розовая юбочка

Войдя в полицейский участок, Аббаккио устало плюхнулся в ближайшее кресло. Сняв фуражку, он запустил ладонь в волосы: ночное дежурство наконец-то закончилось. Слава богам, сегодня Леоне не столкнулся с чем-то из ряда вон выходящим. Единственные, кто нарушил покой горожан, были пара пьяниц. Они с напарником скрутили обоих и привезли их в вытрезвитель, проводить остаток ночи в компании таких же хулиганов, рассевшихся по соседним камерам. Потянувшись к кулеру, Аббаккио до краёв наполнил пластиковый стаканчик и в два глотка осушил его. Краем глаза он заметил, как к нему торопливой походкой спешил сменщик. Неужто что-то приключилось? Леоне тут же отбросил эту мысль: даже если начался Всемирный потоп, его рабочий день закончился десять минут назад. Подойдя вплотную, коллега приветливо ему улыбнулся. Забрав из рук стаканчик, налил ещё воды и протянул его Аббаккио, попутно стряхивая с его коленки пятно дорожной пыли. — Говори, — начал Леоне, неторопливо прихлебывая воду. Может, ради смеха он бы и не стал прерывать эту бутафорскую услужливость, но после работы полицейский был выжат, как лимон. Хотелось быстрее покончить со всеми делами и уехать домой. Сменщик, сглотнув, произнёс: — Леоне, там, э-э… Скомкав стаканчик в кулаке, Аббаккио выкинул его в урну и вопросительно посмотрел на коллегу. — Кто? — угрюмо протянул он. — Торчки? Шлюхи? Святой Януарий? Моргнув, офицер перед ним чуть ли не затрясся. — Э, ну почти… — почесал затылок тот. Ого. Интересно, что ещё значило это «почти». Вздохнув, Леоне поднялся с ставшего родным кресла и, потянувшись, хлопнул сменщика по плечу. — Кого вы взяли? — он задал вопрос в лоб. Сжав кулаки, офицер тут же выдал всю историю: — Его поймали у баров за три квартала отсюда, — рассказывал тот, вышагивая по коридору. — Парень таскал у посетителей кошельки. Когда его заметили и попытались схватить, он почти скрылся, но мы успели его догнать… Они остановились у двери в комнату для допросов. Уперев руки в бока, Леоне хмыкнул, удобнее перехватывая фуражку. — Ну и что с того? — бросил он. Офицер, прижав к замку пропуск-магнитку, распахнул перед Аббаккио дверь. — А того. У него в сумочке нашли три пары водительских прав, и все поддельные. В общем, — они вошли внутрь. — Мне сказали, ты умеешь с ним работать. С нами он не разговаривает. Посмотрев на задержанного, Леоне только и мог, что моргнуть. Он, шагнув вперёд, огляделся: комната была полностью пуста, за исключением сидящей за столом фигуры. Немного не понимая, что от него хотят, Аббаккио повернулся к офицеру. — А где парень-то? Ему пришлось спросить. Потому что на стуле, закованная в наручники, сидела, очевидно, девушка. Короткая юбка, гладкие ноги, босоножки на шпильке и розовая кофточка с вырезом совсем не вязались с рассказом о воришке. Прищурившись, Леоне разглядел у длинноволосой блондинки вполне очевидную грудь. Вот только лица не видно: она уткнулась лбом в стол, даже ухом не поведя, когда к ней пришли полицейские. — Парень… — начал сменщик и, вытянув палец, указал на сгорбленную фигуру. — Он прямо перед тобой. Сказать, что Аббаккио удивился — означало не сказать нихрена. Решив, что его разыгрывают, он собрался было накинуться на офицера, но тот, поспешно отскочив в сторону, захлопнул за собой дверь. Они остались вдвоём. Что ж, за всё время работы Леоне не встречал ничего, с чем не смог бы справиться. Неторопливо пройдя к столу — стук подошв его ботинок о пол раздирал повисшую тишину — он опустил глаза на папку с личным делом. Она показалась ему смутно знакомой; потускневшая от времени бумага с погнутым уголком, дважды перетянутая канцелярской резинкой. Однажды