя замысловатую шнуровку. Он путался в ней пальцами, пока Горшок лениво жмурился, как довольный кот, и всячески мешал ему, пытаясь поцеловать. — Горшок, да кончай ты. Мешаешь. — Нет, я так быстро не могу, — он засмеялся и скинул наконец всё с себя, блаженно потянувшись. Князь скользнув взглядом по гладкой блестящей коже, будто нарисованной на холсте, облизнул губы и толкнул Горшка на жёсткий матрас.