Ларчик историй

      В последние несколько дней Лара была очень занята-срочный, и очень интересный заказ, увлек женщину так, что она практически не виделась с внучкой. Танечка приходила домой, здоровалась, но на их обычные задушевные беседы не было ни сил, ни времени. Сейчас же, сидя рядом с девушкой Лариса видела, что и желания у ее девочки тоже не было. Танюша, обычно делилась всем с ней, сейчас же сидела тихая и задумчивая. На свой страх и риск она решила ступить на зыбкую почву переживаний девушки. Лара очень хотела, чтоб эта странная задумчивость, несвойственная Танечке, была связана с одним конкретным майором. «Старая сводня» - подленькая мыслишка промелькнула в голове старшей Васильевой, но тут же пропала. Нет, сводней она себя не считала, просто с высоты своего жизненного опыта хотела счастья своей внучке. - Танюш… все одна и одна, — первые шажочки сделаны, теперь главное не давить, ее девочка этого не потерпит. – Ну у других бабушек внучки по клубах развлекаются, знакомятся… - Таня удивленно посмотрела на бабушку. Раньше она не замечала у своего Ларчика никаких признаков не только матримониальных поползновений, но и близких к ним. - Ба, ты вот вообще сама живешь, и ничего… - Я не одна, Витя всегда со мной… - попытка Тани парировать выпад бабушки заведомо была провальной. Девушка только вздохнула, — ее Ларчик всю жизнь была верна мужу. И не потому, что не было достойных кандидатов. Были не просто достойные, а о-о-о-о-очень!! достойные. Просто такая сильная любовь…       Девушка вспомнила как однажды подслушала разговор своей мамы с ее приятельницей. Алена недоумевала, как могли сойтись ее родители... Чем мог зацепить девушку из приличной семьи следователь МУРа, бывалый мужик с не самой простой судьбой? Если бы ей, Тане, сейчас задали этот вопрос она бы без раздумий ответила: «Спросите Романовского» - Мы сегодня с Романовским упустили преступницу… - Лариса села напротив внучки и приготовилась слушать. Девочка никогда долго не держала в себе переживания. Вот и сейчас не стала изменять привычке делиться с бабушкой. Вот только беспокоила Танюшку не сбежавшая преступница. - Ну, ничего, поймаете, — следующие несколько шагов в выбранном Ларой направлении. - Поймаем, обязательно поймаем. Но мне показалось он с ней знаком… - мысленно Ларочка улыбалась, хотя ни один мускул не дрогнул на лице женщины. Ее девочка просто ревновала и так как подобное чувство для Тани было внове, она естественно не знала, как себя вести. – То, как они общались, называли друг друга по имени… - Видимо, эта женщина из его прошлого. Так бывает, Танюша, особенно с такими мужчинами как Кирилл Дмитриевич… - Лариса задумчиво замолчала. - Или как дед? – не дождавшись продолжения девушка выдвинула предложение, но, вместо того чтоб рассказать что-то интересное из прошлого, Ларчик просто грустно улыбнулась и подозрительно быстро согласилась. Она не хотела вспоминать, но кадры из прошлого уже сменялись перед ее мысленным взором…

