Наследник в пользование

– По какой причине несовершеннолетним разливаешь? – равнодушно спросил мужчина бармена, забирая Олд фешен из-под носа молодого полупьяного парня. – Эй, мудила, он оплачен вообще-то! – заверещал Уён, не получив купленный напиток. – Чей? – не обращая внимания на вопль, снова обратился к работнику Сан. – Клан Чонов, Господин, – пролепетал бармен, низко кланяясь и поглядывая в сторону раздражённого мальца. Затем дополнил, – Внебрачный. – Айщ, – простонал Уён, нервно шаря по карманам. – Как вы все меня достали! И нажраться уже не дают! Вот, – он кинул id-карту, – вот, посмотри! Видишь? Девятнадцать мне. Теперь-то нальют наконец? Сан заинтересовано осмотрел парня и ухмыльнулся. – Как любопытно развиваются события, однако, – пробормотал себе под нос и махнул рукой работнику. – Случилось что? – обратился он к самому Уёну, подсаживаясь. – Чё ты ко мне приебался, я понять не могу, – тяжело вздохнул тот. – Серьезно. Интересно что у меня случилось? Ничего. Кроме того, что меня выдернули из под девки, которую я трахал, притащили сюда и нарекли будущим повелителем этих бугаев, – Уён махнул на телохранителей за своей спиной. – Абсолютно ни-че-го. А хорошо звучит, да? Повелитель. Или как там вы называетесь? Неважно. Проблемка-то в том, что эта ваша власть мне в хуй не упёрлась. – Спустя часы покорного молчания и согласия под дулом пистолета, парня прорвало. – Жил я себе припеваючи на денюшки моего несостоятельного папочки, пока он не желал слухов, а тут глядите, его «родное» дитятко сторчалось, и сразу я понадобился. Как иронично всё-таки, наркотой торгует, а сыночка курить не научил, – он горько усмехнулся и глотнул ещё бурбона. – Вот, послушай, – приблизившись к собеседнику, словно за секретом, – я ему говорю: «Ладно, раз уж выбора у меня нет, то хоть плюшки мне какие-нибудь от этого будут?». А он знаешь, что? Что! Сюжет какого-то сериала дешёвого пересказал и такой: «Вот, мол, жизнь какая тебе предстоит». Ещё и про дочерей из ваших кругов начал втирать. Выгодный союз, всё дела. Ну я промолчал пока, что мне в этих кругах больше братья их нравятся, – младший Чон икнул, – вот даже ты! Взял бы меня себе в мужья? – Я тебя первый раз в жизни вижу, – снисходительно удивился Сан. – Оай, – закатил глаза парень, – велика странность. Мужиков, чай, и после третьей рюмки ебёшь, а тут вдруг разборчивость проснулась. – Я всегда разборчив и ебу только женщин, выражаясь твоим языком. Уён залил в себя ещё парочку шотов, и посмотрел ехидно. – Мочу в уши ты этим жертвам патриархата лей давай, а меня обмануть не пытайся, – он поднялся из-за барной стойки. – Ну так что? – Уён провёл рукой вдоль тела, демонстрируя «продукт», – Нравится то, что видишь? – а затем покачнувшись, завалился на Сана, ничего более уже не слыша. Бережно придерживая парня за талию, мужчина прошептал в макушку тихое «нравится».

***

Роскошно отделанный зал игорного дома был полон людей. С первого взгляда легко было понять, что в этом месте собрались первые люди страны. Мужчины средних лет были одеты в фирменные костюмы, пили дорогой алкоголь и не утруждали себя обществом молодых жён, оставленных по домам. Они выглядели расслабленно, но по-другому и быть не могло, ведь в двух метрах от каждого стояло по несколько телохранителей, а огромные суммы, поставленные на кон, давали защиту понадёжнее любого из работников. Сан отправил пару «бугаев» предупредить Господина Чона о состоянии сына и о том, что он, Господин Чхве, оставит наследничка в своём личном кабинете отходить до утра. Старый мафиози поспешно дал разрешение, так как пара проигранных партий имела значение побольше, чем пьяный отпрыск. Укладывая своего нового знакомого в объятья кожаного дивана, Сан не ожидал, что сам будет захвачен в плен рук. Уён ненадолго очнувшись от хмельного сна, начал водить пальцами по широкой спине и выцеловывать узоры на шее хозяина клуба. Тот, к большому разочарованию парня, оттолкнул и мягко пояснил: – Не в пьяном виде. Тогда, не особо раздумывая над смыслом фразы, Уён перевернулся на другой бок и спустя миг засопел.

