it was just like a movie (a hallmark one)

---

— Вы не понимаете… Тэмин-щи, — Юнги прищурился и посмотрел на бейджик, на котором было написано имя парня. — Мне очень важно достать именно эту игрушку «Щенячьего патруля». Это вопрос жизни и смерти. Тэмин попытался скрыть своё раздражение. Рождество было трудным временем для некоторых людей, а от Мина пахло чёрным кофе, сигаретами и отчаянием. — Мне очень жаль, сэр, я уже дважды проверил все наши магазины. Игрушка распродана. Я ничего не могу поделать, мне очень жаль. Юнги дернул себя за волосы, словно собирался их вырвать. «Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт», — внутренне выругался он. Это Рождество должно было быть самым лучшим в его жизни. Этим он был обязан Мине. Юнги решил, что больше не любит своего бывшего. Он не знал, что его бывший не любил их дочь. Он также не знал, что его бывшему не составит труда переехать обратно в Австралию, откуда тот был родом и где они законно поженились и удочерили Мину четыре года назад. Так что это была его вина, как бы ни повторял его брат, Сокджин, что Джош, бросивший их, был главным из всех мудаков™, но Юнги было трудно избавиться от этого чувства. Очевидно, Джош согласился на усыновление только потому, что Юнги хотел стать отцом, и он не хотел потерять его в случае отказа. Он разрушил то, что у них было, потому что больше не чувствовал себя прежним. После того, как она появилась, они стали отдаляться друг от друга всё больше и больше, пока он не заметил, что Мина — свет его жизни, а Джош — просто сосед по комнате. Может быть, ему нужно было ещё немного постараться. Попытаться продолжить романтические отношения с Джошем, чтобы сохранить искру. Но он просто больше не любил его, и эта ситуация медленно убивала его. Так что больше года назад, через несколько дней после начала января, он усадил Джоша за кухонный стол и поговорил с ним. Юнги знал, что это будет очень неловкая сцена, ведь как объяснить человеку, что ты его разлюбил? Но реальность оказалась намного хуже. Когда Юнги наконец выговорился, Джош глубоко вздохнул и задумался. — Мы можем всё исправить. Давай вернём Мину в Австралию. Я уверен, мы сможем доказать, что в Корее над нами издеваются за то, что мы гомосексуальная пара, и это не лучшая среда для её воспитания. Они поймут. — Извини? — Ты меня прекрасно слышал. Это Мина встала между нами. С тех пор как она появилась и мы вернулись в Корею, чтобы ты мог открыть своё бухгалтерское бюро, ты просто потерял ко мне интерес. Работа и Мина, работа и Мина. Это единственное, что для тебя важно, да? — Я надрывал свою гребаную спину, чтобы обеспечить вас обоих. Джош, ты был согласен остаться дома, работать над своей книгой и заботиться о НАШЕЙ дочери. — Ты имеешь в виду о ТВОЕЙ дочери. Это ребёнок, о котором я забочусь. И я могу перестать это делать в одно мгновение, — огрызнулся он. Юнги почувствовал, как его сердце рухнуло на пол. Весь этот разговор превратился в кошмар. — Я думал, что смогу научиться любить её так же, как ты, но я просто… не могу. И то, что она получает всё то внимание, которое ты раньше уделял мне, стало последней каплей, Юн. Или она, или я. Выбирай. Юнги взял его лицо в свои руки и смотрел на него, даже не моргая. — Спасибо, что дал мне знать, что ты думаешь и чувствуешь. Я надеялся, что это произойдёт раньше, потому что Мина заслуживает только тех людей, которые любят её. Это она, конечно. Джош забрал свои вещи на следующее утро, а через пару месяцев Юнги узнал, что тот вернулся в свой родной город Брисбен. Он отправил документы, в которых отказывался от опеки над Миной, а через две недели подписал бумаги о разводе. Он никогда не оглядывался назад, поэтому Юнги снова смог вздохнуть свободно. — Господин, может быть, я могу вам помочь? Юнги, полностью погружённый в свои мрачные мысли, посмотрел на подошедшего к нему парня, прищурив глаза на его ярко-крашеные волосы цвета баблгам. Он был настолько раздражён и в отчаянии, что даже причёска случайного прохожего беспокоила его. — Очень сомневаюсь, — Юнги увидел, что на нём был жилет магазина, полный значков и блестящих бисеринок. — Ваш коллега проверил дважды, но игрушка, которую я ищу, полностью распродана во всех ваших магазинах. Сотрудник озорно улыбнулся. Юнги подумал, что тот похож на кота, который получил молоко. Или на фею. Фею с сочными губами. — Извините, я подслушал ваш разговор с коллегой. — Тогда вы знаете, что надежды нет. — Сэр, надежда есть всегда! А в Рождество — тем более! Как будто волшебство окружает нас! Юнги усмехнулся. — Да вы слишком много смотрите рождественских фильмов, молодой человек. — Я Чимин. И эти фильмы потрясающие. — Послушай, Чимин-щи. У меня нет времени обсуждать твой более чем сомнительный вкус, — Юнги посмотрел на часы. — У меня есть ровно два часа, чтобы проверить три других магазина игрушек в городе, нет ли там того, что мне нужно. — Ты её не найдёшь нигде. Это самая желанная игрушка на это Рождество, и она распродана во всех магазинах Сеула. Не хочу показаться самоуверенным специалистом, но ходить за игрушками двадцать второго декабря — не самый лучший вариант. — Вау, так у меня срыв не только из-за того, что я не могу найти игрушку буквально нигде, но и из-за того, что меня ругает ребёнок с бешеной причёской. Отлично, — он снял очки и сжал переносицу, вздыхая. — Просто послушай меня, мистер Ворчун, — Чимин ткнул его в нос. Этот ребёнок только что потрогал его нос? — Во-первых, мне двадцать пять, но спасибо, что принимаешь меня за ребёнка. А во-вторых… У меня есть игрушка, которую ты ищешь. Я купил её для своего племянника, но мне кажется, что она будет важнее для… Юнги услышал, как в его ушах начали играть небесные звуки труб. — Мины, моей дочери Мины. Это наше первое Рождество без моего партнёра, и я хочу, чтобы всё было идеально. Для неё, — проговорил он. — Мне так жаль, — лукавая улыбка на лице Чимина исчезла. — Я не сожалею, он был полным придурком, — Юнги быстро ответил, удивляясь самому себе. Это был первый раз, когда он открыто говорил плохо о Джоше. — Он сделал свой выбор. Чимин снова улыбнулся, тепло, с искоркой в глазах. — Тогда он в проигрыше. — Пардон? — Ничего, — он кашлянул. — Хорошо, я расскажу тебе, что мы делаем. Моя смена начинается завтра в десять утра. Ты сможешь быть на центральной площади торгового центра в девять тридцать, мистер Ворчун? — Юнги, Мин Юнги. И да, я могу. Большое спасибо. — Хорошо, мистер Ворчун, — Чимин полностью проигнорировал его имя. — Тогда договорились. А теперь извините меня, мне нужно работать. Юнги непроизвольно схватил его за руку. — Подожди, зачем ты это делаешь? Ты не обязан. Твой племянник тоже хочет эту игрушку. Ты что, рождественская фея, что ли? — У моего племянника есть дядя, который работает в магазине игрушек. Он буквально купается в игрушках. И ещё, я думаю, вам нужно маленькое рождественское чудо. Чудо феи, мистер Ворчун. До завтра! — Чимин ярко улыбнулся ему и, не сказав больше ни слова, повернулся к подсобке. Юнги улыбался, как идиот, больше минуты, пока не пришёл в себя и не вышел, чтобы продолжить свой рождественский шопинг.

