СТАРЫЙ. Антагонист всего сущего

— Огонь! — крикнул командир задней правой баллисты, поймав траекторию летящего вертолёта. Орудие выстрелило жёлтым продолговатым сгустком. Благодаря усердным тренировкам расчёт орудия мог смело подстроиться под скорость и броню вертолёта, снизив проблемы от недостатка скорости уже снарядов баллисты и поворота орудия. Более того, им оказалось не помехой и быстрое движение Алькора, который стремительно бороздил водные просторы восточнее острова, хвастаясь своей манёвренностью и мощностью. Несмотря на ожесточённую схватку, капитан корабля, Бэй Доу, вела себя максимально собранно, руководила командой без секунды задержки и не забывала подгонять, мотивировать и хвалить всех, кто помогал выдерживать натиск ловких летательных аппаратов. Вертолёты кружили вокруг корабля, как шмели у цветка, не сбавляя темпа ни обстрела, ни уклонений, однако современное вооружение врага на деле не могло нормально пробить магический барьер корабля. Пока они пытались найти заветный «ключ», Бэй Доу старалась точечно руководить расчётами, чтобы максимизировать точность каждого выстрела. А их было много. Пускай немало летело в молоко, всё же некоторые попадания могли похвастаться удивительной мощностью. Металл мялся, опалялся, пилоты часто теряли управление, и им приходилось перенаправлять внимание на контроль вертолётов, тем самым сильнее открываясь Алькору. Однако по-настоящему видимых повреждений не наблюдалось, что серьёзно злило капитана. — Есть вообще толк от наших залпов? — в грубой манере спросила она у Игрока, наблюдавшего за боем в центре палубы. — Благодаря магии ваша огневая мощь достаточна, чтобы сравниваться с ПВО, но, видимо, обшивка вертолётов круче обычной земной, — оправдывался Игрок с русыми длинными волосами. — Я не понимаю, что не так. — Я не уверен, что баллисты могут составить конкуренцию стандартным ПВО! — поспорил другой Игрок, следящий за кристаллом. За щит Алькора отвечал большой жёлтый кристалл, размещённый на палубе в специальном коробчатом устройстве. И баллисты, и данный барьер подарили Адепты Ли Юэ, вдруг вспомнив о доброте и взаимовыручке. Скорее всего, они видели в Ноксгвардии реальную угрозу, оттого оставили былую гордость и соизволили немного помочь Группировке Цисин, чему, конечно, Бэй Доу рада. «От подарков не отказываются», — так прокомментировала подобное капитан. Собственно, творения Адептов сейчас позволили сражаться с превосходящим в технологиях врагом практически на равных. — Нужно бить по несущему винту! В кардан винта или главный редуктор! — предложил русый парень, еле держась на ногах из-за «скачек» корабля. — А попонятнее? — Туда, где крутится самый большой винт! Капитан быстро сориентировалась, увидела нужную точку, но только сильнее нахмурилась. — Как ты это себе представляешь? — Напоминаю, у тебя на корабле два анемо-парня, — сказал пришедший из трюма Странник. — Или ты страдаешь деменцией? — Как бы мне не хотелось, но он прав: наша сила может помочь в бою, — сказал Кадзуха. — Нужно использовать максимум возможностей. — И как же? Полетите навстречу вертолётам? — Если потребуется, — заверил Странник. — Не умея летать, они поднялись в небеса благодаря механизмам. Как жалко выглядит. Хочу разбить хвалёный результат их инженерии. — Я рада, что у тебя есть мотивация. Если найдётся способ помочь, я воспользуюсь вашими услугами. Один из вертолётов выпустил ракеты, и они взорвались на правой стороне корабля, запустив разрушительные пульсации по всему барьеру. Щит выдержал, но то, как свободно ударная волна прошлась по его поверхности, начало напрягать, ведь до этого вся мощь ракет подавлялась ещё в точке соприкосновения. — Сколько ещё выдержим? — спросила капитан у дежурившего Игрока. — Он трескается, — испуганно отвечал он, — возможно, два прямых попадания. Дай бог три… Алькор — лёгкая мишень для такого противника, а баллисты пускай и создавали трудности, но этого недостаточно для хотя бы мифической победы. Наступил момент, где требовался максимум от тактического ума и навыков Бэй Доу. Её глаза загорались от подобных случаев, когда противник требовал от неё всю себя ради победы. Морские чудища куда опаснее хвалёных вертолётов Ноксгвардии, полученный морской водой и кровью опыт достаточен, чтобы навязать воистину прекрасную борьбу. Она начала раздавать приказы, крича так, словно под носом был микрофон: — Первые три орудия! Сосредоточиться по одному вертолёту, который сейчас слева! Остальные! Замолчать, держать указанную цель на мушке и ждать моего сигнала! — Есть! — командиры тут же приступили к выполнению приказа. — Рулевой! Остановить корабль! — У тебя возникла идея? — поинтересовался Странник. — Да, ваши силы как раз понадобятся. — Буду рад помо… — хотел сказать Кадзуха, да только Странник его перебил. — Давай не тратить время, пользуйся нами, пока я даю возможность. — Как благосклонно, — шутливо заметила капитан. — Слушайте меня… Пока капитан объясняла задумку парням, пилоты вертолётов неуклонно выполняли свои боевые задачи, порой проворачивая удивительные манёвры. Импульсные пулемёты ревели, дождём покрывая злосчастный барьер, в ответ золотистые снаряды Алькора несгибаемым потоком достигали противника, действительно портя обшивку и вызывая трудности в управлении. Пара охотников против крупной свирепой дичи — ошеломительная дуэль, сравнимо с каким-нибудь финальным сражением в фильме. Лопасти винтов резали воздух, пронося вертолёты с небывалой скоростью и манёвренностью, чёрные «тела» словно поглощали свет от звёздного неба, а редкие предупреждающие сирены имитировали стоны животных; поддерживаемые вибрацией барьеров от получаемого урона, звук схож со звоном бокала для вина, когда по ободку водят пальцем. Всё изменилось, когда в бой вступил Странник. Пока Кадзуха был вынужден прохлаждаться некоторое время, он же взлетел выше даже мачты Алькора, чтобы сквозь собственные «танцы» со стихией выпустить мощнейший анемо-вихрь к летящему вертолёту. Контроль собственной силы позволил создать ту среду в атмосфере, благодаря которой вся накопленная скорость врага столкнулась с ожесточённым сопротивлением, словно вертолёт угодил в натуральную воронку. Пускай