Домоседы

***

      В уютном итальянском ресторане звучит приятная музыка, располагающая к отдыху в компании друзей, семьи и самых близких людей, с которыми все приходят сюда по пятничным вечерам. Именно в эти дни здесь играет джаз, и именно по пятницам в заведении подают фирменную пиццу, ради которой тут и собираются целыми компаниями. Кто-то пришёл с детьми, и те шкодливо суетятся вокруг взрослых, а иногда дёргают работников. Некоторые сидят со своими товарищами и коллегами, отмечая окончание трудовой недели, а кто-то проводит время с любимыми людьми, как Чонгук и Тэхён.       Полумрак разбавляют яркие пятна витражных цветастых ночников и искусственные мандариновые деревья, которые не отличить от настоящих. Официанты снуют между столами, умело маневрируя, и разносят пиццы, пасту, а ещё сырное мороженое, которое здесь заказывает большинство гостей. Ким и Чон тоже решили полакомиться десертом, прикончив пиццу с копчёным беконом, шампиньонами, красным луком и моцареллой. Они допивают свой рубиновый лимонад из брусники, мяты, лайма, дынного и клубничного сиропа, содовой, и к ним уже спешит миловидная девушка с подносом, на котором две хрустальные вазочки и серебряные ложечки. — Как вам пицца? Всё хорошо? — учтиво спрашивает официантка. — Да, спасибо, всё прекрасно, — почти хором отвечают парни. — Чудесно! Вот ваше мороженое, приятного аппетита и ещё раз хорошего вечера!       Вечер действительно выдаётся дивным. За приоткрытыми окнами шелестит летний ветер, играя с заходящим солнцем и листьями деревьев. В такие моменты жизнь почему-то ощущается иначе… Всё будто замедляется, и хочется просто наслаждаться моментом, растянуть его подольше, а потом брести по бульварами и аллеям к дому, держась под руку и неторопливо обсуждая неделю, оставшуюся позади. — Знаешь, эти лампы мне напомнили кое-что, — делится мыслями Тэхён, поедая прохладный десерт. — Расскажешь? — Нашу вторую встречу. Она была не менее яркая, как и первая, и какая-то волшебная, как мне тогда показалось… Кому я вру? Я и сейчас так считаю. — По цвету действительно напоминает, — соглашается Чонгук, рассматривая витражные ночники, в которых преобладает оттенок фанданго. — Хорошо, что я заглянул тогда к тебе, не пустив всё на самотёк. — Год почти пролетел, а чувство, что вчера познакомились! — Мне кажется, если у нас появятся дети, история нашего знакомства будет для них любимой, — улыбается Чон, облизывая сладкие от мороженого губы. — Спасибо, что дал мне шанс тогда, Тэхён. — Я не мог поступить иначе. Ты был слишком очаровательным, и твои жесты, ухаживания… Любой бы сдался! — Любого мне не нужно, а вот ты… — Чон берёт своего парня за руку, не стесняясь присутствующих людей, ведь те тоже заняты своими делами. — Надеюсь, ты до самой нашей старости будешь встречать меня вечерами с работы; готовить наши любимые панкейки с бананом; петь мне песни перед сном и, конечно, рассказывать о достижениях Зиты и Гиты. — О, достижения моих собань — точно святое! — посмеивается Ким. Он очень любит двух своих длинноногих левреток, одна из которых изабеллового окраса, а вторая — серого. Тэхён взял их совсем крошечными три года назад, заботился о них, а попутно снимал всё на видео и выкладывал в свой блог. Теперь Зита и Гита — звёзды интернета, и Тэхён даже ушёл с основной работы, полностью занявшись блогингом и прилично на этом зарабатывая, обозревая классные книжные новинки и, конечно, показывая всем своих собань. — Вот и договорились, моя любовь, — довольно кивает Чонгук, покрепче сжимая руку Тэхёна. — А ещё нам надо, как и думали, рассказать в твоём блоге о нашем знакомстве. Уверен, видео наберёт минимум миллион просмотров! — Может, этим и займёмся на выходных? Я уже даже продумал локацию: присмотрел симпатичное место у озера. Можем взять с собой Зиту и Гиту, нарядить их, устроить фотосессию, которую я обещал своими зрителям. Заодно насладимся пикником и нашим рассказом. — Идея хороша, а как насчёт нарядов для собань? — Я завтра утром заберу их у швеи. — Тогда по рукам! Пикнику и видеосъёмке — быть.