---

Если в это утро Юнги надел свой мягкий зелёный свитер, который, как всегда говорил ему Джин, придавал ему особую привлекательность и составлял приятный контраст с его растрёпанными тёмными волосами, то все это было просто совпадением. Другой одежды не было, нет. И если он решил надеть поношенную кожаную куртку, это тоже было совпадением. Это была первая куртка, которую он взял в руки утром. После того, как переставил пару коробок в своём гардеробе. Он посмотрел на себя в зеркало. Его челка начинала мешать, но Джош всегда любил короткие и хорошо подстриженные волосы, и это было для него небольшим бунтом. Кто сказал, что сорокалетний не может носить маллет? Никто. А если кто-то так говорит, то он может идти в задницу. «Боже, почему я так нервничаю?» — задавал он сам себе вопрос, паркуя машину на огромной стоянке торгового центра. Он ответил себе, что это потому, что Чимин (знал ли он его фамилию?) может струсить и не прийти с игрушкой. А это могло бы испортить Мине Рождество. Но ведь парень там работал, верно? Юнги мог легко найти его в магазине и поднять шум. И судя по их вчерашнему разговору, он кажется милым пареньком, который искренне хочет предоставить Мине её желанную игрушку. Милый парень, с красивой улыбкой и кокетливым поведением. Но он нервничал не из-за этого. Совсем нет, повторял он про себя, снова поправляя чёлку. Он посмотрел на часы и увидел, что у него есть немного времени, поэтому решил купить себе кофе, скорее для того, чтобы иметь что-то в руках, чем для того, чтобы выпить его. Он уже позавтракал дома, и такое количество кофеина с утра заставило бы его весь день хандрить. — Эй, мистер Ворчун! — Юнги поднял голову и увидел бегущего к нему Чимина, который махал ему рукой и улыбался, как будто видел старого друга. Он был одет в узкие джинсы, не оставляющие шансов воображению, и утопал в огромном свитере персикового цвета. Розовые волосы струились вокруг его лица, как ореол из сахарной ваты. «Мило», — подумал Юнги. — Доброе утро, Чимин-щи. Я… я не знал, пьёшь ли ты кофе, поэтому принёс тебе горячий шоколад, — он посмотрел на свои ботинки, протягивая стаканчик младшему. — Ты не обязан пить его, если он тебе не нравится или ещё что-то. — Ты принёс мне горячий шоколад? Самый лучший напиток на Земле? И с розовой посыпкой и зефиром! — воскликнул Чимин, снимая крышку. — Мне показалось, что он сочетается с твоими волосами, — Юнги почувствовал, как кончики его ушей стали огненными. — О, ты прав, — и затем он улыбнулся. Улыбка, которая навсегда погубила Мин Юнги. Улыбка была настолько широкой, что заставила глаза Чимина полностью исчезнуть. — Это было очень мило с твоей стороны. Мне больше не придётся называть тебя мистером Ворчуном? — Э-эм, а… Прежде чем Юнги успел смутиться ещё больше, Чимин протянул ему огромный рождественский подарок. Он взял его и прочитал надпись. 'Мине от Санты'. Он попытался заглянуть внутрь, но всё было в блестящих фиолетовых лентах. Мина будет прыгать по всему дому от одного только вида завёрнутого подарка. — Ты не должен был… — Возьми, Мин Юнги. И не подглядывай, ладно? Это всё специально упаковано. Тебе просто нужно спрятать его и положить под ёлку до того, как она проснётся двадцать пятого числа. — Можешь называть меня хён, Чимин. И спасибо тебе за все эти хлопоты. Это много значит, — затем он достал из кармана пиджака конверт и протянул его собеседнику. — Я поискал на вашем сайте, сколько стоит игрушка, и… ну, я добавил ещё немного, чтобы ты мог побаловать себя хорошей едой, хорошо? Всё за мой счёт, пожалуйста, возьми. Чимин посмотрел на него с любопытством. — Я не могу принять твои деньги. Где же тогда рождественское чудо? — Но, Чимин, я совершенно незнакомый человек, ты не можешь вот так просто взять и потерять свои деньги. — У меня есть скидка за то, что я сотрудник, это даже не так много. — Хорошо, тогда возьми немного и купи самый вкусный горячий шоколад, пожалуйста. — Я тебе кое-что скажу, Ворчун-хён. Поднимись на лифте на шестой этаж. Там большой павильон местной благотворительной организации с волонтёрами, которые собирают одежду, еду и игрушки для детей из менее благополучных семей, чтобы у них было хорошее Рождество. На эти деньги купи книги и конфеты, какие захочешь, и пожертвуй их. Если будешь стесняться, скажи, что тебя прислал Пак Чимин, хорошо? — О-ок. Ты слаще, чем тот отвратительный напиток, который сейчас пьёшь, ты знаешь это, Пак Чимин? — Правда? Ну, рождественские феи должны быть такими, не так ли? — сказал он, доставая телефон из кармана. — Чёрт, рождественская фея опаздывает на работу! — он встал со скамейки, на которой они сидели, и выпил остатки шоколада залпом, аккуратно опустив стаканчик в урну. — Мне нужно спешить, спасибо за шоколад! — Хорошего дня, Чимин, и спасибо тебе за то, что сделал Рождество моей дочери таким особенным. — Ты делаешь его особенным, разыскивая по всему городу игрушку, которую она хочет. Я просто совпадение. — Скорее рождественское чудо! Чимин улыбнулся невероятно широко. — Пока, хён! Хорошего дня и счастливого Рождества! — Счастливого Рождества, Пак Чимин, — прошептал он, провожая его взглядом, сердце бешено колотилось, а дыхание перехватывало.