двигатели выдержали нагрузку и вертолёт не думал терять управление, анемо-стихия на несколько секунд затормозила его и даже на миг остановила на месте. — Огонь! — приказала Бэй Доу. Задние орудия дали залп, а следом за ним после перерыва и первые. Град золотистых копий били по обшивке пуще прежнего, один даже угодил в стекло кабины, однако пробить не удалось. Тогда капитан прибежала к одной из баллист, схватила за руль и прицелилась. — Кардан какой-то, редуктор — Архонт ногу сломит, пока поймёшь ваши технологии! После таких слов капитан выстрелила, но попала ниже цели. Вскоре сила Странника иссякла, и вертолёт рванул дальше, явно желая отомстить. Он обогнул корабль и замер перед его носом. Момент — и полетела пара ракет. К счастью, подключился Кадзуха, который спрыгнул навстречу и элементальной силой воссоздал собственный барьер. Нет, не ради принятия урона, ведь встречной скорости ветра было достаточно, чтобы отвести ракеты в разные стороны, в результате чего они взорвались на морской поверхности, не коснувшись защиты корабля. Второй вертолёт, к которому не обращали никакого внимания, прознал смену приоритетов команды Алькора, оттого перестал уклоняться и только лишь атаковал барьер импульсным пулемётом. — Вы можете целиться перед тем, как стреляете, неучи? — выругался Странник, разминаясь перед следующим своим выходом. — Время идёт против нас. — Продолжаем стараться! — подгоняла Бэй Доу. Кадзуха всё ещё лез на корабль, так что Странник снова пошёл в битву один, пока не увидел прекрасную возможность. Он почему-то подошёл к левому борту, к которому подлетел обделённый вниманием вертолёт, и притаился. Несмотря на возгласы команды Алькора, ругань Бэй Доу и объективную нецелесообразность, парень смиренно ждал. Данный момент больше походил на столкновение хищника с охотником — кто кого? Так или иначе, пилот выпустил залп ракет, а Странник с радостью воспользовался моментом и своими элементальными силами «заморозил» ракеты в воздухе. Они рычали, дёргались, пытались продолжить путь и врезаться, наконец, в барьер, но удивительная сила Странника уняла их мощь, чтобы потом подлететь к ним, дождаться затухания сопл и бесцеремонно схватить их, как свои новые копья. — Раз вы косые, то я сам покажу пример! — гордо крикнул Странник, целясь в нужный вертолёт. — Зачем нужна эта тяга, если есть чистая сила?! В самом деле, он метнул ракеты, прибавив скорости анемо-стихией. Как итог, первая улетела дальше, но вторая врезалась чётко в нужную точку. Обшивка не пробита, но бронепанель у редуктора слетела огненным куском в воду. Бэй Доу выстрелила из баллисты, но попала в крыло. Остальные выстрелы не достигли открывшейся лазейки. Однако ревущая сирена и чёрным дым у поврежденного места обрадовали команду Алькора, замотивировали стараться дальше. Тем временем пилоты отлетели чуть дальше от корабля, больше уделив внимание на разработку нового плана. — Омега-4, какое состояние у вертолёта? — спросил Альфа-4, внимательно следя за действиями Странника. Неожиданно он посмотрел в ответ. Пренебрежительно, со злостью и, как ни странно, с интересом. Кажется, этот человек видел в них своих соперников. — В пределах нормы, — отчитывался пилот, — огневая мощь противника контролируема, незначительные повреждения не влияют на работу вертолёта. Приём. — Сколько ракет в боезапасе? — Один залп. — У меня два. Предлагаю одновременный выпуск ракет по противнику с правого и левого бортов. — Подозреваю об опасности ОГБ. — Ширина борта достаточна для успешной атаки, рекомендую параллельно зарядить пулемёт для залпа. — Так точно. — Выполняем. Вертолёты-охотники вернулись к цели, но длинной огибающей дугой, чтобы усложнить работы орудий. Скорость их поворота не поспевала за манёвренностью, в частности Омега-4, который находился под особым контролем врага и прекрасно понимал все возможные последствия. Для пущего эффекта пилот пролетел ровно над кораблём, чтобы резко спуститься, едва не задев собой морскую поверхность. Расположившись у правого борта, он дождался подключения Альфа-4. Окружили, остался один залп. Он и случился, только успешно получилось исключительно со стороны Альфа-4, так как Омегу-4 атаковали из всего, чем возможно. Вновь сила Странника «заморозила» вертолёт, Кадзуха в этот раз отдал всю свою мощь на то, чтобы воронкой поднять ракеты ввысь, пока Бэй Доу целилась в несущий винт. Она выстрелила, и золотистый снаряд влетел в ту точку, у которого слетела бронепанель. Грубая мощь баллист больше походила на удар молотом, то есть нечто тупым, чем достаточно острым, как следовало бы в обычных условиях. Тем не менее этим капитан воспользовалась, ведь подобный «удар» смело мял броню вертолёта, а значит мог повредить весь механизм движения лопастей. Так и получилось: несущий винт клинил, на секунду-другую замирал, в результате чего вертолёт начало крутить вокруг своей оси, стремительно теряя и так маленькую высоту. — Критическое повреждение несущего винта, — тараторил Омега-4, — падаю, падаю, падаю! Альфа-4 опасался именно этого. Вертолёт напарника упал в воду, пилот окончательно убил машину. Борясь за выживание, Омега-4 приступил к выполнению всех процедур, которые регламентированы директивам. Кабина пилота отцепилась от фюзеляжа и надулась по сторонам для удержания на поверхности. Случайно сработал парашют кабины, который бесцельно расстилался на воде. — ЦУ, запрашиваю разрешение на эвакуацию пилотов Омега-4, — связался Альфа-4, огибая корабль. Параллельно с чрезвычайным происшествием барьер корабля потрескался и наконец разбился вдребезги, открыв Алькор для атаки. — Отказано, — ответил ЦУ. — Продолжайте выполнять поставленную задачу, эвакуация возможна только при установлении директивы отступления. Рекомендуется при попытках захвата противником ликвидировать состав Омега-4. Конец связи. — Вас понял. Конец связи. Вертолёт начал усиленно обстреливать первое попавшееся орудие корабля, сметая расчёт в пух и прах. Бэй Доу зря времени не теряла, оттого ударила снарядом строго в нос вертолёта. Альфа-4 посчитал это натуральным вызовом, он нашёл её местоположение и словно бы наклонил вертолёт в её сторону, отвечая на приглашение капитана сразиться.

