Сын своих отцов

      Солнце всё ближе подбиралось к горизонту. Вэй Ин следил за этим не отводя взгляда. Время у главы Цзинь на принятие решения оставалось всё меньше и, судя по тому, что говорили Хуайсан и Цзян Чэн, периодически приходившие, Цзинь Гуаншань не особо спешил с каким-то решением в отношении остатков клана Вэнь. Лань Сичэнь всё же пытался получить от него какие-то внятные ответы на заявление Вэй Ина, но сославшись на какие-то неотложные, безумно важные дела, глава Цзинь фактически сбежал от молодого главы Лань.       — Ты же не в серьёз? — Спросил Цзян Чэн, когда в очередной раз пришёл в квадратную беседку к Вэй Ину. Он всё ещё сидел и смотрел на солнце, уже частично скрывшееся за горизонтом.       — Считаешь, я не серьёзен? — Вэй Ин нахмурился, повернувшись к Цзян Чэну. Его лицо и тон ничего не выражали, но от этого Цзян Чэну было лишь более жутко. Вэй Ин не был похож сам на себя.       — Слушай, я не думаю, что тебе стоит действовать так опрометчиво… — Цзян Чэн прислонился спиной к одной из колонн беседки, и потёр лицо рукой, собираясь с мыслями. — Если ты начнёшь конфликт с кланом Цзинь, это будет нелегко исправить.       — Я уже сказал, брат Цзян, я буду действовать от своего имени, больше я не имею к клану Цзян никакого отношения. — Вэй Ин отвернулся. Солнце уже скрылось наполовину.       — Значит, ты серьёзен? — Цзян Чэн внимательно посмотрел на Усяня. Тот кивнул.       — Да, абсолютно.       — Ладно, как скажешь, — Цзян Чэн вздохнул. Немного постояв, он всё-таки ушёл, оставляя Усяня и дальше наблюдать за солнцем.       Вернувшись в резиденцию Цзинь, где адепты его клана уже собирались, чтобы покинуть город, Цзян Чэн отправился к матушке и старшей сестре. Он хотел убедиться, что они тоже готовы, чтобы покинуть город. Цзян Чэн не хотел, чтобы их считали причастными к тому, что может произойти в совсем скором времени. Юй Цзыюань рассчитывала на поддержку мадам Цзинь, но всё может обернуться так, что даже хозяйка клана не станет вступаться за подругу детства. Напомнив матушке о безопасности Янли, которая не способна защищать себя, так как не обучалась владению мечом и не занималась совершенствованием, Цзян Чэну удалось убедить её собрать вещи.       — Все готовы, — сказал Цзян Чэн, увидев матушку с сестрой. Янли старалась сохранять спокойствие, но было заметно, как она взволнованна и обеспокоена. Цзян Чэн подошёл к ней, беря за руки, — сестра, всё будет хорошо, — он улыбнулся ей. Девушка не поверила в эти слова, но тоже улыбнулась.       — Береги себя, А-Чэн, моё сердце не выдержит, если ты пострадаешь.       — Не волнуйся, — кивнул Цзян Чэн. Они коротко обнялись, после чего Цзян Чэн повернулся к матушке, смотревшей на него серьёзным взглядом. Из-под ворота на шее женщины немного выглядывал шрам от ожога. Он уже зажил достаточно, но всё ещё выглядел болезненно. Юй Цзыюань не особо старалась его скрыть как и не старалась следовать советам лекарей, пытавшихся убедить женщину больше отдыхать. — Матушка…       — Послушай, — Юй Цзыюань говорила серьёзно, тоном, который не терпел возражений, и всё же в нем проскальзывали неясные нотки не то тревоги, не то раздражения. — Я всё ещё считаю, что ты принял очень глупое решение, я бы могла забрать тебя силой, — Цзян Чэн хмыкнул на это, но мадам Юй не обратила на это внимание, продолжая: — но даже если я считаю это решение глупым, я приму его, потому что ты уже достаточно взрослый. Я лишь надеюсь, что ты осознаёшь всю серьёзность того, во что хочешь ввязаться…       — Да, матушка, я всё понимаю, — Цзян Чэн снял кольцо с указательного пальца и протянул его матушке. Юй Цзыюань несколько секунд смотрела на маленькое серебряное кольцо в руке сына, а потом отрицательно качнула головой.       — Оно твоё, ты хозяин Цзыдянь, — женщина шагнула к сыну и обняла его. Крепко сжимая сына в руках, она прикрыла глаза. Её сердце как матери не могло найти место, она не хотела уходить без сына, но она понимала, что её сын упрям, немного глуп, но всё-таки храбрый. Он желает отдать долг Усяню, вместе с тем надеется избежать нового конфликта. Она надеялась, хотела верить в то, что небеса окажутся милостивы к ним и клан не лишится ещё одного важного человека. — Будь осторожен. — Почти на грани слышемости прошептала женщина. В её голосе отчетливо слышалось волнение.       — Обязательно. — Также тихо ответил Цзян Чэн. Внутри всё дрожало, но он не желал отступать. Он хотя бы попытается что-то сделать.