---

Рождество проходило довольно хорошо. Мина достаточно быстро забыла об отсутствии дома своего второго папы из-за всех тех весёлых развлечений, которые приготовил для неё Юнги. Они пекли рождественское печенье в форме сапог и шапок Санты, жарили каштаны в доме Сокджина и Хосока, когда взрослые наслаждались глинтвейном. Мина думала, что запах был отвратительным, и что ей «очень хорошо с её горячим шоколадом, спасибо большое». Они также катались на коньках, к отчаянию Юнги, который больше времени проводил на заднице, чем на коньках. Но всё стоило того, чтобы услышать восторженные возгласы Мины. — Папа, смотри! Папа, я катаюсь сама! — она держалась за опору в форме снеговика, которая предназначена для маленьких детей, осторожно отталкиваясь, сфокусировав взгляд и высунув маленький язычок — образ полного сосредоточения. Юнги отснял около двух миллионов фотографий и видео, чтобы поделиться ими с родителями и Соками, и аккуратно положил телефон в карман толстовки. Вишенкой праздничных дней стали счастливые визги Мины по всей квартире, когда она увидела подарок, который приготовил Чимин. Юнги даже не раздражался по поводу конфетти, блёсток и прочей розовой дряни, которая высыпалась из мешка, и, без сомнения, он будет подметать полы в квартире несколько недель. Глаза Мины были размером как блюдца ещё до того, как она открыла подарок. — Папа, ты видел? Это прекрасно! — Я вижу, Мин-Мин, ты прочитала ярлычок? Она нашла его и с полузакрытыми глазами в глубокой концентрации медленно прочитала, произнося каждый слог: «От-сан-ты-ми-не». — Папа!!! Папа, это Санта написал! Юнги широко улыбнулся, готовя свой телефон к предстоящим событиям. Он не ожидал увидеть, что Мина вдруг нахмурится, сжимая маленькие ручки. — Что случилось, Мин-Мин? — Как Санта может подготовить всё это, папа? Он ведь не может сделать это для всех детей в мире, верно? Например, для детей из Кореи, и из Австралии, и… — она остановилась на мгновение, чтобы перевести дух и подумать о других странах. — И для детей из Тэгу тоже. Я знаю, что у него есть особые рождественские способности, но как он может так много работать? У него есть эльфы, но их нужны миллионы, а в рождественских фильмах, которые мы смотрим, их не так много. Юнги на мгновение запаниковал. Его малышке было всего шесть лет, и он хотел, чтобы волшебство длилось подольше. Он обвёл глазами комнату, и барби с розовыми волосами подала ему идею. — Прежде всего, помнишь, я объяснял тебе, что Тэгу — это часть Кореи? Это не другая страна, детка. — Но там всё по-другому, дядя Гымджэ живёт там с Холли и дедушкой с бабушкой, и там есть огромный парк с озером посередине! — Да, детка, но все эти вещи всё ещё внутри Кореи. — О, понятно. Значит, Брисбен находится в Австралии? — Молодец, детка! Моя умница Мин-Мин. Брисбен — это город в Австралии. — Город, где сейчас живёт папочка… Лицо Мины помрачнело, а подбородок задрожал. Юнги запаниковал. — Мина, я хочу открыть тебе очень большой секрет, но ты должна пообещать мне, что никому не расскажешь, хорошо? Это полностью привлекло внимание его дочери. Ничто в мире не нравилось Мине больше, чем когда папа или дяди Сок открывали ей супербольшой секрет. Все признаки надвигающейся бури исчезли с её маленького личика, которое стало любопытным и ожидающим. — Ты ведь знаешь, что эльфы помогают Санте собирать игрушки? — Мина с энтузиазмом кивнула. — А ещё они упаковывают подарки и следят за тем, чтобы всё было готово к знаменательной ночи. Санта достаёт список и обходит все дома, где живут дети, за одну ночь. — Потому что он супер-пупер волшебный, папа. — Точно. Но, знаешь, иногда такой объём работы становится немного непосильным, и Санте с эльфами нужна дополнительная помощь. И тогда на помощь приходят рождественские феи. — Рождественские феи? Папа, я никогда о них не слышала! — Это потому, что они находятся среди нас, Мина. Но у них секретная миссия, поэтому они не могут сказать, кем являются. Рот Мины сформировал идеальную форму буквы «о», а её глаза блестели от восхищения. — Рождественские феи делают супер-специальные подарки для мальчиков и девочек, которые были особенно хороши в течение года. — Папа! Это значит, что я была очень хорошей девочкой в этом году? Юнги подумал о том, что Джош даже не попрощался с ней. О бессонных ночах, когда Мина прижималась к его боку, боясь отпустить. Он смахнул пару предательских слезинок, которые вот-вот готовы были пролиться из его глаз, и улыбнулся ей. — Конечно, Мина! Разве ты сомневаешься? Ты самая умная девочка на свете, ты всегда помогаешь мне убираться в твоей комнате и готовить ужин, и я знаю, что ты также часто помогаешь дяде Джину и дяде Хоби. — И, и, папа, я всегда ем брюссельскую капусту, даже если она невкусная. — Видишь? Ты была лучшей девочкой в этом году! Так я встретил фею. — Ты действительно познакомился с феей? — Мина поднесла свои маленькие ладошки ко рту, жест, унаследованный от отца. — И как это было? Юнги вспомнил милую улыбку и задорную манеру поведения Чимина и мечтательно вздохнул. — Сначала можно было подумать, что он обычный работник магазина. Но его яркие розовые волосы выдали его, — Мина встала на цыпочки, как всегда, когда она нервничала или была увлечена тем, что рассказывал ей отец, подарок всё ещё был завернут, но надёжно зажат в её руках. — Затем он обратился прямо ко мне и спросил: «Вы папа Мины?» Я ответил, что да, но ему нужно было подтверждение, верно? — Мина энергично кивнула, её руки не отрывались от рта. — Мина — это Мин-Мин? Это та Мина, которая любит фиолетовый и синий цвета и обожает блинчики с шоколадом и клубникой, верно? — Папа, он знал моё прозвище и мои любимые вещи! Он точно фея! Он волшебный! — Уверяю тебя, детка. Он так и не показал мне свои крылья, но я видел золотые искры, исходящие от его тела при каждом движении. Затем он протянул мне подарок и прошептал: «Это специальная посылка от Санты для Мины. Она была особенно хороша в этом году, так что заслужила это». — Папа, и что произошло потом? — Я взял мешок, и как раз когда я собирался сказать ему, как