***

... Дверь со стуком распахнулась и в комнату оперов вихрем влетел майор Романовский. Именно влетел, а не вошел. Никогда не отличающийся особой терпимостью, сейчас же Кирыч и вовсе был в ярости. Бросив Тане папку, он на доске прикрепил фотографию красивой женщины. - Дарья Баринова, 1993 года рождения, опытная воровка – информацию он выдавал быстро, словно автомат, — вооружена наганом, из которого был застрелен Калачёв. Подчиненные настороженно смотрели на Кирилла, словно боясь сделать лишнее движение. - Откуда такая инфа? – Инга задала вопрос, но при этом отклонилась подальше. Она смотрела на друга, но от дальнейших вопросов воздержалась. Кирыч должен остыть, а то сейчас можно запросто попасть под его горячую руку. Он не самодур, но признавать, что был неправ не будет. Так что лучше просто подождать. Кир забрал из рук Тани отчет экспертов и передал его брюнетке, посоветовав внимательно почитать. Танюша так и не рискнула посмотреть на мужчину. - Если она умная и опытная, значит постарается не попадаться на глаза полиции... - Согласен, — Кирилл обвел взглядом подчиненных. – Еще версии? - Может по ЧОПам оперативку разослать, охранники в городе буквально везде… - Воронин последовал примеру Инги и внес свое рациональное предложение. - Молодец, хорошая мысль. Работай… - сомнительная похвала от злющего Романовского. Но Никита парень не впечатлительный, выдержит. – Еще что-то? Нет? – Работаем, бездельники, — и с таким «жизнеутверждающим» напутствием Кирилл Дмитриевич покинул своих подчиненных так же быстро, как и появился. От внимательных глаз брюнетки не укрылось странное поведение Васильевой – она напрягалась и как-то вздрагивала каждый раз, когда к ней приближался Романовский.       «Не рукоприкладствовал же Кирыч, в конце концов» - грешным делом подумала Инга, но тут же отбросила это дурацкое предположение. - Ингуш? Что там? – оказывается, пока она размышляла свои глупые размышления, коллеги ждали информацию из принесенных начальством документов. Девушка зачитала сухое, но крайне информативное заключение баллистической экспертизы. - Вот как он это делает? – Воронин громко и эмоционально восхищался или возмущался Романовским. – Пришел, какие-то документы бросил, ушел. И пуля эта… Вот откуда у него вторая пуля? - Мы вчера были на операции и упустили Баринову, — Таня, запинаясь, негромко сообщила коллегам. Это признание буквально повергло всех в шок, повисла пауза. В тишине даже были слышны обрывки разговоров из коридора. – Что? – возглас девушки получился особенно визгливым. – Она отстреливалась! - Это понятно… - первым вернул способность говорить Никита. – А с каких пор ты на операции ходишь с Романовским? И почему я не в курсе? - А я должна докладывать? Извини, — Татьяна откровенно злилась. Что она такого сказала, что Инга смотрит на нее волком, а Никита вообще, решил «обиженку» изобразить? И стоит заметить — довольно удачно. – Ты кстати сам ЧОПами займёшься или помочь? Сам? Отлично! – девушка по примеру непосредственного руководства быстро покинула кабинет, оставив коллег гадать, какая же муха ее укусила.       «М-да, понятно теперь все. Попал Романовский, пропала Васильева. Теперича или вывезут это, или Кирыч быстренько ее переведет в другой отдел» - Инга предпочитала молчать и не лезть в дела других людей. Но Романовский это другое дело, особый случай так сказать. Когда-то она, как и Таня… по уши… Только ей хватило ума скрыть чувства. А плановый график курсов повышения квалификации очень своевременно отвлек девушку. - Странная она сегодня… - Может влюбилась, — Инга первая решила вернуться к работе. Личные драмы — это очень увлекательно, но совсем не на пользу их криминальному делу. Вот только Никитушка так не считал, он все еще пытался разобраться в странном поведении подруги. -Аха, гы-ы, скажи еще, в Романовского… Бред! - А что? Он мужик видный. Правда женат на работе. Я предупреждала, она не послушалась…       Никиту словно оглушили. Узнать, что Таня может, всего лишь, вероятно, может испытывать романтические чувства к циничному Романовскому, было чертовски больно. Да, в свое время он питал к девушке нежные чувства, но Таня резко это все пресекла, четко распределив границы их отношений. Что же сейчас не так? Одно дело соревноваться за внимание девчонки с Ванькой, и совсем другое… Коротко говоря, тягаться с Кириллом Дмитриевичем он еще не дорос.       «А надо ли?» - слабый голос здравого смысла все же прорезался в сонме сумбурных мыслей. И Никита принял взрослое решение не лезть туда, куда не просят. Пока это не понадобится…