***

~Около одного года назад~

— Слушай, ты уверен, что у тебя ничего не испортилось? — принюхиваясь к холодильнику и мусорному ведру в тумбочке, задаёт вопрос Сокджин — брат Тэхёна, что гостит у него сегодня. — Воняет же невыносимо… Серьёзно, чувак, ты бы проверил там, а? — Думаешь, я не проверял? — рявкает на него младший брат и сверкает глазами. — Второй или третий день тащит… Ничего не понимаю. Будто сдох кто-то! — Может, мыши какие? Крысы там… С подвала набежали. — Проскочив через двадцать два этажа? — Логично… — Я тут грешным делом подумал, может, помер кто? Соседи там… У нас на лестничной клетке: я, женщина с мужем, и парень недавно въехал в квартиру. Может, скорую уже вызывать? Хотя… Воняет так, что скорая не поможет. — Тут только в полицию звонить. Но мы можем сами проверить! Обойдём соседей, вдруг у них есть контакты друг друга? — Эта женщина всё про всех знает, ты прав, — задумчиво произносит Тэхён, вновь морщась от противного запаха гнили. Он уже даже чем-то похож на трупный, и Кима выворачивает от одной мысли, а потому он решается. — Всё! Пошли! Сейчас же! Нет смысла тянуть.       И братья, решив проверить этажи ниже и выше, приходят к выводу, что источник гнилостного запаха находится рядом. Они звонят в дверь соседа, но тот не открывает, хотя свет в квартире горит — это проверил Сокджин, сбегав на улицу. Тогда приходит очередь соседки, и та оказывается весьма сговорчивой: рассказывает о жильцах с этажа выше; соглашается, что в квартире стоит гнусный запах; и делится такими же подозрениями о парне с их площадки.       Они начинают долбить в дверь уже втроём, едва не ломают кнопку звонка, обсуждают вызов служб, но за дверью кто-то шуршит, и они грешным делом подумывают о призраках, потому что хозяина очевидно нет дома, а свет горит, и запах, так похожий на трупный, не даёт покоя. — Знаете, я пойду, у меня ещё дела дома есть, — заявляет женщина, когда ей надоедает впустую стучать в дверь. — Если решите вызывать полицию — сообщите. Я тоже дам показания! — Благодарю. — Тэхён кланяется соседке. — Будем на связи!       Женщина скрывается за своей дверью, а Тэхён с Сокджином, не теряя надежды, продолжают долбиться в соседскую. Их всё ещё смущает возня в квартире, хотя, признаться честно, Ким уже практически уверен, что молодой парень — труп.       И как же они удивляются, когда слышат шаркающие шаги, а потом звук открывающегося замка! Тэхён видел новенького соседа мельком, а теперь, когда тот появляется на пороге, смотрит на него во все глаза. На парне из одежды лишь домашние штаны, торс его оголён, а волосы взлохмачены. Выглядит он сонным и сильно-сильно недовольным. — Что?! — выдаёт сосед опешившим Тэхёну и Сокджину. Второй, похоже, проглотил язык, потому отвечать за их действия приходится младшему брату. — Вы живы?       Да, Ким Тэхён, он же блогер всея Кореи, не придумал ничего лучше, а потому, чуть приоткрыв рот от удивления, продолжает пялиться на соседа. — Кхм… Да… — У парня из квартиры через стену округляются глаза, в которых застывает полнейшее непонимание. — А я думал, вы уже разлагаетесь, потому воняет, — ляпает Ким, натянув на своё лицо немного глупую улыбку.       Сокджин толкает братца локтем, и тот покрывается краской, понимая, что выдал тот ещё бред, от которого у соседа глаза стали ещё круглее. Признаться честно, он весьма симпатичный и совсем не похож на труп… — Эээ… Вы так шутите, верно? — уточняет незнакомец, запуская пятерню в волосы, чтобы немного причесать их, заняв руки. — Да нет же! — с энтузиазмом выкрикивает Тэхён. — Воняет! Не чувствуете? Вот я и подумал, что вы… — Что я сдох, да, — начинает прозревать сосед, — к слову, я тоже вчера почувствовал этот запах, потому связался с управляющей компанией. Дело в стояке в подъезде, он забился, или вроде того, я, знаете, не силён в этом. Должны