благодарен, он исчез. — Папа, может быть, он доставлял ещё особые подарки от Санты?! — Да, малыш, он, наверное, торопился. — А как он выглядел? Он был красивым, папа? Феи в сказках, которые ты читаешь мне на ночь, всегда красивые. — Он был красив, детка. Самый красивый юноша, которого я когда-либо видел. — Даже красивее, чем дядя Сокджин-и? — Ещё больше, детка. У него самые милые розоватые щёчки и красивая улыбка. Он не слишком высокий, но ему это и не нужно, чтобы быть в центре внимания. Юнги видел, что Мина была впечатлена. Она была влюблена в Джина с самого раннего детства, едва научившись лепетать, и тянула к нему свои пухлые ручки каждый раз, когда он оказывался в поле её зрения. Каждый мужчина, которого она когда-либо встречала, учителя, воспитатели, члены семьи, продавцы в супермаркете… должен был пройти тест Ким Сокджина. Ни один из них, до сих пор, не прошёл его. — Папа, я хочу с ним познакомиться! Улыбка Юнги немного померкла. С одной стороны, он не мог соврать, что хочет снова увидеть Чимина, но как? Он с недавних пор разведённый сорокалетний старик, чего он ожидал? Чимин, наверное, уже и не помнил его, слишком увлечённый праздниками и ежедневными встречами с миллионом клиентов. И почему ему должно нравиться, что его втягивают в этот фарс? С другой стороны, может быть, вера в то, что в этом сером и уродливом слове есть какая-то магия, которая поможет Мине взбодриться и продолжить вести себя хорошо. Судя по игривому характеру Чимина, это может сработать. Может быть, он мог бы поговорить с Миной пять минут или около того, просто поддержать все эти разговоры о супер-пупер особенной девочке. Может быть, это тот маленький толчок, который нужен его дочери, чтобы вернуть уверенность в себе. Юнги ненавидел то, что после того, как Джош покинул их, он видел, как Мина с каждым днём становилась всё более замкнутой. Она всегда боялась оставаться одна больше чем на пять минут, устраивала сильные истерики и перестала быть той болтушкой, которой была раньше. — Папа? Юнги оторвался от своих мыслей и моргнул пару раз, ища, чем бы отвлечь Мину и получить достаточно времени для обдумывания всего этого. — Детка, ты не собираешься открывать? Мы начали говорить о фее, но забыли о супер-пупер специальном подарке от Санты! — он задыхался. — И правда! — Мина посмотрела на красиво упакованную игрушку, всё ещё сжимая её в руках. Уничтожая банты и обёрточную бумагу, она наконец добралась до говорящего плюшевого щенка из «Щенячьего патруля». — Санта принёс мне моего любимца! — она крепко обняла мягкую игрушку Раббла и пискнула от восторга, когда он произнёс одну из своих фраз из мультфильма. Затем она побежала по всему дому, представляя своего нового приятеля всем остальным игрушкам, растениям в доме и, почему-то, холодильнику. Юнги улыбнулся дочери, мысленно поблагодарив неизвестно кого за этот маленький комочек счастья и солнечного света, который давал ему энергию, чтобы просыпаться и вставать с постели каждое утро. Пока дочь бродила по дому, он немного полистал свои социальные сети, выкладывая фотографии и видео за предыдущие дни и проверяя страницы своих друзей. Когда его задница начала болеть от долгого сидения на полу, он встал, потянулся и задумался о том, что его гостиная была в полном беспорядке. — Мин-Мин! Детка, ты должна помочь папе навести порядок, хорошо? Он услышал приближающиеся мелкие шаги. Ни суеты, ни «но, паапааа, я же играаааю». Ничего. Может быть, супер-пупер особый подарок всё-таки сработал. — Прости, папа, я показывала Рабблу его новый дом! — Всё в порядке, малыш, мы же хотим, чтобы ему было комфортно, правда? Как насчёт того, чтобы ты собрала всю подарочную упаковку, а я подмёл полы? Мина показала ему большой палец вверх и принялась усердно собирать все эти обёртки, бумагу и бантики. Юнги уже начал работать в одном из углов комнаты, когда его напугал крик Мины. — Папа! В мешке есть кое-что для тебя! Юнги растерянно посмотрел на неё и увидел в её руке квадратный конверт. — Смотри, смотри! — она снова сделала очаровательное выражение лица, которое всегда делала, когда была сосредоточена, и прочитала имя, написанное аккуратным каллиграфическим почерком на лицевой стороне конверта. «Мис-те-ру-вор-чу-ну-мин-юн-ги.» Юнги взял конверт и открыл его более трясущимися руками, чем ему хотелось бы признать. Внутри оказалась рождественская открытка с изображением ворчливого кота в шапке Санты и надписью «НЕТ» большими блестящими красными буквами. Мина засмеялась, радуясь. — Ворчун-папа! Этот котёнок выглядит в точности как ты, когда я забыла почистить зубы! Юнги позволил дрожащему смеху сорваться с его губ и, тяжело выдохнув, открыл открытку. Дорогой Ворчун-хён: Надеюсь, ты отлично проводишь праздничные дни. Я также надеюсь, что твоей дочери понравился её подарок и он слегка скрасил её Рождество. Не знаю, не слишком ли много прошу, но не мог бы я увидеть её фотографию с плюшевой игрушкой? Мой номер xxx-xxx-xxx. Извини, если это звучит странно, но это сделает меня очень счастливым. Выпить с тобой кофе (а я буду сладкий и противный напиток) тоже может сделать меня очень счастливым. Напишешь мне? Ребёнок с сумасшедшими волосами. Юнги смотрел на открытку и читал текст снова, снова и снова. Он не мог поверить своим глазам. Чимин хотел выпить с ним кофе? С ним? С разведённым мужчиной с ребёнком, который явно не высыпался десять лет, неухоженным, бледным и худым? Он запаниковал. Сильно. Очевидно, он слишком долго находился в состоянии тревоги, потому что Мина настойчиво тянула его за пижамные штаны. — Папа, папа, скажи мне, что там написано. — Эээ, он поблагодарил нас за то, что мы сохранили его секрет, Мин-Мин. И ещё он хочет напомнить тебе, что ты теперь в списке супер-пупер особенных девочек, и чтобы ты продолжала хорошо трудиться. — Он так написал? — грудь Мины раздулась от гордости. — Я буду в этом списке каждый год, и мальчик-фея будет гордиться мной. — Неужели? — Юнги погладил её по голове. — Я уже горжусь тобой, ты знаешь? — Я люблю тебя, папа! — она обняла его за ноги, и Юнги растаял как масло.

