Полымя

Очередная серия коротких гудков вынудила Ирину с раздражением отбросить от себя телефон. В очередной раз открыла документы, дабы хоть как-то скрыться от червячка под названием «тревожность», который с упорством прогрызал в её сердце дыру. «Если ты от меня не ушёл тогда, то почему решил уйти сейчас?» — мысли шли в разрез с тем, что видели глаза. Сделав глубокий вдох, Ирина поднялась, подошла к кофемашине и решила выпить очередную порцию бодрящего напитка. На работе сегодня сосредоточиться совсем не могла. «Отдохнула в день рождения, называется…» — подумала, сделав первый глоток. С того момента прошло уже больше двух недель, весна уже вступила в свои права, день стал существенно дольше, а самое главное — Леонид больше не появлялся. Анатолий, когда последний раз затрагивал эту тему за утренней беседой, самодовольно предположил, что всё дело в их диалоге. Ирина на это лишь пожала плечами — ей что-то подсказывало, что эта история не может иметь такого простого финала. «С одним разобралась, со вторым ещё сильнее запуталась» — размышляла, устроившись на диванчике. Всё это время, прошедшее с того момента, когда с её губ сорвались неосторожные обвинения, старалась быть тише воды, ниже травы. И если раньше причиной такого поведения было нежелание вывести Анатолия из себя, то сейчас… Сейчас не хотела, чтобы он ушёл. По крайней мере, чтобы ушёл, обвинив её в этом. Однако с каждым днём отношения становились холоднее, и абсолютно ничего не помогало. Анатолий кажется отказался от идеи съезжать прямо сейчас, ничего не высказывал, не провоцировал конфликты — между ними не происходило ровным счётом ничего. Пожалуй, кроме одного — он по-прежнему с утра подвозил её к Склифу, вечером заходил в её кабинет, забирая таким образом. Только было ли это реальное беспокойство или же очередная галочка в распорядке дня Ирина не понимала. — Да я уже ничего с тобой не понимаю, — покачала головой, затем поднялась, подошла к столу и взяла телефон. С замиранием сердца нажала на экран, надеясь там увидеть или пропущенный — пытаясь обмануть себя, выключила звук или же хотя бы сообщение, в котором раскрывается причина такого поведения. Однако ничего, кроме времени, узнать не смогла. Убрала телефон, тяжело вздохнула. «Не хочешь со мной обедать — пожалуйста, не очень-то и хотелось. Иди ты куда подальше тогда. Тебе наверняка есть с кем поесть, с кем попить… Да и с кем поспать тоже есть, наверное… Ты же просто ждёшь, когда станет известно по поводу Леонида, ждёшь момента, когда твоя Рената Васильевна обрадует тебя, и дальше от меня уйдёшь… И зачем тогда…» Чувство голода, которое до этого не так сильно заявляло о себе, заставило отойти к шкафу и надеть пальто. «Тогда нет смысла… В конце концов, этого я и хотела. Дождаться момента, когда у тебя пропадёт ко мне интерес, и ты уйдешь… А вместе с тобой уйдут все мои переживания, и жить станет легче… Только почему ты прямо сказать мне не можешь? Ты же всегда всё сам делаешь! Неужели кишка тонка, чтобы мне в лицо всё сказать? И когда ты ответишь мне в следующий раз? Через две недели опять?» Застегнув пальто, вышла из кабинета, прошла пару метров по коридору, поняла, что оставила телефон. Было развернулась, чтобы забрать, но мгновенно передумала. «Если я всё равно никому не нужна, то и чёрт с ним, с телефоном…» Проходя мимо поста, бросила Нине, что ненадолго уходит пообедать, да и оперировать сегодня в любом случае не планировала — сегодня была исключительно заведующей, которая могла в любой момент прикрыться бумагами, отчётами и необходимостью составить график дежурств на грядущий май.

