Что то пошло не так!

Чимин просыпается от прикосновений на своей шее. Открывая свои глаза, он видит потолок своей с Хосоком комнаты и знакомые зеленые обои. Поворачивает свою голову и видит своего друга, который с удивленным лицом проводит пальцами по его шее. У друга волосы потрепаны, глаза чутка прилипшие, но это не мешает ему открывать свои глаза шире, чем обычно. — Что ты делаешь? — хрипло произносит Пак, держа за руку Хосока. — Бро, да что вы делали ночью? — тихо произносит он. — О чём ты? — всё ещё не понимает. — У тебя не шея, а поляна тюльпанов, — хихикает и подмигивает. Тут Чимину доходит то, что они с Юнги делали всю ночь на открытой веранде, в свидетельстве миллион звезд. — Вот чёрт, — произносит он и встает с места. Подходит к зеркалу, теперь сам проводит пальцами по шее. Не знает улыбнуться или сгореть от стыда. — Ну и? — тянет друг. — Что ну и? Как я скрою это? У тебя есть что-то с воротником? — проходит мимо Хосока и роется в шкафу, в надежде найти хоть что-нибудь. — Может расскажешь про свои ночные похождения с Юнги? — Хосок устраивается возле кровати и крестит свои руки, ожидая объяснения от друга. Чимин тяжело выдыхает. — Думаю мои чувства взаимны, — со смущенной улыбкой говорит он. — Думаешь или уверен? — Мы целовались почти всю ночь. Оторвались только под утро. — Секса не было что ли? — удивился Хосок. — Нет, — спокойно отвечает тот. — Вы такие скучные, фу, — корчит своё лицо и Чимин смеется. — Не все занимаются сексом с первого раза. — Ладно, проехали. Кто признался первым? — атакует следующим вопросом. — Эмм, — делает паузу Чимин, вспоминая прошлую ночь. Вроде три заветных слова никто из них не произнёс. — Никто? — спрашивает он. — Ты меня спрашиваешь? — выгибает брови. — Мы просто лежали и смотрели на звезды. Потом я увидел падающую звезду и сказал, чтобы он загадал желание. Потом доставал его, чтобы он рассказал про свое желание. Он сказал, что загадал мой поцелуй и сам первый поцеловал меня. Потом я начал и всё. — Вы что тупые? — Да что не так? — начинает злиться. — Может всё? Без признания сосались всю ночь. Откуда знаешь может просто от порыва эмоций он поцеловал тебя? Может у него недотрах и ты был под рукой? Почему ты принимаешь такие глупые решения? — возмущается он, думая какой глупый поступок сделал Чимин, сразу же поддаваясь своим чувствам. — Юнги не такой, — тихо говорит Пак, слегка обдумывая слова друга. — Ты его знаешь от силы семь месяцев. Не надо так уверенно говорить о чём-то если даже понятия не имеешь. Тебе ещё двадцать, понимаю гормоны бушуют, но будь осторожен. Я не хочу, чтобы тебе разбивали сердце. Поговори с ним сегодня и определи, всё что между вами происходит, — сердито говорит Хосок и выходит с комнаты, оставив Чимина с миллионами мыслями в голове.

