Обнажить душу

Сама не понимаю, как умудрилась не разбиться на шоссе: руки и ноги тряслись, щёки пылали, а зубы издавали такую дробь, что стучало в ушах, голова кружилась. Слава богу, машин в этот час почти не было. Форкс – тихий городишко, чьи жители после девяти вечера сидят по домам и смотрят телевизор. Так что, даже если я и выезжала на встречную полосу, никто не заметил. «Идиотка, дура несчастная, надо было держать язык за зубами, - причитала я, - как завтра буду смотреть в глаза мисс Молли, отказываясь от занятий? Кретинка!» Я пыталась найти объяснение тому помутнению своего рассудка, что заставило меня сказать «да». Я и стриптиз, да, что уж там, я и танцы – две вещи несовместные. Конечно, завтра мне будет стыдно, но, ничего не поделаешь… Когда я свернула на подъездную дорожку к дому Чарли, я увидела, что у самого крыльца стоит знакомый Фольксваген, а атлетически сложенный парень нарезает вокруг него круги. Джейкоб. - Джейк? – я удивлённо вскинула брови, выбираясь из пикапа. - Что ты тут делаешь? - Белла, - он облегчённо выдохнул, в глазах заблестели радостные огоньки, а потом он посмотрел на меня сверху вниз и строгим голосом спросил, - что с твоим телефоном, Белла? - Всё в порядке, - ответила я, не понимая, к чему он клонит, я достала мобильный из кармана куртки и протянула ему, показывая, что сотовый работает, шкала сети полная, а в верхнем углу экрана мигает пометка «обычный режим». Телефон был исправен, сегодня днём я отвечала на СМС-ку Рене. - Белла, - он глубоко вздохнул и выдохнул, - я спрашиваю, что с твоим стационарным телефоном? Я звонил тебе вчера весь вечер, где ты была? - Дома, - прошептала я. И с какой стати я оправдываюсь? Но, ведь вчера вечером я и правда была дома, занималась уборкой, готовила, учила уроки. Он только хмыкнул. Мы подошли к двери, я достала ключ и повернула замок. Джейкоб прошёл вместе со мной в прихожую, решительно снял куртку и повесил на вешалку. Его движения были такими чёткими и какими-то… Я пыталась подобрать слово, чтобы понять, на что это было похоже. А потом вздрогнула, когда нашла подходящее. Родные! Он напоминал мне Чарли. Папа поступал так же. Быстро и молча одной рукой вешал куртку на крючок… Джейкоб подошёл к телефону, снял трубку и стал разглядывать аппарат. - Ну, конечно, Беллз, - я снова вздрогнула: так меня называл только Чарли, - звук выключен. Ты знала? - Нет, это, наверное, Рене… - Понятно, - протянул Джейкоб, включил звук и поставил телефон на место. Повисло неловкое молчание. Он смущённо отвёл глаза, явно не зная, как поддержать разговор. - Будешь ужинать? – спросила я, решив играть роль радушной хозяйки. Если бы Чарли был жив, он обязательно бы предложил Джейку остаться на ужин, а потом ещё бы и усадил смотреть бейсбол, очередной матч очередного чемпионата. - Буду, - улыбнулся Джейкоб своей милой улыбкой, - тебе помочь? - Не знаю, сейчас посмотрим, что есть. Я заглянула в холодильник, вынула цыплёнка, которого приготовила ещё вчера, поставила в микроволновку, достала овощи, вымыла их, и принялась делать салат. Джейкоб подошёл ближе, встал за моей спиной, разглядывая, как я нарезаю помидоры. От его тела так и веяло теплом, как от обогревателя в зимний морозный день. Я слышала, как он шумно вдыхает и выдыхает воздух. Горячее дыхание обжигало мою макушку, а потом прохладными волнами расползалось по коже. От этого по телу побежали мурашки, а блеклые волоски на моих руках встали дыбом. «Даже не думала, что у меня настолько волосатые руки», - усмехнулась я. В этот момент Джейкоб протянул руку, и из моей груди вырвался хриплый смешок. Он взял из моих пальцев нож, а левой рукой попытался отодвинуть меня в сторону от стола. Его грудь коснулась моего плеча, и я смогла различить частые и сильные удары его сердца. - Ой, - сорвалось с моих губ. - Что? – прохрипел он, и я повернула голову, чтобы посмотреть на него. Лучше бы я этого не делала! Он стоял с закрытыми глазами, чуть приоткрытые губы жадно глотали