***

Хранители Бездны не давали времени на передышки, их постоянное давление создавало и так смертельной опасности лишние очки ужаса от ожидаемой судьбы. Аяка отдавала всю себя ради того, чтобы просто не получить мечом в тело, а собственные контратаки не могли похвастаться стоящим результатом. Впоследствии девушку сдавливала жуткая фрустрация, ибо надежда на победу начала стремительно растворяться. Непонятно почему, но она вспоминала своего брата и то, как он будет одинок, если Аяка так вот глупо погибнет. Она не хотела разрушать свою семью, она не хотела подвергать клан Камисато подобному горю, из-за чего Аяка вновь и вновь заряжалась боевым запалом, готовясь превзойти свои физические возможности ради победы. Если она выживет, то продолжит помогать семье, клану, государству, миру. В конце концов, ей ещё требовалось спасти Итэра! Самоотдача битвы начала приносить результаты: были целые минуты, где именно Камисато давила на Хранителя, заставляла того уходить в блок и глупо ошибаться в попытках парировать молниеносный клинок девушки. Новый уровень боя оказался очередном подвластным препятствием, где Аяка смогла подстроиться. Однажды она схитрила, буквально села на шпагат перед махом гигантского меча, чтобы быстро сгруппировать тело и атаковать снизу-вверх. Лёгкий разрез прошёлся от живота к ключицам противника, серьёзно повредив кожаную броню. К сожалению, мимолётное преимущество ушло в прошлое, и конусоголовый серией акробатических мощных атак вынудил Аяку пятиться. Она бы и ушла к самому обрыву, да только вскоре услышала голос Томы рядом: — Как дела? Вижу, не очень, — его оптимистичный настрой в некоторой степени пугал. — Ты цел? — Более чем. Противник, конечно, мощный, но я горю желанием победить. — Долго не выдержим, — а вот Аяка заражала пессимизмом. — Нужно что-то делать. Хранители вдвоём атаковали парочку, затянули в продолжительный бой, где можно легко задеть товарища или попросту не уследить за другим оппонентом. К счастью, Тома элементальным ударом наложил на себя и на Аяку щит, а затем вовсе спровоцировал взрыв стихии. Языки пламени, да что там, полноценная волна ударила по Хранителям, а благодаря возможности наносить пиро урон, Аяка могла воссоздать воистину прекрасную атаку, добавляя к серии крио-атаки. Как результат, красноглазый Хранитель отступил назад, дав небольшое окно для манёвра. — Давай вместе! — крикнул Тома. Они понимали друг друга с полуслова. Или дружба так сказалась, или их совместные тренировки в свободное время — не так важно. Тома и Аяка умели работать вместе, и если такая возможность появлялась, то недолго пройдёт перед тем, как они начнут действовать с апломбом. Оппонент Томы стал целью их совместной атаки. Пока пиро-щиты работали, дуэт рванул в атаку, где Тома подарил тому продолжительную серию тычек копьём, заставляя того отвлекаться и отходить назад к какому-то дереву. Хранитель последний удар с лёгкостью парировал, увёл копьё в сторону, но Тома, будучи прыгучим в стойке, запросто подстроился и махнул оружие вокруг себя для размашистого удара древком. Ударив по ведущей руке Хранителя, он позволил Аяке подключиться к атаке. Противник ждал атаки в лоб, пока тот был открыт, однако девушка растворилась в морозный ветер и обошла со спины. Один удар назад кинжалом и всё, задумка иссякнет ещё на подступах реализации, но и тут Аяка проявила себя не так. Она пробежала по стволу дерева кверху, в воздухе развернулась лицом к Хранителю и развернула веер в левой руке. Момент — и вокруг девушки начали скапливаться частицы льда, благодаря которым впоследствии по Хранителю ударило нормальным крио-уроном, который к тому же снова срезонировал с огненным щитом Томы. Противник был ошеломлён, почва готова. Тома схлестнулся с красноглазым, так что атаку надо было завершить Аяке. Она приземлилась на землю, согнулась в коленях и сделала рывок вперёд мимо оппонента. Девушка выдохнула, выпрямилась в полный рост и посмотрела на лезвие своего меча. Густая тёмно-красная кровь. Не стоило даже оборачиваться, так как она знала результат: голова слетела с плеч, и Хранитель упал на колени, уронив свои клинки. Только он грохнулся на землю, Аяка побежала уже на помощь Томе, но тот её остановил: — Убей второго! Обычные солдаты и офицер сражались с одним Хранителем и всё ещё не погибли. Если Аяка чувствовала себя дискомфортно в бою и могла смело погибать в некоторых случаях, то выживаемость обычных людей сильно удивляла. Так или иначе, Аяка была безумно рада, и она побежала им помогать. Йорики быстро прочитал момент, оттянул товарищей назад и позволил Камисато атаковать. Нет, она не решила исход данной битвы, зато отвлекла достаточно, дабы офицер сосредоточился, сунул меч в ножны и через секунду-другую пронёсся далеко вперёд к противнику. Аяка отошла в последний момент, а йорики запросто проткнул Хранителя насквозь, ровно в сердце. Так второй оппонент упал на землю, оставив красноглазого против пятерых. — Навалимся на него, — воодушевился Игрок, угрожающе махнув мечом. — Не торопись, он всё равно крайне опасный враг, — сказал офицер. — Госпожа Камисато, мы прикроем вас. — Теперь моё