Встреча

      Она молча смотрела на него сквозь толпу людей, что проходили мимо. Он стоял напротив, и они глядели друг на друга, словно чужие. Как странно, раньше они не могли прожить друг без друга и дня, а теперь… Оказались по разные стороны баррикад. А эта встреча лишь мимолётная случайность…       Осенний фестиваль. Радостные крики взбудораженной толпы, но ей и дела до этого нет. Единственное, чего действительно хочется — поскорее уйти. Незуко опускает глаза и пытается пробраться сквозь толпу, не привлекая к себе лишнего внимания. Получается плохо, потому что её ждёт столкновение почти с каждым, кто попадается на пути. Но это ничто, по сравнению с другим ударом. Моральным. Внутри всё сводит от тоски. Она уже, кажется, забыла, перестала вспоминать, а теперь… Снова и снова. Соль на старые раны, которые всё ещё не затянулись.       Шаг за шагом. Подальше от этого места, которое навеивало ей прежние воспоминания, которые она так старательно пыталась вытеснить из памяти. Слишком тяжело и больно. Поэтому хочется просто сбежать, оставляя всё это в далёком прошлом.       — Уже уходишь? — чей-то голос сзади заставляет обернуться и окинуть представшего перед ней Санеми взглядом. Не изменился. Совсем. Лёгкая усмешка. Всё такая же удивительная внешность и голос с хрипотцой, в звучание которого ей каждый раз хотелось вслушиваться сильнее. Теперь нельзя… Нет такого права. Его забрала другая…       — Ухожу, — сдавленно шепчет Незуко, устремляя на него взгляд, отчего на мгновение ему становится теплее. Словно бы ненадолго вернулись в прошлое… Когда в её глазах блистали любовь и нежность. Только теперь она спешно отводит взгляд.       Незуко накидывает на плечи кофту из тонкого шёлка, желая уйти и скрыться от этой очной ставки. Просто проплакать несколько часов в подушку и забыть об этой встрече, как и раньше. Ей совсем не стоило сюда приходить. Какая глупость.       — Не против, если я составлю компанию? — спрашивает он, улыбнувшись. Что-то отдалённо знакомое проскальзывает в его взгляде. — Здесь явно становится скучно…       Незуко лишь пожимает плечами, направляясь к выходу. Нужно было сказать «нет», но что-то внутри отчаянно сопротивлялось, позволяя ему следовать за ней. Возможно, простое понимание того, что нужно перестать прятаться друг от друга. Может быть, пора заглянуть друг другу в глаза?       Его рука устало обхватывает горлышко бутылки пива, и он забирает ёмкость с собой. Алкоголь хотя бы ненадолго затуманит разум, позволит расслабиться и побыть беспечными, как и когда-то давно. Давно, когда они были другими.       Не спеша, они направляются к набережной. Время уже близится к вечеру, поэтому вокруг темно. Санеми открывает бутылку, делая глоток, потому что молчание в один момент становится невыносимым и всё сильнее давит на мозг. А она словно не замечает этого, мелкими шагами следуя дальше…       — Так и будем хранить молчание? Может, скажешь хоть что-нибудь? — Пиво постепенно проникает в организм, развязывая язык и позволяя накопившимся в голове вопросам обратиться в слова. Ему хочется хотя бы поговорить, объясниться. Жаль, что так поздно.       Выжидающий взгляд, в ответ на который Незуко лишь вновь пожимает плечами, поправляя волосы, растрепавшиеся от ветра. Ей холодно и пусто, будто два чувства смешались вместе, надеясь её поработить. Но она терпеливо продолжает молчать до одного момента.       — А что сказать? — её голос кажется совсем измученным и усталым, словно девушка что-то долго пыталась объяснить, а потом бросила всё на самотёк, перестав сопротивляться. К чему это теперь? — Мне кажется, мы уже всё давно друг другу сказали.       Ловким движением Незуко отнимает у Санеми бутылку, делая глоток. Невыносимая боль расползается по венам, а воспоминания вновь отягощают душу. Картинки их прошлых встреч мелькают перед глазами. Она всегда без умолку чем-то восхищалась, а сейчас… даже не знает, что сказать. Так странно…       — Ты сама знаешь, что это не так, — произносит Санеми, подходя ближе к ней и замечая лёгкую дрожь, которая сотрясает её тело. — Замёрзла?       