Твой мир жесток, но мир без тебя в разы жёстче

Вот и первый учебный день в этом семестре. Уэнсдей как и всегда села к Ксавьеру, который незамедлительно начал разговор. -Я принёс тебе одну из картин, которую ты посчитала менее блевотной,-с небольшой ухмылкой сказал он. -Зачем она мне? Разве что только если ты не решил оживить её и сжечь меня, как на картине,-произнесла Уэнсдей, даже не оборачиваясь в его сторону. -Ха-ха, мне показалось, что она понравилась тебе,-сказал Ксавьер. -Я предпочитаю смотреть на такое вживую,-отрезала Уэнсдей, явно не имея желания продолжать разговор дальше. Когда учебный день наконец закончился к Уэнсдей вновь подошёл Ксавьер. -Ты знаешь, есть одно место, именно оно вдохновило меня на написание одной из картин, не хочешь ли ты прогуляться туда? Подумав, Уэнсдей решила согласиться, так как никаких новых зацепок у неё не было и сидя в комнате она их явно не найдёт, так что лишний раз осмотреть территорию не помешает. Да и Ксавьер, судя по всему, явно не сталкер №1, если только он не решил нарисовать и оживить своего клона,чтобы тот сфоткал их вдвоём. Пока они шли Ксавьер вновь предпринял попытку поговорить. -Кстати, приятно удивлён тем, что ты всё-таки находила время иногда отвечать мне. Не думал, что среди множества сообщений, ты будешь замечать мои,-сказал он,слегка улыбнувшись. -Какого ещё множества сообщений?-напрягаясь сказала Уэнсдей, ведь она не говорила никому про своих сталкеров. -Ну Энид явно должна была написывать тебе, мне казалось, что она будет расписывать каждую свою минуту. -Откуда у Энид должны быть мои контакты? Мы с ней не обменивались ничем таким,-Уэнсдей не понимала, то ли ей становится легче, то ли неприятное чувство в груди наоборот разрастается. -Когда я возвращался с новым телефоном для тебя, то встретил её, она конечно была удивлена и едва поверила, что ты примешь этот телефон, но сразу же спросила твои контакты. Я подумал, что ты не будешь против, ведь вы вроде как подруги,-задумчиво сказал Ксавьер,-Неужели она тебе не писала? -То есть она узнала мои контакты до нашего отъезда?-Уэнсдей постаралась скрыть свою взволнованность, но у неё это едва получилось. -Да, ещё даже до того, как я отдал тебе телефон. Кажется в этот момент мир Уэнсдей покачнулся, та Энид, которую она знала,не была той, кто просто так стал бы просить контакты, она бы написывала ей каждый день. Или же она ошибалась, когда думала, что знает Энид... Неужели она вновь ошиблась в человеке, которому доверилась, которого впустила в свою жизнь, впустила в свои объятия... Нет,нет,нет, этого просто не может быть,та Энид, что улыбалась самой искренней улыбкой при виде Уэнсдей, сияла ярче всех звёзд вместе взятых, неужели это всё просто жалкое прикрытие. Уэнсдей не знала почему её это так задело. Она несколько раз обдумывала то, какими изощрёнными способами может убить своего первого сталкера, что так нагло лез в её жизнь, но никогда не допускала мысль о том, что это может быть Энид. Кажется от волнения её начало подташнивать, ноги немного подкашивались. Энид, её соседка, ярчайшее пятно Невермора, глупый щеночек, который бросился спасать её от хайда, оказалась тем самым первым сталкером. -Мне надо идти,-сухо выговорила Уэнсдей и поспешила куда-то в лес, подальше от Ксавьера, подальше от всех,ей хотелось побыть одной. После продолжительного то ли бега, то ли ходьбы, Уэнсдей рухнула около какого-то дерева.Ей хотелось провалиться, пропасть из этого мира, выть от отчаяния. Да,она была очень удивлена такому состоянию, но ощущение было такое, будто её сердце крепко сжали и пытаются с корнями оторвать, будто Энид оказалась той компанией мальчиков, что в детстве раздавили её любимого скорпиона, но на деле получается даже хуже.Уэнсдей явно никак не могла ожидать от такой невинной Энид подобного, но мысль о том,что Энид является сталкером №1 не давала ей покоя...Она сидела, облокотившись о дерево, поджав ноги к груди. Уэнсдей ненавидела себя за это, за то, что столь нелепое событие смогло вызвать у неё такие эмоции, но больше ненавидела себя за то, что вновь доверилась не тому человеку. Эмоции взяли верх и ей оставалось только сидеть, что она и делала вплоть до поздней ночи.