воздух, будто ему нечем было дышать, сердце билось с бешеной скоростью. Всё тело напряглось так, словно он ценой немыслимых усилий пытался удержать себя. От чего? - Белла, - выдохнул он. Мне стало не по себе. Было во всём этом что-то неправильное, а что, я никак не могла сформулировать, но внутренним чутьём не желала принимать правду, я просто пока не была готова к этому. - Какой ты загорелый, Джейкоб! – проговорила я. Он медленно открыл глаза, долго вглядывался в моё лицо, словно запоминал каждую его чёрточку, а потом опустил взгляд. Наши руки соприкасались. Его красно-коричневая, большая, мускулистая и моя, бледная, почти прозрачная, с голубыми прожилками вен. Такой контраст… - Ты совсем бледная, Белла, - с трудом выдавил он из себя улыбку, - настоящий бледнолицый… Я улыбнулась. Слава богу! Это странное напряжение, возникшее между нами, исчезло. И в этот момент зазвонил телефон. Джейкоб двумя шагами пересёк пространство кухни и снял трубку. Звонил Билли. - Да, папа, с ней всё хорошо, она просто забыла включить звук на аппарате, да, всё в порядке, скоро буду. Я не поворачиваясь, продолжала резать овощи. Не хотелось сейчас смотреть в глаза Джейку. После минутного молчания, он, наконец, произнёс: - Я поеду, Белла… Осторожно положив нож, я медленно двинулась в сторону входной двери. Он уже стоял одетый, неуклюже переминаясь с ноги на ногу, а его взгляд прожигал мои внутренности: - Я позвоню тебе, Беллз? - Я не буду выключать звук, Джейк, обещаю, - попыталась улыбнуться я. Он сделал нетвёрдый маленький шаг в мою сторону, я невольно отступила в сторону кухни. В его чёрных, как смоль глазах, вдруг, отразилась такая боль, что я устыдилась своей глупости и ничем не обоснованному страху. - Друзья? – прошептал он. - Друзья, - согласилась я. «Что это было»? - пыталась сообразить я, закрывая за ним дверь. «Ну и денёк»! – думала я, укладываясь спать. Как ни странно, уснула я сразу, как только голова коснулась подушки. Первая половина следующего дня для меня пролетела слишком быстро. Никогда не замечали, если стараешься оттянуть время трудных объяснений или не хочешь куда-то идти, время убегает как песок сквозь пальцы, а если ждёшь чего-то, то оно течёт медленно, как огромная река, неспешно двигаясь по течению? Так и со мной. Вроде бы те же скучные уроки, но мысли мои были заняты предстоящим разговором с мисс Молли, а мне этого так не хотелось, что я готова была слушать нудные лекции целый день. А ещё я боялась того, что встречу Эдварда Каллена. И того, что не встречу – тоже боялась. Я много думала о том, почему он меня возненавидел, ведь, я не давала никакого повода. Единственным логическим объяснением было то, что я кого-то ему очень сильно напоминаю. Кого-то, к кому он явно не питает нежных чувств, а скорее наоборот, готов придушить или растерзать на кусочки. «Может, поменять внешность»? – неожиданно пришла в голову мысль. А когда она окончательно оформилась, я так растерялась, что перепутала педаль газа и тормоза и чуть не врезалась в припаркованную на служебной стоянке клуба машину. Грузовик, шипя колёсами, остановился в паре сантиметров от новенького Форда, из которого выскочила разгневанная как фурия «девушка-не уборщица». Я не запомнила её имя. Кэтти? Красивое личико блондинки исказилось в страшной гримасе откровенной ненависти, глаза метали молнии, а пухлые, великолепные от природы, губы сложились в такую тонкую презрительную линию, что я тут же почувствовала себя маленькой и ничтожной: - С ума сошла, придурочная? – кипела блонди. - Знаешь, сколько эта тачка стоит? Тебе на неё полов не хватит, тупая уборщица! Она тряхнула светло-пепельной, идеально подстриженной чёлкой, и ещё раз окатив меня уничтожающим взглядом, гордо прошествовала на огромных каблуках к входной двери. Какая же у неё походка! Как она держит спину, как гордо «несёт» себя, уверенная в своей неотразимости. Я вздохнула. «А ты так можешь? – я мысленно задала себе вопрос, на который, в принципе, можно