Прозревший

Морион напряжённо смотрит на отвернувшегося друга. Он уже ни на что не надеется. Нужно принять, что старого Армета больше нет. Никогда он больше не увидит эту добрую и непринужденную улыбку на лице скромного гончара. Нет, он не может винить в этом Великого Зонтика, но... похоже, он и правда совершил грубую ошибку, так внезапно одарив с рождения слепого юношу зрением. Из тоскливых мыслей его вывел тихий смешок. Такой странный... Пугает. Это не похоже на тот жизнерадостный смех Армета, что был счастлив видеть мир вокруг, нет. Теперь он смеялся так, будто бы сошёл с ума. Мориону стало не по себе. Краем глаза он заметил, как юноша потянулся за ножом. Нет, не может быть! Он же не... Армет повернулся к Мориону. Его глаза оставались такими же светлыми и бледными, но были другими. Теперь они взирали на экзарха не с заботой, а с ненавистью. Морион впервые почувствовал страх, находясь рядом со своим другом. — Поверить не могу... Так подло врать, тайно ненавидеть Великого Зонтика и его чудо, чтобы сохранить свою статус? Как же это низко... – произнес Армет. – Ты намного хуже, чем неверующие, лжец, лицемер! Ты не заслуживаешь существования! В тот же момент Армет вскочил со стула и бросился на Мориона. Тот быстро отреагировал и, вскочив, схватил Армета за запястья, дабы не дать совершить ему задуманное. Сердце бешено колотилось в груди. Страшно было видеть Армета таким. Того самого Армета, что всегда был скромным и смиренным, таким милым и доброжелательным. Теперь он яростно пытался вырваться из хватки Мориона, чтобы... Ох, даже думать он о таком не хочет. Но удача покинула Мориона. Через некоторое время он был прижат к стене, медленно спускаясь на пол. Армет злобно посмотрел на него. Хотелось ему увидеть боль в глазах этого лживого зонтопийца. По щеке Мориона скатилась слеза. Не хотел быть убитым любимым человеком... Нога Армета придавила его к стене, в то время как он сам уже выискивал лучше место для удара. Неужели последнее, что суждено было увидеть Мориону, прежде чем погибнуть от рук безумца, были его глаза, полные ненависти и злости? — Армет, одумайся..! – прошептал Морион, но тщетно. — Замолкни! – крикнул Армет. Он приблизился к лицу Мориона, смотря тому прямо в глаза. – Как же ты жалок, чёртов еретик... Морион приподнял ослабевшую руку. К счастью, Армет не заметил. Поднес её к щеке молодого гончара. Армет почувствовал неладное и уже хотел ударить по руке ножом, как вдруг почувствовал тёплую и такую родную руку на щеке. Он опешил от такого. Ему казалось, Морион будет хвататься за жизнь и пытаться защищаться, но этого не произошло. — Что ты... – прикрикнул было он, но вдруг замолчал. Их губы соприкоснулись. Рука, в которой Армет держал нож, разжалась и тот звякнул о пол. Это был его первый поцелуй. Промычав что-то невнятное, он будто бы забыл, кто находится перед ним и закрыл глаза. Он чувствовал тепло Мориона, чувствовал его сбитое дыхание. Не справляясь с чувствами и эмоциями, переполнявшими его, он осел на пол. И вот они сидят друг напротив друга: Морион прижат к стене, а Армет сидит на коленях, оба затянуты в сладкий поцелуй. Спустя минуту Армет разорвал поцелуй. Рот чуть приоткрыт, глаза всё ещё закрыты, а рука не спешит потянуться к ножу, чтобы осуществить начатое. Дыхание его выровнялось. Приоткрыв глаза, он увидел перед собой Мориона. Тот не спешил убегать. — О Зонтик... – прошептал Армет, понимая, что хотел сотворить с человеком, что так хорошо относился к нему, воспитал, помог расправить крылья. Он бросился к Мориону на плечо и зарыдал. Морион не ожидал такого, но все-таки обнял того, поглаживая по спине. "Прости, прости, прости..." лишь доносилось сквозь всхлипы. Это еще не старый Армет, но и не тот, что пару минут назад набросился на экзарха с ножом. Им предстоит длинный разговор. Вряд ли Морион станет относиться к Армету как прежде. Но даже если он простит ему все его грешные поступки, юноша будет уверен — Великий Зонтик никогда не простит его.