---

Когда всё было чисто и убрано, они провели остаток дня, отдыхая и играя с новыми игрушками Мины. Юнги хранил открытку в нагрудном кармане пижамы и чувствовал, как картонка жжёт ему грудь через ткань. Он решил, что ему нужно расспросить кого-нибудь обо всей этой ситуации, и попросил Мину выбрать фильм для импровизированного киновечера. — С попкорном и арахисом в шоколаде? — С попкорном и шоколадным арахисом, — Юнги сменил тон на более серьёзный и указал на неё. — Но только потому, что сейчас Рождество, хорошо? Завтра нам нужно есть овощи, иначе у нас будут болеть животы. И ты должна пообещать мне чистить зубы очень хорошо, договорились? — Конечно, папа, посмотри на эти жемчужины, — она усмехнулась и посмотрела в глаза отцу. — Ты слишком много времени проводишь с дядей Сокджином. — Он говорит, что этого недостаточно. — Конечно, он так говорит, потому что хочет похитить тебя и оставить себе! — он прыгнул на диван и начал щекотать её. — Хватит, папа, хватит! — Мина попыталась вывернуться из его рук, но всё было безуспешно. Когда он успокоился, то расчесал пальцами её волосы, укрыл пушистым пледом и позволил ей поискать фильм в Netflix Kids. — Я приготовлю закуски и пару бутербродов, хорошо? Я скоро вернусь. Как только внимание Мины было приковано к телевизору, он помчался на кухню и закрыл за собой дверь, сердце заколотилось. Пока он мысленно готовился, то решил поставить пакет с попкорном в микроволновку и начать поджаривать хлеб. Когда всё включилось, он решил написать своим друзьям.

Мин Юнги

Так, кое-что случилось, и мне нужен совет.

Джин-хён Всё в порядке? Вы с Миной в порядке? Только не говори, что Джош появился неизвестно откуда. Соки Этот ублюдок, я сломаю ему позвоночник голыми руками.

Мин Юнги

Нет, нет, всё в порядке!!! У нас прекрасный рождественский день.

Джин-хён Детка, это было так горячо, я люблю, когда ты выпускаешь коготки. Соки Да? Правда?

Мин Юнги

Вы можете перестать флиртовать хотя бы на 5 секунд? Спорим, вы сейчас обнимаетесь на диване?

Джин-хён Ииии ты будешь прав. Он практически сидит у меня на коленях.

Мин Юнги

Иу.

Ладно, всё равно, вернёмся ко мне.

Соки Да, хён, что случилось?

Мин Юнги

Один парень дал мне свой номер. Очень красивый парень. Молодой. С немыслимым цветом волос.

Джин-хён МИН ЮНГИ, ТЫ ПОПАЛСЯ НА УДОЧКУ ТВИНКА?

Мин Юнги

Не знаю, кто из нас двоих больше похож на твинка.

Но да.

То есть, нет.

Не знаю, что делать, может, написать ему?

Соки Ты должен дать нам больше информации. Откуда у тебя его номер? Он симпатичный? Он тебе нравится?

Мин Юнги

Помните ту чёртову игрушку, которую я нигде не мог найти?

Джин-хён Тот самый бульдог, да, тот самый, о котором Мина постоянно болтает.

Мин Юнги

Да, Раббл. Привыкайте, ведь он теперь член семьи. Я уверен, что она будет таскать его повсюду. Она даже познакомила его с холодильником.

Соки О, так это серьезно. Нам нужно присматривать за ним, мы не хотим повторения фиаско с мистером Хаггинтоном III. Она плакала 2 недели подряд. Где она потеряла его?

Мин Юнги

В метро. И это было не две недели, а три. Я воспитываю маленькую королеву драмы.

Джин-хён Извините, я воспитываю маленькую королеву драмы. Ты пытаешься вырастить скучную девочку, но дядя Сокджин этого не допустит. Соки Ладно, вернёмся к твинку. Расскажи нам всё.

Мин Юнги

Итак, я был в магазине игрушек в M Plaza в центре Сеула, и продавец сказал мне то, что я уже знал: игрушка распродана повсюду и её нигде не найти.

Поскольку я упрямый, то уже собирался уходить, но тут ко мне подошёл паренёк, который там работал, с самыми яркими розовыми волосами цвета баблгам, назвал меня ворчуном и отругал.

Джин-хён ТЫ ЕГО СПРАВОЦИРОВАЛ?

Мин Юнги

Я, может быть, сказал ему, что рождественские чудеса — полная чушь, а он посмотрел слишком много фильмов Hallmark…

Соки Хён!!! Это нехорошо.

Мин Юнги

В любом случае, он сказал мне, что у него есть игрушка, потому что он купил её для своего племянника, но он захотел отдать её мне. Наверняка он почувствовал моё отчаяние.

Джин-хён Ничего себе, вот так просто?

Мин Юнги

Вот так, хён. Он действительно рождественская фея.

Соки Уууух, кого-то накрыло.

Мин Юнги

НЕПРАВДА! Но мне пришлось рассказать Мине всю эту историю о том, как Санта дарит супер-пупер особенные подарки детям, которые ведут себя лучше всех, потому что подарок был шикарно упакован, и она что-то заподозрила, а я запаниковал и вспомнил о волосах Чимина, поэтому рассказал ей о рождественских феях.

Джин-хён Это так мило, Юнги-ши.

Мин Юнги

Я знаю, но теперь Мина хочет встретиться с феей, а я не знаю, что делать.

Соки Что ты собираешься делать? Ты хочешь увидеть его снова?

Мин Юнги

Не знаю. Хочу. Но в то же время, какого чёрта мне вообще встречаться с 25-летним?

У меня был настоящий экзистенциальный кризис, когда Мина сказала, что в мешке есть кое-что для меня.

Соки !!!!!!!!!!!!

Мин Юнги

Это была открытка «Ворчливый кот» (SHUT UP) с его номером. Он попросил сфотографировать Мину с игрушкой, если можно, и ещё сказал, что хотел бы как-нибудь выпить кофе.

Джин-хён И ПОЧЕМУ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТЫ ПИШЕШЬ НАМ, А НЕ ЕМУ? Соки Не знаю, но судя по тому, что ты нам рассказал, он кажется милым человеком. И, похоже, он тебе понравился. Так почему бы не выпить кофе? Кофе — это не обязательство на всю жизнь. Это просто кофе. Может быть, вы узнаете друг друга лучше и решите, что это не для вас. Или это может привести к чему-то большему. Если почувствуете, что готовы.

Мин Юнги

Но готов ли я? Джош ушёл год назад. И, чёрт возьми, я на пятнадцать лет старше, и у меня есть дочь.