Аббаккио определённо держал её в руках. Бесшумно отодвинув стул, он смерил взглядом светлую макушку. Может, она вообще в обмороке? Убрав резинку, Леоне отодвинул обложку папки. С открывшейся взгляду фотографии на него смотрела пара голубых глазах. Нахмурившись, Аббаккио прочитал напечатанное на листе имя. О. Ох… Не удержавшись, полицейский вдруг в голос заржал, даже не заметив, как выпустил из рук фуражку. Та упала на пол у его ног, но сейчас Леоне точно не мог нагнуться. Ему казалось, что сейчас от смеха взорвётся либо его голова, либо диафрагма. Пытаясь успокоиться, он смахнул с глаз выступившие слёзы. — Я… — Аббаккио шумно выдохнул. — Я не могу… Покачав головой, он всё же вытащил из нагрудного кармана ручку и блокнот. Прошерстив исписанные страницы, Леоне с деловым видом закинул ногу на ногу, и, щёлкнув письменной принадлежностью, строго спросил: — Назови своё имя, красавица. Опущенная голова, чуть дёрнувшись, лениво поднялась. Теперь голубые глаза смотрели на Аббаккио вживую: колко, цепко, холодно. Наклонившись за фуражкой, Леоне повторил: — Я попросил назвать имя. Наручники на узких запястьях звякнули о стол. Вздохнув, задержанный прищурился и произнёс ровным голосом: — Джорно. Подняв бровь, полицейский хмыкнул. — Полное имя, пожалуйста. О, как его зовут, Аббаккио прекрасно знал. Просто он не мог упустить такой чудесной возможности поиздеваться. Собеседник подчинился его приказу. — Джорно Джованна. Кивнув, Леоне схематично начертил на листке жопу. — Отлично. Сколько тебе лет, девочка? Недовольно скривившись, блондин сжал пальцы так сильно, что они побелели. Неужели бедняжка нервничает? Как же, как же… — Восемнадцать, — ответил он. Перестав чиркать в блокноте, Аббаккио отложил ручку. Он подался вперёд, опираясь локтями о колени, и внезапно улыбнулся. Парня это, очевидно, ввело в ступор. — С днём рождения, — дружески подмигнул Леоне. Покивав, Джорно заметно расслабился. Видимо, он и правда не разговаривал с офицерами, которые его задержали. Аббаккио льстил тот факт, что только от него маленький засранец не воротил нос. Хотя, теперь он и не маленький вовсе. — Спасибо, — искренне, не смотря на контекст их встречи, поблагодарил Джованна. — Он был месяц назад. Он сглотнул, когда увидел, что Аббаккио улыбаться перестал. Полицейский больше не собирался играть с ним в доброго знакомого. Ну, «добрыми» знакомыми они не были. Просто так вышло, что с самой юности Джорно, без колебаний влившийся в среду Неапольского криминала, всегда оказывался на допросе с Леоне. Тот, должно быть, совершенно охренел, когда перед ним впервые предстал щуплый пятнадцатилетка, пойманный за опасное вождение. Тогда Джованна лишь пожал плечами. Никакое оно не опасное, обычное. Всего лишь работа таксистом. Сейчас же Аббаккио, вытянув под столом длиннющие ноги, принялся рыться в кармане брюк. На стол шлёпнулась пачка сигарет. Игнорируя табличку, запрещающую курение в помещениях, Леоне подцепил зубами сигарету и, поднеся к лицу зажигалку, как следует затянулся. Пристально глядя на Джорно, он с каким-то мёртвым разочарованием спросил: — Ну и как? Не удосужившись посмотреть на него в ответ, Джорно вяло изучал стоящий в углу фикус. Он ответил вопросом на вопрос. — Что именно? Ого, у этого парня ещё хватало наглости строить из себя дурачка. Сыпля пеплом от сигареты, Аббаккио наклонился через весь стол к самому лицу Джорно. Их носы разделяла всего-то пара сантиметров. — Стоило оно того, Джованна? — зло бросил Леоне, выдыхая табачный дым ему в лицо. — Стоило бросать школу, чтобы спустя год шастать в бабских шмотках и воровать кошельки? Отвернувшись, Джорно ничего не ответил. Он помотал