Глава 5. Часть 49. Время сожалений
4 ноября 2024 г., 18:46
Цзян Чэн с трудом открыл глаза. Он лежал на земле, его тело ныло от боли, а перед глазами всё расплывалось. Он с трудом различил белый силуэт рядом и дёрнулся, хватаясь за меч. Он смог сделать взмах мечом и тот ударился о другой меч с холодным звоном. Лишь спустя пару секунд Цзян Чэн понял, что на белых одеждах человека перед ним нет никаких красных узоров.
— Молодой господин Цзян, — знакомый голос нарушил тишину.
— Лань Ванцзи? — С удивлением осознал кто перед ним Цзян Чэн.
Зрение прояснилось, и теперь Цзян Чэн видел, что перед ним и правда находится Лань Ванцзи. Он убрал Бичэнь обратно в ножны и протянул руку Цзян Чэну. Ваньинь, на мгновение замер удивлённый не только нахождением второго молодого господина Лань здесь, но и его внезапным участием, но придя в себя он ухватился за руку второго нефрита, поднимаясь с земли. С трудом встав на ноги, Цзян Чэн огляделся. Никаких следов Вэней или Вэй Ина.
— Где Вэй Ин? — Спросил Цзян Чэн, обернувшись к Лань Ванцзи. Тот нахмурился и качнул головой. Он сам надеялся узнать ответ на этот вопрос, но видя состояние Цзян Чэна, понимал, что ответ он не получит.
Ненадолго лес вновь погрузился в тишину. Цзян Чэн лихорадочно пытался придумать что ему делать, как поступать, где искать Вэй Ина. Лань Ванцзи собрался пойти дальше, искать Вэй Усяня, идти по следу Цишань Вэнь, но внезапно раздался тихий звон. Холодный и чистый, уже знакомый обоим юным заклинателям. Они вздрогнули и стали оглядываться в поисках источника этого звука, но вскоре за звоном последовал громкий крик, быстро прервавшийся. Цзян Чэн и Лань Ванцзи схватились за мечи.
Очевидно, если бы адепты Вэнь знали, с кем они могут столкнуться в этом походе, они бы предпочли возразить своему главе. Да, несомненно они бы получили за это наказание, но наказание от главы Вэнь было лучшим выбором, нежели встреча с Собирателем Цветов под Кровавым Дождём. Не узнать Князя демонов в высоком мужчине в красных одеждах с серебряными украшениями было бы преступлением.
Цзян Чэн и Лань Ванцзи успели немного подготовить себя ко встрече с демоном, идя по звону серебряных колокольчиков, но они всё равно впали в ступор, увидев демона. Лань Ванцзи был также удивлён увидев и Се Ляня. Бог-покровитель его клана стоял чуть в стороне от демона, приложив указательный и средний пальцы к виску. Когда появились юные заклинатели, Се Лянь обернулся. Он не ожидал, что с ними будет Вэй Ин, потому что не ощущал знакомой тёплой энергии сына. Се Лянь ничего не сказал юношам, но его взгляд упал на Суйбянь, который Цзян Чэн подобрал с земли по пути сюда.
— Где А-Сянь? — Спросил Се Лянь. Хуа Чэн на мгновение отвлёкся от трясущихся в страхе адептов Вэнь. Они стояли на коленях на земле, перепачканные в крови, саже и грязи. Пара обезглавленных тел их соклановцев лежала рядом. Цзян Чэн догадался, что тут происходит и поспешил ответить;
— Мы не знаем. Вэй Ин спас меня, но… я не знаю, что с ним произошло, — Цзян Чэн двумя руками передал подошедшему Се Ляню меч. Небожитель принял его с мрачным выражением лица. Уже сейчас он видел, что меч запечатался, а это происходит в двух случаях и оба они были печальными.
— Последний раз, — обратился Хуа Чэн, находясь на грани терпения, — где мой сын?
Заклинатели Вэнь тряслись словно листья на ветру, не в силах сказать что-то связное. Единственное, что Цзян Чэн смог разобрать «умоляю» и «пощадите». Очевидно, Хуа Чэн не это желал услышать. С каждой секундой его лицо становилось всё мрачнее и мрачнее. Его острый взгляд впивался в каждого адепта Вэнь, будто нанося им невидимые раны, от которых они скулили как побитые псы.
— Где. Мой. Сын? — Ледяной тон Хуа Чэна был способен заморозить душу.