мнение играет роль? — улыбнулась Аяка. — Только глупец будет упрямцем в такой ситуации. Грустно признавать, но именно вы со своим другом ведёте ход боя. — Тогда вместе закончим дело. Хранитель разрывался на части из-за такого количества атак. Пока только вниманием, но порой казалось, что и тело скоро развалится на куски. Тома больше всех отвлекал Хранителя, позволяя Аяке наносить ужасающие атаки. Уже достаточно раз острие клинка проносилось перед лицом оппонента, намекая на скорое поражение. Остальные же закрывали все лазейки для манёвров, и Хранитель был скован, окружён и, можно сказать, обречён. Чтобы выйти из ситуации, он был вынужден увести бой ближе к горящим руинам, дабы свободно отпрыгнуть прямо в пожар. Став на ненадёжной балке, Хранитель выправился. — Вы превзошли ожидания, — сказал Хранитель. — Особенно Камисато Аяка. Ты действительно даёшь стоящий бой. — Это конец, — заверила Камисато. — Я закончу дело. — Это не конец и даже не середина. — Что?.. Она услышала вскрик и звуки капающей жидкости. Обернувшись, Аяка ужаснулась: обезглавленный Хранитель проткнул солдата со спины, поднял его в воздух и швырнул прочь. Отрубленная голова стояла на шее, как ни в чём не бывало, раны не было, даже пореза на одежде! Следующий удар Хранителя пришёлся на Тому, но тот блокировал урон древком, пока остальные уже планировали сразить восставшего мертвеца вновь. Но тут они увидели то, как поднимался второй противник, а вся вытекшая кровь с лёгкостью собиралась в ране, словно время пошло вспять. Когда тот встал на ноги, рана затянулась, а одежда зашилась, и теперь второй Хранитель был в строю. — Невозможно… — Аяка заметно запаниковала. — Соберись! — кряхтя, говорил Тома. Натиск врага сильно его напрягал. Действительно, она невольно могла попасть в окружение, потому та вместе с остальными отбежала в сторону за спину Томы. В четыре оружия те отбили атаку Хранителя, и тот отошёл к своим. Втроём те стояли напротив, готовые продолжить, казалось, уже почти завершившийся бой. — Проклятие сделало нас бессмертными, — гордо заметил один из них. — Благодаря Господам мы смогли принять действительность — Стали выше старой клятвы, — добавил другой. — И теперь мы можем расти, — заключил красноглазый. — Вы даже не приблизились к истинным нашим возможностям, но вас можно хвалить за попытку. Стенка на стенку — это самый худший вариант в бою, ведь координация Хранителей явно превышала даже командную работу Томы и Аяки. По их атакам казалось, что в битве участвовал целый легион, а не троица, из-за чего довольно быстро обезглавили Игрока, а затем оттолкнули офицера на десять-пятнадцать метров в сторону. Тома и Аяка прижались друг к другу в спине, начали отчаянно защищать свои жизни от яростных атак врага, используя и Пиро-щит, но в результате дуэт начал банально отбегать подальше, лишь бы получить шанс на победу. Ловкость и сила Аяки, контроль и защита Томы — всё оказалось бесполезным. Тем не менее именно девушка ошиблась и позволила красноглазому замахнуться клинком в её сторону. Ни блокировать, ни уйти через Сэнхо было уже нельзя. Как всегда, на выручку пришёл Тома, сбив удар копьём в клинок. Он даже встал впереди Камисато, приготовился вновь совместными усилиями совершить невозможное, но из-за помощи Аяке он упустил удар другого Хранителя. Гигантский меч проткнул его тело насквозь, и кровавое острие остановилось в нескольких сантиметрах от лица девушки. От шока она перестала слышать что-либо вокруг, кроме своего быстро бьющегося сердца, хрипа друга, стекающей по лезвию крови. Для куда большего издевательства Хранитель начал двигать мечом в попытках увеличить рану, и, кажется, из-за этого послышался хруст костей. Ширина меча слишком большая, чтобы перенести этот урон с шансом на выживание. Пробит не только желудочно-кишечный тракт, но и вместе с диафрагмой одно лёгкое. Каков процент выживания? Аяка почему-то стала считать, сколько крови необходимо, какой силы должен быть лекарь-обладатель Глаза бога и как долго он будет восстанавливаться после, чтобы в итоге жить как инвалид. Но он же будет жить, верно? Будет?.. Камисато дёрнулась, когда Хранитель вытащил меч и толкнул Тому на девушку. Та, естественно, поймала и, не обращая на врагов внимания, свалилась на пятую точку, чтобы уложить голову друга на свои колени. Её ошарашенные глаза осматривали лицо парня, пока дрожащие руки старались закрыть сквозную рану. Хранители же решили протянуть этот момент, оттого не стали мешать. — Т-Тома, ты к-как?.. Я, сейчас… п-подожди… — Аяка не знала, что делать. Паника затмила её голову, она не могла даже оказать первую помощь, причём не было ни истерики, ни плача, ни судороги. Она словно застыла от шока, само сознание заморозилось, тем и реакция походила на холодное осознание действительности. Тома же не мог нормально дышать, лишь резкими вдохами, пока кровь стремительно вытекала наружу. Вскоре он начал захлёбываться ею же, но Аяка не предприняла ничего против этого. — Т-Тома, сейчас… сейч-ч-час… Внезапно парень смог поднять руку и удивительно ласково погладил Аяку по щеке, одарив ту одной-единственной улыбкой. Пускай губы