Сними розовые очки, детектив

      После смерти труса город был спокоен… долгое время. Кто-то подумал, что чесотник погиб в тот же день, но это оказались слухи. Полиция была уверена, что он ещё вернётся, ведь ничто не помешало ему сорваться после тюрьмы. Мегурэ и Когоро пытались выйти на его след раньше, выясняя куда он пошёл.       Но, оказалось, преступник избавился от родственников не только из-за денег. Они оказались единственными, кто мог рассказать куда отправился их сын, других нет. Даже недавняя операция была ему на руку. Единственные фотографии, которые хранили родители, фотографии до неё. Где преступник был в последние дни — было сложно понять. Он неплохо замёл следы.       Единственное, что знали все, он — насильник и насиловать не перестанет. Каждый случай изнасилования брали на его счёт, потому быстро ловили преступников. Некоторые не помышляли убить жертву, другие были обвинены в насилии, которого не было, третьи оказывались совсем другими преступниками. Несмотря на эти сложности, Шиничи и Ран следовали за полицией и старались помочь им.       Мегурэ сообщал о преступлении, Шиничи выяснял что произошло, Когоро и Ран его прикрывали. Спустя несколько месяцев эта схема стала привычной. Шиничи доверял опыту Когоро и силе Ран, но, чуть что, старался прикрыть её, чтобы та не пострадала.       Ран, в свою очередь, напоминала ему, что пинать футбольный мяч — не равно боевым искусствам. Шиничи возмущался, но недолго. Через пару дней он заглянул к Ран в додзё. Ран подумала, что он хотел проводить её домой, но для того рано. Выходит…       — Пару приёмчиков хочешь? — щурилась Ран. — Невозможно быстро что-то выучить.       — Я знаю, в спортзалах это не так работает, — Шиничи жутко покраснел, будто признавался Ран в любви, а не просил чему-то научить его. — На всякий… Твой отец тоже мне на шею сел…       — А, да, помню… Но ты хочешь заниматься со мной, да? — хитро усмехнулась она. — Папу боишься?       — Нет, просто я больше доверяю тебе. Твоему отцу тоже, но, — если недавно Шиничи немного покраснел, сейчас загорелось всё его лицо. Ран тоже смутилась.       Но ей было приятно, что Шиничи пришёл к ней. Признал её силу, наконец? Вправду повзрослел немного. Конечно, тренировки c её отцом помогли бы не меньше. Ран сама пару раз занималась с ним.       Что насчёт Когоро? Он признал ум Шиничи, но ещё шутил насчёт его слабостей. Они походили на двух коллег, что вечно ссорились и всегда исправно работали. Сверху того Когоро нередко трепал Шиничи по голове по-отечески, а Шиничи с возмущением отбегал от него. Мегурэ, который нередко заставал это, улыбался.       Мать Шиничи, Юкико, тоже задержалась в Токио ненадолго, хотя её выгоняли к мужу, что Шиничи, что Ран, что Когоро. Юсаку хотел вернуться в Токио, когда узнал, что произошло, но Юкико решила остаться на неделю. После поговорила с Шиничи наедине и уехала.       — Что она сказала? — спросила Ран, когда самолёт с Юкико на борту поднялся ввысь.       — Мне? Ну, — Шиничи усмехнулся. — Спросила, не передумал ли я уехать с ними туда.       — А почему ты тогда не уехал?       — Потому что, — Шиничи замолчал и уставился на Ран, наклонив к ней голову. Он глядел на неё совсем недолго и быстро оторвался, но Ран успела покраснеть.       — О чём он? — буркнула она под нос, не заметив, что к ней подошёл Когоро.       — Ну, у него тоже красные уши, — он указал на Шиничи — тот покраснел не меньше Ран. — Ох, бесит он меня. Хочешь с ним встречаться?       — Папа!       — Ладно, пока не до этого. Шиничи, что по делу?       — А, ну, я проверил зацепку…       Со смерти труса прошло чуть больше двух месяцев, все зацепки ни к чему не приводили, будто чесотник лично убирал их. На какой-то момент Когоро задумался, что если чесотник уехал? А если ещё проще — он знал, чем они занимались. Проверили такую возможность, но ничего.       Но кто ищет, тот найдёт. Неделей позже полиция ещё раз заглянула в дом преступника, узнав о его продаже. Они спрашивали покупателей, кто продал им квартиру, те описали преступника и тут же сообщили его номер, но тот оказался левым и ничем не помог расследованию.       Полиция уже отчаялась, когда Шиничи позвал офицеров пройти в ванную комнату. Когоро вошёл первым, Мегурэ еле ввалился в узкие двери и долго держался за задницу, выслушивая объяснения Шиничи.       Шиничи указал на две вещи: странное пятно на коврике, от которого пахло яблоком и, самое интересное, грязные штаны, которые лежали в тумбе. Один из покупателей сказал, что владелец квартиры попросил их выкинуть эти штаны, ведь на них были ужасные пятна от краски.       Шиничи усмехнулся от такой лени. Он взял штаны, разглядел пятна. Всё, на что они указывали, что преступник умудрился испачкаться в какой-то краске, но как он испачкался в ней? Это доверили экспертам.       Скоро те дали ответ — это специальная краска, которую можно свободно купить, но обычно её используют строители. Значит, преступник либо делал ремонт, либо бывал на стройке. Проверять такое утомительно, но выбирать не приходилось: если у кого-то появлялась идея, откуда могла быть краска, об этом сообщали лично Мегурэ.       Эксперты нашли марку краски, стали проверять продавцов и выяснили, что это была редкая краска, которая последние две недели продавалась только в двух магазинах Бейки и трёх интернет магазинах. Полиция взялась за проверку покупателей очень основательно, выделив на это всех экспертов. Однако это ни к чему не привело.       Полицейские продолжали ловить других преступников, но никогда не забывали об этом деле. Родители прошлых жертв тоже помогали им, стараясь сделать всё возможное для поимки преступника. Казалось, вся Бейка работала сообща ради поимки одного убийцы.       Но убийца всё равно вернулся. Это случилось совсем внезапно и так всколыхнуло Токио, что некоторые не поверили новостям. Ведь чесотник, который недавно скрылся из-за порезов, которые по привычке оставил жертве, оставил порезы на теле новой.       Он решил не сдерживать себя? Или всё это ожидание было для того, чтобы создать видимость подражателя? Бывает же, преступник попадает в тюрьму, выходят новости, какой-то псих вдохновляется им…       — А если это вправду подражатель? — наивно предположил Такаги. — Что думаете?       — Но раны почти в тех же местах, если только подражатель не учился у чесотника лично, — буркнул в ответ Мегурэ.       — Есть способ это проверить, — вмешался Шиничи. — Инспектор, до того, как чесотника арестовали, его ДНКа не было в базах, верно? Но вы сверяли его, когда произошли убийства после тюрьмы.       — Ты прав, — кивнул Мегурэ. — Эксперты, найдите следы ДНКа убийцы, мы сверим их с базой!       — Есть!       Скоро пришёл ответ — ДНКа полностью совпало. Чесотник вернулся и, к удивлению, стал ещё наглее, даже не пытаясь заметать свои следы вроде крови и отпечатков пальцев. Все понимали, что нужно действовать ещё серьёзней — даже такие улики никуда не приводили, нужно было найти преступника. Шиничи, Ран и Когоро помогали им.       Все они старались выяснить чуть больше. Ран и Шиничи опросили родственников и знакомых жертв, умудрилась спросить у людей, которые были недалеко от места убийства. Этим же занимались смелые горожане.       — Видели кого-то? — спросила Ран.       — Кстати, видели! — ответили два кассира из круглосуточного магазина неподалёку. — Это был парень в капюшоне, он бежал с большой сумкой в сторону места преступления, а потом той же дорогой выбежал оттуда с сумкой. У тебя же хорошая память, Ито-кун?       — Хорошая память? — Шиничи посмотрел на коллегу девушки. Тот кивнул.       — Да, я хорошо запоминаю людей и что они делали, но остальное не помню совсем, вроде времени или всякого, — Ито рассмеялся. — Могу описать его, он снял капюшон, который до того носил, он всё ещё выглядел, как на фотороботе. А ещё он расстегнул кофту от жары, я заметил форму работника зоопарка.       — Работника зоопарка? — удивилась Ран.       — Да, такие носят вроде… Эй? — он обратился к коллеге. Та улыбнулась и указала в сторону.       — В зоопарке неподалёку. Возможно он работает там или работал… Может, у него там знакомый?       — Эй, Ран, это серьёзная зацепка! — улыбнулся Шиничи. Ран усмехнулась в ответ.       — Да, только если он ещё работает там. Хотя не рискованно ли работать там, если у тебя то же лицо, что и раньше?       — А он украл футболку оттуда, чтобы провести полицию? В его характере.       — Может быть!       Полиция серьёзно взялась за зацепку, но бесполезно — оказалось, из зоопарка пропала форма, причём всего одна футболка. Ложный след, который стал зацепкой. Двое сотрудников заметили странного «работника», управляющий предоставил записи камер.       Вправду, посетитель был странным. Он не пошёл ни к одному вольеру, а сразу вальяжно поплёлся к небольшому зданию, где оставались сотрудники. Потом прошмыгнул туда при камерах и вернулся в футболке. Только затем он стал ходить мимо вольеров. Иногда подходил к ним, будто что-то проверял, но быстро отходил.       Это показалось странным двум сотрудникам, они проследили за парнем. Когда они заметили, что он готовился уйти с рубашкой зоопарка, то крикнули на него, а он побежал к ближайшей стене. Один из сотрудников успел подбежать к вору, когда вскрикнул от боли и остановился — чесотник ударил его ножом по руке. Второй сотрудник отвлёкся на первого, это выиграло время для чесотника, и он унесся в даль вместе с футболкой. В тот день он убежал.       Полиция немедленно сообщила о футболке в новостях, отчего горожане стали с подозрением относится ко всем работникам зоопарка, чем убийца пользовался. Разозлённым убийствами людям достаточно одной приметы об закруглённых усах и каждый, у кого они есть, немедленно станет подозреваемым.       Некоторые люди особенно безумны, как узнал Шиничи чуть позже. Он пришёл в зоопарк ранним утром без полиции и столкнулся по дороге с Ран. Шиничи объяснял ей, что хотел проверить сотрудников, когда они услышали громкий крик. Оба бросились в зоопарк мимо испуганной кассирши.       Сотрудник парка скорчился на земле, кровь стекала с его головы, а над ним возвышался тучный мужчина с железной трубой. Но чесотник был среднего телосложения и вряд ли потолстел бы так. Зато жертва была похожа на…       — А ну стоять!       Пока Шиничи медлил, Ран бросилась вперёд. Мужчина с трубой обернулся и замер, увидев девушку, чем Ран воспользовалась. Ей хватило секунд, чтобы отправить его на пол и заставить стонать не меньше раненного сотрудника. Ран оттащила его подальше, он посмотрел на неё и улыбнулся.       — Шиничи, срочно звони в скорую и полицию!       «Обычно я говорил это тебе», — отметил Шиничи в мыслях. Но просьбу исполнил. Прибывшая полиция скрутила мужчину, а тот заявил, что избавлялся от чесотника. Ран с Мегурэ переглянулись, у Шиничи запершило в горле.       