***

       Предложение Никиты принесло результат, в охране работает много бывших сотрудников, один из них опознал по ориентировке разыскиваемую женщину и вызвал наряд на свалку старых автомобилей. Баринова спряталась и грозилась убить любого, кто к ней попытается приблизиться. Кирилл прибыл немного позже своего молодняка и быстро оценил обстановку. Ребята выбрали грамотную позицию и были более или менее защищены. - Баринова, не глупи – майор встал позади Тани и обратился к старой знакомой. Он не скрывал своего знакомства с этой женщиной, и в блондинки это вызывало иррациональное чувство злости. - Кирюша, милый… - голос Дарьи звучал мягко, пока она не продолжила, — … пошел к черту! – выстрел, последовавший за этим посылом пусть и не был метким, но высек сноп искр неподалёку от их голов. Романовский бережно прикрывая голову Татьяны, не отпустил ее, пока не убедился в относительной безопасности. Он снова огляделся и прыгнул вперёд, под прикрытие рядом стоящего остова автомобиля. Тотчас раздался еще один выстрел. Пуля ударила в металл, обдав кожу майора частичками ржавчины, но не причиняя вреда. Воронин незамедлительно ответил. - Без приказа не стрелять! – строго распорядился Кир. - Мне или ей? – Никита ответил быстро, но совсем не думал, за что и был удостоен фирменного укоризненного взгляда майора и очередного выстрела Бариновой.        Предложение поговорить Дарья отвергла еще одним выстрелом. Танюша следила за действия мужчины, и когда он облегченно выдохнул и поднялся во весь рост, испугалась. Девушка не понимала к чему так бессмысленно рисковать. Но Кирыч отряхнул руки, вышел из-за укрытия и начал отсчет выстрелов, не обращая внимания на угрозы «теперь точно не промахнуться» - Один выстрел в квартире Минаковой, два у бара и четыре здесь… Итого семь. У тебя просто больше нет патронов, — в руке майора звонко щелкнули наручники, и он ослепительно улыбнулся. – Привет…

