Сын своих отцов

       Се Лянь с большой заботой складывал вещи сына в дорожный мешок. Он тщательно проверил, чтобы вся одежда была целой, чтобы защитные талисманы были на месте. Кладя талисман связи, напитанный духовной силой, Се Лянь несколько раз сказал сыну;       — Береги этот талисман. Если что-то будет не так, немедленно воспользуйся им и свяжись со мной или папой. Не потеряй его.        — Хорошо, я понял, — кивал головой Вэй Ин. Се Лянь вздыхал. Вэй Ин, разумеется достаточно взрослый мальчик, но потерять важную вещь он мог легко.        — Не потеряй, — вновь повторил Се Лянь, закрывая дорожный мешок.        Хуа Чэн наблюдал за этой сценой со смесью эмоций. Он всегда умилялся такой заботе и волнению со стороны мужа, и всегда веселился тому, как Вэй Ин позже, потеряв что-то важное, оправдывался перед божественным папой. Сейчас же, эта ситуация вызывала у него лёгкую тревогу. Впервые за двенадцать лет они отпускают своего сына из Призрачного города в место, где полно заклинателей.        Вэй Ин человек, к тому же, с подачи Се Ляня, он занимался самосовершенствованием. Хуа Чэн иногда брал сына на «охоту» за мелкой нежитью, поэтому опыт в охоте у Усяня есть. Он вполне может защитить себя, дать отпор живым и неживым, но… Он всегда был под присмотром отцов, даже когда их не было рядом, они знали, где их сын и в каком он состоянии. Теперь, Вэй Ин отправляется в клан заклинателей, туда, где они не смогут следить за ним. В прочем, если Хуа Чэн или Се Лянь захотят, они глаз не спустят с сына, но они дали ему слово, что не станут вмешиваться, пока Усянь сам не обратится к ним. Так что, не только у Вэй Ина предстояла проверка на прочность, но и у его отцов.        — Ты точно уверен? — Хуа Чэн пригладил растрепавшиеся волосы сына. Вэй Ин, широко улыбаясь, кивнул.        — Я хочу, — сказал он. Се Лянь ещё раз вздохнул.        — Ладно. Я предупредил главу Цзян, о том, что ты прибудешь в течение трёх дней. Он будет ждать, — Вэй Ин едва мог устоять на месте, пока слушал демонического папу, — не знаю, когда именно они отправятся в Гусу Лань, — Хуа Чэн намеренно брезгливо подчеркнул название клана, — ты отправишься с ними. От имени клана Цзян, понял?        — Да, я всё понял ещё вчера, пап, — Вэй Ин улыбнулся. — Не волнуйтесь, я буду в порядке. Я умею драться.        — И ещё, А-Сянь, — Се Лянь положил руку на плечо сына. Вэй Ин уже почти догнал божественного папу в росте, немного удивляя его этим. — Пожалуйста, не рассказывай о том, кто твои родители. Ты будешь среди заклинателей, ты понимаешь?       — Да, демонов они не любят, — кивнул Вэй Ин, понимая к чему клонит Се Лянь, — а в то, что мой папа небожитель, они не поверят.        — Всё так, — кивнул Хуа Чэн. Он не был согласен с тем, что надо скрывать, что они отцы Вэй Ина. Се Лянь же напротив, считал, что если раскрыть это, то они подставят А-Сяня под удар. Хуа Чэн уступил мужу, не желая заострять на этом внимание. Вэй Ин сам решит, кому рассказывать о родителях, а кому нет.        — Ну, я пошёл? — Вэй Ин закинул дорожный мешок на плечо.        — О, мой мальчик, — Се Лянь обнял сына, — пожалуйста, будь осторожен. Береги себя и, если что-то не понравится, сразу возвращайся домой.        — Па-а-ап, — протянул Вэй Ин, улыбнувшись. В этот момент Хуа Чэн тоже обнял сына и мужа. Вэй Ин, несмотря на то, что был счастлив отправить в первое своё приключение, внезапно ощутил как на глазах навернулись слёзы. Он впервые покинет город один, отправится в клан заклинателей.       — Мы будем ждать тебя дома, — сказал Хуа Чэн, — помни, что мы всегда будем на твоей стороне, чтобы ни случилось.        — Угу, — глухо отозвался Усянь, пряча лицо в плече божественного папы, — спасибо вам. Я правда очень благодарен, — Вэй Ин поднял голову, смотря на отцов. — Спасибо, — он улыбнулся, а в глазах блестели слёзы.        Се Лянь едва и сам не разрыдался, смотря на сына, но сдержался и улыбнулся. Он погладил его по голове.        — Ладно, — Хуа Чэн прочистил горло. Был заметно, как ему сложно прощаться с сыном, но он старательно держался, — отправляйся, а то будешь добираться по темноте, — Хуа Чэн передал сыну карту, — там, на пути есть пара отметок, где ты можешь отдохнуть. Там безопасно.        — Хорошо, — Вэй Ин кивнул, пряча карту в рукав. Он вздохнул, переводя взгляд с одного папы на другого, — пока?               — Удачи, сынок, — Се Лянь взял мужа под руку.        — Береги себя, — Хуа Чэн похлопал сына по плечу.        Вэй Ин широко улыбнулся, кивнул и призвал свой меч. Он ловко запрыгнул на него и стал подниматься выше, махая отцам рукой. Он смотрел на них и махал, пока они не оказались скрыты за густыми деревьями. Тогда Вэй Ин повернулся лицом вперёд и выдохнул. Его приключение начинается сейчас и впереди, он мог бы поклясться, его ждало много интересных вещей. В первую очередь, он посетит клан Цзян и узнает, как же на самом деле живут заклинатели.        Се Лянь и Хуа Чэн стояли бок о бок, под руку, провожая сына взглядом. Когда он исчез из их поля зрения, Се Лянь повернулся к мужу и погладил его по плечу, успокаивая. Хуа Чэн быстро утёр покатившуюся по щеке слезу.        — Он так быстро вырос, — высказал он свою мысль.        — Да, слишком быстро, — согласился Се Лянь. — Идём в дом, я хочу что-нибудь выпить.        — Да, не помешает.        Они не сдвинулись с места и смотрели в небо ещё несколько минут.

