Дваргон

«Для того, чтоб осознать потерю, сначала нужно испытать искреннюю привязанность.» — Пауло Коэльо.

      Когда мне было около года, меня ночью подбросили на крыльцо дома мужчины, живущего в лесу, неподалёку от столицы. Кто-то постучал в дверь, но, когда Селив ее открыл, он увидел только младенца, одиноко лежащего на пороге дома и истошно плачущего. С тех пор мужчина меня воспитывает как родную дочь.       В это время столицу Дваргон, Велес, захватывали солдаты Тьмы. Война шла за власть. Тьма хотел получить все. Город был в огне. Кто-то из жителей пытался спастись, покинуть столицу, другие отважно защищали и держали оборону, но вскоре она пала. На следующий день, рано утром, бывшего Короля и Королеву казнили на площади, тем самым Тьма показал, что теперь он Король Дваргона.       У Селива есть сын, Чедвик, он старше меня на 4 года. Все время мы были с ним не разлей вода. Мы увлекались одним и тем же делом. Тренировались на мечах. Любовь к этому оружию привил мне и моему брату Селив. В прошлом он был солдатом Велеса, но покинул службу и поселился вместе со своей семьей в дом, недалеко от города. Освоил ремесло и стал ковать мечи для солдат. Жена Селива умерла от туберкулеза, когда Чеду исполнилось почти 2 года.       Селив стал для меня отцом и наставником. Он дал мне имя Грэйс. Своих родителей я не помнила. Уверена, что это они оставили меня на крыльце в ту ночь, дабы спасти от этой войны. К сожалению, родители за мной так и не вернулись. Конечно я уже понимала, что, скорее всего, они погибли. Меня никто не пытался найти. Я старалась не думать о прошлом, о том, кто мои родители, не разбиралась в их смерти, так как знала, что ответов я не получу, а только напомню себе о утрате. Когда Селив меня обнаружил, при мне был кулон, это единственное, что осталось мне от родителей. Я его никогда не снимала, он был мои амулетом и единственным напоминанием, что когда-то у меня были родители, которые наверняка меня любили и спасли от возможной смерти.       Сила. Вот что я чувствую, когда беру в руки меч. Он будто продолжение тебя. При нанесении удара ты ощущаешь мощь этого холодного оружия. Чедвику также нравились эти тренировки на мечах. Мы не уступали друг другу в битве. Иногда к нам присоединялся Селив. Он был мастером владения мечом. Меня с братом завораживало то, как умело отец обращается с ним.       С закрытыми глазами я умиротворённо лежала на траве, погрузившись в свои мысли. Как же спокойно, тихо. В такие моменты время будто бы останавливается. Оно дает тебе прочувствовать свободу и прилив энергии. Тишину прервал голос брата, который лежал рядом. Он привстал на локти, посмотрел в мою сторону и размеренно сказал:       — Я хочу отправиться в Велес, чтобы вступить в ряды солдат, — затем отвернулся и посмотрел на горизонт, где солнце начинало уходить в закат.       Я открыла глаза, посмотрела на него, в его лице читалась твердость его слов. Когда мы были детьми, он уже это говорил, но я не воспринимала всерьез его слова. Надеялась, что Чед отпустит эту «мечту». И я этого хотела не потому, что была не уверена в его способностях. Нет. Я не хотела, потому что тогда он станет солдатом Тьмы. Так как по-прежнему в столице главенствует Он. Точнее его старший сын. Он занял престол отца, после его смерти. Новый Тьма правит 8 лет. За это время не было никаких войн. Но говорят, что его старший сын такой же беспощадный и жестокий. Я помнила, что сделал Тьма и не хотела, чтобы мой старший брат служил кровожадному правителю.       — Чед, ты хочешь служить монстру? — я поднялась и села, чтобы заглянуть в его глаза, с надеждой разглядеть в них что-то.       — Грэйс, у него сильная армия, эта служба даст мне многое, я смогу обеспечить тебя и отца, — он замолчал на мгновение, опустил глаза, но вскоре продолжил, — я понимаю, что тебе сложно это принять, так как из-за войны, которую устроил Тьма, ты когда-то потеряла все, — посмотрел мне в глаза, с мольбой простить его за слова, — но это было в прошлом, давно. Пора отпустить и жить дальше. Я не хочу всю свою жизнь провести здесь и изготавливать мечи. Я хочу, чтобы ты и отец поехали со мной.       — Нет! Ты забыл, что он болен? Почему именно сейчас? Не известно сколько отец еще проживет, — меня злили его слова. Я никогда не хотела возвращаться в Велес, в город, который ассоциируется у меня только с болью.       — Еще нет, — он лег обратно на траву, отвернул от меня голову, как будто не хотел, чтобы я что-то прочитала по лицу.       Солнце уже ушло за горизонт. Подул легкий ветерок. Я сидела и раздумывала над словами брата. Он действительно не виноват в том, что в войне с Тьмой погибли мои родители, но факт того, что он хочет жить и служить подле жестокого правителя меня огорчает.       Мы возвращались домой, когда уже было темно. Дверь в дом была открыта. Подходя все ближе у меня возникло чувство тревожности. Я переглянулась с братом, в его глазах читался немой вопрос. Зайдя в дом, меня обуяла пустота и скорбь. Я увидела на кровати бездыханное тело отца. Он лежал с закрытыми глазами, будто спит. Но внутри себя я понимала, что это не так. Я подошла к кровати, села рядом с отцом, взяла его сухую, холодную, морщинистую руку, и заплакала. Я не хотела осознавать, что это все. Отец больше не улыбнется мне, не обнимет, не поддержит меня. Я больше не услышу его голос, смех, не увижу его гордость за нас с братом. Чед стоял рядом, как безмолвная статуя, по нему не видно, какие эмоции он испытывает. Но знала, что внутри себя он чувствует боль от потери. Надеюсь, что отец умер быстро и ничего не почувствовал. Он заменил мне родителей. Стал для меня важным человеком в моей жизни. Я не ожидала так быстро потерять его. Молилась, чтобы он выздоровел и снова обрел жизненные силы. Душа покинула его тело, тем самым забрав частичку моего сердца, которая принадлежала Селиву. Опустошение…

***