залиты кровью, он старался выдавить максимум оптимизма из того, что мог. Он как бы говорил: «Всё хорошо, живи дальше» — старался успокоить подобными действиями. Однако совсем скоро Тома ослаб и замер. Жизнь в его глазах затухла. — Нет… нет… Тома! И тут Камисато прорвало: она заревела, обняла его голову и попросту не обращала внимания на Хранителей, которые, впрочем, сами молча наблюдали за её трагедией. Из удовольствия ли или из чести? В любом случае, Аяке позволили вытянуть свои чувства насчёт гибели друга. Более того, истекло уже пять и более минут, пока Камисато оплакивала Тому и старалась прийти в себя. Однако только йорики решил действовать: он внезапно встал между Хранителями и девушкой, занял стойку и приготовился к бою. — Госпожа! Нужно сражаться! Она его не слышала. — Они его убили, слышите?! Они! Надо отомстить по всей строгости! Нет… по всей жестокости! Эти твари не заслуживают прощения. Аяка недолго молчала, но в итоге замерла в осознании и повторила: — Они убили… Они убили его… Как ни странно, рассудок вновь затвердел. Аяка подняла голову и посмотрела на Хранителей… острым взглядом, полным ненавистью. В порыве злости её глаза засветились голубым морозным светом, а гримаса так и говорила о желании сорвать головы врагов собственными руками. Та заботливо положила голову Томы на землю, встала на ноги и вытянула меч в их сторону. Она ничего не сказала, но этот жест говорил о многом.

***

Аратаки Итто бомбардировал вражеские войска ими же бомбами, а ему помогали несколько рядовых, разыскивая целые бочки вокруг по всей территории. Однажды Итто увидел, что остался один только снаряд, тем и озадачился. Пока в его голове проходили сложные мыслительные процессы, чего так не любил Итто, рядовые оказались довольно глазастыми, чтобы заметить нечто обнадёживающее: — Глядите! — указал пальцем рядовой. — Волноходы! К нам двигаются! — О, это хорошо! — отреагировал Итто. — Можно свалить с острова наконец-то! — А где твои слова о том, что мужчины не отступают? — Мужчина должен понимать, когда надо отойти, чтобы потом ударить вновь с новыми силами. Это искусство войны! — Я догадываюсь, откуда ты вычитал что-то про искусство войны… — пробурчал другой солдат. — Так! Времени совсем нет, так что соберитесь! Надо предупредить остальных. — Да побыстрее, особенно генерала. — Да, кстати, где Сарочка? Почему самое важное увидели именно мы, а не наш гений тактики? Ужас. Ладно, всё, побежали! Данная троица прорабатывала достаточно сложных для её умов способов выйти из плачевной ситуации победителем. Первый вариант предложил Аратаки: спрыгнуть в воду, доплыть до ближайшего корабля и взять парочку волноходов, чтобы эвакуировать товарищей. К сожалению, кроме демона никто не мог похвастаться выносливостью, чтобы проплыть такое расстояние и быстро, и незаметно. Второй вариант предложил другой горе-тактик, и ключ победы заключался в незаметном продвижении Игроков к статуе Архонта, чтобы вызвать подкрепление. На крайний случай, пробиться с боем всей сворой и так вот руками Игроков телепортироваться подальше с острова. В общем говоря, парни ни к чему не пришли, а спасение поспевало уже само. Они побежали к своим и разбрелись по разным точкам средоточия союзников. Итто хотел бы найти именно Сару, бегая, как марафонец, сквозь густой дым костров мимо обломков руин, ям и прочих укрытий. Только сейчас он заметил продвижение противника вглубь Святилища, из-за чего возможности на победу стремительно сокращались. Страйдер вообще внаглую шёл клином, стуча своими острыми ножками по поверхности, из-за чего назойливый грохот изрядно бесил Итто. Во-первых, трясёт. Во-вторых, громко. Да что там, трёхножка начал стрелять по нему, вынуждая того ускоряться до безумных скоростей, благо он быстро скрылся за одной из уцелевших построек хиличурлов. Не успел отдохнуть, как укрытие разнесли крутой пушкой, однако Аратаки успел, по крайней мере, скрыться из вида. Тут-то он увидел небольшую группу солдат, спрятавшихся в укромном месте. Среди них была задумчивая и напряжённая Сара. — О, я тебя искал, — радостно начал Итто. — Они пошли на штурм, — угрюмо заметила Сара. — Да вижу я. — Надо идти в последний бой. — Напролом? — испугался несущий её на спине солдат. — Насмерть. — Окстись, женщина! — За Инадзуму и нашего сёгуна… — Сара, — Итто подошёл к ней, взял за подбородок и заставил посмотреть в его глаза. — К нам плывут волноходы. Можно спасти парней. — Какие волноходы? — Не знаю, но они наши — отвечаю. Надо бежать к обрыву, там и выберемся. — Вряд ли нам удастся, — холодная внешне девушка на самом деле отчаялась. — Мы как на ладони. — Если есть шанс, надо пытаться! — заверил один из солдат. — Мы отдадим жизни за наш дом, но если есть шанс выжить — надо пробовать, иначе как наши товарищи без нас будут, верно? Сара малозаметно закивала, вдохновившись словами солдата. Из-за ранения её привязали к спине одного из солдат, причём так, чтобы генерал могла вести прицельный огонь из лука. Раньше роль носилки исполнял Итто, но этот молодой парень-брюнет казался довольно выносливым. Вокруг Сары собралось немало воинов, и все они жутко боялись