***

– Пиздец, – первое слово, вырвавшееся из уст проснувшегося. Благо ранние куски вчерашнего вечера ещё оставались в памяти Уёна, поэтому сопоставить вид кабинета и главного зала, в котором он был, по стилю труда не составило. Стало слегка полегче от того, что он по пьяни не сбежал из города. Из-за смежной двери, заслышав данное восклицание, вышел высокий мужчина. По замечаниям в голове Уёна, он выглядел лет на тридцать, а может и помладше, что уже было странно для заведения, в котором он находился. Отсюда возникало не меньше вопросов. Например: – Ты кто такой? – Чхве Сан. Владелец этого игорного дома и глава второго по величине клана, – медленно настолько, чтобы в похмельную голову дошло, ответил мужчина. – Ты молодой, – озвучил вполне разумное замечание парень, – всем главам, которых я видел, было не меньше пятидесяти. – Так вышло, – Сан оказался в небольшом смятении, – мой отец умер несколько лет назад, и я был вынужден занять его место. Уён прищуренно оглядел его ещё раз. – Почему я здесь? – на самом деле это должен был быть вопрос: «Я с тобой спал?», но обнаружив все свои вещи на себе, Уён позволил себе понадеяться на отрицательный ответ. – Потому что вчера в пьяном виде повис на мне. Парень сконфуженно кашлянул, припомнив ровно всё до этого момента. – Я что-нибудь говорил после этого? – Нет. Вздох сладкого облегчения заполнил комнату. – Раз я вчера держал язык при себе, – на это утверждение Сан усмехнулся, вспоминая движения этого самого языка на собственной шее, – то мы можем нормально познакомиться. Я представлялся? – парень привстал на локтях и протянул ладонь, – Чон Уён. А остальное ты и сам знаешь, – получив рукопожатие, он довольно откинулся обратно на подушки. – Честно говоря, меня очень интересует, но в то же время и настораживает при каких условиях тебе приходилось просыпаться раньше, раз ты сейчас так спокоен в кабинете мафии. – Ну... – Уён деланно задумался, – я до сих пор в своей одежде, лежу свободно на дорогущем по ощущениям диване и разговариваю с привлекательным мужчиной, который ещё ни разу не вышел из образа «сама интеллигентность сосёт мне по понедельникам». Это одни из лучших условий, в которых мне доводилось просыпаться. На самом деле, Сан уже был в восторге от этого ребёнка. Тот за последние 10 часов вместе, из которых 9 спал, успел и оскорбить, и пофлиртовать, и всю свою позицию к новой жизни обозначить. Это определённо был экспонат, которым ему не стоит пренебрегать. – За тобой уже наведывались, поэтому долго не валяйся, – Сан протянул его найденную под баром id-карту. – У меня есть предложение к твоему отцу, передашь? Уён пересел к краю, посмотрев на него добродушно. – Ты сильно не рассчитывай на мою память. Дай бог, мне до встречи с отцом попадётся что-то из домашнего бара, я не забуду похмелиться. Но ты попробуй. Ни капли уважительного тона, а ведь он был чуть ли не на десяток лет младше. – Я готов лично подготовить тебя на роль главы клана, – мужчина внимательно проследил за реакцией парня напротив. – Для дальнейшего сотрудничества, разумеется. – О, – Уён обвёл его не менее внимательным взглядом, – и за сколько планируешь из меня мафиози слепить? – За месяц, – прозвучало слишком самонадеянно, – физическая форма у тебя на неплохом уровне, чем-то занимаешься? – Сексом. И боксом иногда, – Уён ухмыльнулся, – взаимосвязанные в моём случае вещи. – Хорошо, на этом и сделаем упор- – На сексе? – этот тон надо было слышать. – На боксе, – невозмутимо продолжал Сан. – Экономический сам закончил или отец проплатил? На секунду Уён задумался откуда у того информация про образование, но так же быстро понял с кем имеет дело. – Сам. – Значит основы знать должен. Знания проверим, слабое подтянем. Звучит вполне выполнимо, согласен? – Отец мой не согласен. Я пол-утра вчера слушал о своей бесполезности и суммах, которые он будет тратить на моё "обучение". А ты вдруг тут филантропией решил заняться? – Это не филантропия, а инвестиция. Мы с твоим отцом подпишем договор, на его условиях ты просто будешь разменной монетой. Глава вашего клана отдаст мне наследника в пользование, – Сан нахмурился из-за собственной формулировки, – а я уменьшу ему процент взноса при сотрудничестве с кланами «Главной тройки». – И зачем же тебе «наследник в пользовании»? – не забыл съязвить Уён. – Незачем. Мне важен результат твоего обучения. Я планирую расширить свои территории за счёт низших кланов. Через тебя на посту главы это будет легче сделать, чем через «жертв патриархата», как ты сам заметил. Парень улыбнулся, вставая. – А если хуёвенький из меня окажется глава клана? Вдруг я не возмещу результатами обучения потраченные тобой деньги? – Не так страшно. У меня сумма организации одного вчерашнего вечера уже оказалась предположительно больше, чем затраты на тебя. Улыбка Уёна поплыла, преобретая обиженные нотки. – Оскорбительно, однако, – прошептал он неслышно и направился к выходу из кабинета, – я передам отцу твоё предложение, – у самой двери обернулся, – и спасибо за ночь, пока! Сейчас вздох облегчения уже был от Сана.