Да, жертва была похожа на чесотника, но полиция проверила всех работников парка, что сообщалось по новостям. Этот человек плохо расслышал новости и решил совершить самосуд? Проверили его родственников, он никак не связан с жертвами и убийцей, это обычный человек.       — Это был не он? — буркнул мужчина в допросной. — Я решил…       — Да, это не он, мы же, — было начал Мегурэ, когда хлопок ладонью по столу заставил его замолчать — это был Шиничи.       — Решил, говоришь? — его лицо так перекосилось, что Ран, стоящая за допросной, испугалась. — Это был невиновный человек. Ты решил совершить самосуд и даже не убедился, что перед тобой хотя бы убийца? А представь все будут убивать людей с усами, ведь у преступника усы? Когда-то же найдут преступника, да? — Шиничи наклонился над мужчиной, и тому показалось, что этот юный детектив вдвое больше его. — А преступник тем временем сбреет усы, что думаешь?!       — Ну, я…       — Понял я, зачем ты это сделал. Но стоило включить голову.       — Я поддерживаю Кудо-куна, — тихо хохотнул Мегурэ.       Пока Шиничи шёл вместе с Ран в школу, Мегурэ объяснил Когоро ситуацию. Когоро на это кивнул и согласился с Шиничи.       — Да-а-а, — протянул Когоро. — Бесспорно мразей хочется остановить, но не геноцидом ведь? Как они же без разбора убивать…       — И то верно. Хорошо у нас есть ты и Кудо-кун… И Ран-кун нам часто помогает.       — И это пугает меня, — сознался Когоро. — Я, конечно, не жалею о своём поступке, но не хочется, чтобы дочь «так» в меня пошла… понимаешь, да?       — Хах, многие отцы тебя поймут… Даже я не отец, но…       — Да, можешь не говорить.

***

      Ран согласилась с Шиничи. Ей хотелось найти преступника немедленно, избить, поджарить в масле заживо, но невинные не должны страдать. Сколько погибло жертв? А люди ещё кучку сверху сложат, сами станут мразями не меньше тех.       Ран старалась выяснить всё вместе с отцом и Шиничи. Работая сообща, они думали, как поймать убийцу в их огромном городе и где его найти. Ведь время шло, убийств становилось больше.       Одна жертва, вторая, третья — над всеми долго издевались, всех резали ножом. Сколько бы Ран ни видела тел, она не могла на них смотреть. С каждым новым преступлением, Ран пыталась придумать хоть что-то, что помогло бы выйти на преступника и делилась этим с отцом и Шиничи. Часто её попытки оказывались бесполезны, но череда случайностей сдвинула дело с мёртвой точки.       Неподалёку от школы Тейтан работал банк. Когоро попросил Ран снять деньги, потому она побежала туда после школы и заметила, что очередь к концу дня поубавилась. Работала одна касса, рядом с которой стояла старушка — осталось дождаться, пока они закончат. Ран встала у кассы и услышала, как дверь сзади снова открылась.       Ран повернула голову — в банк зашёл некто в фиолетовом капюшоне, белых джинсах и чёрных кедах с заметным рисунком звезды. Ран смутил такой броский вид, но она могла не придать ему значения, если бы незнакомец не потянул руку за пазуху. В его руке блеснул металл — маленький нож.       Незнакомец сбил с ног Ран, старушку и перепрыгнул кассу.       — Гони деньги! — воскликнул он. Его голос полон наглости.       Ран сжала губы. Надо действовать. Сначала Ран сделала шаг в сторону. Преступник не отреагировал, сконцентрированный на деньгах. Тогда Ран обошла кассу, бросилась к парню с ножом и выбила оружие из его рук.       Преступник приготовился к атаке, но Ран увернулась от его руки. Она резко ударила незнакомца между ног. Тот вскинул голову, дав шанс стянуть с него капюшон.       Ран нездорово удивилась — это был чесотник. Он стонал, как раненый зверь, еле размыкал глаза и так яростно прикрывал своё достоинство, будто больше ни о чём не думал.       