смерти. Итто мог поспорить, что они бы скорее сдались, чем добровольно отдали бы жизнь, но вскоре он усомнился в своём мнении. Кажется, именно эти солдаты готовы умереть за сёгуна, готовы сражаться, несмотря ни на что. Такой боевой дух — самое подходящее для дальнейшего смелого действия. — Не факт, что мы выживем, — говорила Сара, — но мы сделаем всё, чтобы выжить. Вперёд без колебаний! По приказу Сары группа из десятка солдат рассредоточилась и рванула к месту, откуда кидал бочки демон. Через ямы, руины, стоящие ещё строения и прочие укрытия, попутно подгоняя за собой прочих воинов. Страйдер ударил в хвост протяжённой «змейки», и растворились в пространстве сразу несколько человек. Затем напролом к группе побежал охотник. Сара при сильной тряске и неудобном положении поливала того стрелами, однако его дротики вонзились одному в ногу, а второму в щёку. Видеть, как испуганный солдат прокричал от боли с дротиком в голове, посмотрел на генерала потерянным взглядом, чтобы потом погибнуть от буквального взрыва головы — это сильнейший стресс даже для Сары. Дротики взрывались самым гнусным способом — когда втыкались в жертву. Одному повезло тем, что умер сразу, а другой везунчик лишился целой ноги, чтобы впоследствии долго страдать, ворочаясь на земле с мольбами о помощи. Охотник сократил расстояние, невзирая на обстрел Сары, повалил очередного солдата и умертвил своими цепкими лезвиями. Удар копья по телу бесполезен: он просто оттолкнул другого смелого воина от себя, а затем повернулся к убегающему носильщику Сары. Трудно представить, что он мог сделать с ней, но Итто перепрыгнул девушку, тотчас приблизился к охотнику и ударил дубиной прямо по туловищу. Его-то удар буквально смял экзоскелет существа, а второй удар вовсе ликвидировал. Дым не думал рассеиваться, из-за чего даже инадзумовские солдаты не могли где-то нормально сориентироваться. Пока те пытались пройти этот отрезок пути, она краем уха услышала странные шипящие звуки. Стоило прислушаться, как распознались полноценные переговоры незнакомцев. Она интуитивно натянула тетиву и выпустила четыре стрелы в источник звука. В ответ же под ноги носильщика метнули какой-то металлический сосуд с красной лампочкой. Раз писк, два писк, три писк, четыре, пять — внезапно Итто пнул сосуд, а тот улетел к руинам и там уже взорвался. — Откуда узнал? — спросила Сара. — Чуйка хорошая! Цокнув, Сара повторила свои выстрелы, едва увидев синие точки-глаза противника. Снова мимо, так как тот отошёл в сторону. Вскоре он открыл огонь по воинам сзади, с лёгкостью ликвидировав троих. Внезапно рядом просвистели дротики-охотники, а над дымом возвысился страйдер, угрожающе простонав. Только потом Сара увидела две пары синих точек и один большой красный. Кудзе готовилась сразить их, да вот только страйдер снова начал искажать пространство у своего отростка. Итто, естественно, снова её спас, прыгнув тараном к носильщику и своим телом отбросив в сторону. Первые два идущих солдата попаданием превратились в ничто, а выжившие спрятались за какой-то деревянной стеной от здания. До обрыва всего нечего, там уже прыгали в воду созванные остальными солдаты. — Выйдем — пристрелят, — огорчённо сказал Итто. — Страйдер, он может их убить, — заметил носильщик. — Что делать? — Всё просто: ты спасай Сару. — А ты что будешь делать? — спросила генерал. — Спасать ваши шкуры как главный герой. И тут он побежал к врагу с другой стороны. Раздались выстрелы, переговоры противника и стон страйдера. Сара вместе с носильщиком даже аккуратно выглянули, дабы посмотреть на дальнейшее представление. Итто швырнул бычка Уси в человекоподобных солдат, ненадолго ошеломив, потом нагло запрыгнул на охотника, оттолкнулся от его макушки прямо к страйдеру. «Геройский удар по морде!» — наверняка такое бы сказал Итто», — подумала Сара, улыбнувшись. В любом случае, демон зарядил дубиной по телу страйдера. Не пробил, даже не смял, но достаточно отвлёк, чтобы приземлиться и ударить сначала по одной ноге, а затем по второй, в результате чего трёхногое существо свалилось на землю. Выигранное время — вот результат. Носильщик понёс Сару к остальным, а генерал напоследок прицелилась и выстрелила по охотнику. Электрический заряд немного да отвлёк, а демон с лёгкостью запустил его в свободный полёт на метров десять. Множество выстрелов по всему Святилищу — добивали остатки, — тонкая игра Итто против превосходящих сил противника, жалкие прыжки солдат в воду к волноходам — этого ли добивалось командование? Наверняка нет. Это провал, позор, никак иначе. Даже если бы засада в итоге провалилась, итог всё равно не устроит именно Инадзуму, а не Ноксгвардию. Для диверсантов главное нанести больше ущерба противнику, и неважно, что они могут погибнуть. Таков итог. Сару раздирало от обиды, но сейчас она не могла повлиять на исход всего сражения. Высадка на Цуруми провалена — это факт. — Госпожа Сара, волноходы принадлежат флоту Южного Креста, — пояснил рядом стоящий десантник. — Понятно. Её отвязали от носильщика, и та наконец встала на ноги… точнее, на ногу, второй даже больно как-либо двигать. Держась за солдата, та