Другая история

Лили надежно спрятана. Это самое важное. Все остальное — мелочи.

***

Семья сидит на кухне и что-то бурно обсуждает. Вроде ничего странного, только… глаза родителей удивительно спокойны. Чересчур. Как будто они… надели маску спокойствия? В глазах же детей глубокие страх и знание. Они ничего не могут поделать. Час ночи Раздался стук в дверь. — Кто там? — Мать знает, но не может выдать способностей. И убить их теперь не может… — Открывай. — Грубый ледяной и устрашающий голос заставил всех содрогнуться. Дверь открылась и вбежали фатуйцы. Похватав всех, они ушли на улицу, а дом зажгли. Все испуганно переглядываются. — Мама! — маленькая девочка, сестра и лучшая подруга Лили расплакалась. Она не хотела смерти родным и себе, но, если убежать, они найдут Лили и весь мир исчезнет. Лучше уж она, Вали, умрет, а не весь мир. У старших думы были приблизительно такие же. — Что вы с ней делаете? — крик старшего брата, полный горя, страха и отчаяния прорезал воздух. — То же, что сделаем и с тобой, щенок. Вы теперь опыты для Фатуи. — Нет! Не надо, пожалуйста!

***

По дороге едет телега с виноградом. В ней трое — два подростка — с синими и с алыми волосами — и один мужчина средних лет с настолько же огненной шевелюрой, как и у одного из мальчиков. — Дилюк. — Тихо произнес синеволосый. — Да, Кэйа? — Дилюк подсел к Кэйе. — Помнишь, тут раньше был дом большой семьи? — И правда… Пап! Там кто-то есть! А от того дома остались лишь руины! — Хорошо, я пойду посмотрю. — Повозка резко остановилась. — Дядя Крепус! Можно я с вами? — Кэйе до жути хотелось размять ноги. — Во-первых, папа или отец. Во-вторых — нет. Это может быть опасно. Мужчина спрыгнул и осторожно подошел к развалинам. Когда же он завернул за угол, ему предстала ужасающая и душераздирающая картина: шестнадцать тел лежат в неестественных позах. На их телах пятна черных и фиолетовых оттенков а рядом сидит маленькая девочка и горько рыдает. Почти младенец. — Как тебя зовут и сколько тебе лет? — Ласково обратился к ней Крепус. Он знал, что такое боль и утрата, сам в юношестве лишился семьи. — Лили. Четыре года. — Девочка всхлипнула. — Кто тебя обидел? — Фа-фатуи… — При этих словах Лили разрыдалась. Крепус подхватил малышку и понес к повозке, где ее осторожно принял в объятия Кэйа. Рюкзак он передал Дилюку, чтобы ничего не повредить. Когда он посмотрел на девочку, та была без ссознания.