***

      Кирилл строго-настрого запретил всем подчиненным заходить в допросную. По сути это касалось только Тани, потому что Инга с Тимохой уже отсутствовали, а Воронин писал отчет по использованных пулях. Девушка стояла за стеклом, наблюдая за парой в допросной, и боялась даже дышать, не то что шевелиться. She knows that he knows, что она наблюдает, но рисковать и делать лишнее движение не было желания.        Романовский ходил кругами по допросной, впрочем, как всегда, это делал. Что касается подозреваемой, то Дарья Баринова определенно знала себе цену. Красивая, ухоженная, с оригинальными украшениями… а еще Танюша мельком заметила в вырезе жакета ее белье — красивый сексуальный бюстгальтер на бретельках. То, что при движении будет видно белье, скорее всего, задумывалось. Ведь деятельность этой женщины подразумевала использование всего арсенала «женских штучек», включая собственное тело.       Когда-то с этим мужчиной Дашу связывали близкие, слишком близкие отношения. Она знала его характер, и сейчас сидя в допросной перед Романовским улыбалась, в надежде что он тоже вспомнит их былые времена. Вот только расчет оказался неверным. Баринова поставила на себя, но не учла поправку на время. Время изменило его. Кирилл стал умнее, циничнее, подозрительнее… И тоже помнил былые времена. Правда это были абсолютно разные воспоминания. - Если бы пять лет назад я тебя остановил, ты не стала бы убийцей, — в тихом голосе слышалось искреннее сожаление. Вот оно! Тот шанс, которым просто обязана воспользоваться Дарья. Она должна выбраться, как всегда, это делала до этого… - Но ты не остановил… - мягкое обвинение и сожаление, что так произошло. Улыбка, такая робкая и несмелая. - Да… - Кирилл смотрел, не моргая в одну точку. Даша была уверена, что на нее, на самом же деле сквозь нее. А Таня наблюдала за этим допросом и ей впервые казалось, что она вмешивается во что-то запретное. То как женщина взяла в свои руки большие ладони Романовского, с какой нежностью касалась его кожи кончиками пальцев, то как он смотрел на нее... Девушке стало физически больно. Отчего-то воздух стал густым и его становилось катастрофически мало. А потом мужчина улыбнулся, только уголками губ, отчего на щеках появились ямочки. Таня закрыла глаза…дышать стало нечем! - Ты зря стараешься… История не терпит сослагательного наклонения, все прошло, — нежнейшая из улыбок превратилась в насмешку. - Тогда пять лет назад я поддался чувствам. Больше этого не повториться, — а за стеклом младший лейтенант Васильева снова обрела способность дышать нормально, полной грудью. - Ты просто боялся за свою карьеру – парировала Баринова. Она понимала, что проиграла, но не привыкла просто так сдаваться. - Пусть так, — согласился Кирилл. Впрочем, это было недалеко от правды. В то время он действительно боялся за карьеру и прежде чем принять решение отпустить женщину с которой жил под одной крышей и спал в одной кровати, тогдашний старлей все тщательно взвесил и риск оказался велик.       Одно упоминание о Тане едва не вывело Романовского из себя. Это его личное и никто, ни при каких условиях не имеет права вмешиваться и ступать на эту территорию. Только одному человеку это позволено – самой Тане Васильевой, однако Кирыч еще не решил, готов ли он пустить туда девушку.        Решение за них обоих приняла Танюша. Она ждала возле двери допросной, когда дежурный уведет подозреваемую в камеру, столкнулась с этой женщиной и выдержала ее насмешливый взгляд. Да она что угодно выдержит если… Все, гражданку Баринову увели, а за открытой дверью Романовский, который изводил себя в бессильной злобе, потому что тогда, пять лет назад ему не хватило выдержки арестовать близкую женщину. Таня знала, что рискованно подходить к такому Кириллу, но потом будет поздно. Девушка прикрыла дверь и неслышно приблизилась. Ей хотелось провести рукой по его волосам, сказать ему, чтобы он не обращал внимания на слова Даши, что... Что ещё, она не успела подумать потому что опустила ладонь на напряженное мужское плечо. В следующее мгновение Романовский вскочил так резко, что стул опрокинулся и с грохотом упал на пол, а Таня оказалась прижата спиной к зеркалу. Кирилл перекрыл ей путь к отступлению, упершись левой рукой в стекло, правая – сжимала девичью шею. Он сверлил ее стальными глазами, тяжело и прерывисто дыша, на щеке судорожно дергался мускул. Не размыкая зрительного контакта, девушка медленно убрала мужскую руку от своей шеи пока Кир, сам того не желая, не сделал ей больно. А потом все мысли вылетели из головы, потому что ее губы оказались захвачены поцелуем.       Кирилл целовал ее бережно, пробуя на вкус сначала верхнюю губу, потом нижнюю; Танюша положила ладони на его широкую грудь, провела ими вверх, по его плечам и, прижимаясь к нему телом со всей страстью ответила на поцелуй. Пальцы путались в волосах, а губы все целовали, но Тане этого было мало — хотелось еще и еще… Поцелуй оборвался неожиданно… Романовский, словно вспомнил где он находится и с кем, резко оторвался от губ девушки и ушел. Вернее, убежал… Просто оставил ее стоять на подгибающихся ногах у зеркала… У зеркала, с обратной стороны которого, лейтенант Никита Воронин стал случайным свидетелем этого проявления чувств. Еще несколько часов назад он твердил Инге, что чувства Тани к Романовскому бред. Сейчас же воочию убедился в правоте брюнетки. И ревновал… Если раньше ревность была гипотетической, то реальная ревность к целующему девушку Кириллу Дмитриевичу буквально обжигала изнутри…

