Что ты хочешь от меня?

*** С тех пор прошёл месяц, это время было и насыщенным и рутинным. Пришлось попотеть чтобы объяснить Дриму всё то, что Найтмер изучал доооолгие годы. Но ещё сложнее было «представить» младшего криминальному миру. Это было отдельным адом.... сложнее только было объяснить бармену, что теперь придётся быть жёстче, что вокруг него будут крутиться не простые «джентельмены», а искусные лжецы и мошенники. Как научить человека читать между строк, манипулировать и быть выше всех остальных, если таковым обучающийся не является? Здесь помогла работа Дрима, за всё то время тот насмотрелся на многое, от высокопоставленных бизнесменов, которые снизошли до их заведения и до обычных барыг, которые пытались втюхать что-то незаконное или провернуть какую-нибудь аферу. Блондин легко строил из себя знатока, основываясь на поведении бывших «гостей» и по рассказам Найта. Старший восхищался подобным поведением, но потом замечал насколько это выматывает близнеца морально. Притворяться кем-то другим и засовывать своё миролюбие куда подальше было тяжелее всего, особенно, когда у тебя комплекс «хорошего мальчика», ну или же просто добрый нрав. И вот, их «первый» выход в свет, а точнее на аукцион. Дрим и до этого был на встречах с партнёрами брата, но ещё никогда не присутствовал на торгах произведениями искусства. Бармена бесила излишняя лесть и какой-то пафос в речи тех людей, которые отмывают миллионы. Сборы начались за несколько месяцев, начиная от моральной подготовки к вечеру, заканчивая костюмом, который наденет Дрим и его брат. Пришлось вновь посетить тот «интересный магазинчик», как его окрестил кареглазый, и ещё три часа снимать мерки с обоих, перекидываясь при этом двусмысленными намёками и похабными шуточками, желая довести работающего человека либо до сгорания со стыда, либо до ручки... В принципе, за то время пока эти двое улаживали все нюансы, они не хило так сблизились. Вот что значит, рутина сближает. Но в один из дней подготовки, когда до аукциона остался месяц, Найт огорошил близнеца таким известием. - Ты должен набить тату, - в тот момент Дрим, который пил свой любимый заварной чай, выплюнул последний глоток, подавившись и с неким раздражением и шоком смотря на брата. - Я...что прости? - Должен набить татуировку, показывающую, что ты на моей стороне, - в немом недоумении Дрим прожигал Найтмера убийственным взглядом. Конечно, он ведь просто мечтал чувствовать, как игла прокалывает твою кожу, загоняя под неё чернила, которые потом хрен выведешь... - И почему сразу не сказал? Может, у меня страх иголок или низкий болевой порог? Ты вообще понимаешь, что это не раз два и получил картинку, ты б ещё за три дня до аукциона заявил, чтоб уже наверняка! - Дрим медленно и верно вскипал, забывая об их милом условии, поставленном Найтмером по поводу его поведения. - Шкала растёт... Кажется, кто-то хочет наказания... - в секунду бармен замолк и стих, боязливо опуская глаза в пол. Как не крути, а в их отношениях не всё так гладко, как может показаться, ведь стоит повести себя чуток не так... - Тоесть, хочешь сказать, что на то, чтобы положить конец своей обычной жизни и стать, по сути, моим сообщником, тебе силёнок хватает, а на то, чтобы набить тату, то сразу всё, «ни, ни, тело же - это храм, нельзя его портить всякии...мм - Найтмер бы продолжил заливать на эту тему, если бы не заметил, как брат поник и опустил голову вниз. - А ну, подними-ка лицо, - не успел Дрим и среагировать, как за его подбородок взялись и повернули голову к собеседнику. Как Найт и предполагал, личико всё покраснело, а глаза были уже на мокром месте, ну что за ребёнок! - Ну, ну, ты чего, братик! - резко прижав младшего к себе, Найт судорожно поглаживал его по шевелюре. Сам-то криминалист не хило так переволновался, думая о том, что возможно перегнул. Дрим же ничего не ответил, стоял как истукан и точно сам не мог понять от чего плачет. То ли от обиды на то, что с его телом могут делать что захотят, то ли от осознания, что любой его неверный шаг может привести чуть ли не к расстрелу. - Ну Дрими, не злись. Я не думал, что на тебя так подействуют эти слова. У меня рука не поднимется сделать тебе больно. Но если ты так из-за тату, то уж извини, мне правда стоило предупредить тебя заранее, - на самом деле Найт не раскаивался