в воздухе закованными в наручники ладонями, пытаясь развеять сизый туман никотина. Поднявшись, Леоне потушил сигарету о землю в горшке и, помедлив, обошёл стол. Снова наклонившись к парню, он вдруг запустил руки ему под кофту. От чувства холодных пальцев, скользящих по коже, захотелось втянуть живот: Джорно ненавидел щекотку. Коротко подстриженные волосы Аббаккио лезли ему в глаза, пока полицейский пытался нащупать застёжки лифчика. Спустя минуту он, наконец отстегнув лямки, отстранился, держа бюстгальтер с ужасно большим пуш-апом в вытянутой руке. — И тебе это нравится? — уничижительно произнёс Леоне, глядя на него сверху вниз. — Трусы тоже женские напялил? Приподняв колени, Джорно слегка раздвинул перед ним ноги, натягивая на бёдрах ткань узкой розовой юбки. — Можешь заглянуть туда и проверить, — невинно протянул он, будто отвечал не копу, а родителям, попросившим у него школьный дневник. Он думал, что Леоне фыркнет, или пошлёт его, или выругается и вернётся обратно на свой стул; но Джорно никак не ожидал, что Аббаккио, присев перед ним на корточки, запустит ладонь под юбку. Чёрт. Кажется, его не стоило провоцировать — Леоне воспринимает всё слишком буквально. Вопреки щекотливости ситуации, его не тронули там, где нельзя прикасаться незнакомым людям. Полицейский провёл рукой по бритой коже на внешней стороне бедра. Скользнув выше, до тазобедренных косточек, он подцепил пальцами полоску ткани. Выражение его лица изменилось настолько внезапно, будто он выиграл в бинго. Запустив под юбку уже вторую руку, Леоне скомандовал ему: — Подними свою задницу. Раздумывая секунду, Джорно кое-как оперся руками о стол, приподнимая таз. Чужие ладони беспрепятственно стянули бельё вниз, до самых щиколоток. Цокнув каблуками о пол, Джованна сбросил спущенные трусы с ног. Посмотрев на жалкий кусок ткани в собственном кулаке, Аббаккио неверяще уставился на мальчишку. — Серьёзно? Джорно, совсем как в их первую встречу, непринуждённо пожал плечами. — Я же не мог надеть мини юбку с боксерами, — резонно ответил он. — Тогда бы весь план пошёл насмарку. Выпрямившись, Леоне внимательнее рассмотрел яркую кружевную тряпку. — План? — с праздным интересом спросил он. — Что ещё за план? Сев ровно, Джорно поёрзал на стуле. Без трусов было немного некомфортно и прохладно. — Может, ты удивишься, но как только мужчины напиваются, им сразу хочется получить женское внимание, — он махнул головой, отчего распущенная копна волос легла на плечи. — Вот тут и появляюсь я. Ого. Наш мальчик стал совсем взрослым. Под его взглядом Аббаккио аккуратно сложил кружевное бельё и спрятал в карман полицейского мундира. Пусть останется в качестве вещдоков. — А дальше? — Леоне присел на краешек стола. — Ты же не трахаешься с ними? Возмущённо вскинув лицо, Джованна хмуро посмотрел на него исподлобья. — Что? — пародируя его, невинно протянул Леоне. — Это придёт на ум любому адекватному человеку, — он подцепил пальцем тканевый вырез в форме сердца, красующийся на уже плоской груди. — Ты же выглядишь как шлюха. Не убирая руки, Аббаккио опустил ладонь на его щёку. — Ещё и намалевался, — фыркнул он, не сводя глаз с красивого лица. — Хуёвая у тебя тушь, Джорно. Уже вся осыпалась. Мальчишка отвернулся, уходя от прикосновения. Обиделся, наверное. Вздохнув, Леоне удобнее устроился на столе. — Тебе повезло, что я вовремя пришёл, — он потянулся к пачке, доставая вторую сигарету. — Другие бы с тобой так не церемонились. Сморщив нос, Джованна парировал: — Других можно купить, в отличии от тебя. О, сколько раз эта вредная задница пыталась всунуть Аббаккио взятку. Конечно, иногда Леоне чувствовал, что его принципы