***

      Цзян Чэн наблюдал за тем, как адепты клана Цзян спешат покинуть Ланьлин Цзинь. Юй Цзыюань объяснила такую спешку мадам Цзинь, тем, что клану Цзян предстоит сделать ещё много работы, прежде чем они восстановятся, поэтому они не могут проводить много времени в других кланах. Мадам Цзинь едва поверила в её слова, но с добродетельной улыбкой пожелала им хорошего пути и высказала надежды на то, что в скором времени они вновь увидятся за столом как друзья. Она также тонко намекнула на то, что Цзинь Цзысюаню очень понравилось общаться с девой Цзян, и было бы неплохо им снова встретиться. Юй Цзыюань обещала подумать над этим.       — Братец Цзян, — Хуайсан спешно подошёл к Цзян Чэну, хватает его за руку. — Мой старший брат в ярости! Прошу, спрячь меня.       — Хуайсан, мне сейчас не до тебя, — Цзян Чэн помассировал виски, в попытке избавиться от нарастающей головной боли.       — Я знаю, братец Цзян, и я бы не стал тебя беспокоить, пошёл бы к старшему брату Лань, но он всё ещё пытается добиться ответов от главы Цзинь.       — И как успехи? — Цзян Чэн повернулся к Хуайсану, который состроил такое выражение лица, что было и без слов понятно, как успехи молодого главы Лань.       — Никак, — вздохнул Хуайсан, — Глава Цзинь просто избегает разговора. Он, похоже, решил, что лучше оставить все как есть, ничего не говорить. Хотя я уверен, он попытается всё скрыть до того, как остальные подхватят настрой старшего брата Лань. Лань Сичэнь просто так не сдастся.       Цзян Чэн посмотрел на него с настороженностью. Хуайсан всегда был склонен к драматизации, но он также был умным человеком, и в данном случае его слова не вызывали сомнений. Ситуация накалялась, и чем дольше Цзинь Гуаншань тянул с ответом на вопросы, тем хуже становилась атмосфера и настроение Вэй Ина.       — Мы не можем просто сидеть сложа руки, братец Цзян. Если мы ничего не сделаем, это может плохо кончиться! — настаивал Хуайсан и Цзян Чэн кивнул, соглашаясь с ним. Им и правда надо что-то сделать, прежде чем всё обернётся в худшую из сторон. — Но знаешь, мы можем узнать правду, и в этом нам может помочь братец Цзинь.       — Павлин? — Цзян Чэн чуть не подавился воздухом от удивления, но Хуайсан отмахнулся от него.       — Нет, конечно, с молодым господином Цзинь я не говорил и даже не видел его после собрания, я о братце Цзинь Гуанъяо, — Цзян Чэн нахмурился, совсем не понимая, о ком говорит Хуайсан, — Ну же, братец Мэн Яо, ты видел его в моём клане.       — Тот, — Цзян Чэн поднял руку на уровень своего плеча, но получив невольный взгляд от Хуайсана, убрал руку за спину, — что вечно ошивался с твоим братом и Лань Сичэнем?       — Да, он самый. Он внебрачный сын главы Цзинь.       — Кто бы сомневался, — Цзян Чэн закатил глаза.       — Можешь себе представить, его день рождения в один день с днём рождения молодого господина Цзинь.       — Всё это безумно «интересно», но как он может помочь? — Цзян Чэн скрестил руки на груди и выгнул бровь, — не помню, чтобы глава Цзинь давал власть своим бастардам.       — Братец Цзинь добился уважения и своего поста своими силами, — Не Хуайсан сказал это так обиженно, словно Цзян Чэн усомнился в его происхождении и его способностях. Цзян Чэн прищурился, начиная потихоньку догадываться.       — Слушай, а этот братец Цзинь и ты, случайно?..       — Братец Цзинь узнал, где держат преступников Вэнь, — поспешил сменить тему Хуайсан, — и мы можем сходить туда всё проверить. — Цзян Чэн всё ещё смотрел на Хуайсан немного прищурившись, а тот делал вид, будто ничего не замечает. — Брат так взбесился, когда узнал об этом, клянусь, если он увидит меня, его вены взорвутся от злости. Давай поторопимся, пока он не нашёл меня.       — Ты серьёзно хочешь в это влезть?       — Почему нет? Мне же любопытно, — Хуайсан пожал плечами.       — Ты же обычно не лезешь туда, где опасно. Не считая Бездонного омута и дружбы с Вэй Ином, разумеется, там ты изменил себе. Так что, в чём причина?       — Мне просто любопытно, братец Цзян, я же тоже хочу поучаствовать в чём-то интересном, и таком важном. Давай, солнце уже скоро сядет, я боюсь, что братец Вэй сойдёт с ума. Ты видел его взгляд? Мне кажется, тёмная ци очень плохо на него влияет.       — Ладно, хватит трещать, у меня уже уши болят от твоего голоса. — Цзян Чэн глянул на заходящее солнце, оно и правда уже скоро скроется за горизонтом, времени у них было не больше двадцати минут. — Где этот твой братец Цзинь?       — Ждёт на тропе, идём, — Хуайсан схватил Цзян Чэна за руку и потащил за собой.       Проходя по тропе, Цзян Чэн бросил взгляд на Вэй Ина, он всё ещё сидел в квадратной беседке, смотря на закат. Он не выглядел напряжённым, наоборот, он был расслаблен, и его лицо казалось умиротворённым, словно бы его никак не волновало то, что может произойти в скором времени. Цзян Чэн даже подумал, что быть может Вэй Ин блефовал и на самом деле он не собирается ничего делать, лишь припугнул главу Цзинь, чтобы тот сознался?       «Но говорил он серьёзно» — напомнил себе Цзян Чэн. В их разговоре Усянь совсем не шутил, да и в зале он тоже вряд ли был хоть сколько-то несерьёзен. С той аурой, с которой он там стоял, говорил, угрожал, никто шутить не станет. В прочем, может у власть имеющих понятие шуток другое и Вэй Ин вполне может и пошутить — «В его стиле» — мысленно усмехнулся Цзян Чэн, следуя за Хуайсаном к концу тропы, где стояли два адепта Цзинь, а не один, как ожидал Цзян Чэн. Хуайсан тоже казался удивлённым — Цзинь Гуанъяо не говорил о том, что приведёт кого-то.       — Какого?.. — Задался вопросом Цзян Чэн, когда разглядел лицо юноши повыше, — что ты тут забыл? — Спросил он с лёгким пренебрежением, подойдя ближе.       — Хочу знать правду, — Цзинь Цзысюань дёрнул головой, принимая свой обычный надменный вид, — я верю отцу, но я должен убедиться, прежде чем защищать его.       — Конечно, — Цзян Чэн криво усмехнулся.       — Ты ведь тоже идёшь, чтобы убедиться в словах Усянь.       — Для тебя он молодой господин Вэй, не стоит говорить так пренебрежительно в его отношении. В конце концов, ты видел кто его отцы. И знаешь ли, у меня веры в слова Вэй Ина больше, чем в слова твоего отца.       — Хватит мериться у кого больше и сильнее, — цокнул Не Хуайсан и указал на небо, — закат уже скоро, а мы тут зря время тратим. Пошли, братец Цзинь, — Хуайсан взял Гуанъяо под руку, и они пошли вперёд. Цзян Чэн и Цзинь Цзысюань, обменявшись раздражёнными взглядами, пошли следом за ними.

