Сквозь стены и мосты

Ониро пешком поднимается на четвёртый этаж и, удерживая пакет одной рукой, прикладывает ладонь к двери. Подъезд старого, не слишком высокого дома, где он сейчас живёт, вызывает то же чувство, что явления богомола-антисистемника — кто-то когда-то расписал часть стен мобильными граффити, и очевидные, но плохо улавливаемые глазом движения краски сбивают с толку. Маленькая квартирка-студия автоматически освещается, когда Ониро заходит внутрь. Сумасшедший город с сумасшедшими ценами на жильё! Он  снимает парку и ботинки, проходит в кухонный уголок и сгружает пакет на стойку. Сорт риса, который так любит Ониро, здесь продаётся только в одной лавочке. Рука замирает над пакетом. А если его выследят? Вот по этому самому рису? Всем известно, насколько часто выдают привычки… Успокойся, говорит Ониро сам себе, если бы им было нужно, они бы выследили тебя месяц назад. Может быть, они и выследили… Малоутешительная мысль, что, в любом случае, он пока ещё жив, приходит следующей. Ониро использует свои навыки психпомощи, чтобы успокоиться. Самый простой метод — дыхание. И всё равно ему требуется не одна минута, и виной тому даже не рис, а тот факт, что, возможно, он видел сегодня Сола. Присутствие Сола придаёт неожиданный смысл нахождению Ониро в этом городе. В конце концов он находит в себе силы набрать в кастрюльку воды и включить её. Что бы ни происходило, Ониро голоден. Сегодня хватало забот и без параноидальных мыслей или видений Сола. В полулегальном Центре работы с детьми и подростками ему поначалу сказали, что у него слишком высокая квалификация, но отказываться от предложенной помощи не стали. На счету Сета Мори были кое-какие деньги — в Канаде он особо не тратился — и, хотя большая их часть так там и осталась, кое-что всё-таки сохранилось и для Ониро. Конечно, не со счёта Сета Мори. С другого счёта. Сейчас он благодарен Мише ван Хофф, которая когда-то посоветовала ему эту — в тот момент показавшуюся мелким хулиганством — небольшую аферу. Понятное дело, Мишу надоумил её муж… Интересно, как давно Джон Кендрик знал о том, что должно произойти? Ониро качает головой и опускает в кастрюльку с закипевшей водой порционный мешочек риса. Может быть, зря он пошёл работать в тот Центр. С другой стороны… Все эти лица… Сегодня Ониро играл с ребятами в баскетбол. И это действительно было нечто! Ониро приходит в центр два раза в неделю — вторник и четверг. Чаще руководство не может себе позволить его присутствия. В остальные дни он занимается другими делами. По понедельникам и средам Ониро даёт уроки музыки (как бы удивилась мисс Новак, если бы узнала о том, что её бывший подопечный оказался неплохим преподавателем!), в пятницу (и иногда по субботам) работает хайпером на подхвате в небольшом, но достаточно популярном танцевальном клубе под названием «МОСТ». Сет Мори с детства занимался музыкой и единоборствами, так что Ониро прекрасно управляется со звуковыми волнами, движения выходят красивыми. В свободные субботы Ониро отдыхает. В воскресенье занимается домашними делами, совершает покупки, кое-что, конечно, приходится переносить и на будние дни. Ониро продолжает тренировки и творческую деятельность в те часы и дни, когда он свободен. Это совсем не та жизнь, которая была у него в Канаде, прошлое полуторамесячной давности представляется беспечной прогулкой по зелёным холмам. 13 августа мы ездили к водопадам, напоминает себе Ониро, закрывая на несколько секунд глаза, чтобы увидеть улыбку Сола, и снова открывая, чтобы проследить за тем, как варится рис. Он знает, что в его наблюдении за процессом нет необходимости, но это успокаивает. …Вот как они живут, местные. Маленькие квартирки, втиснутые стена к стене в дома, словно соты в ульях. Громыхающие и шипящие поезда подземки. Законы и обычаи — в каждом районе свои. И — театры, галереи, лавки писателей… Ставят Шекспира и Марчини на одной сцене. Продают цифровые копии с Да Винчи, подделки Мицугаэ и оригиналы Коноплянникова. На полках букинистических магазинов до сих пор можно увидеть бумажные книги. Всего через несколько дней после своего переезда сюда Ониро уже смог добыть очень неплохой, хотя и подержанный синтезатор «Новая Волна», очень похожий на тот, что он видел в стримовых записях исполнений Джорджа Акопяна… Вавилон! Город-убежище и город-ловушка одновременно. Плакаты предвыборной кампании, Итан Макгуайр версус Пирс Грей маячат на каждом перекрёстке, Ониро не нравится ни один из кандидатов. Макгуайр — слишком откровенно хитрый и самоуверенный, Грей — слишком закрытый, что-то в нём есть от Дэмиэна Милтона, что-то, что вызывает мурашки по коже… какой-то неявный, но ощущаемый фатализм. Кастрюлька, выполнив свою задачу, отключается. Ониро берёт пиалу и перекладывает в неё рис — красивый, рассыпчатый, зёрнышко к зёрнышку. Соуса он приготовил вдоволь ещё вчера, хороший вышел соус, без комочков. Ониро добавляет соус к рису, достаёт палочки и приступает к ужину. Завтра его ждут в «МОСТе» впервые на полную смену — Ив, администратор, позвонила сегодня, сообщила, что Диззер не выйдет, подхватил какой-то жёсткий грипп от племянницы, когда забирал её из детского сада. То, что люди здесь до сих пор болеют гриппом, повергло Ониро в мрачную задумчивость. Мысль о завтрашнем выступлении в качестве основного хайпера пытается отбить аппетит, и Ониро, разозлившись, быстро, с остервенением даже доедает рис. Подумаешь, полная смена. Уж всяко не сложнее выпускных экзаменов. Воспоминание вызывает у Ониро лёгкую улыбку. Кто бы мог подумать, что результатом всей его учёбы, всех его занятий, всего вообще в его жизни на этот момент станет крошечная студия в Н-Й и то, чем он занимается теперь? Ониро подогревает воду и заваривает себе зелёный чай. На десерт — кусочек супербелкового сыра. Кстати, действительно очень вкусного.