Цепная реакция

      Ран подкатил на машине к невысокому четырехэтажному дому, одному из десятков совершенно одинаковых жилых домов в Уэно. Из треснутого окна дверцы машины Хайтани-старший философски оглядел убогую городскую застройку для малоимущего класса. Так вот где живет Юкихина…       «Боже, даже как-то жаль ее. Бедная студенточка», — хмыкнул он про себя, ставя машину на сигнализацию. — «Неудивительно, что она не хотела, чтобы братишка к ней приходил».       Ран мельком глянул на свое отражение в стекле, нашел себя сногшибательным и направился к лестнице на третий этаж в поисках квартиры номер девять.       Перед самой дверью его вдруг охватило такое волнение, словно он ждал этого визита долгие годы. Прогнав глупое наваждение, Ран вежливо постучал в дверь. За ней послышались торопливые шаги.       Слова «ждала меня, красотуля?» уже почти сорвались с его губ, пока дверь распахивалась, но в следующий миг щеку огрела нешуточная горячечная боль от сильнейшей пощечины. Ран, удивленно глядя на Юкихину, чье лицо больше напоминало маску богини смерти, машинально поднял руку к саднящей щеке.       — Ах ты ублюдок! — закричала девушка с порога, сразу замахиваясь на Рана кулаком, вставая в профессиональную стойку. Хайтани автоматическим движением поймал ее кулак в воздухе и тут же схватил за второе запястье. Если Юкихина и искала способ вывести его из себя, она нашла его мгновенно. Лицо у Рана окаменело. Ни одна баба не смела позволять себе такого поведения. Юкихину требовалось немедленно поставить на место. Раз и навсегда.       Ран с силой толкнул Юкихину в квартиру, не отпуская ее рук и пинком закрывая за собой входную дверь. Когда та захлопнулась, он снова дернул пытавшуюся вырваться девушку на себя и тихим вкрадчивым голосом проговорил ей в лицо:       — Милая, ты, правда, думаешь, что я тебя не ударю?       В ответ Юкихина попыталась провести ему болевой по икре, но Ран легко пропустил ее ногу под своей, резко крутанул девушку спиной к себе и тут же сжал ее шею в локтевом захвате.       — Чувствуешь, как в глазах начинает темнеть? — спросил Ран, сдавливая локтем тонкую шею Юкихины. Девушка, однако, не собиралась сдаваться. Она попыталась бросить Рана через спину, но даже с ее ростом у нее ничего не получилось, потому что Хайтани мгновенно уперся левой ногой в дверь. Нога при этом образовала с его спиной идеальный прямой угол.       — Надавлю еще немного, и ты отключишься, а затем обмочишься, — продолжал Ран.       — Я… передумала… — с трудом произнесла Юкихина, вцепившись руками в его каменное запястье.       — Что-что вы сказали, миледи? — Ран даже слегка ослабил хватку. Ему действительно было интересно, что именно Юкихина сейчас скажет.       — Убирайся из моего… дома, — тяжело дыша, проговорила Сандзаки. — Я никогда и ни о чем не буду с тобой… договариваться!       Ран резко выпустил девушку, и та уже была готова обрушиться на колени, но Хайтани решил, что этот эпизод станет ей уроком на весь последующий период их отношений. Он выбросил руку вперед и схватил Юкихину за прочертивший воздух хвост рыжих волос. Сандзаки вскрикнула. Ран быстро намотал ее волосы себе на кулак и дернул девушку на себя.       Его другая рука нырнула в задний карман джинсов и достала телефон. В четыре нажатия он добился от мобильника того, чего хотел, и продемонстрировал экран Юкихине.       — Видишь, красотуля? — улыбнулся Ран. — Это мой чатик с Риндо в мессенджере. Видео уже загружено, и мне надо нажать всего одну кнопку, чтобы его отправить. Я отправляю?       Сандзаки ударила его локтем в живот, но Ран вовремя напряг пресс, хотя удар все равно получился ощутимым.       — Я отправляю? — повторил Хайтани со все той же улыбкой, до упора наматывая на кулак волосы Юкихины.       — Я… тебе… все кости переломаю! — прошипела девушка, у который уже слезились глаза от натянутых волос.       — Третий раз повторять не буду.       Юкихина дернулась в последний раз и вдруг обмякла.       — Нет, — тихо сказала она, поднося дрожащие руки к покрасневшему лицу.       — Вот как? — Ран резко выпустил из своей хватки хвост Сандзаки, и та тут же отшатнулась от него. — Тогда покажи, насколько сильно ты этого не хочешь. На колени.       Юкихина, тяжело дыша, огромными глазами уставилась на Рана. Боже, от одного этого взгляда можно было кончить. В нем были шок, ярость, злость, гнев, затаенные слезы, судорожный поиск спасения, которое не придет… Фантастика!       — На колени, Юкихина, — улыбка пропала с лица Рана. — Или ты думаешь, что я шучу?       — Какая же ты мразь… — прошипела девушка, сжимая руки в кулаки.       — Не больше тебя, шлюшка. На. Колени. Живо.       Медленно, очень медленно Юкихина начала опускаться. Под конец у нее странно подломились ноги, и она буквально рухнула на пол, сверля Рана ненавидящим взглядом.       — Умничка, — похвалил Хайтани удовлетворенно. — Просто молодец. Вот видишь, ты можешь мыслить рационально, когда захочешь. Это очень хорошо. А теперь… готова ли ты провести приятный вечер в моей компании?       Если бы взглядом можно было убить, Хайтани Ран уже давно был бы мертв, в этом он не сомневался. Юкихина хотела встать, но Ран тут же остановил ее повелительным жестом.       — Куда это вы собрались, ваша светлость? — изогнул он левую бровь. — Я разве разрешал вам вставать с колен?       Стиснув зубы так, что скулы у нее побелели, Юкихина вернулась в прежнее положение.       — Сначала ответь на поставленный вопрос, — Ран покачал пальцем из стороны в сторону. — Ты готова провести приятный вечер в моей компании?       — Да, — глухо сказала Сандзаки, опустив голову.       — Замечательно, — заключил Ран и тут же снял с себя легкую ветровку так, будто уже был у себя дома. Он повесил ее на вешалку у двери, скинул кеды и подошел к замершей Юкихине, взяв ее за подбородок.       — Идем, — улыбнулся он ей как ни в чем не бывало. — В коридоре не очень удобно разговаривать, не правда ли?       Сандзаки, шатаясь, поднялась с пола и пошла в единственную в квартире комнату вслед за Раном. Оказавшись в гостиной-спальне, Хайтани медленно обвел ее взглядом, смакуя каждую деталь. Темно-синие обои, такие же занавески, никаких люстр, только два торшера рядом с кроватью. Последняя, кстати, его удивила. Она была круглой, а сверху вся была окутана летящей газовой тканью, которая крепилась к аккуратному крючку в потолке. «О, какая прелесть», — умилился Ран про себя. — «Значит, ты у нас маленькая принцесса…» Однако после этого его взгляд упал на стену позади кровати, и он резко передумал. Вся стена от пола до потолка была увешана картинами весьма странного содержания. На одной была нарисована половина то ли зебры, то ли антилопы, из которой торчали черные ветки, увешанные какими-то консервными банками. На другой красовался черный замок на скале, на фоне зеленого неба, в котором летали такие же черные силуэты крылатых женщин. На третьей в ярких неоновых цветах был изображен дом, из которого с любопытством выглядывал огромный глаз… «Да что у нее в голове творится?» — нахмурился Ран. — «Впрочем, ладно. Это меня не интересует». Так он сказал себе, но, тем не менее, продолжил с интересом разглядывать обстановку. Две пузатые, потертые прикроватные тумбочки с изогнутыми ножками, огромный книжный шкаф, до отказа забитый книгами, из которых только половина была на японском… Он бы никогда в жизни не подумал, что эта комната принадлежит японской студентке, но, однако, это было так.       Ран раздвинул газовую ткань и весьма бесцеремонно плюхнулся на кровать. Юкихина восклицательным знаком замерла неподалеку, хмуро и даже угрожающе глядя на Хайтани.       — Что стоишь, красотуля? — полностью игнорируя ее взгляды, спросил Ран и призывно похлопал рядом с собой ладонью. — Садись, в ногах правды нет.       Юкихина посмотрела по сторонам будто в поисках спасения, но вскоре, шумно выдохнув через нос, отодвинула ткань и опустилась рядом с парнем.       — Уютненько тут у тебя, очень… необычно, — протянул Ран, еще раз оглядывая комнату девушки. — А ты, я смотрю, непростая штучка. Видимо, поэтому у Риндо из-за тебя мозги съехали набекрень.       — Чего тебе надо? — не разжимая губ, спросила Юкихина. — Что ты хочешь?       — О, я всего лишь желаю, чтобы между нами установилось маленькое взаимовыгодное сотрудничество, — улыбнулся Ран и попытался накрыть ладонью руку Юкихины, но та выдернула ее так, словно ошпарилась. Рану этот жест не понравился. Собственно, он вообще не привык, чтобы девушки реагировали на него подобным образом. Назвать себя ловеласом или дамским угодником Хайтани не мог, он просто любил секс, поэтому пассии менялись у него легко и безболезненно, как листы бумаги в принтере. На одном появился отпечаток, на очереди тут же возникает следующий. Безусловно, иногда некоторые листки застревали в принтере, комкаясь, но это было, скорее, исключение, так как, в основном, принтер работал исправно. Эти «бумажки» всегда сами прилетали в руки к Рану, ему еще ни разу в жизни не приходилось сталкиваться с тем, чтобы пришлось за кем-то бегать или из-за кого-то страдать. Однако, с такой реакцией на себя, как у Юкихины, Ран столкнулся впервые и искренне не понимал, в чем тут дело. Подумаешь, он снял какое-то видео и угрожает отправить его братишке, ну и что? Разве это повод вот так от него шарахаться?       — И что это за сотрудничество? — продолжала Юкихина свой расспрос. Нижнее левое веко у нее слегка подергивалось.       — Я просто буду делать с тобой все, что захочу и когда захочу, — пояснил Ран таким тоном, будто это была само собой разумеющаяся вещь. — Конечно, это не навсегда, а лишь до тех пор, пока мне это не наскучит. Как только это произойдет, ты станешь свободна, а я удалю видео. Как тебе такой расклад?       