Джин-хён Ну, он уже знает, что ты старше и у тебя есть дочь, так ведь? И это не помешало ему дать тебе свой номер, так что он явно заинтересован. А насчёт того, кого не стоит называть… он ушёл год назад, но твоё сердце он покинул раньше.

Мин Юнги

Вау, хён, это действительно очень глубоко.

Джин-хён Иди, разнеси твинка, повеселись.

Мин Юнги

Да, это больше похоже на Ким Сокджина, которого я знаю и люблю.

Мне нужно идти, ребята, я готовлю закуски, чтобы посмотреть фильм с Мин-Мин.

Поговорим позже.

Он достал открытку из кармана и положил её на кухонную тумбу, а телефон положил сверху, вдали от Мины. Он подумает об этом позже. Сейчас его приоритетом было набить лицо конфетами и попкорном и посмотреть фильм со своей дочерью, обнимая её как можно крепче.

---

Юнги лежал на кровати, лампа на тумбочке горела, он скрестил руки на животе и думал о том, как сильно потолки нуждаются в покраске. Он нервно грыз кутикулы. К чёрту потолки. Он думал о том, чтобы написать сообщение Чимину. Он посмотрел на часы на левом запястье, не желая даже прикасаться к телефону, лежащему вместе с открыткой на другой подушке кровати. Двенадцать десять, так что технически Рождество уже прошло. Мина заснула на половине фильма, но она так уютно прижалась к его боку, маленькие ручки вцепились в пижамные штаны, что ему не хотелось сразу её перекладывать, поэтому он досмотрел «Волшебное Рождество сумасшедших щенков-роботов» в одиночестве. Оказалось, что Коргитрон 8000 не так плох, как кажется. Было около десяти вечера, Мина уже несколько часов спала в своей кровати, и он, прибрав на диване и убрав на кухне, тоже отправился спать. Но сон всё не приходил. Не потревожит ли он Чимина? Может быть, он уже спит после напряжённого рабочего дня. Но он был молод. Юнги помнил, как много лет назад он никогда не засыпал раньше двух часов ночи, всегда был полон энергии и незавершённых планов. — Чёрт возьми, — он сел на край кровати и, прежде чем успел подумать об этом, сохранил номер Чимина и написал ему сообщение.

Мин Юнги

Хэй! Чимин-щи? Это Мин Юнги.

Мистер Ворчун.

Я опоздал на 10 минут, но с Рождеством!

[Фото]

Ты сделал Рождество Мины чудесным. Она заснула, обняв Раббла. Мне будет трудно разлучить их, хаха.

Так что, да, с Рождеством, надеюсь, у тебя была возможность отдохнуть, и ещё раз спасибо тебе за всё!

Увидимся?

Увидимся!

Прости, хаха не тот знак препинания.

Юнги застонал и спрятал телефон под одеяло, чтобы не смущаться ещё больше. Почему? Почему это так сложно? Уф. Он уже собирался выключить свет, чтобы спокойно умереть в муках стыда, когда его телефон пиликнул. А потом ещё раз, и ещё. Он так быстро откинул одеяло, что чуть не сбил все предметы с прикроватной тумбочки. Чимин (Фея игрушек) Для тебя Чимин, хён. С Рождеством! Я уже начал думать, что моя открытка потерялась. Или ты не захотел написать мне.

Мин Юнги

О, нет, нет, я очень заинтересован.

В смысле, переписываться с тобой.

Я просто…

Не хотел тебя будить или что-то вроде того.

Чимин (Фея игрушек) Я вроде как сова, хён, не волнуйся. Мина такая милая! Я бы съел её маленькую мордашку! Кстати, ты можешь отсоединить механизм от игрушки и постирать её. Холодной водой, без сушилки.

Мин Юнги

Ух ты, ты страстно увлечён своей работой, не так ли?

Чимин (Фея игрушек) Думаешь, быть рождественской феей легко? Вовсе нет, хён >3<

Мин Юнги

Кстати, о рождественских феях…

Возможно, мне нужна ещё одна услуга.

И мне очень жаль, потому что похоже, что я вечная заноза в заднице.

Чимин (Фея игрушек) На самом деле ты немного проблемный, но мне это нравится. Валяй. Чем я могу тебе помочь?

Мин Юнги

Итак… Мина заподозрила неладное, когда увидела, как выглядит подарок.

Она буквально сказала: «Папа, как Санта и эльфы делают это для всех? Никогда не получала ничего подобного.»

Чимин (Фея игрушек) Ты растишь умную девочку.

Мин Юнги

Может, она и не мой ребёнок по крови, но я узнал правду о Санте в четыре года и рассказал об этом старшему брату. Он проплакал всю ночь.

Чимин (Фея игрушек) Хёёооооооон! Это так жестоко! Вижу, ворчливый титул пришёл из детства.

Мин Юнги

Ага, спасибо за открытку. Моя дочь постоянно называет меня папой Ворчуном и смеётся до упаду.

Чимин (Фея игрушек) Мне уже нравится эта девочка.

Мин Юнги

Рад это слышать, потому что, может быть, если в этом нет ничего такого, я могу привести её в магазин?

Дело в том, что, когда она мне это сказала, я очень запаниковал, но потом вспомнил тебя и твои розовые волосы, и придумал всю эту историю о рождественских феях, которые помогают Санте с супер-пупер особенными подарками для супер-пупер особенных мальчиков и девочек, которые вели себя очень хорошо в течение года.

И теперь она хочет познакомиться с тобой.

Чимин (Фея игрушек) Мило. Так ты думал обо мне, хён? ;) Юнги прижался к подушке, пытаясь успокоить сердце и придумать что-нибудь толковое в ответ. Чимин был очень прямолинеен, и это ему нравилось. Он совсем не был уверен в том, что из этого получится, но был благодарен Чимину за то, что он так ясно показал свою заинтересованность.

Мин Юнги

Ты, сахарная вата, фильмы Hallmark… эти слова, несомненно, вертелись у меня в голове.

Чимин (Фея игрушек) Придурок: P Некоторые из этих фильмов действительно трогательные. Но да, возвращаясь к тому, о чём мы говорили, я был бы рад познакомиться с Миной и продолжить развитие сюжета о феях.

Мин Юнги

Спасибо тебе большое, Чимин, я обязан тебе жизнью.

Чимин (Фея игрушек) Как насчёт кофе?

Мин Юнги

И кофе. Может быть, я бы даже побаловал тебя булочкой с корицей?

Чимин (Фея игрушек) Ах хён, ты точно знаешь, чего я хочу. В эти дни у нас много работы, потому что люди покупают подарки и всё такое. Как насчёт того, чтобы встретиться в следующую пятницу в мой обеденный перерыв, в парке рядом с торговым центром? Примерно в 13:30? Я имею в виду, если ты хочешь перекусить со мной… Я не хочу показаться навязчивым или что-то в этом роде.

