Ты мне как дорогая матерь

Кнайф ушёл помыться к горному роднику. Когда он пришёл, он просто встал под струёй воды и грустно смотрел в пол. У него было расслабленно всё тело, но не душа. Он сделал самое грустное лицо, которое вы можете себе представить. Оно было полным обиды, отчаяния и горя. Он наклонил голову вперёд, чтобы вода ему не попадала в глаза и начал плакать. Он тупо стоял, а из его глаз лились слёзы. Кнайф сел. Он поджал ноги к себе. Его глаза всё больше наполнялись слезами. Нож стал полноценно рыдать. Фиолетовый хныкал и шмыгал носом. С каждой новой каплей слезы волны плохих мыслей становились только больше. Его в коллективе буллили больше всех. Его били Курасан и Краткий. С ним никто не общается. В прошлый раз его вообще оставили в сырой канаве. Он рыдал всё громче. Кнайф всё больше шмыгал носом и вытирал сопли своей кистью. Он начал кричать: –Сука! Ну почему меня все ненавидят?! Его слова были до краев наполнены горем и гневом. На его душе лежал тяжёлый эмоциональный камень. Он задумался, а не он ли сам виноват? От этого Кнайфа распирало ещё больше. Он сжал свою правую ладонь в кулак и достаточно сильно себя ударил. Нож опять закричал: –Да, блять! Сука! Это я виноват во всём! Почему я не могу быть просто нормальным?! А-а?! В этот момент, к этому роднику пришла Лампчка, ведь она тоже хотела помыться. Она уже за метров тридцать слышала чьи-то крики. Она подошла поближе, увидела и услышала Кнайфа. Лампчка открыла глаза пошире и разинула рот. Стеклянной было слишком больно наблюдать за тем, как её любимый обжект так громко плачет и хнычет. Вдруг, Кнайф закричал: –Я ненавижу себя! Сука! Ненавижу, ненавижу, ненавижу! А-а! Он захныкал с ещё большей силой. А Лампчка сама хотела бы заплакать от увиденного, но не хотела дать знать о своём присутствии до того, как Кнайф помоется. Нож через десять минут помылся. Ну, как помылся. Он просто все эти десять минут просидел под струёй воды. Он лёг на траву спиной и опять начал рыдать. В этот момент, Лампчка решила, что не за что не бросит Кнайфа в этот момент. Она тихонько подошла и тихо сказала: –Привет... Кнайф в потоке своих мыслей громко сказал, даже не посмотрев в сторону стекляшки: –Уйди! Уйди, стеклянная! Уходи! В голосе звучали строгость и грозность. Светобульба же просто так ножа не оставила бы. Но она начала тихонько уходить, не возражая Кнайфу. Он повернул голову в её сторону. Лампчка же тоже повернулась к нему. Стеклянная тоже плакала. В этот момент, фиолетового максимально прижали к стенке все плохие мысли. И, дабы их отогнать и "начать защищаться", крикнул: –Нет, Лампчка! Иди сюда! Пожалуйста, иди сюда! Затем он захныкал. Стеклянная вернулась. Она села рядом с Кнайфом. Ей тоже было грустно, ведь только что она наблюдала как плачет её друг. Нож сел. Лампчка ничего не стала спрашивать, а просто обняла ножа в ожидании, что он сам всё скажет. Но вот прошла минута, а он ничего не сказал. Тогда стеклянная шёпотом сказала, всё ещё обнимая Кнайфа: –Расскажи мне... Она отпустила ножа и стала смотреть ему прямо в глаза. Ножик стал говорить с комом в горле: –Я... – Он шмыгнул носом – Я-я-я... – Он отвернулся и снова начал рыдать. В этот момент Лампчка его тут же повернула к себе и обняла. Она сказала: –Суши боже! Кнайфечка! Ну не плачь, мальчик мой! Я рядом! Тебе хорошо со мной? Скажи же! Нож шмыгал носом и вытирал сопли руками. Сказать что случилось было трудно. Тогда стекляшка сама предположила. –Это из-за буллинга? Она его отпустила, взяла в свои руки ладони Кнайфа и смотрела прямо в его глаза. Кнайф кивнул. Лампчка сказала: –Бедненький... Мне очень тебя жалко! Ты даже помыться нормально не смог! Нож подозрительно посмотрел на стекляшку... Она наблюдала за тем как он мылся? Чего? Но его это не волновало. Стекляшка продолжила: –Всё! Теперь я от тебя и на шаг не отойду! А чем я тебе могу помочь сейчас? –Д-давай... – Он опять шмыгнул носом – По-пообнимаемся... Прошу... –Хорошо, миленький! Она обняла Кнайф. Он положил голову ей на плечо. Он ещё рыдал, но не так сильно, а Лампчка гладила его по головушке. Кнайф ответил: –Спасибо... А... – Кнайф вдохнул – За поддержку... Я... Я люблю тебя очень... –Бедный мальчик... Стеклянная поцеловала ножа в щёчку и прижалась к ней своей щекой. Кнайф сказал: –Знаешь... Я в последний раз чувствовал такую любовь и заботу, когда я рос со своей мамой... Я когда плакал, она меня также утешала... Я только с этим могу сравнить то, что я чувствую сейчас... Лампчке стало очень приятно от подобных сравнений. Она полушутливо спросила: –То есть... Я теперь твоя мама? Она слегка улыбалась. Нож ответил: –Ну, насколько это не было бы шуткой, но всё же... Да... Я тебя вполне могу сравнить с моей дорогой матерью... Лампчка ещё раз поцеловала Кнайфа в щёчку. Он добавил: –Только, пожалуйста, не умирай так же рано, как она...