***

Завтрак проходит мрачным для троих. Первый это Хосок, который всё ещё немножко сердится на своего друга, второй Чимин, который обдумывает все слова Хосока и находит долю истины в них и от этого становится всё хуже. Третий же Юнги, который думает, что Чимину некомфортно с ним после вчерашнего и тоже немножко расстроен. На фоне бабушка рассказывает про смешные моменты из своей жизни, а остальные радостно смеются и кушают вкусные блинчики. — Что-то случилось? — тихо спрашивает Чонгук, прислонившись Хосоку. — Нет, всё нормально, — с натянутой улыбкой отвечает он и ковыряет свою кашу. — Не хочешь погулять? Покажешь то место возле набережной? — Хочешь поехать туда? — Да. Ты против? — Нет. Просто я с того момента туда не ходил, — грустно улыбается Хосок. — Может пришло время отпустить? — подмигивает Чонгук. — Возможно, — хохочет он и встает с места. — Бабулита, мы погуляем в набережной, — сообщает он и бабушка кивает в согласии. Всю дорогу они общаются на разные темы и по дороге Хосок рассказывает про то, как он проводил в деревне свое детство и молодость. Чонгук отлично поддерживал разговор, всё время удивляясь шалостями Хосока. Как близко они подходили к набережной Хосок чувствовал некую тревогу. Он замедлил шаг и перестал говорить. Чонгук посмотрел на него, а Хосок смотрел на одну точку, которая была далеко. Чон перевел взгляд туда и увидел парня, который сидел на скамейке и смотрел на волны. По телу пробежали мурашки, как же ему стало страшно от того, что именно этот парень украл у него шансы на Хосока. — Чонгук, — дернул руку Хосок. — Ты тоже это видишь? — тихо спросил он, а руки дрожали, как у предателя. — Это он? — Чонгук хотел, чтобы звук его разбитого сердца не услышал никто. — Эта толстовка и силуэт… Я узнаю его из тысячи. — Пойдешь? — Чонгук посмотрел на него, глазами умоляя не делать этого, но он не имеет право на это. — Чонгук, — протянул он, а в глазах уже застыла слеза. — Прости, — шепнул он и обнял его. — Ничего страшного. У меня изначально не было шансов, — тяжело улыбнулся он и обнял в ответ. — Уверен, что он тебя ждет, — Чонгук отстранился и погладил щеки Хосока, — Иди, я вернусь один, — он толкнул его в сторону парня, а сам быстро развернулся, чтобы не показать свои стыдливые слёзы. Ему никогда не было так плохо. Хосок замедляет шаг, он делает два шага вперед и один шаг назад. Внутри ураган и буря, ноги и руки дрожат от предвкушения. Парень сидит тихо, смотрит только на одну точку и не шевелится. Он подходит ближе и пытается успокоить свое сердце. Для начала кашляет, чтобы привлечь внимания и наконец парень поворачивается на звук. В тот же момент Хосок теряется в серых глазах. Они красивее даже цвета пепла, глубже самого дна океана. В глазах застыла тоска и боль, а он знает их причину. Парень смотрит в ответ и чуть не плачет. Вскакивает с места и сразу обнимает его, как раньше, так нежно и с заботой. Как же Хосок нуждался в этих объятиях, каждый раз искал его в других, но замену всё равно не нашёл. — Боже мой, неужели я тебя дождался, — слышится мягкий голос сверху. — Прости, что пропал, — говорит он и вдыхает его запах, запирая из в легких. Ничего не изменилось, даже его запах, всё такой родной, как он запомнил. — Ты всё это время ждал меня? Так долго? — он поднимает свои глаза и видит улыбку. — Я не смог забыть мелкого парня, который красиво плакал, — отвечает тот и второй смущается. — Я приходил потом, но тебя не было, — уже сидя на скамейке начинает Хосок. — Я приболел и был дома. Думаю, ты приходил, когда не было меня, а я, когда не было тебя, — пожимает плечами. — Я уже несколько лет живу в Сеуле. Знал бы, что ты ждешь, пришёл бы пораньше, — грустно опускает голову. — Эй, ты чего. Ничего страшного, значит так решила судьба, — мило улыбается. — А ты подрос, — треплет его волосы. — Больше не плачешь? — Теперь точно нет, — хихикает и дотрагивается до его волос. — А ты покрасил волосы. Давно любишь красный цвет? — С сестрой поспорил, вот и досталось от неё, — криво корчит рожу. — Меня зовут Хосок, — наконец озвучивает своё имя. — Чон Хосок. — Сокджин. Ким Сокджин, — протягивает руку. — Я скучал по тебе, Чон Хосок.

***

Весь день. Просто целый день Юнги делал вид, что Чимина вообще не существует. Он даже умел смотреть сквозь человека, от этого младшему становилось всё хуже и хуже. «Правильно значит сказал Хосок, он воспользовался мной» — это всё, что крутилось у младшего в голове последние несколько часов. Ему было обидно, ещё пиздец как, но злость была выше всех чувств, которых он сейчас испытывал. Он сорвался именно в тот момент, когда бабушка попросила спуститься в подвал за банкой варенья. — Ты вообще слушаешь? — на тон выше говорит Чимин и старший кивает. — Ты издеваешься надо мной? Какого чёрта ты делаешь вид, что меня нет? — уже срывается на крик. — Может это из-за тебя? — возмущенно начинает Юнги. — С утра кислую рожу строишь. Даже не посмотрел на меня во время завтрака. Ты всё это начинаешь и пытаешься свалить на меня всю вину? Если у тебя тараканы в голове, просто не впутывай меня в это ладно? Ты сначала сам разберись в своих чувствах, потом уже мне претензии предъявляй, — встает с места и со злостью бросает тетрадь на руках, которую сжимал всё это время. — Ты просто идиот, Мин Юнги, — говорит напоследок Чимин и уходит прочь. Юнги тяжело вздыхает и обратно падает к месту возле огорода, где он всё это время сидел и опускает голову на колени. Подходит Намджун и присаживается рядом с ним. Кладет руку на плечи друга и говорит: — Может расскажешь, что случилось? — Я влюбился, Джун, — с горечью начинает он. — Чимин… Он просто прекрасный. Его внешность, мышление, душа и вообще, всё в нём прекрасное. Каждый раз, когда он улыбается, у меня что-то расцветает на душе. Я сам начинаю улыбаться. Когда вижу его горящие глаза и каждое произнесенное им слово «Юнги хён» действует лучше, чем самый дорогой наркотик этого мира. Я просто плыву. Я всегда хочу его видеть рядом, хочу обнять, хочу вдохнуть его запах. Я разрываюсь на части, когда он плачет. Но посмотри, что я делаю? Я не умею любить, Джун, я не понимаю его, я обижаю его, говорю грубо. Даже комплиментами не могу его порадовать. Я слишком равнодушный и холодный для него. Хотел бы я, чтобы он видел то, что у меня на сердце, — говорит на одном дыхании. — В такие моменты просто нужно поговорить. Если будет противится, нужно просто зажать его где-то и просто спросить, что происходит. Он ещё молод, кровь кипит и всякое может выдумать. С ним нужно быть, как открытая книга, а не человек «Догадайся сам, что я чувствую». Просто иди и поговори, расставь все точки над и. Признайся в конце концов, вы уже всех затрахали со своими интрижками! — улыбается он и толкает друга, чтобы он встал. — Спасибо братан, чтобы я без тебя делал, — в ответ кричит Юнги и бежит к бабушке, чтобы спросить координаты подвала.