Мин Юнги

Чимин. Всё в порядке. Я правда хочу тебя увидеть.

И Мина тоже.

У неё будет инфаркт, когда она увидит красивого мальчика-фею воочию.

Чимин (Фея игрушек) Ты сказал ей, что я красивый? :)))))

Мин Юнги

Может быть, я и ворчливый, недавно разведённый отец-одиночка, но я не слепой Пак Чимин ;)

Чимин (Фея игрушек) Уууу, мне что, придётся начать называть тебя кокетливым хёном? Расскажи мне что-нибудь о Мине. Мне нужно хорошо подготовиться.

Мин Юнги

О, да!

Хороший ход!

Я сказал ей, что ты уже знаешь её прозвище — Мин-Мин, её любимая еда — вафли с клубникой и шоколадом, а её любимые цвета — синий и фиолетовый.

Чимин (Фея игрушек) Мин-Мин? Это самое милое, что я слышал, хён. Мин Юнги и Мин-Мин:) Они продолжили переписываться, говоря о Мине, о том, что Чимин получил степень магистра по работе с детьми с ограниченными возможностями, о том, как они встречали Рождество в детстве… Юнги подавил зевок и посмотрел на часы. ДВА ПЯТЬДЕСЯТ НОЧИ. Они переписывались несколько часов. Ни хрена себе.

Мин Юнги

Чимин, завтра мне нужно немного поработать над документами для клиента, а потом пойти на обед с лучшими друзьями, извини меня.

Чимин (Фея игрушек) БОЖЕ, ХЁН! Я ДИКО ИЗВИНЯЮСЬ! Я даже не заметил, как уже поздно!

Мин Юнги

Я тоже не заметил, не переживай.

Мне было очень приятно поболтать с тобой.

Но у меня есть маленький монстр, который запрыгнет ко мне в кровать меньше чем через 6 часов и потребует завтрак.

Чимин (Фея игрушек) Хахахах, хорошо, хён! Спокойной ночи! Спи крепко!

Мин Юнги

Ты тоже.

Спокойной ночи.

Чимин…

Чимин (Фея игрушек) Да, хён?

Мин Юнги

Я с нетерпением жду следующей пятницы.

Чимин (Фея игрушек) Я тоже <3

---

Следующие несколько дней они продолжали переписываться. Чимин был более разговорчив по ночам, он был занятой пчёлкой, но всегда находил минутку, чтобы отправить Юнги мем про кота или рассказать ему что-то смешное, что произошло на работе. Юнги никогда в жизни не спал так мало, но и никогда не чувствовал себя таким заряженным и жаждущим. — И я действительно увижу его? Прямо по-настоящему? Мина была полна энергии с того момента, как он сказал ей за завтраком, что они встретятся с мальчиком-феей за обедом в парке. Она настояла на том, чтобы надеть своё лучшее платье — то, которое подарила ей бабушка на прошлый день рождения, из синего бархата с улыбающимся солнцем, вышитым на груди. Они оба несли пакеты. Хотя Юнги приготовил бутерброды с яйцом, рис и гарнир, Мина настояла на том, чтобы зайти в магазин и купить сладости. — Папа, феи любят сладкое, я читала об этом в одной книжке. Мы должны принести Чимину сладкие угощения! — Хорошо, малыш, но не слишком увлекайся, хорошо? У него не так много времени, и мы не хотим, чтобы у него болел живот, верно? В итоге они набрали полный пакет шоколадных конфет, пирожных и моти. Логика Мины была ошеломляющей. — Нам нужно выбрать всего понемногу, потому что, что если мы купим только один вид пирожных, а ему они не понравятся? Я не хочу, чтобы фея злился на меня. Он может сказать Санте, что теперь я не очень-то милая. Кроме того, он волшебный, я уверена, что он может съесть целый магазин с тортами и остаться невредимым, — подтвердила Мина, полностью убеждённая в правдивости своих слов. — Но, детка, не забывай кое о чём. Ему нужно оставаться незамеченным. Он живёт среди нас с особой с миссией от самого Санты. — О, я понимаю, папа. Ему нужно смешаться с крестьянами. — Мина? Откуда ты выучила это слово? — Дядя Джинни научил меня. Он сказал, что он — король, я — принцесса, а все остальные — крестьяне. — А как же дядя Соки и я? — Он сказал, что вы можете быть у нас на службе с высокими почестями. Как те-тело… — Телохранители? — Да! Телохранители! Юнги засмеялся, поражённый и немного рассерженный на Джина. — Охранники, детка, телохранители. — Ты сможешь защищать нас от плохих парней, пока мы будем править королевством. Юнги заметил, что они приближаются к парку, и начал нервничать, поэтому он продолжил расспрашивать Мину о том, как они будут править королевством. — …И, папа, ни один ребёнок не останется один, те, у кого нет папы или мамы, будут жить во дворце под присмотром дяди Джинни, а я буду печь им печенье и читать сказки на ночь, чтобы они никогда больше не грустили, никогда в жизни! Юнги поцеловал тыльную сторону её руки, чувствуя прилив любви и тепла, охватывающий его душу. — Хён! Юнги-хён! Он поднял голову и увидел, что Чимин машет им рукой. «Так, вот и всё, Мин Юнги. Вдохни, выдохни. Ты делаешь это ради Мины. Но, пожалуйста, Господи, сделай так, чтобы они понравились друг другу, потому что если ничего не получится, я завязываю с флиртом». К ним подошёл Чимин, волосы под зимним солнцем переливались пастельно-розовым цветом, большие солнцезащитные очки красовались на его крошечном носу. — Привет, хён! — прощебетал он, а затем присел на уровень роста Мины и, сняв очки, поприветствовал её. — А ты, конечно же, Мина! Приятно познакомиться! — он протянул руку и подождал, пока она подойдёт. Юнги подумал, что Мина просто прячется за спину, как она делала в прошлом году почти с каждым, кого встречала впервые. Невозмутимая девочка, которая болтала с каждым встречным, исчезла, и чтобы вернуть её, потребуется нечто большее, чем встреча с придуманной феей. Он вздохнул, переживая из-за сложившейся ситуации, и уже собирался обнять дочь и сказать ей, что всё в порядке, но увидел её лицо. Мина смотрела на Чимина с открытым ртом и протянутой рукой. Юнги вопросительно посмотрел на него и увидел, что на его щеках блёстки, а веки накрашены золотыми тенями, и он выглядит совершенно потрясающе. — Хён, — прошептал он, глядя на него сбоку. — Я переборщил? Кажется, я сломал её. Юнги сильно рассмеялся, и этот звук, казалось, вернул Мину к реальности. Она пожала ему руку и одновременно поклонилась. — Приятно познакомиться с вами, господин Фея. — Можешь называть меня Чимин-оппа. — Чимин — прекрасное имя, оппа. Он уже очаровал её. Юнги чувствовал облегчение, но в то же время был настороже, словно не верил тому, что видит: они оба разговаривали и расставляли всё для пикника, как старые друзья. — Смотри, оппа, мы купили тебе много сладостей! — Правда? Я их обожаю! Откуда ты знаешь? Мина закатила глаза, как будто это была самая очевидная вещь в мире. — Потому что ты фея, оппа. А феи любят сладости и пирожные. Ты ведь любишь моти, оппа? — Я расскажу тебе один секрет, Мина… — Чимин понизил голос и приблизился к уху девочки. — Мои друзья зовут меня Мочи, это моё прозвище. — Правда? Но это же самое лучшее прозвище на свете, оппа! Ну, называть папу Ворчливым котом тоже очень забавно. Юнги поперхнулся, бутерброд с яйцом грозил провалиться в горло. Чимин прикрыл рот, его рука была обвешана различными милыми пластиковыми и серебряными кольцами и браслетами, и ему хватило приличия покраснеть, хотя бы немного. — Он и правда похож на кота, верно? — затем он посмотрел на Юнги с самой красивой и ослепительной улыбкой, которую только можно было получить в этой жизни. В животе у него забурлило, и он подумал: «Пожалуйста, пожалуйста, пусть это будет испорченный яичный салат, пожалуйста, если есть Бог, не делай так, чтобы я влюбился в Пак Чимина». Остальная часть пикника прошла невероятно быстро, на взгляд Юнги. Как только неловкость первой встречи прошла, они не переставали болтать обо всём на свете. Когда Чимин проверил свой телефон и поспешно встал, Юнги почувствовал, что у него защемило в груди. — Простите, хён, Мина, я уже пять минут как опоздал на работу! — он судорожно схватил свои вещи и поклонился им обоим. — Важные дела феи! Он ушёл так быстро, что день показался холоднее и мрачнее.

