Он не поверил своим глазам...

Махмуд решил пройтись по дворцу. Намыка не было, он куда-то ушёл с Дживанмертом, и Повелитель, не помня как, оказался у покоев Петра Ивановича. Постучав и услышав разрешение, он открыл дверь и вошёл. Старик немедленно встал и поклонился со словами «Повелитель». -Петр Иванович, я могу с вами поговорить? – спросил Повелитель. -Да, Ваше Величество, - ответил старик. -Давайте сыграем в шахматы, - с улыбкой сказал Повелитель, - мне хочется у вас хотя бы один раз выиграть. Но без поддавков!! -Как же я посмею поддаваться если Вы меня просите честно играть? - ответил Пётр Иванович. - Присаживайтесь, Ваше Величество, я сейчас доску принесу, - сказал старик и вышел в другую комнату. Махмуд подошёл к двери и приказал принести шербет и фрукты. -Давайте я вам помогу, - сказал Повелитель, увидев, что у Петра Ивановича немного дрожат руки. -Спасибо, сынок, - сказал Пётр Иванович, и замер в испуге. – Простите меня Ваше Величество, я просто оговорился. -Успокойтесь, Пётр Иванович, - спокойно сказал Повелитель. – Меня уже много лет никто не называет сынок. Даже как-то странно это слышать. -Простите меня, - с опущенной головой повторил старик. -Пётр Иванович, садитесь, перестаньте нервничать. Представьте, что я не Повелитель, а… - Махмуд задумался на секунду, и с огромной улыбкой сказал, - лодочник. -Ой, Повелитель, я чуть от страха не умер, когда Анна мне рассказала как Вы познакомились, - со смехом сказал Пётр Иванович, - я думал, что она, за неуважение к Вам, в темнице окажется. -Ох, она меня и отчитала тогда. Мне аж смешно стало, я давно так не смеялся, - вспомнил Махмуд. – Пётр Иванович, а как бы вы ко мне обращались если бы я действительно был бы лодочником? -По имени, Махмуд, - с чуть приподнятым плечом сказал Пётр Иванович, - ну а если бы Вы в России жили, то Махмуд Абдул-Хамидычем звал бы. -Даже не выговорить, - сказал Махмуд. – Вы имя моего отца добавили к моему имени. Я уже понял, что Петровна в Анином имени это ваше имя. Тогда вашего отца звали… Иван? -Да, Повелитель. -То есть, по имени человека можно узнать, как звали его отца. Это интересно, - сказал Махмуд двигая пешку. -Это традиции. Оказывать уважение человеку используя имя его отца. -Значит мои дети, Салиха например, Салиха Махмуд? -Нет, Махмудовна. Суффикс добавляется говорящий, что она принадлежит Вам. А мальчики Махмудовичи. -Женский и мужской род? -Да. -Как у нас. Очень интересно, - и Махмуд продолжил двигать фигуры. – Пётр Иванович, я Анну попросил меня немного Русскому поучить. -Действительно? -Да, - спокойно сказал Махмуд, - дети всё равно по-русски говорить будут. Я иногда думаю, что у нас, у Османов, больше славянской крови чем турецкой. Можно я с вами упражняться буду? -Только прикажите, Ваше Величество. -Вам, Пётр Иванович, я приказывать не хочу, - и взглянув на старика добавил, - и когда мы одни, зовите меня по имени. -Я не могу, это не уважительно. -Пётр Иванович, вы отец Анны, мне тестем приходитесь, так что можете, - взглянув на Петра Ивановича, добавил, - не хотите по имени, то по имени отца. -Махмуд Абдул-Хамидычем? -А хоть бы и так. -Попробуем, - и немного замявшись добавил - Вы только не обижайтесь если не получится. -Не обижусь, - ответил Махмуд. Мужчины продолжили играть в шахматы. -Пётр Иванович, дядя Коля приходил, - спокойно сказал Махмуд. -Я надеюсь хорошие новости, - спросил Пётр Иванович. -Да, новости хорошие, - продолжил Махмуд. - Анна может вернуться в гарем, опасности нет. -Слава Богу, - и старик перекрестился. -Это не всё, - взглянув на старика продолжил Махмуд, - он не хочет, что бы Анна знала, но вам я скажу. Она не убила «посла». -Я так и думал. Николя посмотрел на них и был уверен, что оба живы. Мы Анне боялись сказать. Что бы не думала, что они за ней придут. -Он не хочет, чтобы я их казнил. -Он какую-то игру затеял? -Да. -Махмуд, я в молодости с ним работал, а когда Наталью встретил сразу решил, что не будет у меня жена при живом муже вдовой жить. Перешёл из сыскной службы в секретарскую. А Коля так и остался в сыскной, - сказал Пётр Иванович. – Он Вам ещё ничего такого не предлагал? -Он хочет их отправить во Францию. Говорит, что приказ на моё убийство был отдан на Елисейских Полях. -Если он так говорит, то так оно и есть. Он редко ошибается. -Как же я жить смогу зная, что я отпустил Аниного мучителя на свободу? -Хорошо и счастливо. Аннушку любить будете. Мне внуков подарите. Детей растить будете и только о хорошем думать будете, - смотря в глаза Махмуду сказал старик. -Не могу. -Сможешь. Ради неё. Ради детей, их у тебя четверо и ещё будут. А Коля при первой же возможности их сам прикончит. Можешь даже не сомневаться, - добавил