Мёртвая почва

                        Быть мёртвым ещё не значит быть бесполезным.

***

            Зло повсюду.             Грызёт черепушку. Высасывает всё позитивное. Нашёптывает день ото дня о всех сотворённых злодеяниях. Напоминает о каждом волшебнике и ведьме, жизни которых пришлось забрать во благо мира.             Ёбаного мира, которого не было при его жизни и точно не будет после его смерти.             Альбусу плевать на всех жертв, кроме двоих, чьи имена прочно засели в голове.             Геллерт Гриндевальд.             И.             Том Марволо Реддл.             Две совершенно разные личности.             Первый — великолепный маг от начала и до конца своей жизни. Отличный тактик, могущественный дуэлянт, поразительный стратег.             Но ещё…             Лучший друг, почти брат, ставший ему ближе Аберфорта.             Они вместе когда-то пришли детьми в Хогвартс с одинаковой одержимостью знаниями. Они вместе закончили его — став лучшими студентами. Они вместе исследовали мир: его ужасы и прелести. Делали великие открытия. Учились новому и никогда не забывали старое.             А потом Геллерт оставил его и всё, что они вместе пережили, ради денег, славы и своей безумной тяги к власти.             Бедный Ньют, которому пришлось отдать жизнь, чтобы спасти миллионы людей от этого зла. А Альбус просто оказался рядом в нужный момент и, мстительно взглянув в глаза подыхающему бывшему другу, одарил его зелёной вспышкой смертельного заклинания.             Зло, что выходит из-под контроля — должно умереть.             Второй же — талантливый мальчишка, в котором, казалось, сосредоточилась вся магия Вселенной.             Бесконтрольная, мерзкая, тёмная магия.             Когда он увидел Тома впервые в том мрачном, лишённом радости приюте, — единственным, что он испытал к этой бедной сиротке, была жалость. Она просачивалась сквозь поры, призывая пожалеть, позаботиться о маленьком Томе Реддле.             Мальчишке, что менее чем через полвека станет сущим воплощением ада на Земле.             Волан-де-мортом, чьё имя будут бояться называть.             Эти двое были такими разными, но их объединяло одно — они стали ошибками доверия Альбуса Дамблдора. Ошибками, самостоятельно решить которые не хватало смелости.             «Ох, Гарри..» — шепнуло сознание абсолютно бесчувственно, вспомнив, что именно мальчик-который-выжил будет расплачиваться за вторую его оплошность.             Гарри, которого он держал в ежовых рукавицах, кормил баснями, обещал славу и возможность отомстить за родителей. /             Шаги, такие громкие, как поступь слона, вывели директора Хогвартса из раздумий. Он поправил съехавшие очки-половинки, поставил локти на стол и сложил пальцы домиком, зная, какой посетитель держит к нему путь.             Дверь открылась без стука, и, чернее ночи, Северус Снейп влетел в помещение, как машина с пьяным водителем в столб.             Альбус не шелохнулся, краем глаза заинтересованно разглядывая руку, продолжающую чернеть от силы проклятия кольца-крестража Гонтов.                   — Должен быть другой выход! — запыхавшись, отчаянно прорычал зельевар, всё ещё эмоционально взбудораженный после прочтения письма от директора, рекомендующего его убить ради всеобщего блага.                   — Его нет, мой дорогой мальчик…                   — Я тебе не мальчик, Альбус! Твой гениальный мозг не выдал тебе ничего лучше, кроме собственной смерти?             «О, нет. Умрёшь сегодня ты!»                   — Я слаб и стар, а тебе нужно убить меня, чтобы выполнить Непреложный обет и спасти Драко от ужасной участи. Моя смерть будет ценной…                   — Но…                   — Никаких «но», Северус! — авторитетно заявляет он, утомившись от разговоров. — Ты должен это сделать! Тебе нужны настоящие воспоминания, дабы Том поверил.                   — Я мог бы подделать твою смерть. Миневра мне поможет…                   — Нет!             Снейп впервые чувствовал себя таким жалким, слабым, беспомощным. Он умоляюще заглянув в голубые глаза директора, что смотрели на него поверх очков-половинок.                   — Убей меня, чтобы спасти Драко и себя.             Убей. Убей. Убей.             Слово выжигает внутри сознания дыру, что растёт в геометрической прогрессии с каждой секундой, превращаясь в злокачественную опухоль. Из-за этого становится дурно. В глазах появляется разноцветная рябь, и Северус поворачивается спиной к директору, чтобы с остервенением протереть глаза в попытке избавиться от временной слепоты. Лучше бы он ослеп, нежели позволил себе исполнить волю Дамблдора. Но кто он такой, чтобы перечить, задавать вопросы, отказываться?             Грёбанный Тёмный Лорд забрал у него всё, что было дорого. Лили, нормальную жизнь и спокойствие. Каждый его день начинался с воспоминаний о том страшном дне и убийстве любимой женщины, свидетелем которого он стал. Он не смог её спасти тогда, поэтому единственное, что ему остаётся сейчас, — позаботиться о её сыне, спасти его.                   — Хорошо.             Потребовалось меньше минуты, чтобы Северус Снейп из жалкого существа превратился в уверенного в своих действиях и решениях солдата.             Волшебная палочка быстро и легко скользнула в руку. Кисть сделала оборот по часовой стрелке и взлетела вверх, целясь древком в грудь Альбуса.             Тот не дёрнулся, не пошевелился. Его глаза устало закрылись, как если бы он уже смиренно принял свою скорую кончину.             Так думал Северус когда втянул со свистом воздух, наполняя легкие кислородом, в котором нуждался. Он всё ещё думал так, отводя правую ногу назад и сжимая палочку до побелевших костяшек, лишь бы не выпустить её из онемевших пальцев и не позволить себе растерять всю храбрость.             «Как это — убивать друга?» — мысленно спросит себя зельевар, но так и не успеет найти ответ.                   — Авада… — начнёт с запинкой в голосе мастер зелий, да закончить начатое не сможет. — Ке…                   — Авада Кедавра!             Неожиданно и резко слетит тихо с языка директора, и зелёный смертельный луч с бузинной палочки припрятанной в рукаве, поразит Северуса Снейпа в грудь. В его глазах навечно застынет боль, о причине которой никто больше не сможет догадаться.                   — Убивать легко, когда нет друзей, — ответит Альбус Дамблдор на громкие мысли человека, который никогда не узнает из-за чего умер.