ломались о жестокую коррумпированную систему, но брать деньги от этого пиздюка? Да ни в жизни. — Да ну, — протянул полицейский, чиркая зажигалкой. — Я знаю этих людей. В таком прикиде никто не станет тебя слушать. Сейчас ты мог бы лежать выебанным прямо на этом столе. Щёки Джорно залил стыдливый румянец. Парень, звякнув наручниками, вдруг бросил: — Так вот чем вы здесь занимаетесь? — он оглядел комнату. — Снимаете порно вместо работы? На губах Аббаккио заиграла усмешка. — Нет-нет, никакой съёмки, — Леоне тыкнул пальцем в потолок. — Здесь нет камер, малыш. Всё строго конфиденциально. Джорно не нашёлся с ответом; он молча лицезрел, как полицейский перед ним пускает клубы дыма. Видимо, пожарной сигнализации в комнате тоже нет. Вздохнув, Аббаккио вытащил сигарету изо рта и, повернув к себе тлеющим концом, вложил её в губы Джованны. Тот с наслаждением затянулся, втягивая щёки. — Ты же в курсе, что я пытаюсь тебе помочь? — произнёс Леоне, наблюдая, как мальчишка, придерживая сигарету скованными руками, докуривает до самого фильтра. Тлеющий хабарик вдруг выскользнул из его пальцев и приземлился прямо на голую ляжку. Не удержавшись, Джорно вскрикнул от боли; он поспешил стряхнуть окурок на пол, но было поздно — на нежной коже уже краснел сигаретный ожог. — Блять, — Аббаккио придавил догорающий фильтр носком ботинка. Он снова опустился на корточки, осматривая рану. Джорно морщился от боли, пытаясь охладить кожу металлом наручников, но безуспешно. — Да не трогай ты, — Леоне схватил его за руки и отвёл их в сторону. Нет, без аптечки здесь не обойтись. — Жди здесь, — он хлопнул Джорно по плечу, будто тот, закованный в наручники, мог сбежать из запертой комнаты. — Сейчас вернусь. Захлопнув за собой дверь и убедившись, что она заперта, Аббаккио двинулся к раздевалкам. Найдя свой шкафчик, склонился над грудой вещей, рассованных по полочкам. Нашарив под сложенной футболкой маленькую сумку, он вытащил на свет обезболивающую мазь. Моргнул: рядом с ней из аптечки на него смотрела блестящая пачка гондонов. Леоне уже смирился с тем, что домой сегодня не вернется, но теперь в его испорченной голове родилась мысль получше. Спрятанные в кармане дамские трусы грели бок. Возможно, ему стоит утешить этого малыша. К тому же, Джорно так старался для своего перевоплощения: брился, красился, наряжался — не пропадать же его усилиям зря? Сев на скамью, Аббаккио порылся тщательнее и нашёл, ко всему прочему, упаковку со смазкой. Нормально. По пути назад он купил в автомате прохладную банку газировки — нужно было остудить ожог. Когда Леоне вернулся, Джорно сидел в той же позе. Склонившись над раненой ногой, парень прижимал кончики пальцев к покрасневшей коже, пытаясь хоть немного утихомирить боль. Заперев за собой дверь, Аббаккио приблизился к нему, не сводя взгляда с выпирающих шейных позвонков. — Эй, — он положил ладонь на светлую макушку. — Я что говорил? Не трогай. Он присел перед Джованной и аккуратно прислонил к ожогу холодную банку. Парень, чуть нахмурившись, в следующую секунду облегчённо выдохнул. — Спасибо, — он коснулся пальцем щеки Леоне и легонько погладил. Прижимая газировку к его ноге, Аббаккио протянул: — Я бы на твоём месте не расслаблялся, — он встретил взгляд голубых глаз. — Почему? — просто спросил Джорно. Покачав головой, полицейский поставил банку на пол и дотянулся до тюбика с мазью. Выдавив немного на ладонь, он принялся покрывать ожог белой массой. Джованна тупо глядел на это, будто перед ним копы каждый день встают на колени. — Ты уже совершеннолетний, Джорно, — продолжил Леоне, для удобства опустив кулак на голую коленку. — Можешь больше не рассчитывать, что