старик. – Он их не просто так во Францию вывести хочет, у него план есть, просто говорить о нём не хочет. Махмуд вздохнул: -Не привык я. Я Намыку сказал когда Анну ранили, чтоб он мне только нашёл кто за этим стоит, а я сам его своими руками прикончу. А тут отпускать приходится! Как с этим жить? -Я тебе уже сказал: хорошо и счастливо. Не думай об этом. Анна почувствует, не отстанет, мучать тебя расспросами будет. А оно тебе нужно? Махмуд передвинул фигуру и сказал: -Нет, не нужно, - и усмехнулся, - кажется я опять проигрываю. -Через пять ходов тебе мат, Хамидыч. -Вы очень хорошо играете, я давно такое удовольствие не получал. -Рад был уважить, Повелитель, - усмехнулся Пётр Иванович. – А Вы приходите ко мне поиграть… и поговорить… Анне ведь не всё рассказать можно. А я из-за посольской работы секреты хранить умею. Вот под шахматы и выговоритесь. Всё в себе держать оно дело не очень хорошее. -Намык уже полгода как дома, а я всё отойти никак не могу. Его восемь лет не было. Да и сейчас он женится, с женой дома будет время проводить, а я опять без друга останусь. -Он же не в Америку уплывает, каждый день видеться будете, и поговорить сможете. -Вы правы. Спасибо за игру. Пойду я… - сказал Повелитель вставая. -Не за что. Приходите, когда хотите, или меня зовите, я с доской приду, - ответил старик. В это время Анна примеряла восьмое или девятое платье. Она сбилась со счёта. Джеври-калфа командовала портнихами и поправляла вырезы, длину, затянутую или не очень талию. Анна больше не могла: -Всё на этом мы закончим на сегодня. Приходите завтра с утра. Я больше просто не могу. Портниха и её подмастерья поклонились, помогли Анне снять последнее платье и продолжили шить, но уже без живого манекена. -Джеври, давай договоримся, что мне будут шить не больше одного платья в год, - с вздохом сказала Анна. Джеври рассмеялась: -Договориться-то мы можем, а толку-то, всё равно каждый месяц будешь шить одно-два платья, не выкрутишься. -Ты права. Это плата за то, что я буду с любимым. -Высо-о-о-окая плата, - почти рассмеялась Джеври, - пару новых платьев и новое украшение каждый месяц. Где бы мне так устроиться? -Не смейся. Я это всё просто не люблю. -Я знаю. Привыкай. -А куда я денусь, - устало ответила Анна. И ещё раз взглянув на Джеври, спросила - Как там Хошьяр? -Лучше. -Я от неё пошла диадему выбирать. Мне так противно было. Как будто бы я по её могиле шла. -Выбрось из головы. Она о тебе даже бы не вспомнила. -Я так не могу. Я к ней идти не буду, пусть в себя придёт. -Умное решение, - сказала Джеври-калфа, и спросила - Когда обед подавать? -Как всегда, через тридцать минут, - ответила Анна, - я за это время всех до столовой доведу. -Хорошо. Как планировалось, обед подали через тридцать минут. Свежеумытые мальчишки, причёсанные и нарядно одетые девочки-невесты, по-модному одетый Пётр Иванович разговаривающий с Анной, и конечно глава семейства Махмуд Хан Второй, все вместе сидели за столом. Смеялись, ели, разговаривали, и получали удовольствие от того, что они все вместе. И никто не думал о том, что будет завтра или через месяц. Они просто получали удовольствие от общения друг с другом. Ближе к вечеру все пошли пройтись по саду. К ним присоединилась Ашубиджан, которую пришлось уговаривать, так как она не хотела мешать. Но Анна, будучи пятым элементом силы земли, всеодаряющей любовью, уговорила её пройтись с ними. А когда все вернулись во дворец и выпив чаю разбрелись по своим покоям, Махмуд обнял Анну за талию и сказал: -Останься. Она покачала головой, и сказала «нет». На что Махмуд сказал «да», и поцеловал её. Она опять сказала «нет», и услышала «да» на своих губах. Выкрутившись из его объятий она убежала в гарем, а Махмуд рассмеялся и вышел на балкон. Постояв несколько минут, он пошёл в хамам. Выйдя переодетым и готовым ко сну, он лёг в свою огромную кровать и попытался уснуть. Но сон не приходил к нему. Ему чего-то не хватало. Покрутившись ещё несколько минут, он понял, что ему не хватает головы Анны на его плече, её руки на его груди, и её ноги на его ногах. Он встал, одел халат и пошёл в гарем. Быстрым шагом дойдя до комнаты Анны, он не стуча открыл дверь и увидел смятую постель, но Анны нигде не было видно. Постояв с минуту, он развернулся и пошёл к себе. Подходя к своим покоям, он услышал голос Анны: -Заир, его там нет. -Госпожа, но я отошёл только на минуту, я действительно не знаю где Повелитель. -Хорошо, Заир. Я пойду к себе. И не успела Анна договорить, как земля, а вернее ковёр ушел у неё из под ног и сильные руки Махмуда подхватили её и понесли в спальню. -Я разучился без тебя спать. -Я тоже. Утром до свадьбы оставалось три дня и две ночи…