***

Ирина настолько глубоко погрузилась в мысли, что не сразу осознала две вещи — остывший суп и мужчину, подсевшего к ней за столик. Осознав, что больше не одна, подняла взгляд и вздрогнула от неожиданности. — Боже мой, Олег Михайлович, — нервно улыбнулась, — вы чего так пугаете? И что, — сощурилась, — вы тут вообще делаете? Как никак, решили вернуться на работу? Что, соскучились ручки-то по любимому делу? Тот улыбнулся уголком губы и покачал головой. — Не дождётесь, — посмотрел в её глаза, — пока меня всё устраивает. Знаете, как весело? Бывает вот так поедешь на вызов, а там… — Да уж, весело, — у неё не было никакого желания разделять его настроение, — считаете, что переквалифицироваться из хорошего хирурга в терапевта — адекватная карьера? Олег поморщился. Меньше всего хотел, что разговор с бывшей начальницей пойдёт в таком русле, но в глубине души понимал, что без этого было бы невозможно. — Ирина Алексеевна, ну, заканчивайте. Что у вас с настроением? Он как и всегда попал в цель. Она выдохнула, пожала плечами, затем всё-таки вспомнила про изначальную цель визита в ближайшее к Склифосовскому кафе и начала есть суп, стараясь не задумываться о том, что он остыл. «Да уж… И суп холодный… Ничего хорошего в жизни не происходит… Вроде весна, красота, тепло… И что ж за напасть-то такая?» — саркастически подумала. — Всё в порядке у меня с настроением. — Я вижу. — Буркнул Олег. — Вы когда нервничаете, вы всегда вот так быстро, — кивнул на её действия, — еду уничтожаете. Ирина оторвалась от тарелки и буквально прожгла его взглядом. — Во-первых, суп уже почти остыл. Во-вторых, это нетактично. — Да ладно, — отмахнулся, — ну, чего случилось-то? Я с Нинкой разговаривал, она мне сказала, что вы в последнее время нервная… Чего там у вас? «Вы посмотрите на это! Нервная я, значит, стала» — чувствовала, что начинает раздражаться ещё сильнее. После того разговора Нина перестала к ней лезть и задавать неприятные вопросы, но Ирина и подумать не могла, что та, за столько времени, не смогла найти другой источник для сплетен. — У меня всё нормально. Хотя, нет… Знаете, хирургов не хватает, — сложила пальцы в замочек, — вот никак не могу найти… А, и заместитель у меня так себе. Но, увы… Хороший заместитель предпочитает развлекать бабушек с температурами! Сделала глубокий вдох, взяла чашку с чаем, который был, впрочем, ещё холоднее, чем пресловутый суп. Олег, наклонив голову, внимательно посмотрел на неё, дёрнул губой, пожал плечами. — Министерство что ли лютует? — Говоря так, имел в виду конкретного представителя. — Опять началось? Слушайте, чего вы… Не сделайте с этим что-нибудь? Терпение Ирины лопнуло. С громким стуком поставив чашку на стол, она откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди и недобро посмотрела. — А вы с Мариной Владимировной помирились? Или всё-таки развелись? А если не развелись, — кивнула на кольцо, — то почему не помиритесь? И почему она вообще ушла в Бурденко? И как она там? А вас это устраивает? — Замолчала, выдохнув. «Как же раздражает, когда все лезут в мою личную жизнь без разбора! А ещё больше меня раздражает то, что ты, Толя, только больше слухов провоцируешь вокруг меня. Конечно, тебя же волнует только твоя репутация! А что там подумают про меня тебе же без разницы…» Олег, едва справившись с таким потоком вопросов, сначала не знал, что ответить, потом всё-таки улыбнулся. — Ирина Алексеевна, ну, чего вы? Я же с миром пришёл. — Все вы с миром приходите. И уходите, — она осознала, что немного перегнула палку, но и отказываться до конца от своих слов не собиралась, — а отделение без хирургов. Да нет, — всё-таки дала слабину, — на самом деле, и правда кое-что случилось… Так, недопонимание с одним пациентом. Но сейчас уже, вроде бы, всё хорошо… А по поводу министерства… Министерство сейчас совершенно не заинтересовано во мне. — Министерство переключилась на другого заведующего? — В голосе Олега прозвучал прозрачный намёк, но Ирина не сразу его поняла. — Да нет, Шейнман мне, по крайней мере, ничего такого не говорил. Не знаю, — тяжело вздохнула, постукивая подушечками пальцев по своему предплечью, — боюсь, что после одного моего… Доклада… Не видать мне хороших отношений с министерством. Олег непонимающе посмотрел на неё. — Вы чего, настучали на него что ли? Ирина аж дёрнулась от такого предположения. — Да нет, вы что. Оно мне надо? Он не идиот, догадается… Да нет, дело не в этом. — Может заведующая та, которая не Шейнман? Ну, из другой больницы… — уклончиво проговорил Олег. В этот раз она поняла намёк и от этого лишь поморщилась. Ещё несколько месяцев назад была сама уверенна в том, что Анатолий так с ней не поступит, что ему подобные поступки несвойственны, но его недавний холод… И вроде бы он убедил её в том, что ему никто не нужен, однако что мешало уже сейчас, после её откровений, кого-то себе завести? — Да нет, — пожала плечами, — не в этом дело. Сказала там кое-что неприятное по… По истерике, — признаваться в том, что стала злоупотреблять алкоголем не хотела. — Как вы думаете, отойдёт? Олег пожал плечами, затем заказал у прошедшего мимо официанта кофе и снова посмотрел на Ирину. — Отойдёт от вас или так… От тяжёлой мужской обиды? Да ладно вам, — махнул рукой, — никуда не денется. Ну, по своему опыту скажу… Долго на вас, на женщин, обижаться ж невозможно. Там… недельку, например. Ирина слабо улыбнулась — почему-то сейчас вспомнила, как осторожно выпытывала из Олега его мнение по поводу пропущенных звонков. Прошло больше года с той ситуации, а глобально ничего не поменялось. — Значит, месяц, — взяла меню, пробежалась по строчкам с десертами и решила заказать — прятать свою нервозность уже не хотела. — А чего вы вообще переживаете? Оно вам надо? — Олег, почувствовав, что может сказать больше, решил не терять возможности. — Он же… Ну, вы сами понимаете. Ирина пожала плечами, вновь обратилась к официанту, посмотрела на часы. В принципе, ещё успевала. А что отвечать — не знала. Над этим вопросом она думала последние несколько недель, и ответ не находился. — Может вам это, к психологу сходить? — Внезапно предложил Олег. — Ну… Рассказать. Может и нервничать перестанете. — Ладно, всё… — Этого ей совершенно не хотелось. — Давайте вы мне лучше пообещаете, что поищите хороших, своих знакомых хирургов? А ещё лучше… Верните хотя бы Марину Владимировну. На этот раз от разговора ушёл уже Олег, тем более, ему принесли ароматный кофе.