***

      Утром на оперативке Романовский вел себя как эталонный говнюк. Досталось всем, но особенно Татьяне. Девушка всю ночь размышляла о произошедшем в допросной и пришла к выводу, что зря… Они слишком разные по характеру и натуре, а поцелуй... Таня просто оказалась в… ненужном месте и в неправильное время. Слишком много позволила себе… Замечталась просто. Правда падать с высоты оказалось больно, слишком больно…       Кирилл и сам понимал, что ведет себя как ублюдок. И злится нужно не на Таню, а на себя. Сначала он ведет ее на ужин, который почти что свидание, потом целует, а потом, вишенкой на торте, прилюдно распекает… Но утром, когда он вспомнил (не прошло и полугода) о камерах в допросных, то оказалось, что записи камер забрал Воронин. Хренов защитник добродетели девицы Васильевой. Чувство ревности для Романовского было новым, но крайне досадным, словно заноза.       Выдержки Никитки хватило минут на десять. После того как их начальник – мудак отправил девчонок на свалку, Воронин пытался держаться, но терпение никогда не было его отличительной чертой. И он отправился в начальственный кабинет «расставить точки над i» - Было что-то с ней? – Воронин сразу начал с наезда. Кирыч не удивился, даже ждал чего-то подобного. Вот только не так прямо и так не громко. Скорее ожидал пакости мелкой или не очень, например, царапины на глянцевом боку джипа или чего-то подобного. Молодец, Воронин, мужик! - Ты обалдел? Это вообще не твое дело, — Романовский улыбнулся дьявольским оскалом. – Стоп, пока ты окончательно не накосячил… Но Воронин уже вошел в раж, парень несся со скоростью литерного поезда прямо навстречу неприятностям. Да и Романовский не отставал. Майор уступал в росте лейтенанту, но Никита немного оробел, когда соперник приблизился к нему. Тимофей появился в кабинете Кирыча как раз вовремя, чтоб предотвратить драку. Никогда еще молчаливый опер так не радовался трупу.       Лезть в чужие дела Инга не любила, но сейчас другое дело. Она не думала, что и Кирыч и Таня, оба взрослые люди и сами должны разобраться между собой. Ей было необходимо защитить взрослого мальчика Кирюшу от нехорошей тети Тани. Да только Таня не намерена выслушивать нравоучения еще и от коллеги. Ей вполне хватило Романовского. Девушка услышала его и приняла. Но больше… Хватит. В конце концов в эту игру играют двое, так чего правила только для нее? - У нас с ним ничего не произошло, — это сказано было таким тоном, что впору одевать тулуп. Только Инга слишком упряма, и оставлять за Таней последнее слово не собиралась. - Понятно… - выяснять отношения было интересно, а работать – полезно. Вот девочки и решили заняться полезным делом, а занимательное оставить на потом.

***

      Ничто так не сближает, не формирует командный дух и не способствует примирению как свист пуль над головой. Эту истину Романовский и его команда выяснили эмпирическим путем на автомобильной свалке. Защищая своих девчонок от трех романтиков с большой дороги, которых занесло случайным ветром прямиком из девяностых, Кирилл Дмитриевич и Никита действовали на удивление слаженно. Тимофей тоже был на высоте. Да и девочки не посрамили честь отдела…       Кирилл не успел на несколько секунд – граната взорвалась за машиной, где прятались Таня с Ингой. Он с особым удовольствием всадил в преступника три пули и только потом с криком «Васильева!!» бросился к горящим обломкам.       Не зря говорят, что в момент смерти перед глазами проносится вся жизнь. За то время, что он бежал к Тане, Кирилл успел испытать все муки ада. Больше всего он боялся увидеть ее мертвое тело. Кир не мог потерять ту единственную, которая стала центром вселенной, и кого по своей глупости и упрямству еще утром готов был оттолкнуть… Девушки лежали рядом, оглушенные, грязные и жутко перепуганные. Топот ног они почувствовали – в ушах еще звенело. - Таня… - Кирилл отбросил табельный и упал возле девушки на колени. – Жива? - бегло осмотрел ее на предмет видимых травм, и не увидев таковых, прижал к себе. – Не волнуйся, я теперь с тобой… Я теперь всегда буду с тобой.             Таня плакала и обнимала его в ответ, что-то шептала, наверняка важное, но Кирыч ничего не слышал. Главное, что его неугомонная Васильева жива, и в ближайшие лет сорок — пятьдесят Кирилл Дмитриевич Романовский намерен зорко следить чтоб так и оставалось. Естественно, за ними наблюдали три пары глаз, но и с этим Романовский готов мириться. Вон, Инга даже умирать передумала, просто жалась к Воронину, который, кстати, обнимал девушку уж слишком не «по-коллеговски». Но Кириллу было плевать на все, кроме того, что Таня в порядке, да и все они в порядке. Просто от чего-то вдруг накатила усталость и захотелось лечь, прижать к себе Васильеву и не вставать часиков так шесть, а лучше восемь. Но из подходящий горизонтальных поверхностей была только земля, куда Кирилл и улегся. Пружина в груди медленно распускалась, давая возможность дышать. Танюша находилась на своем месте, лежала, прижавшись к его боку и положив голову на его плечо. Жизнь снова приобретала краски… - Работа мечты, правда ребята? – Романовский с удовольствием слушал нестройных смех и согласие своих ребят под звуки приближающихся сирен. Скоро их единение нарушат…