Ран медлить не стала и толкнула его на пол. Тот ударился боком о доски, а из его кофты со стуком на пол упал телефон. Ран схватила его и сунула себе в карман, а убийца успел вскочить на ноги.       Он посмотрел прямо на Ран, увернулся от её руки и резким движением сбил Ран с ног. Ран уже готовилась к борьбе, но, стоило ей раскрыть глаза, чесотник выбежал за дверь. Ран, набирая номер Мегурэ, рванула за ним, но убийце удалось скрыться… на этот раз.       Он не получил денег, а ещё лишился телефона. Полиция столпилась над ним в поисках ценных зацепок и нашли такие прямо в галерее телефона.       У чесотника обнаружилась интересная привычка, раскрывшая его гнилое нутро. Он фотографировал жертв перед убийствами и подписывал их имена на фотографиях. Нашлись старые жертвы, за ними новые, определили следующих целей.       Появился способ поймать преступника — следить за жертвами. Полицейские старались предупреждать жертв как можно деликатней, чтобы убийца не заметил этого. Но никто не сбрасывал со счетов вариант, что убийца решит сменить список жертв.       Однако чесотник не догадался или решил обнаглеть под конец. Он стал таскать с собой бейсбольную биту, вырубал слежку за жертвой и продолжал своё дело. Иногда полицейские отбивались, но преступник сбегал. Ему удивительно везло.       Кто-то говорил, что он привлекал к себе внимание, чтобы снова отсидеть несколько лет, другие — он наслаждался последними минутами перед длинным сроком. Третьи удивлялись, почему он вырубал полицейских, раз так.       — Вы ещё логику ищете? — закатывал глаза Когоро. — Его как зовут — чесотник! Когда у него там чешется, ему на всех плевать. Вот у него зачесалось, значит никто ему мешать не должен…       Всё мрачно закивали. Шиничи нахмурился, зарыл голову в воротник кофты и тихо прорычал себе под нос, как зверь.       Ран застала Шиничи таким, когда вернулась с кофе. Хмыкнув, она отдала парню напиток и внимательно оглядела его. Шиничи, заметив Ран, стал спокойнее.       — Ран, ты чего-то мрачная, — отметил он. — Что-то стряслось?       — Дурной… сон приснился, — едва выдавила Ран. После воспоминаний о сне кофе показался особенно горьким. — Не хочу рассказывать…       — Окей… Ты собираешься участвовать в сопровождении, да? Мне тебя не остановить?       — Только попробуй!       — Знаю… Я тоже пойду.       Ран усмехнулась. Конечно, идти охранять кого-то толпой — рискованно, но если правильно спрятаться, шансы были. Шиничи неплохо всё продумал, весь отдел согласился с его планом. Но встала небольшая проблема — каратэ клуб.       Ран была обязана явиться в каратэ клуб хотя бы раз за неделю. Нехотя, Ран отлучилась от слежки, чтобы вернуться в школу. Села на автобус, немного вздремнула и бодро побежала в школу.       Дела не заняли много времени, и всё же Ран осталась на тренировку, чтобы немного расслабиться и поднабраться сил.       Вот всё закончилось, пора переодеваться, возвращаться назад. Быстрой походкой Ран пробежала в раздевалку, проверила сообщение от Шиничи и стала снимать кимоно.       До неё донёсся слабый голос, похожий на плач.       — Я боюсь…       Ран повернулась на звук. Её подруга, которая ходила в клуб всего неделю, присела на скамейку и сжала колени. Она ещё не сняла форму, вместо того плакала и бурчала под нос.       Ран не могла пройти мимо.       — Что случилось? — Ран подбежала к подруге. Та подняла на Ран глаза, вытерла слёзы и кое-как сняла форму.       — Мори-сенпай, я… меня кто-то преследует, — тихо шепнула она. Ран присела рядом с подругой.       — Расскажи мне всё.       — Это… это было неделю назад, когда я встретилась с Чиэсой-сан…       Ран напряглась и спросила у подруги, что за Чиэса, ведь именно так звали одну из охраняемых женщин. Подруга подтвердила, что речь о той Чиэсе — её тёте. Она рассказала, что они встретились на днях в парке. Чиэса переживала из-за сообщения полиции и попросила племянницу провести с ней несколько дней, чтобы тёте стало спокойнее.       Подруга сглотнула. Потом добавила, что после тех дней за ней кто-то следил.       Ран сжала губы. У неё странное предчувствие.       — Тебя кто-то ждёт?       — Нет…       — Я провожу тебя.       — Но ты не спешишь? — удивилась подруга.       — Ничего, сейчас позвоню им, они разберутся без меня. Ты пока переоденься!       — Хорошо…       Ран позвонила отцу, чтобы сообщить о своей задержке.       — Алло? — Ран улыбнулась, когда услышала спокойные голоса на другом конце. Уже хороший знак. — Пап, я задержусь, приду позже.       — Где?       — Провожу подругу из клуба домой, — улыбнулась Ран, чтобы не беспокоить отца в такое время. — Если что, я позвоню! Или просто приду на место.       — Хорошо, — Когоро хотел сказать ещё что-то, но его оборвал странный звук, будто кто-то перехватил телефон. Ран услышала другой голос.       — Будь осторожна, Ран, — это был Шиничи.       Улыбка пробежала по лицу Ран. Вот ведь беспокойный детектив!       — Обещаю! И вообще, что так волнуешься, влюбился в меня?       — Эй! Ничего… ничего такого!       — Ха-ха, я расстроена.       — А?! Ну вообще я…       — Потом, потом! Тоже будь осторожен!       Ран дождалась, когда Шиничи закончил мямлить и ответил, потом завершила звонок. Эта милая сцена заставила печальную подругу рассмеяться.       Мрачное настроение ушло, девушки вместе вышли из клуба. На улице становилось темнее, особенно в аллеях и подворотнях. Двум девушкам удавалось избегать их и следовать огням города, но дорога была длинной.       В один миг жутко захотелось пить. Вода закончилась, стали делить деньги и искать автомат. Нашли один, подбежали к нему, выбирали напитки, тянули пальцы к кнопкам.       Ран услышала вскрик, затем ощутила удар. Обе девушки потеряли сознание под усмешку преступника. Тот взвалил желанную жертву на спину, бросил взгляд на Ран, но только усмехнулся и понес ношу чуть подальше, к тёмной подворотне, параллельно разрывая свою футболку.       Пока он уходил, Ран ещё лежала. Позже сознание стало возвращаться. Сначала Ран услышала смех, чей-то наглый голос и странные звуки, а потом распахнула глаза.       Ран вскочила, подруги рядом не было, но до Ран доносилось приглушённое мычание, словно кому-то затыкали рот. Звук подсказал куда бежать.       Ран рванула к подворотне, как вдруг ударилась об что-то. Захотелось закричать, но Ран передумала, когда посмотрела вниз.       На земле лежал кирпич, который легко обойти, но Ран, не думая, засунула кирпич себе под куртку. Не интуиция ли? Было не до этого, Ран бежала на звук.       Увидеть насилие лично — зрелище не из приятных. Увидеть, как хрупкая девушка, ещё старшеклассница, мечется под преступником и пытается кричать сквозь кляп из куска футболки, а преступник машет ножом и смеётся сквозь зубы… эмоции не описать.       Преступник потянул руки к шее девушки, когда кулак Ран влетел ему в лицо. Тот не успел увернуться, дёрнулся — этого хватило, чтобы Ран отбросила его от жертвы, как мешок. Убийца улетел в другую сторону и закричал. Он схватился за голову и вскочил на ноги. Не медля, он бросился на Ран, та с лёгкостью увернулась.       Ран тоже помедлила, когда крикнула подруге бежать, что использовал преступник. Сначала он ударил Ран в лицо, потом полоснул ей по руке. Ран сморщилась, но не закрыла глаз, больше медлить нельзя.       