тебе удастся ускользнуть от уголовной ответственности. Парень вдруг напрягся, хотя Аббаккио и не думал, что его можно напугать такой угрозой. Впрочем, это была не угроза, а вполне вероятный исход, если Джорно продолжит в том же духе. — Погоди, — сказал тот, проехавшись розовым каблуком по полу. — Ты серьёзно? Оставив его ожог, Леоне вытер остатки мази о чужую голень. — Серьёзнее некуда, — прискорбно сообщил он, нахмурившись. Запрокинув голову, Джованна некоторое время сверлил глазами потолок. Он неуверенно заговорил: — Ну и… что ты предлагаешь? Аббаккио чуть ли не подпрыгнул от такой наглости. Встав и отряхнув колени, он порывисто тыкнул пальцем в шею Джорно. — Я? — Леоне наклонился над ним. — Я тебя предупреждал. Надо было завязывать вовремя, малец. Помолчав секунду, он вдруг отвернулся к стене и издевательски протянул: — Хотя… — краем глаза Аббаккио заметил, как парень вскинул голову. — Может, это и к лучшему. Джорно нахмурился обиженно и как-то по-детски, словно он всё ещё был мелким пиздюком, а не восемнадцатилетним лбом. — Почему к лучшему? — отстраненно промямлил он, но было видно, что на самом деле мальчишка ловит каждое слово. Что ж, Леоне ждал подобного вопроса, чтобы начать. Стремительно обернувшись, он наклонился вперёд так близко, что ощутил дыхание Джорно на своём лице. — А потому, мальчик, — он снова засунул руку в вырез на розовой кофте, на этот раз прижав ладонь к горячей коже. — Такой грязный извращенец, как ты, не будет спокойно разгуливать по улицам моего города. Было настоящим наслаждением наблюдать, как на бледном лице рождается гневный румянец. Джованна, открыв рот, недовольно выплюнул: — Я не извращенец. Поджав губы, Леоне убрал ладонь из-под кофты и, подцепив длинные волосы, принялся накручивать золотистую прядь на палец. — Мне-то можешь не заливать, — хмыкнул он. — Ты сидишь в юбке, без трусов, размалёванный как проститутка, — приблизившись к его уху, Аббаккио прошептал. — Долго будешь прикидываться тупым? В эту же секунду в Леоне словно вселился бес. Мгновенно подчиняясь невыносимому порыву, он потянулся к чужой мочке и прошёлся языком по изгибу ушной раковины. Джорно, охнув, дёрнулся под ним, но Аббаккио его не отпустил, наоборот, только придвинулся ближе. Шумно выдохнув, он легко куснул его за ухо. Парень вдруг задрожал и, странно всхлипнув, сдвинул колени, поёрзав на стуле. Отстранившись, Леоне удовлетворенно оглядел эту картину: Джованна, спрятав лицо за собственными волосами, закрыл ладонями промежность. — О Боже, — Аббаккио откинул светлую прядь, и его взгляду открылись красные щёки мальчишки. — Тебя это и правда заводит. Сжав перехваченное наручниками запястье, Леоне скомандовал: — Убери руки. Джорно пробубнил, не поднимая головы: — Нет. Не став слушать упрямого дурака, Аббаккио, схватив его за локти, силой поднял их вверх. Ткань розовой юбки топорщилась от каменного стояка. — Как мило, — Леоне накрыл его рукой поверх ткани, отчего парень судорожно вздохнул. — Я ещё ничего не сделал, а ты уже готовый. Он сжал его вставший член сквозь одежду и, наклонившись вплотную, посмотрел Джорно в глаза. — Может, это и есть твоё призвание? — Аббаккио перешёл к поглаживаниям. — Быть маленькой шлюшкой, которая заводится от одной мысли о ёбле. Сглотнув слюну, Джорно принялся елозить на стуле, пытаясь уйти от прикосновений, но тем самым спровоцировал ещё большее давление чужой руки на свой стояк. — Я не… — просипел он, потираясь о ладонь Леоне. — Я не шлюха… Закатив глаза, Аббаккио взял его за подбородок. — Нет, Джорно, — он провёл пальцем по пухлой губе, нарочно размазывая яркую помаду. — Ты самая настоящая дешёвая потаскушка. Только