Юкихина отвела глаза в сторону, и Ран невольно залюбовался ее точеным лицом. Такой необычный цвет глаз — этот зеленый… Как будто линзы, но Хайтани точно знал, что Сандзаки их не носит.       — И что мне надо делать? — тихо спросила она, обхватывая себя руками за плечи и явно страшась услышать ответ.       — Для начала ответить на вопрос, — Ран поднял палец к верху. — У тебя есть здесь гондоны, или мне пойти в магазин?       Юкихина дернулась и приоткрыла рот, уставившись на Рана. Люцифер, Вельзевул и все демоны ада, это лицо стоило как авианосец! На нем было написано такое неприкрытое отчаяние, что Ран, поначалу тут же принявшийся смаковать это выражение, вдруг опять ощутил неприятный укол: неужели перспектива секса с ним так ее отвращает?       Однако Сандзаки оказалась полна сюрпризов, как Ран уже успел убедиться. Она быстро взяла себя в руки, сначала поджала губы, а потом твердо ответила:       — Нет, презервативов у меня нет.       — А что так? — скривился Ран. — Риндо всегда сам покупает?       — У него аллергия на латекс, поэтому я пью таблетки.       «Аллергия на латекс?» — закатил Ран глаза. — «Боже, что за неудачник. Впрочем, везде есть свои для меня плюсы…»       — Значит, в тебя можно кончать без резинки? — деловито спросил Хайтани. — Так это просто замечательно!       — Постарайся все же этого не делать, — в голосе Юкихины слышалась осознанная обреченность и странная решимость, которая совсем не понравилась Рану. Он так хотел, чтобы она разревелась, умоляла его не начинать всего этого, но, похоже, Сандзаки не собиралась так унижаться. Что ж, от этого желание сломить ее становилось только сильнее.       — Посмотрим, — коротко отреагировал Ран. — В конце концов, у нас вся ночь впереди.       — Ты хочешь остаться на ночь? — вскинулась Юкихина.       — Разумеется, это же наша первая ночь, — улыбнулся Хайтани. Сандзаки, услышав это, закрыла глаза и отвернулась.       — Скажи, тебе самому не противно? — тихо спросила она спустя мгновение.       — Из-за чего же? — искренне удивился Ран.       — Из-за того, что я встречаюсь с твоим братом! — воскликнула девушка. — Разве тебе не стыдно? Нисколько?!       — Мне должно быть стыдно, потому что я собираюсь завалить девчонку Риндо? — поднял брови Ран и прислонил палец к губам. На мгновение он действительно еще раз крепко задумался. Пару дней назад он честно пытался вызвать у себя чувство стыда, но в итоге пришел к выводу, что, по ходу, был абсолютно бессовестным. Впрочем, этому тут же нашлось объяснение. В конце концов, Сандзаки Юкихина просто не могла надолго задержаться рядом с Риндо, ведь она оказалась такой же развратной, как и большая часть представительниц женского пола. Всех всегда интересовал только секс, его качество и количество, а последние две вещи напрямую зависели от числа партнеров. Ран считал себя материалистом, и ему было очень удобно смотреть на взаимоотношения полов именно с такой точкой зрения, ведь она была истинной.       — Это не я засовывал в себя пальчики и кричал в ванной имя брата своего парня, — спокойно продолжил Хайтани. — Знаешь, ты вся такая идеальная только на первый взгляд. Уверен, Риндо вскоре сам это увидит и без моей помощи, а пока… А пока почему бы нам не упростить друг другу жизнь и просто не лечь в кровать? Разумеется, мы можем также пойти и по иному пути. Как пять минут назад в коридоре. Только результат будет один.       — Для тебя все это — просто какая-то игра? — руки на коленях у Сандзаки сжались в кулаки. — Ты вот так легко готов…       — Ну хватит уже этой драмы, — раздраженно отмахнулся Ран, чувствуя, что весь этот диалог начинает его нешуточно бесить. — Я понимаю, что бабам ее в жизни всегда не хватает, но я стараюсь этого избегать. Так что ты выбираешь? Простой или сложный путь?       Юкихина оглянулась на правую прикроватную тумбочку и тут же быстро повернулась обратно.       «О-па, у нее там какие-то секретики», — усмехнулся Ран. — «Неужели припрятала пистолет и надеется меня пристрелить? Надо будет проверить, что в тумбочке».       — Ты… не мог бы на минуту оставить меня одну? — с легкой запинкой спросила девушка. Ран, сузив глаза, склонил голову набок.       — С чего бы мне это делать? — протянул он.       — Пожалуйста! — выпалила Юкихина. — Всего на одну минуту! Мне… надо кое-что сделать. Посиди пока на кухне. И не подглядывай.       Ран, решивший, что все равно узнает, в чем тут дело, медленно встал и, закинув руки за голову, действительно направился на кухню. Может, у девчонки и правда припрятано какое-то оружие? Пистолет, конечно, вряд ли у нее был, но боевой нож — вполне… Или самодельная удавка. «Прямо интересно, что Юки-тян может выкинуть», — в нетерпении хихикнул он, замирая у края стены. К сожалению, подглядеть за Юкихиной так, чтобы полностью не высунуться, было невозможно, поэтому Ран просто замер в коридоре, слушая звуки.       