были сегодня подъехать работники, но я не знаю итог, потому что завалился спать после обеда. — О… — Тэхён вытягивает губы трубочкой. — Вот как? Что ж, тогда будем ждать скорейшего ремонта, а вы извините за беспокойство и… Добрых снов, получается. — Я вряд ли уже засну, но спасибо, — на долю секунды на лице соседа появляется улыбка. — Кстати, я Чон Чонгук. Думаю, стоит представиться, раз уж мы живём через стену. — Ким Тэхён, — протянув руку, озвучивает своё имя младший из братьев, а старший следует его примеру. — Ну… Будем на связи! До свидания, и ещё раз извините!       Разойдясь по квартирам, Тэхён ещё долго думает над случившимся, то смеясь, то краснея, ведь ситуация сложилась весьма нелепая. Однако он отвлекается на Зиту и Гиту, которых как раз надо отвезти к ветеринару, а затем на примерку к швее — на носу очередная фотосессия домашних любимиц. И Ким сильно удивляется, когда через пару дней открывает дверь, и он видит перед собой того самого соседа.       Чонгук в этот раз выглядит поопрятнее: на нём светло-оливкового цвета шорты до колен, летняя лёгкая рубашка молочного оттенка, и бейсболка, надетая наоборот. От соседа пахнет туалетной водой, и Тэхёну чувствуются хрустальные ирисы, что только-только достали из холодильника в цветочном магазине. Чонгук улыбается и… Протягивает Киму корзинку. — Это вам, — объясняет Чон, когда Тэхён по инерции забирает презент. — Ягоды. Пусть в вашем доме лучше пахнет земляникой.       И да, это была та самая точка невозврата.       Это было самое милое, что Тэхён слышал за последнее время.       Это было самое смешное, что с ним случалось за несколько лет, если вспомнить их знакомство и резкие вопросы Кима.       Это было…       В общем, что скрывать, Ким Тэхён попал на удочку, и Чонгук, судя по всему, тоже, потому что после корзинки с сладкой земляникой последовала коробка с сочными персиками, а потом, когда Тэхён приболел практически в середине лета, и пакет с лимонами. Они стали часто пересекаться в подъезде, неизменно улыбались друг другу, а иногда и прогуливались вместе, когда Чон шагал на работу, а Ким выгуливал Зиту и Гиту, которым, к слову, сосед сразу же понравился.       Они стали ходить в гости на чай. Стали узнавать друг друга. Выяснилось, что у Чона своя небольшая компания по установке натяжных потолков, и Тэхён даже решил обратиться к нему с этим вопросом, ведь собирался делать ремонт. Они оба были домоседами, не любили покидать свои жилища, если дело не касалось работы или прогулки с питомцами, как в случае Тэхёна. Они оба были домоседами, но постепенно поняли, что комфортная зона расширилась до соседской квартиры, ведь оба уже ни дня не могли провести друг без друга. Тэхён угощал Чонгука панкейками с бананом, а тот приносил сезонные фрукты и ягоды. Они спасались от жары под кондиционером Чона, когда в квартире Кима сломалась сплит-система. Они встречали летние рассветы, заболтавшись до самого утра. Делились любимой музыкой и вместе учились делать освежающий лимонад, а иногда Тэхён даже пел своему соседу что-то вроде колыбельных по телефону. Смотрели старые фильмы, поедая сушёные фрукты и семечки, вместо попкорна, ведь у Кима на него аллергия, а Чон по-дружески решил его в этом поддержать.       Незаметно наступила осень… Угощения сменились на согревающие, как и одежда, а гулять с собаками стало не так приятно, как летом, потому Чонгук иногда сам стал предлагать Тэхёну выгулять Зиту и Гиту, если тот совсем уж не хотел выбираться из уютной постели. Они постепенно начали расширять комфортную зону: пару раз за месяц сходили в итальянский ресторан, а ещё в кино, и однажды вечером, возвращаясь с последнего сеанса, поняли, да, окончательно поняли, насколько друг к другу привязались. Эта привязанность перестала быть дружеской — всё читалось по взглядам и языку тела, и никто из них не был против, когда Тэхён пригласил Чона домой, чтобы выпить вина, как в фильме, который они смотрели… Вот только до выпивки они так и не дошли, столкнувшись случайно головами в прихожей, когда наклонились, чтобы снять обувь.       