и ждёшь, чтобы тебе присунули. Чёрт, теперь из-за пятен помады на подбородке и щеках Джованна выглядел слишком развратно, так, будто уже успел отсосать у кого-то. Не удержавшись, Леоне положил ладонь ему на затылок и впечатался губами в этот грязный рот, наматывая золотистые волосы на кулак. Шумно засопев, Джорно на поцелуй всё же не ответил. Тогда полицейский, просунув руку ему под юбку, беспрепятственно сжал пульсирующий член. Очень кстати мальчишка открыл рот, не сумев сдержать тихого стона; Аббаккио, пользуясь этим, пропихнул туда язык. Ему самому стало жарко в рабочей рубашке; галстук слишком сильно стискивал шею, не позволяя вздохнуть свободно. Леоне надавил пальцами Джорно на щёки, вынуждая того раскрыть челюсти шире. Он уже двигался так, будто пытался вытрахать из парня душу. Джованна вдруг оттолкнул его руками, бешено хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Не церемонясь с ним, Аббаккио тут же задрал юбку — побрито было действительно везде — и прошёлся языком по всей его длине. Мальчишка вдруг затрясся; подняв взгляд, Леоне увидел, что тот смеётся. — Ты… Ты не сможешь сделать это здесь, — Джорно вытер стёкшую на подбородок слюну, обводя мутными глазами комнату. — Кто-нибудь зайдёт, и тебя уволят, — издевательски улыбаясь, Джованна закинул скованные руки ему на шею. — Извращенец. Что ж, отлично. Значит, теперь они играют в это вдвоём. — Хорошо, — опустив юбку обратно, Леоне встал, чувствуя, как саднят колени. Взяв за шкирку развалившегося на стуле Джорно, Аббаккио легонько потянул его, побуждая встать. — Пойдём, шлюшка, — скомандовал он, стиснув подчинившегося мальчишку за плечо. — Сводим тебя в туалет. На дворе стояла уже глубокая ночь, поэтому в коридоре участка не было ни души, за исключением дежурного, работающего за стойкой. Хмыкнув, Леоне повёл Джованну в противоположную сторону. Ноги парня, обутые в розовые шпильки, начали заплетаться. Дойдя до туалетов, Аббаккио распахнул дверь и зашёл вместе с Джорно в дальнюю кабинку. Толчки здесь представляли из себя маленькие закрытые помещения — не в пример обычным пластиковым перегородкам. Очень удобно — по крайней мере, их не будет так сильно слышно. Щелкнув дверным замком, Леоне повернулся — к нему тут же присосались, кусая за губы; вытянув обе руки, он схватил Джорно за жопу. — Ты уже занимался этим с парнем? — между делом хрипло спросил Аббаккио, снова вылизывая его ухо. Фыркнув, Джорно смерил его высокомерным взглядом. — Если хотелось лишить меня девственности, офицер, — он тыкнул пальцем в грудь Леоне. — То ты опоздал. Усевшись на крышку унитаза, Джованна потрогал его промежность сквозь брюки; наручники звякнули о пряжку ремня. Просяще посмотрев на полицейского, он протянул к нему ладони: — Ты же снимешь их с меня? Покачав головой, Аббаккио опустил ладонь на встрёпанную макушку. — Конечно нет, — ответил он, расстёгивая ремень. — Ты под арестом, деточка. Джорно пришлось взять его в рот без рук. Проглотив член наполовину, парень неумело двинул языком. Леоне, втянув носом воздух, снова сжал в руке его волосы; ему было плевать, сколько раз до этого Джованна отсасывал — от осторожных, неуверенных движений Аббаккио только заводился. Он решил подбодрить малыша: — Молодец. Так стараешься, — вздохнул Леоне, погладив чужую макушку. — Я знал, что из тебя выйдет отличная шлюха, Джорно. Через секунду полицейский подавился собственным выдохом; мальчишка — видимо, из вредности — кое-как обхватил его член ладонями и, задержав дыхание, пропихнул его так глубоко в себя, что Леоне почти кончил прямо в его глотку. К счастью, Аббаккио вовремя отодвинул пацана от себя. Наконец распустив