Поначалу он слышал только тяжелое дыхание Юкихины, а затем — звук выдвигающегося ящика. Значит, у нее там действительно что-то лежало… Потом послышалось какое-то шуршание и почти сразу — глухой звук то ли хлопка, то ли лопающегося пузыря, четче было не разобрать. И, наконец, раздался громкий выдох, за которым снова послышалось шуршание и звук уже задвигающегося ящика.       Ран услышал, что Юкихина идет к кухне и тут же сам вышел ей навстречу.       — Закончила секретничать? — с улыбкой спросил он. — Не расскажешь, что ты там делала?       — Нет, — отрезала девушка и покачнулась так, что Ран едва успел ее подхватить. Сандзаки дернулась в его руках и тут же высвободилась.       — Если ты не против, то я для начала пойду в ванную, — пробормотала она, прислонив руку ко лбу.       — Только не задерживайся надолго.       Юкихина скрылась за узкой белой дверью рядом с кухней, а Ран тут же подошел к прикроватной тумбочке, у которой совсем недавно происходило некое таинственное действо. Снедаемый любопытством, Хайтани открыл ящик и тут же присвистнул. Что ж, в некотором роде внутри действительно находилось оружие — то самое, которым они с Риндо торговали в Роппонги. Ящик оказался до отказа забит банками с таблетками, закрытыми, а также уже использованными шприцами и пустыми ампулами. На всех значилось «амитриптилин».       — Ах ты маленькая наркоша, — почти любовно проговорил Ран, облизывая губы. Среди таблеток он обнаружил миртазапин, депакин, кучу валиума, велаксин, фенлепсин… Таким набором можно было свалить с ног отряд спецназа, чего уж тут говорить о молодой девушке. Интересно, давно она сидит на всем этом и по какой причине?       Решив, что выяснит все постепенно и не будет спрашивать об этом в лоб, Ран тоже пошел в ванную. Его немного раздражало, что все идет не по тому сценарию, который он изначально задумал. Значит, требовалось вернуть его в нужное русло.       Дверь в ванную оказалась заперта, что заставило Рана раздраженно цокнуть языком. Что ж, это не было помехой. Замок оказался совсем хлипким, и Хайтани просто высадил его плечом, даже не наделав много шума. Он ожидал, что Сандзаки тут же взовьется, как всполошенная фурия, но среди пара от горячей воды Ран увидел, что Юкихина безмятежно дремлет в наполненной ванне. Что ж, учитывая то, что она явно ширнулась амитриптилином, это не было удивительно.       Насвистывая незатейливую мелодию, Ран стянул через голову футболку и снял штаны, подойдя вплотную к ванне. К сожалению, плотная мыльная пена мешала рассмотреть обнаженное тело Сандзаки, но уже через минуту Ран собирался внимательно его изучить руками, так что это не было страшно.       Хайтани расплел свои косы и при помощи одной из резинок забрал волосы в высокий узел. Посмотрев на то, как наполовину скрытая от его глаз грудь Юкихины приподнимается и опускается над пеной, Ран ощутил приятный теплый толчок в пах. Когда он снимал трусы, член у него уже полностью стоял.       Парень скользнул в воду, с трудом уместившись в небольшой ванне вместе с девушкой. Юкихина зашевелилась и, открыв глаза, уже раскрыла рот, чтобы явно испустить крик, но Ран проворно лег прямо на нее, запечатав девушке рот рукой.       — Ну-ну, ни к чему пугать соседей, — успокаивающе проговорил он, свободной рукой обвивая ее плечи. — В конце концов, стены в этой халупе картонные. Я тебя сейчас отпущу, а ты закроешь ротик и не издашь ни звука.       Ран медленно убрал руку от рта Юкихины, и та действительно промолчала, впившись в его лицо затуманенным немигающим взглядом.       — Хорошая девочка, — похвалил Ран, удобно устраиваясь между ее ног и ощущая, как торчащий член уперся в живот девушки. Тело охватили жар и звериное нетерпение. Может, к черту эти смешливые прелюдии, и стоит трахнуть ее прямо сейчас? «Нет», — шепнул голос внутри него. — «Подожди еще чуть-чуть».       — Смотри-ка, все совсем как во время твоих разгоряченных фантазий, — Ран наклонился к уху Юкихины так, что при разговоре его губы касались ее ушной раковины. — Что ты там говорила? Что хочешь, чтобы я тебя всю вылизал?       Рука Рана нырнула под воду и обхватила левую грудь Юкихины так сильно, что девушка невольно вскрикнула.       — Вот видишь, мечты сбываются, — продолжил Ран и, взяв ее за подбородок, уже хотел поцеловать, но Сандзаки внезапно дернулась, как от тока, и уперлась обеими руками в его грудь, вялым голосом сказав:       — Не смей меня целовать. Все, что угодно, кроме этого. Избавь меня от всей этой дури и делай то, зачем пришел.       