Грешники

      Путь занял несколько дней. Земли Хьюга находились на востоке от Конохи, за густыми рощами и холмами. Их деревня была маленькой, но укреплена так, что никто, даже опытный шиноби, не смог бы проникнуть незамеченным.       Тобирама медленно вышел из тени деревьев. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, освещая небольшую тропинку, по которой они шли. Двое шиноби шли следом за альбиносом, настороженно оглядываясь по сторонам, готовые защитить своего командира в любом случае.       Когда они приблизились к границе, из тени деревьев вышли двое Хьюга — бякуган уже был активирован, их бледные глаза безошибочно фиксировали каждое движение гостей.       — Остановитесь, – один из них поднял руку. — Назовите свою цель.       Тобирама достал письма, одно с печатью главы Хьюга и второе с печатью Хокаге.       — Я — Тобирама Сенджу, прибыл из Конохагакуре но Сато для переговоров с вашим главой, он должен быть в курсе, – его голос звучал ровно и в нем чувствовалась непререкаемая властность.       Тобираму провели в главный зал, где за низким столом сидел высокий мужчина с гордой осанкой и пронзительным взглядом. Рядом с ним, по всей видимости, сидели его советники.       — Тобирама Сенджу, – произнес глава клана, Хироми Хьюга, приглашая его присесть. — Отчего же Хокаге сам не явился?       — Хокаге занят делами деревни и не смог ее покинуть, – ответил альбинос, садясь напротив. — Но я уполномочен вести переговоры от его имени.

***

      С момента отъезда младшего брата Хаширама стал еще более бесшабашным. Он будто забыл про всякую осторожность, пользуясь тем, что не будет застигнут врасплох.       Мизуки как обычно сидела за столом, разбирая бумаги. Вечер уже давно наступил, и в резиденции почти никого не осталось. Аяко тоже ушла домой, девушка решила отпустить ее пораньше.       Учиха встала и подошла к небольшому шкафу, чтобы взять оттуда пару нужных свитков для изучения, как дверь в ее кабинет внезапно открылась без стука.       — Ты все еще здесь? – раздался мягкий голос Хокаге.       Мизуки вздрогнула, но даже не успела повернуть голову, как теплые руки обхватили ее сзади, а губы прижались к ее шее.       — Хаширама... – она резко обернулась, но он лишь ухмыльнулся, не отпуская ее.       — Ты так напряжена… – прошептал он, проводя пальцами по ее плечу. — Давай я помогу тебе расслабиться.       — Кто-то может войти… – попыталась протестовать Мизуки, но ее голос дрогнул, когда его пальцы коснулись ее бедра.       Хаширама прижимал девушку к себе, его губы скользили по ее шее, оставляя горячие поцелуи, которые заставляли ее содрогаться. Дыхание девушки участилось, а его руки стали все более настойчивыми. Одна ладонь скользнула вниз, обхватывая талию, а другая запуталась в ее волосах, слегка оттягивая голову назад.       — Хаширама… – ее голос дрогнул. Она попыталась отстраниться, но он лишь притянул ее ближе, прижимая к своему телу.       — Ты очень красивая, когда смущаешься… – прошептал он, целуя сначала ее щеку, затем уголки рта. — Я так долго ждал момента, когда мы останемся одни.       Мизуки ощущала, как сердце бешено колотится в груди. Ей безусловно нравились его прикосновения, но вместе с тем ее охватывала паника. Она не была готова к этому.       — Подожди… – девушка наконец оттолкнула его, отступив на шаг. Лицо ее пылало, а руки дрожали.       Хаширама нахмурился, но в его глазах все еще горел азарт.       — Что такое, Мизуки? – он провел пальцем по ее подбородку. — Ты разве не хочешь этого?       Мизуки сжала кулаки, стараясь собраться с мыслями.       — Я не считаю, что готова, — ее голос звучал тихо, но твердо. — Не хочу торопить события. Давай… давай просто остановимся.       На мгновение в комнате повисло напряженное молчание. Хаширама изучал ее лицо, словно пытаясь понять, насколько она непреклонна. Затем он вздохнул и отступил, проводя рукой по волосам.       — Хорошо, как скажешь, — в его голосе прозвучала легкая досада, но он улыбнулся.       Мизуки почувствовала, как напряжение немного спало, но в груди осталось неприятное ощущение. Ей казалось, что она обидела его. Тишина снова стала тяжелой, Учиха не хотела, чтобы между ними возникло это недопонимание, но и не могла заставить себя уступить.       Она замерла на мгновение, чувствуя, как сильно ее сердце колотится. Взгляд Хаширамы был одновременно мягким и немного разочарованным, и это задело ее сильнее, чем она ожидала. Внезапно ее охватило желание стереть эту тень с его лица, доказать, что она тоже хочет его — просто не здесь, не сейчас, не так быстро.       Она сделала шаг вперед, ее пальцы дрожали, но решимость горела в глазах. Прежде чем он успел что-то сказать, Мизуки подняла руку и коснулась его щеки, ощущая под пальцами тепло его кожи.       — Не смотри на меня так… – прошептала она, и прежде чем страх, сомнение или смущение могли остановить ее, потянулась к нему, прижавшись губами к его губам.       Поцелуй был нежным. Хаширама замер на мгновение, а затем его руки снова обхватили ее, притягивая ближе. На этот раз его прикосновения были осторожнее, словно он боялся спугнуть ее.       Когда их губы разъединились, Сенджу положил голову на ее плечо, крепче обнимая, его дыхание было горячим и неровным.       — Ты сводишь меня с ума, Мизуки, – произнес он хриплым голосом, отчего у девушки по всему телу пробежали мурашки.