галстук, он прищурился, глядя сверху вниз на Джорно. — Зря считаешь, что сможешь заставить меня кончить и сдриснуть отсюда, — помедлив, Леоне расстегнул пуговицы рубашки. — Я не успокоюсь, пока не вытрахаю из тебя весь твой дрянной характер, потаскушка. Схватив Джованну за плечи, он развернул его лицом к унитазу. Джорно, тут же догадавшись, что от него хотят, уперся коленкой в крышку толчка и выпятил свою задницу. — Посмотрим, что у нас тут, — протянул Леоне и, проведя рукой по ягодицам, задрал юбку. Жопа у него была великолепная. Аббаккио не сдержался: он опустился на колени, раздвигая в стороны упругие ягодицы. — Знаешь что, Джорно, — бросил он мальцу. — Сдаётся мне, не спроста ты так нарядился, — заметив, как парень вопросительно дёрнул башкой, Леоне продолжил. — Хочешь, чтобы тебе отлизали, как девочке? Покрепче обхватив руками бачок унитаза, Джованна недовольно промямлил: — Я не девочка, чтобы мне… Он судорожно вздохнул, почувствовав, как между ягодиц в него вжался чужой язык. Джорно не думал, что сможет возбудиться ещё больше, но он ошибался. Мальчишка даже не заметил, как начал всхлипывать, пока язык Леоне раз за разом влажно проходился по нему. — Ты… — бормотал Джорно, пряча в локтях красное лицо. — Ты псих… обзываешь меня извращенцем, а сам… Джованна вдруг вздрогнул от неожиданности; сильная ладонь звонко шлёпнула его по заднице. Аббаккио недовольно подал голос: — Для человека с языком в жопе ты слишком много пиздишь. Шлёпнув его ещё раз, Леоне поднялся с пола. Нашарив в кармане смазку, он хлопнул маленькой крышечкой, выдавливая на пальцы сразу побольше. Джорно, обернувшись на звук, недоумённо посмотрел на тюбик в его руках. — Что? — спросил Аббаккио, массируя пальцем место, где только что был его язык. — Ты думал, я не позабочусь о твоём комфорте? Не дожидаясь ответа от мальчишки, он скользнул пальцем внутрь. Джованна вздохнул; кажется, он как-то погрустнел. — Эй, — окликнул его Леоне, ощущая, как вокруг его пальца сжимается кольцо мышц. — Что притихла, шлюшка? Джорно промолчал. Понятно. Надо было сменить тактику. Надавив ему на простату, Аббаккио наклонился вперёд, вжимаясь грудью в его спину. Укусив ахнувшего парня за загривок, он хрипло скомандовал: — Расскажи, как ты покупал бельё. Медленно растягивая его, Леоне опустил свободную руку ему на член. Простонав что-то, Джорно забормотал, кусая губы: — Я… пришёл в магазин, — он сглотнул, чувствуя, как Аббаккио лизнул его между лопаток. — У меня спросили, кому я беру комплект… Усмехнувшись, Леоне вдавил палец глубже. — Ну-ну, — прокомментировал он. — Ты же не сказал, что покупаешь это для себя, м? Джорно шумно выдохнул. — Нет, — он чуть ли не застонал, чувствуя, как в него пропихивают уже два пальца. — Я соврал, что беру для своей девушки. Консультантка спросила, какой у неё размер… Понимающе покивав, Аббаккио принялся ему надрачивать. Снова всхлипнув, мальчишка продолжал: — Я ответил, что самый маленький. Что она сильно комплексует, и нужен лифчик с большим объёмом… Он упал лбом на локти, принявшись стонать: рука Леоне спереди, рука Леоне сзади… Это было невыносимо. Аббаккио, как по команде, сразу же убрал ладонь с его члена; видимо, не хотел, чтобы Джорно кончил раньше времени. — Консультантка так странно на меня посмотрела… А когда я сказал, что нужны кружевные трусы… Леоне, проведя рукой от его лопаток до талии, снова звонко шлёпнул Джованну по заднице. — Знаешь, почему она так отреагировала? — прошептал он на ухо Джорно. — Просто она поняла, что ты лжешь. Что нет никакой девушки. А эти трусики ты будешь натягивать на свой зад, как озабоченный маньяк. Джорно гортанно завыл, когда в него