Услышав это, Ран понял, зачем она вкатила себе дозу амитриптилина. При осознании этого, в нем тут же закипела злоба. «Хочешь быть в несознанке, пока я тебя трахаю? Нет, дорогая, этот раз ты запомнишь надолго», — с неожиданной для себя мстительностью подумал он и с силой толкнул голову Юкихины под воду. — «Твой драгоценный ротик, который ты так бережешь — просто дырка для кончи и не более».       Девушка всплеснула руками, стараясь достать до него, но сейчас она явно ничего не могла ему противопоставить. Ран навалился на нее всем телом, держа под водой, пока движения Юкихины не стали более вялыми. Тогда он снова выпустил ее, и Сандзаки тут же вынырнула из воды, свесившись через бортик ванны.       — Что ты… Что ты… — хватая ртом воздух, пыталась спросить она, но Ран снова схватил ее за волосы и утянул под воду. Юкихина попыталась лягнуть его ногой, но только разбрызгала повсюду воду и сшибла со стены полочку с кучей каких-то флаконов.       Ран холодно наблюдал за тем, как она открывает рот под водой, и из него вырывается целый вихрь из пузырей. «Еще немного», — шепнул внутренний голос в голове у Хайтани. — «Пусть протрезвеет». Он во второй раз убрал руки, и Юкихина опять вынырнула из воды, бешено хватая ртом воздух. Не дав ей толком прийти в себя, Ран открыл над ее головой кран, включив ледяную воду, которая тут же тугой струей ударила девушку в макушку. Юкихина пронзительно закричала, но Ран, обхватив ее одной рукой за шею, другой быстро намотал волосы и отдернул ее голову так, чтобы лицо как раз попало под струю. Сандзаки пыталась отодвинуться, но, естественно, у нее ничего не получалось. Она кашляла и плевалась, будучи даже не в силах закричать. Не сказать, чтобы Ран испытывал какое-то особое удовольствие, мучая девчонку подобным образом, но она должна была понять, что отныне ее жизнь круто изменится, пока ему это нужно. Ему было совершенно не интересно скандалить с ней, бороться, каждый раз уламывать на секс, и уж точно он не собирался терпеть ее под таблетками. Он слишком хорошо знал эти препараты, которыми они с Риндо пробивали себе дорогу в Роппонги. Среди них были и такие антидепрессанты, которые ничем не отличались от наркоты. Ран не знал, что толкнуло Сандзаки на их употребление, но с ним она всегда должна оставаться трезвой, должна понимать, что не идеальна и что ничем не отличается от всех тех баб, кого Ран встречал до нее. В конце концов, Риндо просто не мог достаться кто-то особенный. Никому не мог, ведь они все одинаковые.       Когда Юкихина потеряла сознание, Ран выключил воду и достал пробку из слива ванны. Вода принялась потихоньку уходить. Вздохнув так, будто он перепахал целое поле в одиночку, Хайтани вылез из ванны, неспешно обтерся голубым полотенцем, найденным на стиральной машинке, надел трусы и неудовлетворенно оглядел Юкихину. Неудовлетворенно потому, что вовсе не планировал подвергать ее водным пыткам. Возбуждение с него окончательно спало и не вернулось даже тогда, когда он проскользил взглядом по всему телу девушки — от макушки и до паха, в котором совсем не было волос. Это ему понравилось, он терпеть не мог девушек, у которых растительность была еще где-то помимо головы.       Сначала он хотел бросить ее прямо в ванной и уйти, потому что настроение было бесповоротно испорчено, но потом решил, что настолько хреново его первый визит к Юкихине просто не мог закончиться. Ран нагнулся над ней и отвесил ощутимую пощечину. Девушка не пошевелилась. Хайтани раздраженно цыкнул сквозь зубы и отвесил еще одну затрещину, но уже по другой щеке. Когда спустя шесть увесистых пощечин Сандзаки так и не открыла глаза, Ран забеспокоился. Вообще сколько амитриптилина эта дура себе вкатила? И куда? Если в вену, то очнется она через пару дней, не раньше, и вода тут не поможет… Ран быстро осмотрел ее руки и ноги — никаких синяков или следов уколов. Значит, Юкихина все же не была конченной идиоткой и сделала укол внутримышечно.       Ран с некоторым трудом вытащил девушку из ванной и взял ее на руки. Она оказалась на удивление легкой, несмотря на свой высокий рост, в котором она лишь ненамного уступала самому Рану.       Хайтани донес Юкихину до кровати и бесцеремонно разжал руки. Матрас неожиданно сильно спружинил, и девушка скатилась на пол. Закатив глаза, Ран уже было собрался снова ее поднять, но Сандзаки, наконец, зашевелилась и со стоном схватилась за голову, которой, кажется, успела приложиться.       — Неужели вы пришли в себя, миледи? — осведомился Ран, с размаху плюхаясь на кровать. — Сколько амитриптилина ты себе впорола?       — Это… не из-за него… — с трудом проговорила Юкихина, пытаясь сесть. — А из-за того, что ты, дерьмо собачье, меня чуть не… утопил!       Сандзаки коротко вскрикнула, очевидно, увидев, что она полностью голая.       — Можешь не смущаться, я уже все хорошенько рассмотрел, — хихикнул Ран, но девушка, с видимым трудом все же встав, схватила со стула большую белую футболку, тут же ее надев. Ран флегматичным взглядом проследил за тем, как Юкихина на дрожащих ногах подходит к потрескавшейся высокой белой тумбе и извлекает из нее трусы, больше похожие на две ниточки.       «Можно подумать, они что-то способны закрыть», — Ран поймал себя на мысли, что его отвратительное настроение стало чуть лучше. Наблюдать за едва держащейся на ногах Юкихиной было забавно.       Когда она обернулась, Ран с неудовольствием понял, что на Сандзаки футболка Риндо. Он тут же скривился. Весь сегодняшний вечер пошел наперекосяк. Что он вообще теперь здесь забыл? Но уйти прямо сейчас было бы совсем убого.       — Футболочка Риндо, как мило, — протянул Ран, доставая из кармана своих джинс пачку сигарет и зажигалку. Затем он распустил узел на затылке, позволив длинным волосам свободно рассыпаться по плечам и закурил.       — В моей квартире не курят, — усталым голосом сказала Юкихина, пряча лицо в ладонях.       — Мне как-то похер, — Ран выдул в потолок клуб дыма. — Лучше скажи, как ты дошла до жизни такой? Почему у тебя весь ящик забит таблетками?       — Не твое дело! — отрезала Юкихина, зачем-то зажав себе уши руками. — Ты уже и туда успел нос засунуть, хотя я просила тебя просто выйти!       — Не нравится мне твой тон, — Ран, сощурив один глаз, метким щелчком запустил свой окурок прямо в голову девушке. Тот секундой позже отлетел от ее лба, по счастливой случайности не опалив кожу. Ран ожидал, что вот сейчас-то она наконец расплачется, но нет: Юкихина лишь уставилась на него ненавистническим взглядом и даже ничего не сказала. Хайтани зло поджал губы. Да что с ней не так? Или из нее в додзё окончательно выбили всю «девчачесть»?       — Какой дерьмовый день, — устало зевнул Ран и завалился на бок, подмяв под голову подушку. — И все из-за тебя. Ладно, я спать.       — Как спать? — тупо переспросила Юкихина. — Ты что, все равно остаешься у меня?       — Какая догадливая, — хмыкнул Ран в ответ. — С паршивой овцы хоть шерсти клок. Тебе тоже советую ложиться. Наутро амитриптилин тебя отпустит, и тогда видно будет. Сейчас у меня слишком поганое настроение, настолько, что я даже не хочу срывать его на тебе. Так что, будь любезна, положи уже свой крепкий зад на кровать и просто отрубись. И еще не смей шуметь. Я очень чутко сплю.       С этими словами Ран отвернулся, ожидая, что Юкихина с вызовом ляжет на пол, но, как ни странно, девушка почти сразу же легла на свою половину кровати и даже с силой выдернула из-под Рана одеяло.       Хайтани лежал, слушая, как Сандзаки устраивается под одеялом, и просто не понимал, как до такого могло дойти. Какого хрена он сейчас просто валяется на этой кровати, а не жарит девчонку? Но настроения на это и правда совершенно не было. Больше всего хотелось выпить, но идти в магазин было слишком лень.       Примерно спустя час Ран, к которому сон, конечно же, совсем не шел, понял, что без порции алкоголя этот говеный день не закончится. Он сел на кровати и оглянулся на Юкихину, которая, в отличие от него, отрубилась мгновенно, несмотря на обстоятельства. Подгоняемый странным порывом, Ран запустил руку под одеяло и погладил девушку по оголенному бедру, а затем перевел руку на талию. Такая теплая кожа… На краткую долю секунды ему захотелось лечь рядом, притянуть ее к себе и притвориться, что они просто парочка, которая проводит ночь вместе, но это было просто смешно.       Его пальцы проскользнули меж ее ягодиц и остановились на промежности. А здесь так жарко… Сглотнув набежавшую слюну, Ран с ногами забрался на кровать и навис над Юкихиной. Такое красивое лицо… И эти волосы… Хайтани указательным пальцем провел по щеке Сандзаки и задержал его на родинке. Затем его взгляд переместился на ее приоткрытые губы. Она отказалась от поцелуя с ним. Все, что угодно, только не это, вы подумайте! «Прямо как проститутка, которая не сосется с клиентами», — холодно подумал Ран и провел по ее нижней губе большим пальцем. Она оказалась такой мягкой и приятной наощупь... Хайтани наклонился к Юкихине, чтобы, наконец, поцеловать ее, но тут же вздрогнул, так как у него зазвонил телефон. Ран схватил его с тумбочки и увидел, что звонил Риндо. Разумеется, как всегда, вовремя.       Мысль о том, что он лежит сейчас в одной кровати с девушкой брата и собирается разговаривать с ним по телефону, принесла Рану залп странного кайфа, который тут же отсалютовал у него внутри.       — В чем дело, братишка? — без приветствия начал Хайтани, взяв трубку. — Я тут сейчас немного занят.       — Сейчас не до твоих занятий, — странно растягивая гласные, проговорил Риндо. — Мне звонил Синдзё. Он сказал, что нашу встречу с выходных перенесли на завтра, на три часа дня. Место не изменилось. Какая-то забегаловка под названием «Мустанг» недалеко от Роппонги Хиллз. Тебе это о чем-то говорит?       — «Мустанг»? — переспросил Ран и задумался. Название действительно казалось ему знакомым… — Постойка-ка… Помню, что Синдзё рассказывал, что до нас там происходили передачи особо крупных заказов. Вроде бы это место должен держать его босс.       — Босс Синдзё? — Ран услышал, как Риндо с шумом выдыхает дым. — Значит ли это, что мы наконец-то закрепимся в Роппонги? Черт, если бы я знал, что для этого надо отмудохать того вечно орущего придурка, то давно бы уже сам это сделал. Но как-то все слишком гладко…       — Думаешь, ловушка? — спросил Хайтани-старший, наматывая на палец прядь рыжих волос Юкихины. Девушка повернула голову в бок, что-то пробормотала себе под нос и затихла.       — Узнаем мы все равно только завтра, — ответил Риндо. — Но на этот раз точно не опаздывай. Буду ждать тебя дома ровно в два. Где ты вообще шарахаешься?       «Если бы ты знал, братишка», — усмехнулся Ран про себя.       — Мне еще не хватало перед тобой отчитываться, — скривился Хайтани, чувствуя внутренней частью своих бедер тепло кожи Юкихины, которое вдруг странным образом срезонировало внутри него. Ран на миг замер. Минуточку, от чего он так завелся?       — У меня есть дела поинтереснее, чем сидеть дома с не просыхающим маленьким братом, — продолжил Ран, перемещая руку на тонкую шею Сандзаки и слегка сжимая на ней пальцы. — Хотя ты, я смотрю, уже успел протрезветь.       — Мы помирились с Юкихиной, — сказал Риндо и издал тихий идиотский смешок, который тут же заставил Рана снова скривиться. — Договорились, что я завтра к ней приду. Как раз после встречи и заеду.       — Вот как? — рука Рана нырнула под шею Юкихины и обхватила ее. — Что ж, поздравляю. Я же говорил, она все тебе простит, потому что влюбилась, как дура.       — Не говори так о ней, — пробурчал Риндо, но по его голосу было слышно, что он рад и доволен. Про себя такого Ран сказать не мог. Его пальцы вместе с длинными прядями волос Юкихины сжались в кулак.       — Да мне пофиг, — фыркнул Хайтани. — Неужели с ней и впрямь настолько хорошо трахаться, что твое настроение теперь только от нее и зависит?       — С тобой я это обсуждать не намерен. Завидуй молча, — сказал Риндо, и этот ответ заставил Рана стиснуть зубы. Он только сейчас подумал о том, что до Юкихины они с братом все же иногда обсуждали баб. Каковы они были в постели, какие фокусы в ней выкидывали, насколько хорошо умели делать минет и все такое, но про чертову рыжую Чунь Ли Риндо не обмолвился ни словом. Единственный раз, когда они ее обсуждали, был сегодня в коридоре, и то Рану пришлось сыграть роль доморощенного купидона.       — Мне нечего завидовать, — Хайтани-старший вновь переместил руку на шею Юкихины. — Как раз сейчас собираюсь тут присунуть одной. Так что это ты завидуй.       — Идиот, — фыркнул в трубке Риндо. — В общем, не опаздывай завтра, а то откручу тебе голову.       — Слу-у-ушаюсь, — протянул Ран, прежде чем повесить трубку.       — Итак, — медленно, смакуя каждую букву, проговорил он, откладывая телефон в сторону. — Что же мне теперь с тобой делать?       Руки задвигались сами, Рану даже не пришлось ни о чем думать. Сначала он медленно задрал футболку Риндо на Юкихине, с трудом поборов желание содрать ее нахрен, но тогда девчонка могла бы и очнуться от своего наркотского опьянения. Нет, пусть будет так.       Его взору снова открылись трусы Юкихины, состоящие буквально из двух ниток и треугольника — все белого цвета. У нее был такой плоский и натренированный живот, а талия казалась такой узкой по отношению к бедрам, что тело выглядело как статуэтка, высеченная из мрамора. Рука Рана нетерпеливо скользнула на бедро девушки. Острые пальцы тут же впились в усыпленную плоть и натолкнулись на крепкие мышцы. У Хайтани пересохло во рту. Такого тела он раньше не встречал. Были либо слишком худые, либо просто стройные, либо слегка запущенные, но не такие… Не те, у кого тело ковалось в додзё. Натренированные женские ноги и руки всегда казались Рану максимально непривлекательными, но тут было другое. Внешне они ничем не отличались от обычных стройных частей женского тела, но Ран помнил, с какой силой Юкихина дала ему пощечину, как чуть не бросила через плечо, и какой удар дала ему под дых. От последнего он успешно защитился, но, если бы вовремя не напряг мышцы пресса, содержимое его желудка вполне могло перекочевать на пол.       Подрагивающими от нетерпения пальцами Ран снял белье с Юкихины и раздвинул ее ноги. Так даже будет лучше. Не надо терпеть истерики и дурные вопли, злобные глаза и слезы. С его губ слетел громкий выдох. Сердце ухало так, что Рана даже слегка мутило. В промежности сосредоточилось такое колоссальное возбуждение, что больше ждать уже было невозможно. Ран плюнул себе на руку, растер слюну по члену и, опершись обеими ладонями по бокам от головы Юкихины, вошел в нее одним сильным, резким рывком.       