Она качает головой, однако Санеми всё же снимает свою куртку и пытается накинуть на хрупкие плечи. Только напрасно. Незуко уворачивается, и она оказывается на земле. Непонимающий взгляд требует объяснения.       — Не надо, — сдавленный шёпот, и Незуко останавливается, залюбовавшись на городскую набережную. Этот канал всегда был для неё особенным. Он был… их местом. Местом для них двоих. — Это всё уже давно пройдено. Ты накинешь мне на плечи куртку, я улыбнусь и прижмусь к тебе, забуду все обиды, потому что ты рядом… А потом всё сначала… Так было каждый раз на этой набережной. Но не сегодня.       Она набирает в лёгкие побольше воздуха и опускает глаза. В голове всё уже давно обдумано и взвешенно, она ведь проходила через всё это много раз. Слишком устала.       — Ты ведь тоже хочешь всё вернуть. Тебе тоже плохо без меня, зачем мучить обоих? — в глазах Санеми уверенность, но в голосе всё же заметна лёгкая дрожь. Эта девчонка права. Права абсолютно во всём. И он, похоже, слишком поздно понял то, насколько ему её не хватало, насколько она была для него важна. Другой такой нет.       — Плохо… Мне было дико плохо первые пару месяцев после твоего ухода. — Торопливо вспоминает Незуко, поднимая глаза к небу. Такое тёмное. Такое… — Я плакала, кричала по ночам и надеялась, что ты вот-вот вернёшься… Каждый раз смотрела на дверь и ожидала твоего прихода, сутками сидела здесь, но тебя не было. А я всё ждала и, наверное, готова была простить всё. Каждый день, каждый вечер после того дня, несмотря на погоду и самочувствие. Только ты так и не пришёл. И постепенно… я перестала тебя ждать. Нет, в глубине души надеялась, верила… Но уже не ждала. После этого где-то тут, — она приложила руку к груди, прямо туда, где находится сердце. — Стало легче. Я устала тешить себя иллюзиями. Пройдёт ещё время, и отголоски этой боли тоже утихнут.       — Разве не ты разорвала наши отношения? Ушла и хлопнула дверью. Как я должен был понять, что нужен тебе? Ты ничего не сказала, а просто ушла, не объяснила… Незуко… — он пытается объясниться, но она качает головой. Столько раз она искала ему оправдания в своей голове, что теперь на это не осталось сил.       — Нужен… Ты прав, это я ушла… Это верно, только вспомни, сколько раз я тебя прощала, сколько терпела. Это выкинешь из памяти? Выкинешь из памяти, как я поругалась с мамой за право быть с тобой, хотя ты нужным не посчитал даже заговорить с ней. Как ссорилась с родителями, шла наперекор? Я жертвовала ради тебя многим, а что ты сделал ради меня?       Она провела ладонью по его щеке и заглянула глаза, почти приблизившись к губам.       — Санеми, ты был моей первой любовью, первым мужчиной. — Незуко погладила его по щеке, как и раньше. И на мгновенье ему показалось, что всё по-прежнему. — Я всегда была тебе верной, ты знал это, но, когда я ушла, ты меня не вернул. Зачем же теперь ты ворошишь прошлое? Твоя мама сказала тогда, мы из разных миров, не подходим другу. Слишком разные. Я знаю она хотела как лучше, но… Наверное, она была тогда права… Просто я слишком сильно тебя любила.       Лёгким движением Незуко касается его губ. Таких манящих и сладких. Как она не пыталась отказать себе в этом — не смогла. Слишком хочется. Проходится язычком по его губам, прижимается сильнее, заставляя его приоткрыть губы, чтобы сплестись его языком. Так хорошо. Так по-прежнему… Пока она не отстраняется, сделав шаг назад. Вновь не говорит ни слова, желая лишь уйти прочь.       — Я верну тебя! — выдыхает он, храня вкус её помады на губах. Ему хочется догнать её, прижать сильнее. Он знает, что добьётся этого вновь, чего бы не стоило. Ведь слишком многое понял. Но не слишком ли поздно?       Незуко грустно улыбается, чуть обернувшись. В этом нет сарказма, иронии или усмешки. Обыкновенный жест, её привычный жест. В глазах плещется бесконечная усталость, и она лишь молча качает головой, шепнув напоследок простое:       — Не надо…       А в мыслях: «Наверное»