впихнули все три пальца. — Что, понравилось ходить в лифчике? — строго спросил Аббаккио. — Понравилось, что пьяные мужики принимают тебя за шлюху и давалку? Не отвечая, Джованна лишь тихо стонал, сжимаясь вокруг пальцев. Вздохнув, Леоне вдруг вытащил из него руку. Разорвав блестящую упаковку, он раскатал гондон по длине члена. Джорно, обернувшись, наблюдал за этим, закусив губу. Заметив его взгляд, Аббаккио хищно улыбнулся. — Уже не терпится? — он потёрся членом о задницу Джованны, ощущая, как того потряхивает. — Ничего, мы никуда не торопимся. Сжав кулаки, Джорно недовольно тряхнул головой. Он просто хотел кончить, всё равно как, но этот… Этот… Просто издевательство какое-то. Джованна ощутил, как Леоне, выдавив на себя ещё смазки, вжимается в него сзади. Чёрт. На секунду парень засомневался, что сможет пропихнуть Аббаккио в себя. Вопреки ожиданиям, Леоне вошёл очень медленно. Он, снова накрыв рукой член Джорно, дал ему время, чтобы привыкнуть. — Умница, малыш, — мурлыкнул Аббаккио ему на ухо. — Посмотри, как хорошо ты меня берёшь. Может, из-за его слов, может, из-за руки, которая не переставала ему дрочить, Джорно выпустил из себя стон и, звякнув наручниками об унитаз, толкнулся задницей назад. — Боже, — с легким удивлением бросил Леоне, сжимая его сосок. — Я в жизни не встречал настолько отчаянных шлюх, как ты, Джорно. Медленно, очень медленно он начал двигаться, стараясь не причинить боли. Задница Джованны была ужасно узкой; Аббаккио трогал его везде, до куда мог дотянуться. — Запомни этот момент, — Леоне укусил его за ухо. — Отныне ты будешь таким всегда. Маленькая давалка, скачащая на хуях. Откинув голову на чужое плечо, Джорно в голос застонал, не волнуясь о том, что его могут услышать. — Да, вот так, — прошептал Аббаккио, сжимая его плечо. — Продолжай стонать, безмозглая шлюха, — он вдруг ускорил темп, из-за чего Джованна, всхлипнув, закатил глаза. — Стони ещё громче, чтобы все знали, что тебя ебут в туалете, как последнюю блядь. Сжав рукой его член, Леоне подался вперёд, скользнув языком в рот Джорно. Плевать, что немногим ранее он лизал ему жопу, а мальчишка глотал его хер. В конце концов, последнего это заводило ещё сильнее. Чувствуя, как напористо Джованна прижимается к его ладони, Аббаккио притормозил, отстраняясь от чужого лица. Он должен кончить первым, иначе Джорно рискует получить травму, когда в его сжатое после оргазма очко будет вбиваться всё ещё стоящий колом член Леоне. Сжав шею мальчишки, Аббаккио толкнул его обратно на бачок унитаза. На минуту оглядел открывшуюся перед ним картину: Джорно, с растрепавшимися волосами, задранной кофтой и юбкой, сам насаживается на него, как ненормальный, выстанывая что-то одними губами. Укусив зубами его загривок, Леоне схватился за юбку и, прижав парня к себе, с глухим стоном кончил от одного лишь ощущения сжимающейся вокруг него задницы. Спустя минуту он довёл до оргазма и Джорно — тот, накончав ему в ладонь, вдобавок забрызгал спермой крышку толчка. Придя в себя первым, Аббаккио вытер рукавом рубашки вспотевший лоб. Он оторвал из ролика туалетную бумагу и, как мог, убрал сперму со своей руки, живота Джованны и унитаза. Обессиленный, Джорно сполз по стене, наблюдая, как Леоне завязывает гондон узелком и кидает его аккурат в чашу толчка. Занеся руку, чтобы смыть улики их дикой ёбли, Леоне вдруг передумал и, взяв член в ладонь, решил заодно поссать. — Аббаккио, — раздалось сквозь журчание, и Леоне почувствовал, как его обнимают со спины. — Да? — протянул он. Вздохнув, Джорно сомкнул ладони на его животе. — Ты должен вернуть мне трусы. Только сейчас Аббаккио понял: мальчишка взломал наручники.