на счёт татуировки. Это он придумал такое правило, ведь нужно было показать криминалистам, что вместе с душой их тело изменится тоже, что никакое решение не проходит без последствий, что сделав такой выбор, пути назад уже не будет. Он не может делать исключения никому, иначе весь его авторитет коту под хвост. Да и страх того, что Дрим всё же может уйти, не давал покоя. А с татуировкой его можно будет легче вычислить, да и младший вряд ли решится на такое с, по сути, клеймом... Как бы неправильно это не казалось, Найтмер всё-равно заставит Дрима сделать это, ведь это говорит и про гарантию относительной безопасности этого бедолаги. *** - Как ты себя чувствуешь? - нервно произнёс Найт, уже тронувшись на машине с места. - ... - на подобное Дрим ничего не ответил, глаза опять на мокром месте, тело подрагивает то ли от боли, то ли от раздражения. Его отправили к тату-мастеру уже на следующий день после их разговора. Первый сеанс длился мучительно долго, а ведь через неделю нужно приходить ещё и ещё... Теперь на правом предплечье мечты находилось небольшое чёрное яблоко (символика группировки Найта) на нём должна была быть выбита ещё какая-то еле заметная надпись, специальными чернилами, именно это отличает обычное тату простого человека и криминалиста. Таким образом, в обычной жизни ты просто человек, набивший себе яблочко, а в преступном мире только с первого взгляда на твоё предплечье могут сказать, принадлежишь ты к определённой организации или понтуешься. - Ну же, Дрим, не дуйся, мы же уже всё обсудили, хочешь, мы заедем к твоим друзьям. Я куплю тебе столько чая и мармелада, сколько твоя душа пожелает... - очень плохая идея, учитывая насколько проницателен Блейз и чем может кончится обидка младшего близнеца. - Давай, только позже, я не в настроении с кем-то видеться, - он больше вёл себя как капризный ребёнок не из-за боли на сеансе, а от осознания, что всё было предрешено заранее, и он бы ни на что не повлиял... Найтмер нервно отвёл взгляд, даже когда он держал Дрима связанным, даже когда он заломал его и насильно поцеловал, даже тогда не было такой реакции. Хотелось и злиться на такое детское поведение брата, но с другой стороны... Найт мог его понять: поставили перед фактом, заставили испытывать боль, а ведь он даже как такового раскаяния не чувствует, ему просто не нравится, что Дрим с ним не говорит. - Знаешь, а ведь раньше использовали другие способы «показать что ты криминалист», - убедившись, что брат его слушает, брюнет продолжил. - Долгое время я был на «обучении» у человека, который тоже имел своих людей... - Дрим повернул к собеседнику голову, редко когда можно услышать о том, что происходило в жизни близнеца, пока он сбегал из дома и пытался выживать. - Так вот, он буквально выжигал клеймо на своих подчинённых. Таким образом, через боль, они доказывали свою верность и готовность стать сильнее и уязвимее одновременно, - у блондина по спине прошли мурашки, неужели, подобное всё ещё есть? И брат... - А у тебя... - слегка дрожащим голосом произнёс младший, неуверенно, боясь продолжать. - Да, на лопатке, - холодный голос отрезвил. Кареглазому стало совестно за свой концерт, брат пережил такое, а он... - Я не пытаюсь пристыдить тебя за то, что ты сейчас испытываешь, я сам отходил больше месяца, но пойми - это важно, такое нужно делать, через боль мы, как бы, отрекаемся от «обычного», «спокойного» мира, принимая тот факт, что в жизни криминалиста может быть много боли и подстав... - мечта вздохнул, думая о том, куда он, чёрт возьми, влип. Да, все эти речи брата звучали эпично, в стиле всяких бандюганов из фильмов, когда сценаристы стремятся отбелить и романтизировать всё связанное с чёрными делами (даже этот фф, по сути, является романтизацией мафии...), но как же это страшно. Ведь в подобных делах нужно бояться не самого закона, тюрьмы или всего такого, а конкурентов или даже союзников. Никогда не знаешь, кто воткнёт в спину нож... Дрим призадумался, а машина продолжала свой обыкновенный путь, блондин и не заметил как задремал. Найтмер, припарковав машину около дома, обернулся на близнеца. Такой безмятежный и спокойный, на лице брюнета невольно промелькнула улыбка. Наклонившись, голубоглазый чмокнул брата в лоб и вышел из машины. Кажется, какую-то «принцесску» сегодня будут носить на руках.