Чонгук кинулся к Тэхёну, взволнованно желая осмотреть место ушиба, а тот обхватил его лицо ладонями и посмотрел взглядом, в котором читалось буквально всё. И они долго целовались, не сдвигаясь с места, будто вросли в пол в прихожей Кима, ведь давно думали об этом и испытывали безграничную, а главное взаимную симпатию. Они перебрались в спальню, где ласково и медленно любили друг друга, а потом любовались звёздным небом на потолке Тэхёна — его сделал Чонгук, когда помогал соседу с ремонтом. И они снова говорили до самого утра, не опуская руки друг друга, переплетя пальцы, обнявшись, и немного смущаясь… Чонгук целовал Тэхёна в нос, а тот посмеивался и щекотал его, аккуратно касаясь подушечками пальцев шеи и подбородка, и наслаждаясь ароматом хрустальных ирисов…       Перезимовав вместе, они с удовольствием встречали весну, а потом и лето, и практически перед годовщиной знакомства решили съехаться, потому что бегать из квартиры в квартиру показалось не очень удобно. А теперь, в шаге от весомой даты, они записывают свой рассказ на видео, сидя у спокойного озера, по которому плавают изящные лебеди. Зита и Гита послушно расположились рядом — и они выглядят по-настоящему волшебно и торжественно: на первой пышное платье цвета розовой гвоздики и ободок из цветов в тон, а на второй такие же украшения, но уже канареечного оттенка, как и воздушное платье в белую клетку. Звёзды интернета, должно быть, мечтают погонять птиц, облаяв их с берега, но достаточно надрессированы, чтобы понимать: идёт съёмка.       И все выдыхают с облегчением, когда рассказ Тэхёна и Чонгука подходит к концу. Одежду с собань снимают и убирают в дорожную сумку, а потом уплетают прихваченную с собой провизию и распивают земляничное шампанское, которое Чон нашёл по такому поводу. Наблюдают за прыгающими по берегу Зитой и Гитой; смеются, когда вторая пугается лебедя, что зашипел на неё, решив показать, кто на озере хозяин. — Знаешь, мне иногда кажется, что неспроста нашему стояку в подъезде тогда стало плохо, — проговаривает Чонгук, поглядывая на своего любимого человека. — Нет, я и до этого тебя заметил, но наше знакомство было очень уж эпичным! У тебя не было шансов устоять перед ожившим трупом. — Не шути так! — Тэхён его толкает, сердясь и немного смущаясь, потому что ему, хоть и капельку, но до сих пор стыдно за тот случай. — А вообще, ты бы не познакомился со мной, если бы не та история? — Познакомился бы, но не так эффектно, — усмехается Чон, доливая в бокал Кима остатки шампанского. — Я ведь очень злился тогда! Пришёл домой под утро, потому что всю ночь устранял косяки одного своего недобросовестного работника; решил поспать наконец, а тут стук в дверь. Ещё и такой вопрос в лоб! — Но ты достаточно быстро смягчился, — напоминает Тэхён. — Да, потому что это был ты. Кстати, миссис Чхве пригласила нас на чай в эти выходные! — Наша соседка? Ловко ты поменял тему. — Не менял… — Чонгук подхватывает небольшую веточку с земли и вычерчивает ею какие-то узоры на песке рядом с их покрывалом. — Я хотел признаться в дату знакомства, но не могу, честно, не могу больше терпеть! — Что?! В чём признаться? — недоумевает Ким. — В общем, миссис Чхве — моя дальняя-дальняя родственница. Кузина сводной сестры мамы, или вроде того. — Оу… — Тэхён на мгновение зависает. — Подожди! Так она знала тебя?! И номер телефона у неё наверняка был??? — Да, конечно, — кивает Чонгук, — больше скажу, мы виделись с ней в тот день, когда я после обеда возвращался с работы. Рассказал ей о разговоре с управляющей компанией, всё обсудили, и она тоже