***

– Нет, это ты меня послушай! – усталое, но от этого не менее громкое причитание развалившейся на матах туши. – Ты вообще представляешь, чтоб я смог так извернуться? Вот и я не представляю! – Подвинь ногу назад и сможешь, – ответ во всех традициях клана Чхве: спокойно и негромко, велюровым тоном с металлической уверенностью. Хотя судить о традициях точно не Уёну, знающему только одного представителя. Парень подрывается из своей лужи утомлённости, напрочь ломая весь образ убитого тренером ученика. Изменяет положение ноги по инструкции и весь убеждение уворачивается от удара. Разочарованный стон слетает с губ. Он то был уверен, что откинется сейчас по примеру прошлого раза и отставленная назад нога ему ничем не поможет. – Сколько удивления, будто и не в азах тупишь. – Это не по этике, товарищ преподаватель. Вы не можете мне говорить, что я туплю. Демотивация, все дела. Сан зацепил носком ботинка лодыжку соперника и тот мешком свалился в его ноги. Малейшее движение привело к позе «лицо в пол». – Сейчас была дизмотивация, а то, что ты тупишь не она, – снизу послышался ещё один стон. – Вставай, ещё раз. В данную минуту шла первая тренировка новорожденного почти-главы. Господин Чон, заслышав фразу «сотрудничество с членом "Главной тройки"», которого на минуточку он безуспешно пытался добиться уже многие годы наравне с прочими кланами первой десятки, был готов дать своё согласие на предложение молодого мафиози моментально, а последовавшее за ним «уменьшение процента взноса» вскружило ему голову окончательно, и разговор был закончен, так и не начавшись. О желаниях сына никто, конечно же, не осведомился. Как чётко подметил Сан, Уён был разменной монетой, которая не имела права голоса. Но на самом-то деле ничего особо не поменялось. Его в любом бы случае готовили к новой жизни изнуряющими тренировками, а так хоть, по условиям договора, его преподавателем по физической подготовке был сам Чхве Сан, как мило подметил Уён, очень даже привлекательный в этом спортивном костюме мужчина. Интересоваться с чего бы главе второго клана быть свободным по несколько часов в день для личных тренировок какого-то парня, ученик не стал. – А у нас будет что-то типо перерыва? – не веря в положительный ответ, но искренне надеясь, поинтересовался Уён. – Ты ещё и сорока минут тут не работал, – на удивление с прозрачной долей обиды ответил Сан. – А до этого меня ещё час проверяли, – вспыхнул младший, отстаивая честь своей формы, – будто я олимпийские игры прошёл. Сан перевел дыхание, подзывая нанести удар. – Ты точно не соврал про бокс? – спросил он, блокируя. – Я абсолютно честно отдал ему второе место в списке своих увлечений, – доказал, всё-таки мазнув разок по плечу соперника. – Доля бокса в развитии твоей нынешней формы была значительно меньше, чем заслуги постельных дел, как я чувствую, – Сан ударил в солнечное сплетение, – страшно подумать сколько в таком случае ты уделял им времени, добиваясь подобных результатов на теле. – Важно не количество, а качество, товарищ преподаватель, – Уён хмыкнул самодовольно. – Хочешь в деталях ознакомиться с моим графиком "тренировок"? Глядя на насмешливо движущиеся брови, Сан, по правде, был готов нарушить все правила учебной этики и дать мальцу по морде.