Она бросилась в сторону. Когда убийца бросился к ней, Ран быстро ударила его в живот, а потом наклонилась, чтобы свалить его на землю.       Из куртки выпал тяжёлый кирпич, Ран отвлеклась. Убийца схватил Ран за ногу и дёрнул, заставив упасть. В следующий миг, он схватил Ран за талию.       — Хотела заменить мне ту тёлку, деточка? — гнусный, до боли противный голос и мерзкие слова, произнесённые им. Ран схватила кирпич прежде, чем успела подумать зачем.       Последовал удар. Преступник закричал, потерял равновесие, свалился сам. Ран вскочила, чтобы сделать второй безжалостный удар. Преступник снова вскрикнул и…       Ран остановилась на несколько мгновений. Она не могла поверить.       На глазах убийцы проступили маленькие, едва заметные слёзы. И жалобный голос пропел:       — Больно…       — Больно? — Ран сжала кирпич так, что могла его сломать. — Больно тебе?! А жертвам твоим не больно?!       Ран замахнулась, чтобы вложить всю силу в третий удар. Убийца не успел и вскрикнуть, а потом замолчал. Ран стояла над ним, разглядывая остатки слёз на его лице. Затем присела, уронив на землю кирпич.       Коснулась пульса — его не было.       Чесотник умер. Вся троица мразей ушла на тот свет.       Ран ощутила… облегчение. Даже безопасность, пока не подумала, как сказать об этом другим. Особенно, когда лицо Шиничи всплыло в её голове. А если её арестуют? Руки немного задрожали.       А если…       Ран посмотрела на кирпич, затем вниз, проверяя, не могла ли она что-то уронить. Не найдя ничего, Ран взглянула на свою одежду, потом по сторонам. Её подруга вызвала полицию? Ран, сжимая кирпич, аккуратно выглянула из переулка.       Подруга стояла там.       — Ты не вызвала полицию? — удивилась Ран.       — Я хотела, но поняла, что оставила телефон в клубе… Ты в крови?! Что случилось?!       — Ну, у нас завязалась драка и… Давай в спокойной обстановке обсудим, ладно?       Ран достала телефон и набрала отца. Она боялась, что Шиничи ещё с ни, что он услышит их, но ей повезло.       — Ран? Я тут в туалет отошёл, — Когоро немного посмеялся. — Всё в порядке?       — Вы ещё недалеко от дома?       — Ну, да?       — Я назову адрес… Аренда машины ещё действует? Я всё объясню на месте. Приезжай один.       — Понял, собираюсь.

***

      Минуты тянулись очень медленно, пока из-за угла не показалась машина Когоро. Он аккуратно подъехал к переулку, вышел из машины, увидел дочь и её подругу, обе в кимоно для каратэ. Ран держала в руках одежду, перепачканную кровью, её спутница — разорванные клочки с маленькими каплями крови.       Удивление сменилось злостью. Когоро спросил, что случилось, Ран указала в переулок, на тело.       Она разъяснила в чём дело. Когоро впустил пострадавшую в машину, позволив сложить испачканные вещи в пакет, сам заговорил с дочкой. Он не осуждал её, но был вынужден обсудить грядущий звонок в полицию.       Ран пугало, какой предстоит разговор с Мегурэ и Мацумото (ему точно всё расскажут). Но скрывать это от полиции — нет смысла. Полиция поймёт?       — Даже если не поймут, я буду их уговаривать. Да и Мегурэ со мной будет, мы с ним обсуждали это, — Когоро старался успокоить Ран, прогнать печаль с её лица, но Ран переживала не за это.       — Шиничи ведь ещё с ними? — тихо шепнула она.       Шиничи понял её в прошлый раз, но сейчас всё по другому. Ран не бездействовала, наоборот, нанесла финальный удар. Сделала то же, что и её отец когда-то, защищая подругу из клуба каратэ.       А ведь Шиничи был тем мальчиком, который называл поступок Когоро превышением самообороны. Но отец не жалел, Ран теперь тоже. Шиничи? Если он пожалеет?       