***

…Губы Тани были такими мягкими, податливыми и жадными одновременно, а ее тело извивалось в его объятиях. Кирилл сидел на собственной кровати, а Танюша оседлала его колени, и они увлеченно целовались. Мужчина обнимал ее и прижимал к своему телу, лаская спину, а девушка с наслаждением растрепала его всегда идеально уложенные волосы. - Давно хотела это сделать… Таня тяжело дышала. Кирилл был безжалостен — отпускал ее только для парочки коротких вдохов и снова принимался терзать губы. Девушка не заметила, как между поцелуями мужчина избавил ее от одежды, во всяком случае между ее и его грудью не было досадных преград в виде ненужного шмотья. Она нетерпеливо заерзала у него на коленях, совершая недвусмысленные движения. - Сиди спокойно, — Кирилл дернул Таню за волосы призывая к порядку. Ему очень нравился их беспорядок, просто выдержка могла изменить, — Дай мне пару минут… - Кирилл Дмитриевич, что случилось? – игриво спросила. Девушка почувствовала свою власть над этим мужчиной и вовсю наслаждалась. Она ласкала языком уши, шею, спускалась к ключицам и ниже… Таня изучала его тело, запоминая самые чувствительные места… - Не могу больше… - хрипло протянул Кирилл и опустил Танечку на спину, нависнув сверху. Остатки их одежды кучей валялись рядом, а девушка едва что-то соображала от возбуждения. Да, Кир дал ей свободу действий, но до определенного момента. А дальше — взял все в свои руки. И теперь ее тело сотрясалось мелкой дрожью. А сил сказать, что она хочет кое-что другое, не было. Но Романовский и сам все понимал, изводить ее и себя медленными ласками дальше не собирался… Движение в сторону, едва слышный шелест фольги контрацептива, и наконец мучительно медленное скольжение мужских ладоней вдоль ног.       Кирилл медленно, по миллиметру, заполнил ее собой, не спеша, давая привыкнуть. В один момент стало больно – ее тело не привычное к таким «упражнениям» протестовало, но это быстро прошло, сменившись удовольствием. Таня двинулась бёдрами навстречу старым как мир движениям, игнорируя болезненное ощущение, растворяясь в них полностью и без остатка…       Ленивые поцелуи, сладкие, переходящие в глубокие, влажные, слишком откровенные. Щемящая нежность, сменяющая жгучее удовольствие. Жадное, неутоленное желание, взрывающееся ослепляющим удовольствием. Жарко… Алчно... До безумия…       … Танюша проснулась от нежного поцелуя, аромата кофе и… ярких солнечных лучей октябрьским утром. - Кирилл… – прошептала она с сонной улыбкой, возвращая поцелуй, — доброе утро. - С добрым утром, ангел души моей…