***

– Я больше не приду сюда. – Ты больше не уйдешь отсюда. Сан не маньяк и Уён не в плену, это просто одно из условий их контракта. Уён не может покидать территорию дома Чхве, кроме как с самим Господином. Объяснение простое: наследничек может загулять, нарушить весь выстроенный рацион питания и расписание тренировок, а Сану это не на руку. – Значит мне придется отлучиться сейчас в туалет и совершить там Харакири. – Куда тебе в самураи. Уён согласился. Кажется, он сейчас и без рукоприкладства умрёт прямо здесь на полу тренировочного зала. Не прошло и часа, а всё тело уже ломит как под прессом. Сан о себе может сказать то же самое. Этот чёрт малолетний загонял его ни на шутку. Умений у того кот наплакал, зато энергии хоть отбавляй. Вот и валяются сейчас бок о бок, еле дыша. – Разрешаю сходить сегодня в сауну, – не хотел мужчина Уёна разбаловать, пока тот у него на попечении, но предчувствует, что иначе с постели парень завтра не встанет. – О! Даже из дома выпустят? – от приятного возбуждения Уён захотел встать, но судорога в голени решила по-другому. Он оказался в ещё более комичной позе. – На подпольном этаже. – А. Ну естественно. Домашняя сауна всегда в комплекте с крутыми мафиози идёт? – Сан многозначительно промолчал. – И меня прям пропустят твои мордовороты без вагончика подписанных хозяйской кровью документов? – Пропустят. – Потому что со мной пойдёшь? – Потому что предупрежу. – Но со мной всё-таки пойдёшь? По глазам вижу, что хочешь. Они оба продолжали бездвижно лежать на прохладном покрытии и флирт младшего в данной ситуации выглядел более ущербно, чем соблазнительно. – По каким ещё глазам? Ты кверху задницей валяешься, встать не можешь. Отойди хоть сначала. – Это обещание? – Уён не отчаивался. – Ни капли. – Я запомню.

***

Гармония, покой, умиротворение и безмятежность – такими словами можно было описать самоощущение Сана на личной территории. Ключевая фраза: можно было. Потому, что всё держалось так ровно до момента появления в его доме отпрыска чужого клана. Тот хоть и не делал чего-то из ряда вон выходящего, но одним своим присутствием наводил суету. Все вокруг него погружались в неопределимую атмосферу праздника и беззаботности, что было бы безусловно отлично, не находись они на рабочем месте. Парень даже успел приручить домашних поваров, которые в тайне от диетологов подкладывали ему побольше и повкуснее. И как не старался Сан не разнежить будущую главу клана, отрезая доступ к лучшим местам в доме, Уён чувствовал себя шикарно даже в своих условиях общежития, кои выстроил себе в удовольствие. Убеждая себя, что именно такой адаптивностью и умением заговаривать зубы и должен обладать будущий Господин, Сан оставил всё как есть. Уён на удивление стабильно хорошо занимался в разных сферах. Например, репетитор по экономике доложил Господину о том, что обучающийся закрыл подготовленную ему программу на месяц в первую же неделю, и после этого события планы на затраты «не дороже организации игрового вечера» были благополучно превышены покупкой углубленного курса. В основах коммуникации и политологии младший продвигался менее ошеломляюще, но чётко по выстроенной месячной траектории. И если в теоретической составляющей подготовки всё шло по маслу, то в физической Сан испытывал проблемы. Да, именно Сан, а не Уён. На уроках с младшим он находился в постоянном стрессе. Голова Уёна, не занятая сложным мыслительным процессом урока, постоянно подкидывала парню миллион и тысячу похабных подкатов, а глаза, не направленные в книжку, стреляли распутством и озорством. Он то и дело вгонял старшего в краску, кожа которого за ненадобностью уже и позабыла о подобном своём свойстве.

