*****
Рано утром Чонгук проснулся от страшного сна. Ему снилось, как Тэхён, его возлюбленный, спрыгнул с крыши высокого здания – компании своего отца. Он ясно помнил, как парень позвонил ему, рыдая, и попросил прощения, попрощавшись с ним. — Мой отец узнал о нас. Он сказал, что убьёт тебя, — произнёс, захлёбываясь в слезах, Тэхён. — О чём ты говоришь? Как он узнал? — спросил Чонгук, не понимая, о чём идёт речь. — Он видел нас вместе в университете, когда мы целовались, — ответил Тэхён, рыдая, и умолял: — Пожалуйста, забудь обо мне! Мы не сможем быть вместе! — Хватит делать трагедию! Узнал и что? Я сейчас приеду. Где ты? — не зная злиться ему или паниковать, Чонгук стал быстро одеваться и собираться на выход. — В компании отца. Он уже нашёл меня... — Я сейчас еду! Не делай глупостей! — закричал Чон, услышав в трубке шум, а затем голос плачущего Тэхёна: — Я люблю тебя! И… Гуки… Ты самый лучший подарок судьбы, который был в моей жизни. Я больше не могу так. Не могу… Папа! — после этих слов звонок оборвался. Чонгук в выбежал из квартиры, поймал такси и, назвав нужный адрес, всю дорогу подгонял водителя. Прибыв на место, он вылетел из машины, едва успев расплатиться. Но там уже всё было ограждено полицией и толпами журналистов, которые в прямом эфире сообщали, что «сын главы крупной компании спрыгнул с крыши». Мужчина решил зайти в душ перед выходом, чтобы смыть с себя остатки кошмарных воспоминаний. Стоя под струями воды, Чонгук вспомнил выражение лица Тэхёна, который улыбался ему со слезами на глазах. «Теперь эти воспоминания исчезнут?» — подумал он, вспоминая слова пожилой женщины, которая сказала, что он будет жить без тяжести сомнений о прошлом. Чон оделся и захватил свою осеннюю парку — немногое, что было у него по сезону сейчас и здесь. Теперь она как раз пригодится в эту холодную погоду последнего дня осени. Мужчина решил попрощаться с Тэхёном, не зная, когда сам исчезнет. Ведь три месяца уже почти прошли, и вот-вот Чонгук должен вернуться в своё время. Приехав на такси к дому семьи Ким, Чонгук уже собирался выйти из машины, но увидел, как Дохён, схватив Тэхёна за руки, затолкал его в свой спортивный автомобиль и быстро уехал с придомовой территории. Чон, не раздумывая, закрыл дверь такси и попросил водителя следовать за ними. Таксист, с явным недовольством, начал движение. «Что снова произошло? Почему он увёз его? Сегодня же день смерти Тэхёна! Именно в этот день он спрыгнул с крыши компании! Неужели я ничего не смог изменить? Но почему?» — думал Чонгук, не в силах унять бешеное биение своего сердца. Страх за любимого человека не давал ему ясно мыслить, а воображение рисовало картины того дня, когда полиция не позволила ему даже приблизиться к телу Тэхёна, несмотря на его отчаянные просьбы. Наконец, спорткар остановился у ворот компании, и охрана беспрепятственно пропустила его. Чонгук последовал за ними, успев проскочить на полусогнутых ногах мимо поста на парковку, и бросился к зданию, где Кимы уже скрылись за дверями. Он подбежал к входу, но внешняя охрана остановила его и спросила о пропуске. Чон сказал, что Дохён забыл забрать ключи от БМВ. Не желая отдавать ключи охране, которых у него не было, он вырубил одного из них, замахнувшись в нос, и ударил второго в пах, после чего быстро забежал в фойе под ошарашенными взглядами сотрудников, вскочил в лифт и поднялся на самый верх. Затем он выбрался на крышу через специальный выход, сам не понимая, почему его тянуло именно туда. Ощутив порывы ветра, свободно гоняемые на открытой площадке крыши, он увидел, как Ким Дохён орал на сына, стоя у края: — Разве для этого я тебя растил? Сукин сын, неблагодарный! Знаешь, как мне было стыдно узнать, что ты участвовал в каком-то конкурсе, весь в блёстках, как пидор! И как я могу доверить тебе мою компанию? А? Смотри! Туда, сучонок! — Дохён подталкивал сына к краю здания, крича, что тот не достоин его детища, что с такой высоты было полностью открыто взгляду, и должен просто умереть, дабы не позорить его фамилию. Чонгук рванулся с места и быстро побежал к ним. Тэхён, рыдая, стоял на краю, и его, как щенка за шкирку, держал отец за воротник рубашки, выкрикивая гневные речи. — Посмотри, что ты хотел обменять на дешёвые понты! Эта компания должна стать твоей в будущем! Прекрати мечтать о глупостях! — Папа, прости меня! Папа, отпусти меня! — рыдая, умолял Тэхён, но его отец не мог успокоиться, продолжая кричать на сына. — Что ты делаешь? Отпусти его, псих! — выкрикнул Чонгук и попытался схватить Тэхёна, но Дохён, увидев водителя, отшвырнул сына в сторону и направил свой гнев на Чона. — Это всё из-за тебя? Да? Это ведь ты потакал ему? — орал Дохён и, переключившись на Чонгука, схватил его за парку. Они начали бороться, и Чон вырвался из захвата господина Кима, ударив его в лицо кулаком. После этого он отскочил, пока мужчина прижимал нос. — Ты грёбаный псих! Из-за тебя Тэхён боялся жить нормальной жизнью! Боялся своих желаний! — Да кто ты такой, чтобы вмешиваться в мои дела? В дела моей семьи! Ты просто пёс, который решил, что раз хозяин даёт лишнюю косточку, можно позариться и на обеденный стол! Ты уволен! Проваливай с глаз моих! — кричал господин Ким. — Пошли, Тэ, — сказал Чонгук, обернувшись к парню, который сидел, забившись у парапета, и рыдал в истерике. Тэхён поднял голову на Чона, вмиг начал успокаиваться и робко попытался улыбнуться. Дохён, увидев в его глазах нежность и внимание к водителю, всё понял и разозлился сильнее. Бросив зажимать кровоточащий нос, он схватил Чонгука и потащил его в сторону. — Я тебя убью, пидорас! Толкаясь и вырываясь, мужчины оказались на самом краю крыши. — Нет! Папа, не делай этого! — громко закричал Тэхён. Ещё мгновение, и Чонгук почувствовал, как летит вниз с господином Дохёном, а голос Тэхёна звучит отдаляясь отчаянно и надрывно. — Нет! Чонгук! «Кажется, мы всё равно не смогли бы быть вместе...» — подумал Чон, падая с крыши многоэтажного здания и глядя на такое голубое небо перед собой. Он закрыл глаза...__________