***

— Придурок долбанный, идиот. Он сам вообще понял, о чем он говорит? — ворчал Чимин внизу, пока искал ту саму банку варенья. Он был злее, чем раньше. — Чимин, — позвал его Юнги у двери. — Я не хочу с тобой разговаривать, — буркнул он, даже, не посмотрев на него. — Давай просто поговорим. Посмотри на меня, Чимин. — Поговорить о чём? — поворачивается он. — Про то, как ты меня использовал? — О чём ты говоришь? — удивляется Юнги. — Мы с тобой всю ночь целовались, но ты не признался мне. Не сказал, что любишь и с утра делаешь вид, что тебе всё равно и как будто ничего не было. Как мне всё это надо понимать? — кричит он, не удерживая свои горькие слёзы. — Боже, малыш, — Юнги прибегает к нему и крепко обнимает. — Вот ты дурачина, подумал, что я не люблю тебя? Да я больше своей жизни люблю тебя! — говорит он и смеется от нелепой ситуации между ними. Он поднимает взгляд на себя и смотрит прямо в карие глаза. — Чимин, я очень сильно люблю тебя. Пожалуйста прости, что не сказал это раньше. Утром ты был хмурым, и я подумал, что ты жалеешь о вчерашнем. Прости меня, пожалуйста. Я не могу уже без тебя, Чимин. Я зависим от тебя, я дышу тобой и живу ради тебя. Я очень, очень, очень и очень сильно люблю тебя, — шепчет в губы и Пак сильнее рыдает, комкая его футболку до белых костяшек. — Прости меня, Юнги. Я веду себя как ребенок, — всхлипывает. — Ты уже мой ребенок, — усмехается тот и тянет его для поцелуя. Целует долго и нежно, в ней полно благодарности, любви и ласки. — Займемся сексом? — предлагает младший, отрываясь от поцелуя. — Что, прости? — выпучивает свои глаза Юнги. — Что — что? Ты хоть знаешь, как трудно себя сдерживать после таких поцелуев, — локтем толкает в его живот и старший корчит рожу. — Ты уверен? — переспрашивает он. — На всю тысячу, — игриво улыбается и тянет его к выходу. — Пойдем в мою комнату, здесь бабуля будет искать нас, — по пути говорит он и тянет за ручку двери, но она не открывается. — Эй, что за черт, — не понимает он, а Юнги в это в время прижимается сзади и опускает руки под рубашку и мокро целует его шею. — Бабушка не будет искать. Потому что она сама заперла нас здесь, — улыбается он и кусает плечи. — Ах, Юнги, — тихо скулит и поворачивается к нему. — Как я теперь буду смотреть в бабуле глаза? Какой стыд, — закрывает своё лицо в плече Мина. — А знаешь, что ещё она сделала? — с улыбкой спрашивает он. — Что? — поднимает голову и с интересом смотрит в глаза. — Дала мне вот это и пожелала удачи, — Юнги берет пачку презервативов и бутылочку смазки из задних карманов и поднимает вверх. — О боже мой бабуля, — протяжно стонет и смеется. Юнги поднимает его на руки и шагает к ближайшей старой тумбочке, которая покрылась слоем пыли. Первый секс со своим кумиром в подвале, среди тонны пыли и грязи, но зато с любовью — это самая главная мечта каждого Пак Чимина на этой планете.