Тут же глаза закатились от нахлынувшего блаженства. Будто палец погрузить в теплый пудинг, так тепло и так влажно. В первые несколько секунд Ран просто замер, не в силах заставить себя двигаться, ведь тело буквально вопило от удовольствия. Он уже и не помнил, когда последний раз трахался без резинки. В последнее время все девки, которые ему попадались, страсть как пеклись о том, чтобы не залететь, и поэтому всегда вопили, что без гондона не будут.       Спустя какое-то время Ран первый раз толкнулся вперед и тут же сотрясся от острого наслаждения. От паха по всему телу пошла горячая волна, приятно ударившись в пальцы ног и рук.       — Да-а… Черт… — простонал Ран, набирая скорость и начиная входить на всю длину. Лицо Юкихины странно скривилось в отключке, а рот приоткрылся, и Хайтани наклонился к ней, чтобы наконец-то засунуть свой язык ей в рот, как ее сухие губы вдруг тихо проговорили:       — Риндо…       Рану показалось, что его ударили по голове. Он один раз моргнул и на автомате сделал еще один толчок, а Юкихина снова сказала:       — Риндо!..       Рука Рана сработала раньше, чем он успел подумать. Стиснув зубы и широко распахнув глаза, он ударил Сандзаки прямо в челюсть. Девушка не издала ни звука, только завозилась под ним. Ран, как во сне, увидел, что у нее была рассечена нижняя губа, и из рассечения по щеке к шее скатилась капелька крови.       — Тупая сука! — плюнул Хайтани, которого буквально колотило от гнева. Ни о каком продолжении и речи быть не могло. Ран, с трудом поборов желание врезать Юкихине еще раз, вышел из нее и сел на кровати. Руки чесались, как безумные. Охренеть можно! Сначала она в ванной стонет его имя, только что потрахавшись с Риндо, а когда уже Ран трахал ее, она говорит о младшем! То, что Юкихина не была в этот момент в сознании, Ран в расчет не брал. В моменты особой злобы и гнева он вообще крайне плохо мог соображать, полностью отдаваясь своей безотчетной и беззаветной ярости. Это было похоже на красную пелену, после которой объект его злости обычно уже лежал на земле искалеченным. И Юкихина, как никто, напрашивалась на это.       Бешено уставившись на Сандзаки, которая помотала головой из стороны в сторону, но все равно не очнулась, Ран разочарованно зарычал сквозь зубы. Он бы очень хотел, чтобы она с визгами проснулась, набросилась на него, и тогда бы он ее максимально жестко отпиздил. Не просто избил, но именно отпиздил, чтобы она раз и навсегда запомнила свое место.       — Наркотка гребаная! — цедил Ран сквозь зубы ругательства, залезая в свои джинсы. Разумеется, он ни секунды не собирался оставаться в этой паршивой берлоге долбанутой девочки-припевочки.       Хайтани ворвался в ванную, свалил корзину с бельем и забрал свою футболку, тут же наспех ее надев. В коридоре он никак не мог сдернуть куртку в вешалки и в итоге содрал ее с крючка, вырвав из нее знатный клок. Засунув ноги в кеды, Ран вылетел из квартиры, ничуть не озаботившись тем, что Юкихина всю ночь проведет в квартире с открытой дверью в бессознательном состоянии.       Спрыгнув с лестницы и быстрым шагом направившись к своей машине, Ран чуть успокоился. Непосредственно рядом с ней он недоуменно замер, пытаясь понять, а почему, собственно, он уходит? Что так вывело его из себя? Что девчонка произнесла имя Риндо, пока он ее трахал? Строго говоря, она была даже не в сознании, когда это делала. Разве это не означает то, что о братишке она думает и бессознательно? Может, она не врала, когда говорила, что тот раз в ванной был для нее просто фантазией?       Ран выдохнул через нос и, не глядя, ударил кулаком по боковому стеклу машины. Стекло тут же хрустнуло и скорбно засыпало своими осколками все водительское сиденье.       — Твою мать! — закатил Ран глаза. Риндо же только сегодня врезал по этому чертову стеклу… Теперь придется отдавать тачку в ремонт.       Хайтани оперся спиной о машину и закурил. Фантазия или нет, он уже зашел слишком далеко. Не факт, что после амитриптилина Юкихина вообще отдаст себе отчет в том, что в нее бесцеремонно входили, но обратно одеть на нее трусы Ран и подавно не потрудился, в тот момент он был больше сосредоточен на том, чтобы не прибить Сандзаки на месте. И все-таки почему он так взбесился? У него перед глазами прямо потемнело в тот момент, когда губы Юкихины произнесли чертово «Риндо». Дерьмо…       Решив, что его гордость и самолюбие всего лишь самую малость были задеты этим досадным происшествием, Ран распахнул дверцу с разбитым окном, наспех смахнул с сиденья осколки и плюхнулся внутрь, заводя двигатель. «В следующий раз, красотуля, ты так легко не отделаешься», — мстительно подумал он про себя, до упора вдавив педаль газа, и бешено сорвался с места.