Разные взгляды могли рассорить людей навсегда. Ран не хотелось этого. Закружилась голова и сжалось сердце.       — Я звоню, Ран? — напомнил отец.       Ран слабо кивнула и села ждать в машину. Подруга успокаивала её, Ран долго не решалась выйти, но кое-как поднялась и подошла к отцу, когда взревели сирены полицейских машин. Ран мялась на месте, только рука отца на плече чуть успокоила.       Ран увидела фигуру вдалеке.       Сначала он был нечёткой фигурой, но совсем недолго. Он подбежал к Ран и крепко взял её за плечи, задав один единственный вопрос:       — Ты в порядке?       — Да, Шиничи, — чуть смутилась Ран. Машинально она прикрыла ладонью перебинтованную руку в месте пореза.       — Я рад…       Шиничи внимательно разглядел её. Потом повернулся к телу. Эксперты изучали улики, Когоро объяснял всё Мегурэ, а тот поглядывал на Ран.       Шиничи опустил глаза. Взгляд пробежал по телу, упал на Ран, которая носила кимоно вне додзё, её рану, а потом на машину, где переодевалась молодая девушка.       — Что случилось, Ран? — Шиничи спросил прямо. Ран вздрогнула. Особенно, когда Шиничи взял её за руки.       — Моя подруга, которая у нас в клубе новенькая, сказала, что за ней следят, потому я пошла за ней и, — Ран замешкалась, когда Шиничи снова обернулся к телу. Он внимательно посмотрел на мелкие осколки рядом с телом. Потом снова на Ран. — Она говорила, что она племянница Чиэсы, на которую чесотник хотел напасть. Это смутило меня, потому я последовала за ней и… оказалось, на неё напали.       — Он, да?       — Да, он напал на неё, но мне удалось спасти её, а потом завязалась драка… И…       Ран делала паузы, считая, что Шиничи обо всём догадался. Но тот молчал и смотрел на неё, ждал рассказа Ран.       — Я правда не знаю, зачем схватила тот кирпич тогда, но… я ударила его три раза и на третий, — с каждым словом Ран говорила всё тише, надеясь, что разговоры полицейских будут громче, но Шиничи всё услышал. Он крепче сжал руки на плечах Ран.       — Это всё? — спросил он. Ран кивнула и подняла глаза, чтобы разглядеть его лицо.       Шиничи немного сморщился, сжал губы, щурил взгляд. Сколько Ран ни пыталась, она не находила в нём злости. Затем Шиничи закрыл глаза и обнял Ран, крепко прижав её к себе.       Ран показалось, что он немного дрожал, но она не поверила в это.       — Шиничи… я ещё толком не помылась, — почему это пришло в голову? Ран попыталась мотнуть головой, но крепкие объятия помешали ей. — Ты… не злишься?       — Прости.       — За что? — Ран положила руку Шиничи на лицо, тот прикрыл глаза.       — За то, что я говорил раньше. Я вправду ничего не понимал.       Он сцепил объятия ещё крепче. Ран могла сравнить их с тесной коробкой, где сложно двигаться. Но хуже того неспособность что-то сказать. Ран смотрела в пол и едва подбирала слова.       Что она сказала на мосту тогда?       — Ты хочешь накричать на меня? — спросила Ран. Шиничи чуть отстранился, чтобы коснуться щеки Ран, где осталось небольшое пятно крови.       — Нет. К тому же, я кое-что понял, — он немного улыбнулся и хохотнул, снова сощурив глаза. Ран почудилось, что одинокая слеза прокатилась по его щеке. — Тот, кто разозлился бы на тебя сейчас — конченный идиот…       Шиничи сцепил объятия ещё раз. Он ничего не говорил, Ран привыкала к тесноте объятий. Обняв Шиничи в ответ, Ран повернулась к полицейским.       Мегурэ обсуждал что-то с подчинёнными, а Когоро смотрел на дочь. Он не кривился, возмущаясь, что Шиничи пристаёт к его дочери, наоборот, смотрел на них спокойно. Затем улыбнулся.       «Рано или поздно дети вырастают», — подумал Когоро в тот миг.