---

— Папа, когда ты вернёшь шарф Чимин-оппы? — спросила Мина на следующей неделе за завтраком. Юнги посмотрел на кухонную тумбу, на шарф, который Чимин оставил в парке, и вздохнул. — Скоро, Мина. Очень скоро. Всю неделю они переписывались, но Чимин готовился к экзаменам, и их общение стало более редким. Юнги вдруг почувствовал себя странным и неадекватным, как будто он мешал младшему. «Может, он вовсе не заинтересован, может, он немного кокетничает со всеми, но не более того, может, он просто делает одолжение, может, может, может…» Мина прервала ход его мыслей. — Но, папа, может, он замёрз, он же заболеет! Ты всегда говоришь мне, что зимой я должна носить шарф, шапку и пальто! — она подчеркнула свои слова, энергично тряся ложкой. — Хорошо, мисс. Давай сделаем кое-что. Доедай свои хлопья, пока мы не опоздали на первый день занятий, а я отдам шарф, когда отвезу тебя в школу, хорошо? — Передавай от меня привет Чимин-оппе. Скажи ему, что я скучаю по нему и хочу пойти на очередной пикник с кучей сладостей? Передашь? — Конечно, Мин-Мин. Папа передаст. Путь до торгового центра был мучительно медленным. На улицах царил хаос из офисных работников и родителей, все возвращались к своей обычной жизни после праздников. «Вот, кажется, и всё, — подумал Юнги. — Возвращаюсь к реальности. Я верну ему шарф, он поблагодарит меня, и тогда всё вернётся на круги своя. Ни Пак Чимина, ни фей. Только Мина и я, как и должно быть». Когда он вошёл в магазин игрушек, там был полный разгром. Он догадался, что после бурных праздников здесь нужно было навести порядок и сменить витрину. — Привет? Здесь есть кто-нибудь? — неуверенно спросил Юнги. Из-за занавески появился Тэмин с огромным пылесосом. — Доброе утро, мистер, извините за беспорядок, я могу чем-нибудь помо… О, это вы! — прежде чем Юнги успел отреагировать, мужчина крикнул себе за спину. — ЧИМИН-И, МИСТЕР ПАПОЧКА ЗДЕСЬ! Вы можете пройти в подсобку, Чимин проводит инвентаризацию, — с дьявольской улыбкой Тэмин оставил Юнги, а сам занялся делами в другом углу магазина. Юнги прочистил горло, расправил плечи и, не обращая внимания на пылающие красные уши, пошёл навстречу судьбе. — Привет? — О, привет, хён! Всё в порядке? — Да, я-я пришёл вернуть тебе твой шарф. Ты з-забыл его в парке. — О да! Мне не хватало его в гардеробе, но я не знал, где он! — Чимин продолжил двигать коробки туда-сюда, не встречаясь взглядом с Юнги. — Ну, вот и он! — Юнги сухо усмехнулся. — Я хотел сказать тебе, но мне показалось, что ты был очень занят, когда мы разговаривали на этой неделе, и я не знаю, я не хотел отвлекать тебя от экзаменов, так что да, вот твой шарф! Чимин взял пакет, который протягивал Юнги, и схватил его руки, сжимая их. — Так вот что происходило, хён? — Что ты имеешь в виду? — Поэтому ты почти не разговаривал со мной? Я думал, что я сделал что-то не так, и ты не хотел продолжать, что бы это ни было… — Подожди, я думал, что сделал что-то не так! Ты сказал мне, что занят, и я понял это вначале, но потом подумал, что ты меня избегаешь! — Я просто был занят, хён! Но разговор с тобой ночью был лучшей частью всего моего дня! — Я… я идиот, да? — И ты, и я. Чимин поставил пакет на полку и крепко обнял Юнги. Тот робко обнял его в ответ. — Эй, хён, смотри, — Чимин посмотрел вверх. Над их головами висела ветка омелы. — Можно? — Пожалуйста… Поцелуй был скорее обещанием того, что будет дальше, чем настоящим поцелуем. Прикосновение их губ, полных тепла и намёка на шоколад. Они прижались лбами друг к другу, тихо хихикая, как двое детей, поделившихся секретом. — Могу я тебя кое о чём спросить? — Конечно, хён. — Почему омела висит в подсобке магазина игрушек? Чимин улыбнулся, в его глазах появился блеск. — Я развесил её по всему магазину. Я ждал, когда ты вернёшься с моим шарфом… — Пак Чимин! — Иногда нужно немного подтолкнуть рождественское волшебство…