Молча сиять

      Прошли сутки после решения Танджиро, ничего не происходило, и было так скучно… «Блин, я всю жизнь тут буду сидеть? Вот бы на улицу!» Камадо никогда не думал, что отдых может быть таким унылым. Выйдя из комнаты, он решил пойти к Мудзану. Хоть прошло и не так много времени, но парень успел привыкнуть к этому месту, да и демоны тут вроде не злые. Бестактно зайдя к Кибуцуджи, Танджиро сразу же сказал:       — Я хочу на улицу, так что разреши мне выйти хотя бы во двор!       В это время Мудзан стоял около стола, на котором были поставлены различные пробирки и бумаги, а его лицо отображало безразличие. Мельком посмотрев на парня, он продолжил работать. Тот, понимая, что Кибуцуджи и дальше продолжит его игнорировать, решил действовать. Быстрым шагом дойдя до стола, он стукнул по нему, бумаги разлетелись.       — Танджиро, давай поясню ещё раз для особо одарённых. Ты не должен отвлекать меня ни при каких обстоятельствах, пока я работаю, — раздражённо сказал Мудзан.       — А я повторю ещё раз, я хочу на улицу. Мне скучно просто так сидеть в четырёх стенах, ничего не делая, — произнёс Камадо. Кибуцуджи приблизился к Танджиро настолько, что их носы чуть ли не соприкасались.       — Ты как собака, тоже забываешь своё место, — после сказанных слов Мудзан взял парня за волосы и потянул их назад. Он выпустил свои когти и поцарапал шею Камадо. Взяв пробирку, он начал брать кровь из шеи. Танджиро было больно, но он старался не показывать слабость перед врагом.       После этого Кибуцуджи сказал: — Хорошо, я разрешу тебе выходить во двор, но ты не убежишь. Попроси у слуги обработать рану.       Камадо ничего не ответил, он просто развернулся и ушёл.

***

      На следующий день Танджиро вышел на улицу. Было так свежо, наконец-то падали лучи солнца, слышалось пение птиц, звук травы от сильного ветра — всё это напоминало о сражениях вместе с его друзьями. Посмотрев по сторонам, он заметил посаженные растения. Подойдя к ним, он увидел, что они умирают. Камадо быстро побежал домой и попросил слуг принести всё необходимое для цветов. Когда демон всё принёс, Танджиро начал усердно работать.       Так получилось, что из-за палящего солнца парень отключился. Разбудил его Мудзан, который навис над ним.       — Не знал, что тебе, как и собаке, нравится спать на улице, может, тебе будку построить? — с ехидной ухмылкой заговорил Кибуцуджи. Но ответа он не получил, тогда он решил сесть рядом с Танджиро.       — Что тебе нужно? — пробурчал Камадо от насмешек в свою сторону.       Но Мудзан не торопился давать какой-либо ответ. Ещё долгое время он просто смотрел на Танджиро, а того это лишь настораживало.       — Сними свои серёжки, они меня раздражают. Они ужасно выглядят при лунном свете, — сказал Кибуцуджи, пытаясь оправдать свою ненависть к серьгам.       — Нет! Это память о моей семье! Они просто не подходят к лунному свету, потому что они должны сиять на солнце, — начал нести какую-то нелепицу Камадо. — Но даже так… луна сегодня красивая.       После этих слов Танджиро улыбнулся Мудзану и начал смотреть на небо. Кибуцуджи размышлял над смыслом последних слов и пришёл только к одному выводу: «Этот парень только что признался мне в любви?». После этих мыслей у Мудзана появилась ухмылка.