***

– Выше подними. Наконец-то началась стрельба. Сан спустя долгое время всё-таки допустил Уёна к занятиям с огнестрельным оружием. Отдался так сказать в лапы страшного малолетнего хищника. Ведь тот без зазрения совести мог выстрелить любым из десятка лежащих перед ним на столе пушек, убить главу второго по величине клана, и быть остановленым только на выходе из звукоизоляционной комнаты охраной, что стояла за дверью. Опасно для Сана, от этого ещё веселее Уёну. Он сейчас стоял перед мишенью в своей обычной, уже можно сказать домашней, так как из этого дома он выходить не мог, одежде и без защитных наушников. Сан объяснил отсутствие защиты сейчас отсутствием защиты в повседневной жизни. «К звуку надо привыкать заранее» – сказал он. Выстрел. – Левее возьми. Выстрел. – Локти напряги. Выстрел. Сан разочарованно вздохнул, поменял оружие и положил собственные ладони на кисти Уёна, находясь за спиной. – Следишь за этой частью, – надавил на границу ладони. – Напрягай, – голос раздавался в самое ухо младшего. Чон повернул голову. – Вперёд смотри, – раздалось следом. – Левее я уже говорил, – подвинул на миллиметр замок из рук. – Теперь стреляй. Выстрел. Уже ближе к середине. Сан снова поменял оружие, вернул ладони на чужие руки. Уён, уже пару раз получивший выговор за излишние движения задницей решил так просто не сдаваться. На пробу повторил нарушение, прижимаясь теснее к телу старшего. Тот, выйдя из себя, резко толкнул его вперёд, зажав между собой и столом с оружием. Грубо сжал заднюю часть шеи и повалил вперёд. – Чон, я предупреждал, – Сан прошипел все также в ухо, нависая сверху и продолжая удерживать за загривок. Уён, ухмыльнулся, прижимаясь щекой к столешнице. Разжал кисть отпуская пистолет из рук и схватился за край поверхности. – А я не послушал, – покрутил задницей ещё, расставляя ноги шире. – Ну так что, выебешь меня наконец или продолжим урок? Сан ещё пару секунд возмущённо подышал у самого лица, а затем отпустил шею младшего, отходя назад. – Встань и повернись. – Не-ет, – протянул Уён плаксиво, – я хочу та- – Повернись, я сказал. Заслышав этот полурычащий бас, он подскочил со стола и шустро развернулся. О боже, Уён, кажется, возбудился от одного голодного взгляда, что увидел за мгновение до того, как его снова прижали, яростно впиваясь в губы. Сан целовал напористо и инициативно, по-собственнически кусал и зализывал ранки широкими мазками. Он протолкнул язык в чужой рот, мокро втянул меж губами кончик другого и прошёлся по уздечке собственным. Уён простонал от удовольствия и осел на стол, крепче прижимая к себе чужое лицо ладонями. Сан жёстко развёл его колени. Нахально вписавшись между ними, смял крупными ладонями ягодицы и прижал ближе к себе. Блять, тело горело от предвкушения. Каждая клеточка вибрировала в возбуждении и просилась всем существом прижать к себе чужую. Он отстранился от поцелуя и толкнул Уёна, повалив на спину. Тот, весь головокружение, послушно разлёгся и уставился в потолок, пытаясь сфокусироваться. – Сначала попробую тебя, потом поговорим, – голос мужчины хрипел, мысли туманились. Всё внимание притягивал этот пылающий мальчишка с острым языком. Старший скинул с него кроссовки, а за ними и треники с нижним бельём. Опустился на колени, закидывая ноги младшего себе на плечи, когда заметил анальную пробку. – А нет – уже поговорили, – усмехнулся, понимая, что сдержанность, отступившая несколько поцелуев назад, уже не вернётся. Бегущей строкой в голове неслось: «хочухочухочухочу». А чего хочет? Поцеловать тут и там, зарыться в светлые волосы, посмотреть в стеклянные глаза и утонуть к чёрту? Сотни желаний, которым не видно конца и края. Сан поцелуями проложил путь от бедра к паху, сплюнул на ладонь и обхватил член. Он сделал несколько движений и слизал естественную смазку с уретры. – Бля-ять, – Уён