кивком погнала оставшихся парней вперёд, несмотря на их сомнение. Сара больше переживала о непослушном некомпетентном Аратаки Итто, который в одиночку сражался с противником. Страйдер в самом деле стрелял только по нему, а он же, походу, начал играться с врагом в догонялки. На самом же деле, солдаты Альянса успели его нормально ранить, продырявить тело, просто демон никак не думал сдаваться. В три ствола те хотели добить Они, пока остальные всё-таки прорвались к выжившим. Два комбайна наконец поймали остатки в зону видимости и уже открыли огонь, но инадзумовские солдаты с яростным криком рванули к ним навстречу. Многие упали замертво, носильщик, например, но двое всё-таки добежали с копьями наперевес. Кудзе еле стояла на одной ноге, не могла даже увернуться, но благодаря тем героям сумела натянуть тетиву лука. Один комбайн блокировал мах копья автоматом, а второй отбежал немного назад, дабы застрелить своего оппонента. Вскоре в его окуляр влетела стрела Сары, и он с протяжным писком упал на землю. Выживший комбайн ударил прикладом в лицо солдата, повалил на лопатки и хотел уже застрелить именно Сару, но Итто пополнил свой список спасений генерала новым пунктиком, дубиной ударив по ногам, а затем раздавив голову в мясо и железо от шлема. — Марш, марш, марш! — кричал израненный Итто, подняв товарища на ноги за подмышку. Дырок в его теле предостаточно, чтобы умереть, но тот имел достаточно сил, чтобы даже свободно пробежать до обрыва и прыгнуть в воду. Сара уже прыгнула следом, солдат, по идее, поспеет следом. Осталось только уйти от обстрела с земли и всё, волноходы вне зоны досягаемости. Но вскоре показались остальные комбайны, вышедшие к обрыву в момент прыжка Сары, с ними тот белоснежный командир. Пока страйдер спешно приближался к краю, командир прицелился, затратив на это меньше секунды, и короткой очередью атаковал генерала. Три из пяти попаданий чётко в спину Сары. За пару секунд всё изменилось. Беспощадно, без права исправиться. Ловкий стрелок использует и такое маленькое время для атаки, Сара понимала это, оттого грустно улыбнулась, когда падала камнем вниз. Её поймал Итто, занёс на последний волноход, который тут же рванул на всех парах прочь. Плывя зигзагами, судно кое-как избежало обстрела страйдера и уплыло достаточно, чтобы забыть о враге. Никому, правда, легче не стало. Итто вместе с десятником изо всех сил пытались оказать первую помощь Саре, но вражеский командир попал в лёгкие и даже пробил сердце. Она не успела ничего сделать, показать или сказать. Не было никаких последних слов, она перестала дышать, взгляд остекленел, и жизнь утекла.

***

Офицер, конечно, зарядил Аяку на дальнейший бой, но он совершенно не ожидал, что девушка забудет вообще о какой-либо защите, осторожности и аккуратности. Нет, с одной стороны, ничего удивительного, но с другой — каждый ли сможет в одиночку сражаться со всеми тремя Хранителями? Агрессия в совокупности со скоростью превратили бой в какое-то единоборство очень толстых оппонентов, которые стремились задавить противника исключительно грубой силой. Собственно, из-за этого офицер никак не мог подключиться к сражению. Мечи чуть ли сверкали, сталкиваясь друг с другом, перебежки каждого из участников казались совсем мгновенными, из-за чего битва крайне часто меняла дислокацию. Переместились в одно место — здесь обменялись атаками, затем во втором, третьем и так далее. Хранители изначально ориентировались на одну лишь атаку, так что встречные рывки Аяки сильно их веселили, шли им на руку. Но Камисато всё равно давили. Ослеплённая гневом девушка летала по полю, как мячик, много раз билась головой о поверхности, катилась по земле, пачкаясь грязью, получала слабые, но противные порезы на теле — однако она всегда поднималась и снова бежала напролом. Йорики видел её изрезанные руки, порванный подол платья, кучу ушибов на некогда нежной коже ног и небольшие синяки на лице, вследствие чего его сердце заливалось кровью. Он не мог помочь, малейшая попытка — и сразу смерть. Темп слишком быстр, мощен, беспощаден. В очередной раз Камисато мощным ударом оттолкнули к дереву, та прижалась к стволу спиной, но нашла в себе силы и быстро встала на ноги. Твёрдая стойка ослабленного тела скорее вызывала сожаление, тем не менее, Аяка была готова идти дальше… До своей безвкусной смерти. — Госпожа Камисато, позвольте помочь! — напоминал о себе офицер. — Беги отсюда! — крикнула в ответ Аяка. — Найди выживших и уходите с острова. — Да как я могу… — Я всё сказала. Ворвёшься в бой — погибнешь. Поспорить было трудно. Аяка даже решила не париться над техникой, оттого просто отвела клинок в сторону. Она смотрела лишь на Хранителей, которые медленно подходили, окружая. Схватка вновь наступила, элементальные и физические атаки Камисато слишком грубые и лёгкие для парирования, но Хранители поддерживали её настрой и пытались пересилить в агрессии. Им это и нужно было. Создать такого противника, с которым можно вдоволь повеселиться. Им не страшно, что Аяка убивала Хранителей, резала на куски и замораживала, ибо всё возвращалось обратно. Йорики кое-что заметил. — Красноглазый