***

      Лань Сичэнь устало вздохнул, покидая главу Цзинь. Никакого ответа, даже около конкретного он так и не получил. Даже дозволения увидеть преступников ему не удалось получить, что было очень странно и подозрительно — «наш клан пострадал от деяний Цишань Вэнь, мы как никто имеем права видеть виновников» — думал Сичэнь. От проведения суда они отказались, так как были заняты погребением погибших и восстановлением клана, им было некогда думать о суде над остатками клана Вэнь, и сейчас Лань Сичэнь жалел, что не принял в этом участие, тогда он бы мог не только своими глазами увидеть преступников, но и проследить за тем, чтобы наказание было справедливым. «Моё упущение» — вздохнул молодой глава, принимая свой промах.       — Брат, — Лань Ванцзи стоял в коридоре с видом потерянного щенка, расстроенного и подавленного, а ещё очень обеспокоенного.       Лань Сичэнь понимал, что его младший брат сейчас обеспокоен сразу несколькими вещами: состоянием самого Сичэня, положением дел с кланом Ланьлин Цзинь и тем, что собрался делать молодой господин Вэй. О последнем, пожалуй, Лань Чжань беспокоился больше всего. Буквально вчера им удалось наладить контакт, они хорошо провели время вместе, а теперь Вэй Ин собирается идти против могущественного клана, в одиночку.       Ванцзи так долго страдал от своих чувств и мыслей, которые казались ему «неправильными», долго не мог разобраться в том, как относиться к сыну демона, и теперь, когда он смог сделать первый шаг — что было очень большой победой для него — всё это могло обратиться пеплом. Ванцзи совсем не знал, как должен поступать и брат, судя по его лицу, не мог помочь ему в этом деле.       — А-Чжань, — Лань Сичэнь подошёл к брату, положил руку ему на плечо и мягко улыбнулся, — поступай так, как тебе велит сердце, я поддержу тебя, какое бы решение ты не принял.       — Старейшины… — Ванцзи нахмурился.       Старейшины следят за исполнением правил и наказаний за нарушение этих правил. Если сейчас, когда все заняты восстановлением клана, за соблюдением правил следят не так строго, то когда клан будет восстановлен, всё снова будет также строго или даже ещё строже. Ванцзи не знал, как много правил он нарушит к этому моменту.       — Что-нибудь придумаем. Гораздо важнее то, что происходит сейчас.       Ванцзи кивнул. Он уже принял решение, теперь важно не опоздать.