***

Анатолий вытянулся на кресле, невидящем взглядом посмотрел на чёрный экран телевизора, затем медленно посмотрел вокруг, изучая собственную гостиную. Взял снифтер, сделал ещё несколько глотков излюбленного коньяка и с тяжелым вздохом закрыл глаза. Не мог находиться в своей квартире, но и где-то ещё не мог. На работе расслабиться до такой степени было бы невозможно, да и не враг он себе, чтобы так наглеть. Телефон издал тихий писк, Анатолий лениво взял его, прочитал сообщение от Константина, в котором тот доложил, что доставил Ирину домой, затем открыл пропущенные вызовы и покачал головой. «Тебя это злит, я знаю… Но не могу я сейчас по другому… Я не могу тебя видеть сейчас… Я не понимаю ничего уже. Я надеялся на этот загородный дом, надеялся, что у меня хватит сил принять любое решение… Но…» Сделал очередной глоток, поморщился, допил остатки, медленно поставил стеклянный сосуд к бутылке и снова посмотрел на книжный шкаф, в котором, среди корешков и разной мелочи, стояла фотография Елены. Анатолий редко обращался мыслями к умершей супруге, прошло ведь много времени. То, что ничего не зажило, понимал, но ведь надо же как-то жить дальше… С кем-то жить в том числе. «Ты никогда такой не была… Никогда так себя не вела… Никогда не использовала меня, Ленок… Всё, что происходит сейчас…» Радовало только одно — кажется, Леонид оставил Ирину в покое. Рената так и не смогла его найти, но Анатолий надеялся, что парочки крепких выражений хватило. Перед глазами всплыли слова из записки, и руки сжались в кулаки. «Надеюсь, в ваш день рождения вы были самой счастливой женщиной. Хотел бы я быть рядом в эти минуты, хотел бы расписаться в своей любви, хотел бы целовать ваши чудесные руки, смотреть в ваши бездонные глаза и просто любить вас — чистой и бескорыстной любовью» — Романтик хренов, — рыкнул Анатолий, затем сел в кресле. Потёр лицо ладонями, снова посмотрел на часы. Если сегодня он не придёт ночевать к Ирине, то та пропасть между ними окончательно разрушится. А если с ней что-то случится? А если он не сможет её защитить? Он же никогда, никогда себе этого не простит. Как уже было однажды с… Не выдержав взгляда Елены с фотографии, он поднялся. Мысли о том, что Ирине прямо сейчас может кто-то навредить, дали понять, что он хочет увидеть её в данный момент. Хочет прикоснуться, хочет понять, что она в порядке. Обсуждать их возможное будущее совершенно не хотелось, хотелось лишь убедить ту часть сердца, которая ещё не была равнодушна к ней в том, что всё хорошо. Закрыл бутылку коньяка, убрал куда подальше, взял телефон. Набрал Константина, попросил заехать за ним. «И чёрт с тобой, Ирина Алексеевна, чёрт с твоими мотивами… Я сейчас хочу тебя видеть и не собираюсь думать ни о чём ещё… И отпустить, получается, я сейчас тебя не могу… Злюсь, но отпустить не могу…» Борясь с кашей, в которую постепенно превращались мысли, направился в прихожую, не забыв захватить с собой мобильный.