***

Месяц спустя Чонгук устало шагает по коридорам компании, день только начался, а он уже хочет домой. Его и толком никто там не ждет, но всё же. Настроение хреновое, как и в последние недели. — Как жизнь, — догоняет его Намджун и кладет руки на плечи обнимая. — В прошлую неделю Чимин и Юнги съебали на Филиппины, позавчера Хосок переехал к своему парню в Кванджу, а я тут, как видишь очень счастлив находится один, — смотрит на Джуна и криво улыбается. — Хосок уже переехал? Быстро они прогрессируют, — удивился он. — Как же ещё. Они друг друга 6 лет ждали, — фыркает. — Ну не дуйся, тебе тоже найдем. Ждёт тебя твоя судьба где-то в клубе, — улыбается старший. — Может, по девочкам попробуешь? Вот у меня жена и дочь, живу счастливо. — Вагины перестали интересовать меня уже давно, — отрезает Чонгук. — Боже мой, заткнись! Я не хочу верить, что ты уже такой большой для таких шуток. Оставь мою психику в покое, — хнычет Намджун, а младший смеется с кроличьей улыбкой. — Лучше выручай меня, идем, у меня для тебя дело есть. Они двое спускаются в конференц зал и заходят внутрь. Сидит там парень, высокого роста с длинными вьющимися волосами темного цвета. Острая линия челюсти, маленький и красивый нос, глаза с цветом янтаря. Родинки раскиданы по лицу и смотрятся они мило. Аккуратная форма губ, которая в улыбке складывается в сердечко и пышные ресницы. Чонгук смотрит на него долго, изучает каждую черту его лица и тот встает с места, замечая вошедших в зал и подходит к ним. — Добрый день, мистер Ким Намджун, — говорит он на чистом английском, без акцента, между прочим. — Он не кореец? — с улыбкой на лице шёпотом спрашивает Чонгук, наклоняясь к Намджуну. — Кореец, — таким же шёпотом отвечает он и протягивает руку парню. — Хули выебывается тогда, — улыбка не спадает с его лица, а растягивается ещё шире. — Добрый день, Ким Тэхен, — начинает свою английскую речь Намджун. — Рады вас видеть и спасибо, что согласились на встречу. Но прошу меня извинить, у меня появились срочные семейные дела, и я должен оставить вас с моим помощником и нашим главным хореографом — Чон Чонгуком, — красиво говорит он, а юноша кивает. — Ничего страшного, у меня много времени, можем обсудить все вопросы завтра, — он улыбается, а улыбка приобретает квадратную форму, чему удивляется Чонгук. — Если что-то нужно, можете обратится к нему, он поможет, — Намджун указывает на Чонгука, а он не понимая кивает, думая, что он должен кивнуть. — Я заберу его на минутку? — Да, конечно, — отвечает он и обратно шагает к месту, где сидел изначально. — И что это было сейчас? — спрашивает Чон, выходя наружу. — Ты будешь с ним сегодня. — Ты что, сдурел? Как я с ним останусь, если даже два слова не знаю на английском. Он вылитый кореец, а сам выебывается на английском, — хмурится он. — Его родители корейцы, но он сам родился и жил в Швейцарии. Он самый лучший певец Европы и обладатель премии «Голос мира», Чонгук! Мы не можем упустить такую возможность, он нам нужен. — Сам ты что? — У Миён сегодня выступление в школе, если не пойду, меня из дома выгонят, — Чонгук понимающе кивает. — И что мне блять с ним делать? — спрашивает он. — Не знаю, но уверен, что справишься. Пока, — кричит напоследок и бежит к выходу, оставляя младшего ломать себе голову. Чонгук топчется перед дверью еще немного и заходит внутрь. Юноша все еще сидит и не поднимает взгляд со своего телефона. — Ты и вправду не понимаешь корейский? — спрашивает Чонгук. Тэхен смотрит на него и непонимающе поднимает брови. Этим всё было понятно — нихуя не понимает. — Хотеть есть? — с трудом вспоминает слова, которые он учил ещё в школе. — Нет, спасибо, — отвечает тот и Чонгук вздыхает. — Ну ладно тогда, — он присаживается на кресло и тоже достает свой телефон. Они сидят так примерно час, оба в телефонах и даже не движутся. Но Чонгук не может так сидеть, он время от времени подглядывает и замечает, как Тэхен красиво улыбается. Он должен что-то сделать, и он достает свой телефон и что-то пишет на переводчике. Протягивает парню и поднимает удивленный взгляд. «Я не знаю даже, что сказать, я не понимаю твой язык, но так сидеть весь день тоже не хочу. Может есть какие-то предложения от тебя или твои любимые занятия?» Тэхен улыбается и строчит в телефоне ответ. «Ты играешь в игры? Например, Sudden Attack?» Хоть они не понимали друг друга, но нашли увлечение на двоих. Они тупо играли в игры до вечера и просто смеялись от выходок друг друга в игре. Был тот уголёк в них, который медленно начинал разгораться, даже если они не понимали этого. Возможно этот уголек когда-то загорится пламенем, как и в наших главных героях, но это уже другая история.