— П-п-пог-г-реб-бальные х-х-холм-мы, — выдавил кто-то из себя наконец. Се Лянь и Хуа Чэн обратили взоры на этого человека, от чего тот сильнее сжался, — м-м-молод-дой г-господ-дин В-вэнь от-тправ-вился с н-ним т-туда.
Стоило мужчине закончить говорить, как его голова коснулась земли, а за ней и тело. Той же участи удостоились и остальные Вэнь. Земля быстро окрасилась алым, запах крови стал настолько сильным, что Цзян Чэна замутило. Смотря на тела, он с трудом мог принять тот факт, что небожитель, тот самый благородный и добрый о котором Вэй Ин рассказывал едва ли не каждый день, сейчас был так холоден в отношении убитых людей. Се Лянь даже не взглянул на трупы, обращаясь к мужу.
— Найди нашего сына, — сказал он. Хуа Чэн коротко кивнул.
— Найду, гэгэ, — подойдя к супругу, он мягко коснулся губами его щеки и ушёл. Се Лянь сжал Суйбянь. Сегодня нарушились все законы, но Се Ляню было уже всё равно, он желал скорее увидеть сына, убедиться, что он в порядке.
***
Вэй Ин смотрел на чёрную бездну, разверзнувшуюся под ним. Он даже не мог представить, как высоко находится и сколько ему предстоит падать. Ледяной влажный ветер, принося с собой затхлый запах, забирался под одежды и будто сковывал тело ледяными цепями. Боль в груди уже начала утихать, но, словно огонь, всё ещё опаляла его изнутри. Светлой ци в теле не осталось, Вэй Ин даже не мог ощутить её вокруг себя. А вот тёмную энергию Вэй Ин ощущал отлично. Она окружала его со всех сторон, как масло, липла и тянулась за ним. Тёмная ци внутри, перетекала по телу Вэй Ина, медленно и лениво. Больше её не сдерживала светлая энергия. Вэй Ин дёрнулся, когда раздался мерзкий хохот Вэнь Чао. Весь путь сюда он то и дело шутил мерзкие шуточки, которые были смешные лишь для него. Вэй Ин даже не помнил что именно тот говорил. Всё что он запомнил это желание Вэнь Чао наказать Усяня за то, что тот посмел покалечить кого-то из его людей. Единственный, кого Вэй Ин покалечил, а не убил, был Вэнь Чжулю, он лишился своей руки и стал теперь бесполезным, хотя ранее был очень ценным человеком. Руки, удерживавшие Усяня в воздухе, исчезли и Вэй Ин стал падать. Ничего, за что можно было бы уцепиться, не было, да и сил у Вэй Ина не хватило бы на это. Всё, на что он был сейчас способен — падать. Сердце заходилось в бешеном ритме от страха и осознания неизбежного столкновения с землёй. Может быть, он не умрёт сразу — думал Вэй Ин, — может быть он сломает себе много костей и будет лежать там пока силы совсем не покинут его. Вэй Ин успел подумать о сестрице Янли, которая должна сейчас быть в деревне Водных каштанов, в безопасности. И о Цзян Чэне, который, надеялся Вэй Ин, сейчас тоже в безопасности. Больше всего боли приносила мысль о том, что он так грубо обошёлся с демоническим папой, сказал те жуткие слова, и даже не попрощался с божественным папой. Слёзы сами собой появились на глазах. Вэй Ин зажмурился, падение должно вот-вот прекратиться, он упадёт на твёрдую землю. «Простите» — подумал Вэй Ин. В момент, когда Вэй Ин должен был уже столкнуться с одним из острых пиков скал, он внезапно ощутил как чьи-то крепкие руки подхватили его и прижали к себе. Вэй Ин распахнул глаза, уставившись на ярко-красную ткань одежд и чёрные волосы, трепещущиеся от ветра. — Я держу тебя, — прошептал Хуа Чэн, прижимая к себе сына. Впервые он ощущал такой страх, который даже не смог скрыть, — всё хорошо, я держу. Держу, — повторял Хуа Чэн, больше для себя, нежели для сына. Он успел. Хуа Чэн мягко приземлился на землю. Тёмная ци вокруг всколыхнулась, желая получить живую плоть, но моментально отступила и затихла, не смея выступить против Князя демонов. — Папа, — Вэй Ин обхватил демонского папу за шею, держась за него так сильно, что даже мышцы заныли, и зажмурился. По его щекам потекли горячие слёзы, — прости меня, прости. Прости, я подвёл вас. — Нет, — Хуа Чэн присел, усаживая сына на свои колени, и погладил его по голове, — нет, не