***

       Вэй Ин не особо торопился в пути. Он с интересом рассматривал виды. Пусть часть из них он успел увидеть за годы «незаконных» вылазок из Призрачного города, он всё ещё восхищался красотой. Густые леса, высокие горы, узкие и широкие реки с бурным и не очень потоком. Чем дальше Усянь был от Призрачного города, тем чаще ему стали попадаться домики, одиночные, для путешественников, или целые деревеньки из нескольких десятков домов. Некоторые люди, заметив юношу на мече, удивлённо или восхищённо смотрели на него. Как ни странно, но заклинателей, летящих на мече, встретить можно было не часто. Вэй Ин ещё об этом не знал. Он о многом ещё не знал.        Пролетая очередную деревушку, он с любопытством смотрел на оживление на рыночной площади. Она была небольшой, но людей там собралось много. Похоже, случился какой-то скандал. Вэй Ин уже подумывал спуститься и узнать, что стряслось, но увидев пару бродячих собак, резко передумал и продолжил свой путь.        Вэй Ин не знает, как и почему он начал бояться собак. Сколько он себя помнил, он всегда их боялся, даже не просто боялся, а впадал в ужас от одного их вида. Несколько раз Усянь пытался побороть свой страх, но стоило ему увидеть собаку, или услышать её лай, и он бледнел так сильно, что становился похож на демонического папу. Если собака внезапно оказывалась рядом, Вэй Ин стремился спрятаться где-нибудь, но в последнее время он не сталкивался с собаками. В Призрачном городе от них избавлялись быстро, Вэй Ин даже не узнавал о том, что они были. А вот с волкоподобной нежитью, которую Вэй Ин опасался не меньше чем простых собак, приходилось сложнее. Они жили в Призрачном городе и знали о страхе Усяня, ведь Хуа Чэн ясно дал понять, что за сына он уничтожит каждого. К счастью, все они были достаточно разумны, чтобы не приближаться к Вэй Ину, а на расстоянии Усянь не так уж их и боялся.        «Теперь они могут спокойно ходить» — подумал Вэй Ин. Его не будет в Призрачном городе, по меньшей мере, год и вся нежить может расслабиться, вернуться к привычному ритму жизни, то есть к тому, как они жили до появления Вэй Ина. Он знал, что когда отцы решили оставить его и воспитывать, в Призрачном городе многое изменилось. В первую очередь, крови и убийств стало куда меньше. Лет до семи Вэй Ин даже не знал, что живёт среди нежити. Уже позже он стал понимать, что Призрачный город — необычный город. В конце концов, поняв, как обстоят дела, он отнёсся к этому спокойно. Он жил в Призрачном городе всю жизнь и ему точно нечего опасаться, тем более, когда его родители — Непревзойдённый Князь Демонов и Небесный Владыка.        «Кому ещё могло так повезти?» — Вэй Ин не сдержал смеха. Вот уж во что людям будет точно сложно поверить, так это в то, что Князь Демонов и Небожитель, двое мужчин, являются отцами простого человеческого мальчика! Люди совершенно точно примут Вэй Ина за сумасшедшего, если он расскажет им об этом.        Поток мыслей, запутанный и непрерывный, крутившийся в голове Усяня, был сбит группой кроликов. Белые пушистые малыши сидели на открытой поляне в траве, жадно поглощая её. Их было не меньше двадцати и все будто копия друг друга. Стоило Вэй Ину их увидеть, как все мысли и цели были отброшены назад, его взгляд сверкнул, и он быстро полетел вниз. Вытянув руки, он попытался схватить одного из кроликов, сидевшего чуть в стороне от других, но маленькие комочки оказались шустрее. Услышав странный шум, они мгновенно бросились бежать. Бежали они удивительно быстро, но Вэй Ина это не могло остановить.