содрогнулся всем телом, хватаясь руками за край стола над головой. Сан продолжил. Он облизнул головку уже полностью и пропустил в рот, оставляя побольше слюны. Пока не взял глубже, помогал себе рукой у основания, гладя яйца, после опустился ниже, втягивая щёки и водя языком поступательно. Уён блядски стонал и сильно впивался пятками в спину, когда держался. Он подумал о том, что этот отсос – лучший в его жизни. Но просить его оценить было бы преступлением, ведь не соображал он от слова совсем. Все его усилия уходили на попытки собрать своё тело из пыли, в которую оно превратилось от одного только долгожданного поцелуя. А что уж говорить о движениях значительно ниже его губ? Уён со вздохом отпустил столешницу и зарыл ладонь в волосы, направляя по своему желанию. Сан подчинялся какое-то время, обняв бедра на собственных плечах и массируя их пальцами, но вскоре горло начало ныть от упорного долбления, и он взял по максимуму. Сглотнув, сжал член внутри. – Блять, Сан! Уён крикнул громко, в последний раз стянул волосы на чужом затылке, и излился по внутренней стороне щёк. Старший глотать не стал, слизал тщательно остатки и сплюнул в мусорку под столом. Уён лежал в прострации. Он краем глаза заметил поднимающегося Сана и потянул к нему руки – ну во истину ребенок – призывая наклониться. Тот приблизился и был увлечён в по-новому грязный поцелуй. Младший расстегнул ему пару пуговиц на темной рубашке и попросил медовым голосом: – Не раздевайся. Обожаю, как на тебе это сидит. Сан покладисто кивнул, ещё раз чмокнув в мягкие губы. Поднял парня, на секунду прижимая к себе, а затем развернул укладывая животом на стол. – Та́к хотел или мне послышалось? – от одного шёлкового голоса Уён был готов кончить вторично. Сан приспустил свои брюки вместе с бельём, пока ноги перед ним разъезжались. Залез рукой под футболку, поглаживая спину Уёна и поцеловал каждую родинку на копчике, пока вытаскивал пробку. По пальцам растеклась смазка, что ранее оставалась внутри. Её распределил по члену, продолжая гладить поясницу. Приставил головку ко входу и не церемонясь вошёл в растянутое нутро, сжимая мягкую талию. Уён повторил излюбленное «блять», полностью расслабив ноги и прижавшись всей грудью к столешнице. Старший полюбовался картиной, предоставляя другому время на привыкнуть, а затем толкнулся снова, уже не сдерживая собственный стон. – Пиздец, какой приятный звук, – Уён шептал хрипло, прикрыв глаза, – повтори. Сан совершил пару новых фрикций, продолжая мелодично стонать, увлекая за собой младшего, что умело двигал задницей и усиливал ощущения. Потребность друг в друге передавалась на ментальном уровне и граничила с безумием. Было непонятно, что нужно сделать, чтобы утолить этот ноющий зуд внутри. Нужно ближе, ближе, ближе. Кожа плавилась в руках, дыхание душило и мерещилось такой бесполезной тратой сил. – Сан, – Уён сжимал его всё сильнее с накатывающей волной оргазма, – Сан... Тот, сжимая молочную кожу боков руками, прошёлся ещё пару раз точно по простате и вошёл до конца, изливаясь следом за младшим. Не покидая чужого тела, Сан упал на спину перед собой и поцеловал за ухом. – Ахуеть. Напомни, чё ты там ответил, когда я про мужей спрашивал? – Уён еле дышал. – Что нравишься. – Сан тоже. – В пизду, я согласен выйти за тебя, – так просто. – Я не просил. – Правильно. Я и без вопросов бы вышел. Старший перевёл дыхание, вставая и выходя. Пока одевался ответил: – Отец твой не поймет. – Значит придется кинуть его. – Уён тоже поднялся, потягиваясь в разные стороны. – В мой клан перейдешь? – А так можно? – Учитывая то, что я наебал его в договоре – вполне. – Парень больше удивился мату в речи старшего, чем облапошенному отцу. – Первое ругательство из твоих уст. От меня понахватался? – Сан беззлобно улыбнулся. – Ах, да я вас испортил, товарищ преподаватель!