Я себе не верю

      Глубокий вдох, выдох, и я вновь спокойна. Надев наушники, стараюсь абстрагироваться от шороха, что слышен мне до сих пор. Я уже звала маму однажды на него. Он прекратился, стоило ей только прийти. Больше я еë не зову.       Мама тогда пошутила про пëструю ленту. Она любит детективы. Сестра пошутила про шизофрению. Она любит издеваться надо мной. Я уже привыкла. Интересно, кто из них в итоге ближе к истине? И какой вообще вариант лучше, что меня хотят убить, или что я просто схожу с ума?       Сидя на уроке, я вижу краем глаз мелькающие тени и начинаю задыхаться, опуская голову и пытаясь успокоиться, чувствуя, что вот-вот сорвусь. Как хорошо, что я на последней парте, и учительница ничего не видит. Она не станет паниковать из-за подобного пустяка. Я привыкла, панические атаки уже давно не редкость.       Пока я в душе, у меня кружится голова, и я хочу прислониться к стене, но вижу, как та вспузыривается, и чуть не падаю. Стена вздувается, направляясь ко мне, словно желая сжать, но решëтка пространств между плитками сдерживает еë. Я в панике торопливо покидая ванную. В следующий раз, когда я захожу в ванную, уже всë нормально.       Я спокойно стою на кухне, когда понимаю, что что-то не так. Хватаюсь за подоконник. Я падала. Я ведь просто стояла, даже не на одной ноге, как порой делаю, была вполне устойчива. Сестра смотрит, как на ненормальную. Может, уже не «как»? Папа лишь смеëтся, называя неуклюжей. Всë свели к шутке.       Я надеваю наушники и закрываю глаза. Я слышу, как меня зовут, но не откликаюсь. Я знаю, меня не зовут. И знаю, что шорох в углу всë так же продолжается… Главное, не бояться. Я усну и снова проснусь. Я знаю. Знаю?       Мимо меня пробегает сестра, задевая плечом, и мама еë обнимает. Я придерживаюсь за косяк, ощущая, как кружится голова. Вокруг словно прокладываются синие полосы, и мама с сестрой как оболочки, в которых напихали программный код. Чем дольше на них смотрю, тем сильней чувствую себя лишней. Не только рядом с ними, но и во всëм мире. Время как остановилось…       Я спокойно рисую, когда чувствую прикосновение на плече. Вскрикнув от неожиданности, достаю наушник, поворачиваюсь, а рядом никого. И всë повторяется раз за разом. Когда я обнаруживаю в очередной раз сестру, она закатывает глаза на мой испуганный вскрик. «Ненормальная».       Психолог говорит, что всë в норме. Мне стоит больше спать. Это из-за недосыпа. Да, наверняка из-за недосыпа. Не стоит переживать… Я киваю и возвращаюсь домой. Мне страшно.       Меня снова передëргивает, как персонажа мультфильма, когда он засовывает что-то в розетку. Только я ничего и никуда не засовывала. Я просто шла — по улице или коридору — сидела — за столом или партой — лежала — на кровати или полу. И меня дëргает. Руки, голова, всë тело, словно судорогой, когда единожды, а когда и несколько секунд всë длится. Болит голова…       Мне снова пишут, что из-за моих действий им плохо. Что я сказала что-то не так. Что ошиблась. Что всë испортила. Нет, конечно, это не сказано напрямую. Но я ведь вижу. Это не так уж и сложно прочесть между строк. Я виновата. И я сжимаю ладони в кулаки, и со всей дури бью себя по голове. Ещë, ещë, ещë. Голова гудит, я добавляю, ударяясь о стену. Захожу в приложение против вредных привычек и обновляю таймер. В причине, как и всегда: "Я полная дура".

Всë в норме

Всë в норме

Всë в норме

Наверное