было и не отвечать: и так понятно, что нет. В тишине и одиночестве я мыла полы, вытирала пыль, стараясь закончить до прихода мисс Молли. И, когда я отдала ключи охраннику, намереваясь незаметно скрыться, меня догнал насмешливый хриплый голос: - Удираешь, Белла? Моё сердце ушло в пятки, я окончательно почувствовала себя трусливым кроликом из Кентукки, плечи сгорбились, я, словно стала меньше ростом, колени больно ударились друг о друга. Чтобы успокоить бьющееся сердце, я постаралась ровно дышать, но у меня получалось настолько шумно, что, казалось, моё пыхтение слышно во всём клубе. - Белла, - мисс Молли положила руку мне на плечо, - ты боишься боли? Я отрицательно покачала головой. - Тогда, пожалуйста, объясни мне в двух словах, чего же ты так испугалась. - Я, - заикаясь, начала я, - у меня плохая координация, я вечно падаю, у меня не получится и … - А ещё ты стесняешься, так? – мисс Молли улыбалась, она уже развернула меня в обратную сторону, обхватив одной рукой за талию. – Ох, Белла, никто, слышишь, никто не заставит тебя выйти на сцену, если ты сама этого не захочешь. И ещё, тот, кто придумал миф о развратных стриптизёршах, либо насмотрелся третьесортных фильмов, либо вообще никогда не был в стриптиз-клубе, либо живёт на такой периферии, где стриптиз-клубом называют публичный дом! – она весело расхохоталась, - пойдём, горе моё, хватит дурака валять! Сегодня у нас мало времени: ждём наплыва туристов из порта, давай, шевелись! Мои отговорки по поводу отсутствия формы мисс Молли только рассмешили, она выдала мне хлопковые шорты и майку. На сцене уже крутилась девушка на шесте, вернее, пилоне, так мне сказала Джоуи, рыжая девчонка в конопушках, которой мисс Молли поручила заняться моим обучением. Мы с Джоуи начали несложный комплекс упражнений. Она показывала мне, что и как надо делать, и считала вслух - Раз, два, три. Четыре, поднялись. Раз, два, три. Четыре, прогнулись… Со стороны могло показаться, что меня готовят в группу черлидеров, вот только помпонов не хватало. - На шпагат можешь сесть? – спросила Джоуи. - Нет. - А садилась когда-нибудь? - В детстве, на танцах, и то не до конца, - призналась я, внимательно наблюдая, как Джоуи, стоя на одной ноге спокойно подняла вторую ногу в вертикальном шпагате. - Тогда разогревайся дальше, и начнём потихоньку, - усмехнулась она. Самым сложным для меня, как ни странно, оказалось, лежа ни спине, поднимать ноги вверх под прямым углом. Обычно, у новичков при этом непроизвольно поднимается голова, объяснила Джоуи, у меня же почему-то вверх взлетали руки. Поэтому ей пришлось с силой держать их прижатыми к полу. С трудом, но я справилась с количеством подниманий, отмерянных мне мисс Молли. Отжаться я смогла только полтора раза, на шпагат сесть на треть, а на пилоне повисла, как мешок с отходами, и тут же скатилась вниз, больно ободрав все руки. Странное дело, никто даже не смеялся. Рэйчел, которая уже пришла на работу, сказала, что в том, что у меня ничего не получается, нет ничего странного: - Все так начинали, Белла, - сказала она и, сделав пару шагов, схватилась за шест одной рукой и сделала плавный и красивый оборот. - Надо научиться отжиматься, Белла, купи перекладину, тренируйся каждый день, поняла? Мисс Молли что-то кричала симпатичной блондинке, которая на высоте два метра держалась на шесте только одной ногой, умудряясь при этом перевернуться вниз головой. Сердце едва не выпрыгнуло, когда она резко съехала вниз, я подумала, что она разобьётся. Но она остановилась в тридцати сантиметрах над полом, развела ноги в шпагате и, прогнувшись, встала на «мостик». Потом совершила какой-то кульбит и оказалась в трёх метрах от пилона уже на ногах. - Это Барбара, - зашептала мне Рэйчел, - чемпионка штата прошлого года по Пол-Данс. - А что она делает здесь? – удивилась я. - Приехала к мисс Молли ставить пластику, - будничным тоном ответила Рэйчел, как-будто я сморозила какую-то глупость. Господи, сколько мне ещё предстоит узнать…