Месть повелительницы вампиров

      Ни к чему хорошему переезд в Сан-Мишуно не привёл. Никакого облегчения, ни следа чувства свободы. Кенди погрузилась в пучины депрессии и безразличия. Едва хватало сил ходить на работу. Бардак в квартире: пыль и грязь везде, грязная посуда и стаканы, коробки из-под еды, заказанной на дом. Кенди приходила с работы, падала на диван и бездумно пялилась в телевизор. Да что там, даже мылась, когда шкала гигиены достигала критического минимума.       Что с ней происходит, Кенди никак не могла понять, да и не пыталась, если честно. Попыталась выкарабкаться самостоятельно, созвав друзей на клубную тусовку в «Пан Европа». Танцы всегда поднимали настроение Кенди, но не в тот раз. Нет, вроде начало получаться: как в старые добрые времена собрались всем клубом, включая повзрослевшую Юки, станцевали несколько групповых танцев. Подошёл Хоакин, попросил принять в клуб Джейд Розу. Глаз не сводил с эффектной брюнетки. Кенди не стала ломаться — выполнила просьбу. То, что было у Кенди с Хоакином, быльём поросло. Они давно просто друзья.       С сестрой удалось перекинуться парой слов, в очередной раз пригласить в гости:       — Неужели неинтересно, как я устроилась?       — Ужасно интересно! Обязательно забегу на днях. Кстати, я закончила работу над зельем бессмертия. Посмотри на меня: ничего не замечаешь?       Кенди присмотрелась: на уровне шеи Юки светился, переливаясь, знак бесконечности.       — Я теперь бессмертна, сестрёнка! И Симеон — тоже. На, выпей.       Как уже упоминалось, отказаться от предложенного зелья невозможно. Кенди взяла колбу и выпила досуха. По ощущениям ничего не произошло. Другие симы видели, как Кенди немного подкинуло в воздух, закружило, охватило мягким сиянием. На уровне шеи возник такой же, как у Юки, знак бесконечности. Как и зелья омоложения, Юки сделала двенадцать порций бессмертия для Кенди. Отдала, разрешила использовать на ком угодно и ушла с вечеринки, кинув небрежное:       — Пока, сестрёнка, увидимся.       Кенди поглотило чувство вины. Она, получается, на Юки чуть ли не крест поставила, а Юки взяла и выполнила данное обещание. Танцы и туса с друзьями перестали радовать. Кенди поднялась к бару и напилась впервые в жизни.       И продолжала заниматься этим увлекательным занятием дома, в шикарной городской квартире, в полном одиночестве. В столовой, напротив кухни, сразу за стеной с телевизором, обнаружился бар, на который Кенди раньше не обращала внимания. В баре — бесчисленные запасы всевозможных напитков. Оказалось, искусство бармена весьма увлекательно, а главное — можно сразу проверить на себе повышение мастерства. К лунному пейзажу запущенной квартиры присоединились элементы пустых бокалов и бокалов с испорченными напитками.       — У-у-у, да у тебя тут как в берлоге заправского алкоголика!       — Ты как вообще сюда попал?       — Дверь нараспашку. Я покричал, но ты не слышала. Я подумал, может, что случилось. Может, расскажешь?       Калеб Ваторе, личный ангел-хранитель Кенди. Пояснил, сгружая в помойку старые грязные коробки, в посудомойку — посуду, запуская робот-пылесос, что на последнем концерте ему не понравилось, как Кенди выглядела. Решил вот заглянуть узнать, что происходит со старой подругой.       — Надоело всё до чёртиков. Всё и все. И ты тоже. Уходи, чего ты вообще припёрся?       Злые слова Калеб пропускал мимо. Разобравшись с квартирой, принялся за хозяйку. Брезгливо поморщился на грязную барную стойку, протёр до блеска, нашёл относительно чистый бокал, намутил какое-то: — Целительное. Пей, рецепт моей бабушки. Насчёт вытянуть с того света не скажу, да и от тоски не излечит, но на ноги точно поставит.       Заставил выпить, почти насильно потащил в душ:       — Тебе придётся помыться самой, если ты не хочешь, чтобы я видел, до чего ты докатилась.       Пришлось послушаться. Калеб оказался прав: то ли пойло бабушки, то ли давно позабытое ощущение свежести после душа, но Кенди немного пришла в себя. На вопросы Калеба, правда, ответить не смогла. Хмуро молчала. Если бы она знала, что с ней происходит, она бы могла попытаться с этим бороться.       — Знаешь что? Давай-ка, собирайся. Поживёшь у нас. Лилит давно мечтает о карьере тренера — на тебе и потренируется. Мне поможешь — мне скрипка никак не даётся. У тебя же высший уровень? Вот, как это говорится? Поднатаскаешь. От себя могу предложить уроки игры на органе. Тебе же понравилось, помнишь?       Кенди было всё равно. Калеб что-то говорил о непривычном для Кенди одиночестве, что она, видимо, из тех симов, которым обязательно нужно о ком-то заботиться. Возможно, он прав.