***

      Переговоры шли размеренно, но напряжение в воздухе чувствовалось. Тобирама сидел напротив главы клана, его пальцы едва заметно постукивали по колену, но лицо оставалось каменным.       — Больше полугода назад Мадара Учиха покинул Коноху. И до сих пор никто не знает, куда он пропал и чем занимается. Разве это не повод для беспокойства? – один из старейшин Хьюга, мужчина с резкими чертами лица, скрестил руки на груди, не сводя свои бледные глаз с Сенджу.       — Мадара сделал свой выбор. Если он решил покинуть деревню — это его право. Коноха не держит никого насильно, – холодно ответил он, едва заметно сжав кулаки. Он был готов, что это будет длиться долго, однако бесконечный поток вопросов уже порядком достал мужчину. Хотелось поскорее вырваться отсюда и вздохнуть свежий воздух.       — И все же странно, что такой влиятельный шиноби просто исчез, – продолжил Хьюга, тон его голоса был почти насмешливым. — Особенно учитывая, что главой Учиха стала… женщина. Неужели у Мадары не было других наследников?       Послышались сдержанные смешки. Глава Хьюга не одернул подчиненных, лишь слегка ухмыльнулся, казалось, ему и самому была интересна эта тема.       — Слабый лидер — слабый клан. Учиха всегда полагались на силу, а теперь их ведет женщина, которая и силу глаз своих, наверное, не пробудила.       — Женская логика — штука ненадежная. То плачут, то истерики закатывают. Кто всерьез станет считаться с таким лидером? – говорил уже другой мужчина. — Мадара поступил крайне глупо, доверив клан ей.       Тобирама, до этого момента сохранявший бесстрастное выражение лица, почувствовал, как в висках запульсировало, его глаза сузились, а пальцы непроизвольно впились в колени, он не понимал, почему эти слова вызвали в нем такую реакцию. Обсуждение Мизуки явно не входило в планы, так зачем же они это начали? Его дыхание стало чуть глубже, он стиснул зубы, но внешне оставался непоколебим.       Однако глава Хьюга заметил это. Его бледные глаза скользнули по фигуре Сенджу, уловив малейшие изменения. Уголок его рта дрогнул в едва уловимой ухмылке, но он по-прежнему молчал.       — Мизуки Учиха — компетентный лидер, – голос Тобирамы прозвучал резче, чем он планировал. — С момента ее назначения клан Учиха не только сохранил стабильность, но и укрепил свои позиции. Она также является советником Хокаге, и ее мнение высоко ценится.       — Ты говоришь о ней с большим уважением… Не ожидал, что Сенджу будет так отстаивать Учиха, – наконец произнес Хироми, пытаясь скрыть усмешку.       Тобирама осознал, что перегнул палку, и слегка откинулся назад, выпрямив спину, стараясь взять себя в руки.       — Если бы Мизуки не справлялась, Хокаге не доверял бы ей такие посты. Ваши предрассудки не имеют значения, вот что я хотел сказать.       Глава клана Хьюга слегка наклонил голову, в его глазах мелькнул невысказанный интерес, но лицо оставалось невозмутимым, мысленно представляя себе Мизуки. Он никогда не видел ее лично, но слышал, что Учиха обладают особой красотой — темные волосы, гордый взгляд, изящные черты лица. А раз она, как утверждает Тобирама, хороший лидер и занимает высокую должность, то познакомиться с ней поближе несомненно стоило.       — Если Хокаге доверяет ей, значит, она действительно заслуживает уважения, – вновь произнес Хьюга.       Все остальные молчали, не говоря больше ничего. Тобираму слегка напрягло то, что он так легко согласился с ним, но не стал зацикливаться на этом.       — Коноха растет, и мы будем рады стать частью этого союза, – произнес он, слегка склонив голову. — Давайте подпишем договор.       Его советники переглянулись между собой, явно понимая, что раз их глава уже принял решение, то говорить что-то еще нет смысла. Да и сами они не были против такого союза.       Альбинос кивнул, удовлетворенный исходом переговоров. Он не доверял Хьюга, они были чересчур горделивыми и скрытными, но пока что все шло по плану.       — В таком случае, мы обсудим детали интеграции ваших сил в структуру деревни, когда вы уже прибудете туда, чтобы осмотреть выделенные для вас земли, – с этими словами Сенджу поднялся с места. Наконец он мог выйти отсюда и отправиться обратно в Коноху.       Тобирама вышел из зала, ощущая некое облегчение. Прохладный вечерний воздух коснулся лица, и он глубоко вдохнул, стараясь успокоить слегка учащенное сердцебиение.       Он уже собирался подать сигнал своим воинам, чтобы те готовились к выдвижению, когда за его спиной раздались шаги.       — Тобирама, — позвал его глава Хьюга.       Он не обернулся сразу, лишь слегка напряг плечи, но затем медленно повернулся, встретив взгляд бледных, почти бесцветных глаз.       — Уже почти ночь, уходить сейчас — не лучшая идея, на вас могут напасть по пути. Тебе и твоим людям стоит остаться. Мы приготовим гостевые покои, – довольно вежливо предложил он.       Тобирама чуть сузил глаза. Это звучало заманчиво, но что-то в нем настораживало его. Да и он не видел смысла задерживаться — его миссия была выполнена.       — Благодарю за гостеприимство, но мы все же отправимся сейчас, – ответил он ровно. — Хокаге ждет отчета о переговорах.       Хироми не стал настаивать.