говори так. — Мне жаль, — Вэй Ин всхлипнул, сжимая в кулаках красную ткань. — Мне жаль, я думал, что справлюсь. — Всё будет хорошо, — Хуа Чэн прикрыл глаз, — мой драгоценный А-Сянь, всё хорошо. — Мне жаль. — Нет, не надо так говорить. Ты молодец, ты хорошо постарался. — Хуа Чэн выпрямился, перед ним открылись врата, — идём домой, — он шагнул вперёд. Се Лянь, в тот момент только вернулся в Дом Блаженства, положил меч Вэй Ина на подставку. Увидев мужа и сына на его руках, Се Лянь на мгновение побледнел и лишился дара речи, но быстро вернул себе самообладание и бросился к ним. — Пап, — Вэй Ин слез с рук Хуа Чэн, но больше ничего не смог сказать. Он продолжал держаться за руку демонического папы, потому что сил было совсем мало, и он едва стоял на ногах. — Мой мальчик, — Се Лянь обнял сына так крепко, что даже побоялся, что мог сломать ему пару рёбер. — Небеса милостивые, я так волновался. Мой милый, А-Сянь, ты жив. — Прости… — Вэй Ин опустил голову. — За что ты просишь прощения? — Се Лянь в непонимании оглядел сына, замечая за следами от земли царапины и синяки, — ох, тебе нужен лекарь! — Вэй Ин ухватил божественного папу за руку, прежде чем тот отвернулся, чтобы обратиться к Инь Юю. — Пап… Се Лянь замер, смотря на руку сына. Всё время от Вэй Ина исходила приятная тёплая энергия, как воздух вокруг костра. Хуа Чэн и Се Лянь ощущали её даже когда Вэй Ин находился достаточно далеко от них, так они понимали, что он жив и в порядке, но теперь… Се Лянь не ощущал этой энергии, этого тепла, хотя сын стоял перед ним, живой. — Твоё ядро, — совсем тихо выдохнул Се Лянь. — Мне жаль. — Я… — Голос Вэй Ина дрогнул. Ему стало так внезапно сложно говорить. В горле встал ком, а в глазах защипало от подступивших слёз. — Обсудим это позже, — Хуа Чэн положил руку на плечо Вэй Ина. Се Лянь кивнул, соглашаясь с супругом. Сейчас важнее физическое состояние их сына, позже они обсудят остальное. Се Лянь попытался улыбнуться, приободриться, но его лицо выражало столько беспокойства и боли за сына, что Вэй Ин не мог смотреть ему в глаза. На душе было так паршиво. Он заставил отцов волноваться, а всё из-за своей глупой самонадеянности. Он думал, что уже достаточно взрослый и достаточно сильный, что сможет защитить себя и брата Цзян, целый клан Цзян! А в итоге он даже ядро сохранить не смог, подвёл себя, подвёл родителей. — Всё будет хорошо, — Хуа Чэн погладил сына по голове. В волосах застряли веточки, листья и трава, их придётся долго вычёсывать, — ты молодец, — Вэй Ин поджал губы. Он знает, что он на самом деле не молодец. — Давай, ты сейчас отдохнёшь, тебя осмотрит лекарь, а потом, если захочешь, мы поговорим. Вэй Ин молча кивнул. Ему казалось, что если он сейчас просто откроет рот, чтобы что-то сказать, то разрыдается в голос, как маленький ребёнок.***
Огонь, пожиравший Пристань лотоса медленно стихал. Ши Уду с лёгкой тоской смотрел на клан, которым он долгое время восхищался. Теперь от былого величественного клана на воде остались угли и сотни трупов. Ши Уду, несомненно, было жаль этот клан, и дело было не только в том, что он находился на его территории. Небожители тоже имеют чувства, умеют привязываться и испытывают боль по отношению к людям, которых могут даже не знать. В конце концов, все они когда-то были смертными людьми и, вознесясь, они получили обязанность оберегать людей. Правила их ограничивают, но они умеют находить лазейки, но в этот раз Ши Уду не вмешался, не сразу, по крайней мере. Теперь он думал о том, что должен бы вмешаться раньше. — Это естественный ход истории, — вздыхал Повелитель Вод, проходя по тропинке засыпанной обуглевшими досками. Пройдя по дорожке, он оказался перед резиденцией семьи Цзян. Клан лишился многих людей, теперь его ждёт много изменений. Ши Уду надеялся, что новый глава клана восстановит Юньмэн Цзян и он будет таким же восхитительным как раньше. А пока Уду помолится за души всех, кто погиб этой ночью.