***

      Прав безусловно. Калеб Ваторе, несмотря на внешнюю молодость, на отметку «молодой» в шкале возраста живёт на свете не первую сотню лет. Кенди изгрызло чувство вины перед сестрой, а вместе с ним ощущение ненужности, брошенности. Везде преследующие комментарии Юдит Уорд о никчёмности лишь добавляли масла в огонь. В уютном доме семейства Ваторе Кенди стало немного лучше. Окружённая заботой обоих, и сестры, и брата, Кенди постепенно приходила в себя. Разбила сад на заднем дворе. Сплошь растения, необходимые вампирам. Здесь её старания не остались незамеченными — и Лилит, и Калеб высоко оценили вкусовые качества кровавых плодов.       Вместо барной стойки Кенди там же, в саду, установила соковыжимающий аппарат с функцией газации. Первая же партия напитка под названием «Шипучая кровь» удостоилась наивысших оценок и сестры, и брата.       — Выскочка, Кенди? Знаешь, что я тебе скажу? Выскочкой быть не так уж и плохо. Посмотри на это с другой стороны. Проанализируй. Выскочить, выделиться из толпы, понимаешь? Мы с Калебом были уверены, что знаем всё об использовании кровавых плодов в кулинарии. И тут приходишь ты, покупаешь эту машину и делаешь то, что нам в голову просто не могло прийти.       Лилит откровенно восхищалась всем, что делала Кенди. Владение музыкальными инструментами, пение, танцы, успехи в улучшении деревьев с кровавыми плодами. Ранними вечерами Лилит приглашала Кенди на пробежку. Мрачный Форготн Холлоу представал перед Кенди в другом свете. Не мрачный — таинственный. Мистически красивый, загадочный. Добегали и до поместья Штрауда, рассматривали со всех сторон, восхищались архитектурными решениями. Очень сблизились, стали лучшими подругами. Именно поэтому Кенди, наконец, решилась:       — Лилит, у меня к тебе просьба: сделай меня вампиром.       — Ты с ума сошла! Нет, нет и нет. Об этом не может быть и речи!       Первая попытка провалилась, но Кенди настаивала, уговаривала. Вспомнила об упоминании заветной мечты Лилит об образцовом семействе вампиров. А какое образцовое семейство без отпрысков? На это и давила беззастенчиво. Уговаривала, упрашивала. Лилит поначалу и слушать ничего не хотела:       — Знаешь, что такое вампир? Ты на нас с братом не смотри. Мы скорее исключение из правил. Обрати внимание на Штрауда. Зверь, лютый и жестокий. Ты хочешь стать такой же?       — Нет, Лилит. Я хочу стать такой, как ты. Ты же не зверь? Ты будешь вечно молода и красива. А я? Что такое обычный сим? Я ведь скоро умру, Лилит. Для тебя это случится очень скоро. Не для меня, нет. Я проживу обычную жизнь. Буду стареть. Тебе ведь я нравлюсь такой? А какой я стану, Лилит, знаешь? Ты знаешь, ты видела.       В таком ключе Кенди вела разговоры с Лилит изо дня в день. Всегда наедине, когда Калеб отлучался из дома. Совместные пробежки, совместные поездки в фитнес-клубы. Они прекрасно смотрелись вместе, им было весело друг с другом. Лилит действительно восхищалась Кенди, постоянно думала о сказанном милой девочкой. Век сима действительно очень недолог. Даже исключая внезапные смерти. Кенди стремительно взрослеет. Настанет время, когда она состарится и умрёт. Да, у неё есть зелья, но надолго ли их хватит? Настанет день, когда Кенди выпьет последнее зелье, останавливающее взросление. Захочет ли Юки дать ей новую партию? Да и вообще, зависеть от кого бы то ни было в этом вопросе, наверное, не самое приятное. А зелье бессмертия возраст не останавливает, и под его влиянием Кенди будет бесконечно стареть.       Совсем другое дело, если Лилит сделает её вампиром. Красота и молодость Кенди останутся при девушке навсегда. А что касается жестокости… Но ведь Кенди будет отпрыском Лилит! Её ночным созданием. Лилит сможет её воспитать. Собственным примером, Калеб поможет. Да, они с братом давали друг другу обещание никогда никого не обращать, но Лилит не могла вспомнить, обговаривали ли они случай, если сим сам просит. Кенди хочет стать вампиром, она просит об этом сознательно…       — Что ты наделала, Лилит?!       Калеб вернулся, когда пути назад не было. Лилит сдалась под напором уговоров Кенди, не устояла перед собственным желанием. Поцелуй-укус в шею заворожённой Кенди. Вскрик и стон лучшей в мире чувственной музыкой прямо Лилит в ухо.       — Ещё не всё, потерпи немного.       На собственном запястье острыми клыками Лилит порвала вену. Протянула Кенди:       — Попробуй вкус крови.       Калеб зашёл в гостиную, когда Кенди выпила уже достаточно. Ничего уже нельзя было исправить. Начался процесс трансформации сима в вампира.       — Пресвятые ламы, Лилит! Что ты натворила?!       — Я сама просила, Калеб.       — Помолчи! Мы же договаривались, Лилит!       Поздно. Кенди стало очень нехорошо. Прикрывая рот руками, мимо Калеба Кенди пробежала в туалет. Там её вывернуло, казалось, буквально. Наизнанку. Жгло внутренности, бунтовал желудок. В самом худшем приступе похмелья Кенди не было так плохо. В гостиной ругались Калеб и Лилит, а Кенди казалось, что она умирает.       — В любом случае, Калеб, дело уже сделано. Мы воспитаем её…       — Тебя обратил Штрауд, ты помнишь? Ты похожа на него?