ни разу не был убит… Аяка! Аяка! Надо убить красноглазого! Услышала или нет — уже неважно, её снова запустили в полёт, она поленом прокатилась по траве, в конце попыталась ловко вернуться в стойку, но от бессилия осталась стоять на одном лишь колене. — Силы кончились? — спросил Хранитель. — Слабое тело. — Для воина это жалко. — Заткнитесь, твари… — процедила девушка, еле поднявшись. — Пока я жива, вы не уйдёте отсюда! Она в форме морозного ветра пронеслась к врагу, миновала выпад ближайшего Хранителя и ловким махом перерезала тому горло, затем спровоцировала взрыв стихии на остальных, приблизилась ко второму, воткнула клинок в ключицу и повалила вместе с собой на землю. Скрипя зубами, она его умертвила. Красноглазый вновь остался один, но в этот раз поймал момент и ногой пнул девушку в голову. Меч остался в Хранителе, она же упала назад, сделала кувырок назад, но встала, слегка качаясь. От удара подошвой ботинка лоб потёк кровью и, возможно, началось сильное головокружение. Теперь она безоружна. — Меч! — приказным тоном попросила Аяка у офицера. Он же встал рядом с ней, приготовившись к бою. — Отдохни немного. — Меч! — она уже хотела навалиться на своего товарища, но офицер без труда уклонился от её попыток выхватить оружие. — Ты слишком ослаблена, отдыхай! Их спор прервали и нет, не выпадом Хранителя. К нему подлетел какой-то маленький механизм с подобием глаза. Он что-то пропиликал Хранителю, и тот несколько огорчённо хмыкнул. — Остался ещё один офицер… — прослушав новые пиликанья, тот кивнул. — Ясно. К этому моменту начали подниматься остальные Хранители, а красноглазый обратился к своим оппонентам: — Не хотелось бы прерывать наш бой, но на сегодня всё. — Всё?.. — не поняла Аяка. — Надеюсь, мы с тобой ещё сразимся, Камисато Аяка. Будь готова. В следующий раз мы убьём тебя. — Вы никуда не уйдете, — рявкнула Аяка. — Мы не закончили! Сзади них открылся портал и они уже направились к нему, однако Аяка явно не хотела так всё оставлять. Она всё-таки выхватила клинок йорики и побежала из последних сил к противнику, яростно крича на всю округу. Летающий механизм встал на пути и вспышкой света ослепил девушку, позволив Хранителям спокойно уйти в портал. Едва червоточина захлопнулась, вторая большая открылась в воздухе над тем пустым кораблём. — Нет… Не-е-ет! — прокричала Аяка, и силы иссякли. Она уронила клинок, упала на колени и начала прерывисто и часто дышать, смотря как крупные летающие существа Ноксгвардии уже скрывались через червоточину. Один чёрный механизм с винтами вовсе нёс под собой одну лишь кабину своего напарника. Итог один: они ушли.

***

Солнце поднималось над горизонтом, но с добрым утром пожелать некого. На Алькоре точно. Члены команды складывали мёртвые тела товарищей на палубе, укрывая белыми полотнами, некоторые наспех ремонтировали повреждённые участки корабля в результате боя с последним вертолётом. После уничтожения щита он смог ударить ракетами по борту судна, но весьма неточно благодаря Страннику и тому, как он мешал вести огонь врагу. Тем не менее пулемётом успел раздробить несколько орудий и убить много хороших ребят, в итоге восвояси безнаказанно улетев. К счастью, Алькор относительно цел, а Южному Кресту удалось спасти хоть кого-то. Волноходы высадили выживших на корабле и затем отправились прочёсывать весь остров на поиск кого-то, кто мог хотя бы дышать. Час-другой уже истёк, поиски продолжались, а Бэй Доу молча смотрела, как укрывали полотном бездыханное тело Кудзе Сары. — Они снова на шаг впереди, — прокомментировал ситуацию Кадзуха, видимо, поминая умерших своим взглядом и опущенной головой. — Много сегодня пало. — Непомерно много. Капитан уже рассуждала, каким образом Ноксгвардия прознала о высадке десанта, какой крот рассказал об этом, подвергнув войска уничтожению. Даже ход конём в виде прибытия флота Южного Креста не смог повлиять на неизбежное поражение. Она была зла, слишком зла, чтобы вытерпеть и кому-нибудь не врезать. — И долго мы будем позориться? — спросил Странник, сидя рядом у носа корабля. — Время идёт, а мы до сих пор не готовы сражаться. — Ноксгвардия непредсказуема, — ответил Кадзуха. — Более чем предсказуема, просто мы все тупые как пробки. А, ещё беззащитны, грызуны проклятые. — И без твоей критики тошно, — прошипела капитан. — Потом обсудим, хорошо? Сиди молча. Он цокнул, но замолчал. — Кадзуха, пожалуйста, посмотри, как там раненые. Только он хотел пойти в трюм, как матрос внезапно оповестил о приближении волноходов. Бэй Доу просила пока не грузить мёртвых, так что сейчас данная новость в некоторой степени радовала. На палубу поднялся офицер и… Аяка. Опустошённая, слабая, раненая. При помощи матросов её повели в трюм, но она успела глянуть на капитана и словно дала немой намёк, что на острове случился настоящий ужас. А затем подняли всё-таки новое мёртвое тело. — Тома… — капитан не выдержала и отошла на другой борт, пытаясь не запаниковать. — И что дальше? Кого ещё потеряем? — задал раздражающий, но нужный вопрос Странник. Нужно что-то делать. Обязательно. В противном случае белым полотном укроют и всех остальных друзей.