***

Ретроспектива[1]

[1] Ретроспекция — взгляд в прошлое. Фактически, то же самое что флешбек, но литературным языком.

       Спустя долгие часы, в Доме Блаженства снова установилась тишина. Маленький мальчик, раскинув руки и ноги в разные стороны, спал на больших подушках с красными цветами. Се Лянь осторожно выдохнул, бесшумно встал и вышел из комнаты, прикрыв за собой тяжёлую дверь. Несколько часов маленький А-Сянь бился в истерике и никто не мог его успокоить. Се Ляню и Хуа Чэну пришлось дважды сменять друг друга, чтобы отдохнуть. И наконец, мальчик уснул.        — Никогда не думал, что с детьми может быть так сложно, — поделился Се Лянь, заходя в соседнюю комнату. Стены были достаточно толстыми, чтобы не пропускать звуков в комнату А-Сяня, но Се Лянь всё равно говорил тихо, боясь потревожить мальчика и разбудить его. Ещё несколько часов истерики он точно не сможет выдержать.        — Я тоже, — Хуа Чэн лежал на большой кровати с кучей подушек. Лицо его было спрятано в сгибе локтя. Даже князь демонов смог вымотаться. — Никогда не заботился о детях.        — Может быть, предложения наставника Мэй не так уж плохо? — Се Лянь подошёл к кровати и сел рядом с мужем. Они оба никогда не заботились о таких маленьких детях и свой родительский путь начали совсем недавно, поэтому они часто не понимают, что и как им лучше сделать. Им приходится обращаться за помощью и слушать множество советов, которые, в прочем, не всегда приносят пользу.        — Ты доверяешь советам наставника Мэй? — Хуа Чэн убрал руку и посмотрел на супруга. Се Лянь неопределённо покачал головой и устало улыбнулся.        — По крайней мере, он знает, как заботиться о детях. — Се Лянь восхищается многими качествами наставника Мэй, в том числе его умением ставить Цзюнь У на место. Тем не менее, как и Хуа Чэн, он относится скептически к его предложением в помощи воспитания А-Сяня, но с каждым новым днём, Се Лянь думает о том, чтобы принять помощь.        — Я согласен, но если при этом старик не будет подходить к нашему сыну. А лучше, если он вообще не будет появляться в Призрачном городе. Ему нечего тут делать, — Хуа Чэн повернулся на бок, обняв мужа за талию. Се Лянь тихо рассмеялся, поглаживая Хуа Чэна по волосам.        — Хорошо, я и сам не пущу Цзюнь У к А-Сяню.        Хуа Чэн согласно кивнул и уткнулся Се Ляню в бедро. Им обоим необходима пара часов отдыха, не физического, а морального.

Сейчас

       — Я хочу, чтобы ты узнал всё обо всех Лань, — тон Хуа Чэна был таким, что Инь Юй ощутил как всё его тело сковал леденящий ужас. Он не мог даже раскрыть рта, чтобы что-то ответить. — Клан Гусу Лань, Облачные глубины. Найди там Лань Чжаня, — Хуа Чэн буквально выплюнул это имя, — узнай о нём всё, о его семье, друзьях, даже о тех, кто просто проходил мимо. Я хочу знать о каждой секунде его жизни в подробностях, в красках. И я хочу знать, как и где мой сын пересёкся с этим человеком.        Инь Юй с трудом кивнул, всё ещё поражённый внезапной свирепостью Хуа Чэна. Не трудно было догадаться, что этот Лань Чжань стал объектом воздыхания молодого господина. В противном случае, Хуа Чэн бы так не реагировал и Се Лянь бы не присутствовал здесь. Супруги никогда не вмешивались в работу друг друга, но всегда шли на уступки или делились новостями. Раз Се Лянь сейчас сидит чуть в стороне от мужа с задумчивым выражением лица, значит, это дело касалось их обоих.        — И где эта селёдка? — Всё ещё недовольный, но уже менее грозный, спросил Хуа Чэн. — Я увеличу его долг, если он и дальше будет меня избегать.        Долг «селёдки» возрастал каждый раз, когда Хуа Чэн того пожелает, для этого даже не нужен был повод. Инь Юй давно убедился в том, что Хуа Чэн даже не думает о том, чтобы простить долг. Он предпочтёт оставить «селёдку» своим вечным рабом-должником, а вот сама «селёдка» всё ещё тешит надежду, что когда-нибудь выплатит этот злосчастный долг.        — Почему ты всё ещё здесь? — Спросил Хуа Чэн и Инь Юй, поклонившись, быстро покинул зал.        — Ты ведь что-то знаешь о Ланях, — Се Лянь говорил медленно, растягивая слова, потому что всё ещё находился в раздумьях. Хуа Чэн покачал головой и пересел к мужу.        — То что я о них знаю, делает их очень плохими людьми, не достойными даже стоять рядом с А-Сянем.        — Веришь, что Лань Чжань другой?        — Хочу надеяться на это. Не выдержу, если сердце нашего А-Сяня будет разбито.