знала, что запах исходит явно не из моей квартиры. — Что??? Да как это??? — выкрикивает возмущённо Ким. — Она вместе со мной, вместе с Сокджином долбилась в твою дверь!!! Как это, блин, понимать?! — Кстати, я ведь собирался покупать квартиру в начале прошлого года, и об этой мне рассказала тётушка Чхве, потому, собственно, я там и поселился. — Не съезжай с темы!!! — не успокаивается Тэхён. — Что ещё за фокусы, Чхве Чонгук? — Я не Чхве, — посмеивается тот, — с фамилией я тебя не обманывал. — А с чем же обманывал??? — В общем, ты действительно понравился мне ещё до нашего знакомства. Знаешь, так бывает… С первого взгляда, что ли. Я засматривался на тебя, когда мимолётом встречал во дворе или в подъезде. Потом поделился этим с тётушкой — мы с ней очень близки с моего детства, несмотря на дальнее родство. И она предложила мне действовать, но… Ты сам первым пришёл к моей двери, Ким Тэхён. Конечно, я быстро смягчился; конечно, не мог упустить шанс, а тётя… Она специально вам с Сокджином тогда ничего не сказала — тоже подумала о возможности знакомства. — Вот же… — цокает Тэхён. Он не чувствует себя обманутым, нет. Он просто удивлён, при том весьма положительно, ведь осознавать, что нравился Чонгуку ещё до знакомства — приятно. — А я-то удивлялся, чего это вы с ней так мило беседуете, когда мы все встречаемся на площадке! — Извини, что не рассказал раньше. Хотелось подобрать красивый момент, а сегодняшняя съёмка, все эти воспоминания… В общем, этот момент настал, потому ты теперь тоже в курсе наших семейных хитросплетений. — Ох… На чай на выходных, значит? — Ким приобнимает своего парня за плечи. — На чай на выходных. Моя тётушка тоже домоседка, как и мы с тобой, потому с удовольствием ждёт нас в гости.       И Тэхён, уткнувшись носом в щёку Чонгука, кивает, соглашаясь, и вдыхает такой уже родной аромат хрустальных ирисов и земляники. Да, все они определённо являются домоседами, даже познакомившимися в своём же доме, но постепенно расширившими комфортную зону до квартир, а главное — сердец друг друга. И у них впереди ещё много любопытного: чаепитие у миссис Чхве; множество откликов на видео на канале Тэхёна; восторги зрителей на наряды Зиты и Гиты; походы в итальянский ресторан в соседнем дворе; а ещё покупка витражного ночника с преобладающим оттенком фанданго, который Чонгук притащит домой через два дня, после даты их знакомства. — Эта лампа напоминает мне о той землянике, — повторит Чон, включая её. — Пусть стоит здесь, как символ наших чувств. — Пусть, — согласится Тэхён, обнимая своего парня со спины. — Я люблю тебя, мой дорогой мистер Чхве. Ты знал? — Да, но не против услышать это ещё раз! — Чон развернётся к нему лицом. — Приготовим лимонад и пойдём смотреть старые фильмы? — Да, но предлагаю сделать это в твоей квартире. У меня снова сломалась сплит-система.       И они, оставив корм и воду Зите и Гите, переместятся в апартаменты за стенкой. Будут мудрить с напитком, стараясь повторить тот, что недавно пробовали в итальянском ресторане; а потом, обнявшись, приступят к просмотру классики кинематографа, утопая в уюте друг друга…       Все люди, живущие на Земле, такие разные, но порой такие друг на друга похожие… И для каждого определённо должен найтись свой человек, даже если оба не ходят дальше своей работы, а кто-то и своего блога. Для каждого в этом мире найдётся любовь, и в случае Тэхёна с Чонгуком она, эта любовь, определённо окрашена свежим соком земляники, персиков и лимонов. Любовь эта звучит голосами двух собань: изабелловой и серой. Любовь эта согревает зимними вечерами и мерцает ярким пятном витражного ночника. Любовь эта однозначно понравится их будущим детям, которые с большим удовольствием будут слушать такую странную, но самую лучшую историю знакомства двух некогда одиноких людей, живущих по соседству…