Солнечные зайчики растут в геометрической прогрессии

Солнечные зайчики прыгали по комнате, отражаясь цветами-оттенками стеклянных шариков вместо штор. Феликса ударило током, тот подскочил и потёр щёки. Сшитые ночью глаза никак не хотели открываться, пытаясь поймать исчезнувший утром сон, а ноги непослушно прыгали с места на место, не в состоянии найти опору и стойкое положение. Феликс прекратил утренний танец, замерев на месте в попытках открыть глаза. Глаза поддались, а солнечный свет ударил по радужке, словно выстрел игрушечным пистолетом. Большая мягкая акула, пододеяльник и наволочки из разных постельных наборов, разноцветные носки на полу и маленький ковёр у кровати- первая бросившаяся в глаза часть чистилища Феликса. Он заревел, бросившись к кровати, ухватившись за одеяло и подушки, начал беситься, только бы не видеть обнимающих его солнечных рук. Он откопал старую игрушку из киндера в изголовье кровати, протёр её от пыли и взглянул на руку. На руке красивая новая фенечка. Феликс засветился, встал и поставил игрушку на полку, подмигнул куда-то в сторону окна и прямо в пижаме побежал на кухню. Лестничные испытания он прошёл с трудом, уже на подходе к кухне жадно туберкулёзно задыхаясь. Мама готовила торт. У дедушки день рождения. Феликс, запыхавшись, поймал улыбку и неуловимое «доброе утро» от мамы, обречённо вздохнул, осознавая свою нелёгкую ношу и, развернувшись, рванул обратно. У дедушки день рождения, как же он мог забыть? Он побежал по лестницам, ворвался в комнату, напевая песню из какого-то старого мультфильма про супергероев, кинулся к ящику на колени, словно слёзно умоляя его соврать, что его подарок не потерялся. Куча бумаг, записки и открытки, письма и рисунки, подаренные кем-то и кому-то. У Феликса было всё, это всё он звал «архивом», в котором хранилась каждая школьная записка о просьбе списать, каждое приглашение на открытие нового магазина мороженого или брошюра аквапарка, которого даже не было в их городе. В общем всё. Среди этого всего было сложно найти нужное, ведь он спрятал его, словно кто-то серьёзно собирался рыться в его вещах в поиске священной открытки. Он достал сложенный вдвое листок, с приклеенными на него конфетти, блёстками и, кажется, прилипшим сахаром? Щурясь, он перечитал слова на развороте, сердце покрылось тёплой истомой, смывая всю грусть после утренней драки с солнцем, и Феликс отправился обратно, ненадолго осознав свою ошибку, отправился медленнее. Дошёл до кухни увереннее и менее замучено, что респектующе подметил выходящий из комнаты дедушка. —Доброе утро! —Доброе, - он едва видно наклонил голову набок, разглядывая Феликса, словно тот за ночь вырос на полторы головы, похлопал его по плечу. — С днём рождения, - Феликс протянул открытку почти в спину дедушке, засмотрелся. — Я тебя люблю! Дедушка повернулся, улыбаясь почти самой чистой улыбкой-миром. Он развернул блестящую, от наклеенных на неё бумажных конфетти, открытку и, прочитав пожелания, отчего то гордо поднял глаза на внука. Тот звенел и трещал от распирающего его изнутри ожидания, барабаня по бедру пальцами. — Тебе нравится? — Очень, спасибо, - он обнял Феликса, оставив ожог от подбородка на плече. Мама, улыбаясь, наблюдала за ними из-за дедушкиной спины, закрывая посыпку. Баночка свистнула и, напевая, райски-приторные цветастые птички разлетелись по кухне. Мама ахнула, дедушка засмеялся, а Феликс помчался за веником, стирать этот беспорядочный всплеск чувств. Пришедший Феликс увидел расстроенную маму и дедушку, заваривающего чай. — Мам, ты так решила сообщить нам с дедушкой о своей любви? - осыпался безудержный Феликс. —Как ты угадал? - тревога сменилась на почти счастливую улыбку, лицо мамы приняло более радушный вид. Феликс сметал посыпку, словно сметая осколки звёзд, почти со слезами на глазах сжимая рукоятку. Горько осознавать, сколько карамельных, таящих на языке, медовых и нежных ароматизаторов и красителей он сметает в аболютное запростоанственное небытие. Он закусил внутреннюю часть щеки и ослабил хватку на рукояти, переселяя страх из рук в щёки. Он закончил сметать звёзды, осмотрел пол на наличие потайных птичек и дернулся от удара током. Позвонили в дверь. Открывший дверь дедушка принялся принимать поздравления от соседей с верхней квартиры, весело смеясь и шутя. «Тяжёлая учесть - быть именинником» - подумалось Феликсу, но мысль испарилась как только мама попросила достать из холодильника что-то для торта.