***

Оказавшись в несомненно пустой квартире, Ирина рухнула на банкетку. Чего-чего, а такого от Анатолия она не ожидала. «А может Костя и жить со мной будет? А что… Забрал, довёл, замки проверил… И что, теперь так всегда будет? Почему ты не можешь просто взять и послать меня открыто?» Кое как найдя силы, сняла верхнюю одежду, сходила в ванную, вымыла руки и пошла на кухню — хотелось поужинать. — Чёрт… — Это было адресовано пустым полкам в холодильнике. — Если ты тут живёшь, то мог бы позаботиться хотя бы о еде. Хотя конечно. — С грохотом закрыла дверку. — Тебя же это не волнует! Ты привык питаться в ресторанах и пользоваться доставкой. Ворча себе под нос, пошла обратно в прихожую. Выходить на улицу совершенно не хотелось, а заказывать было дорого. Ирина остановилась в небольшом помещении. «А если с тобой всё-таки что-то случилось?» — эта мысль ей совершенно не понравилась. Снова оказалась на банкете и задумчиво посмотрела на собственное отражение. Константин ей ничего не сказал, просто забрал, довёз, довёл… Правда буркнул лишь то, что это распоряжение начальства, но ведь это распоряжение могло и раньше появиться. «А если этот придурок тебя всё-таки нашёл? Ты же тоже уже должен ехать с работы… А если…» Схватила своё пальто, достала телефон, набрала в очередной раз Анатолия и услышала тихий звук его рингтона из подъезда. Сделала глубокий вдох, поднялась, отошла подальше. Через секунду дверь открылась. Ирина, скрестив руки на груди, сделала шаг вперёд. Ей хватило одного взгляда, чтобы понять, что единственным маньяком сегодня являлся некий крепкий алкогольный напиток. «Ну ты и… Чтобы я ещё раз за тебя испугалась!» Анатолий медленно закрыл дверь и посмотрел на неё. За время поездки успел немного протрезветь благодаря максимально включенному кондиционеру. — Ты за вещами? — Бросила Ирина, усиленно делая вид, что ей сейчас всё равно. Он медленно прошёл вглубь, наплевав на необходимость переобуться. Аккуратно взял её за запястье и потянул на себя. Пробежался взглядом по её лицу, затем пронзительно посмотрел в её глаза. — И правда… Без дна. — Проговорил с усмешкой. — Бутылка твоя? — Свободной рукой махнула у себя перед носом. — Что ты… Он аккуратно взял её лицо в свои ладони и слегка наклонился. Ирина изогнула бровь, видя что-то не то в его взгляде. Она знала, как выглядят его глаза, когда он выпьет, и сейчас что-то было по-другому. — Так… Тебе сейчас надо просто лечь… — Уложила ладони ему на грудь и успокаивающе погладила. — А я… Я наведу тебе чай… Он мотнул головой, чуть сильнее сжав её щёки. — Я не хочу чай… И себя без тебя не хочу… Точнее… Не могу я без тебя, дура Алексеевна, — коснулся её губ. — Очень захотел тебя сейчас увидеть… Она не успела даже возмутиться на нелестный комплимент, потому что противостоять его настойчивости было невозможно.