Прелести первой парты

— Извини, я забыл, что маме должен помочь. Она только пришла, а меня нет. Я зайду домой, буквально на десять минут. Ты подождёшь? — это было первое, что сказал Самир, когда они с Анной встретились возле детской площадки. Он обнял свою девушку, пока та пыталась понять, что происходит. — А мы в кино успеем? — она по привычке обняла его в ответ. Неудобно просто стоять, пока на тебе виснут. — Пф! — усмехнулся парень. — Конечно успеем, максимум рекламу пропустим, не переживай. Анну успокоила его уверенность. Ребята направились к дому Самира. На улице дул прохладный осенний ветер, проникая сквозь не особо тёплые замшевые ботильоны и лёгкий плащ из габардина. Лишь шерстяные колготки с юбкой и свитер уравновешивали эту ситуацию. Но ненадолго. Анна запустила холодные руки поглубже в карманы. Одета она была явно для кино, а не для улицы. — А может, мне с тобой зайти? Заодно с мамой твоей познакомишь, — спросила она в надежде на тёплый чай. — Прямо так? — Самир нахмурился и оглядел девушку с ног до головы, отчего та смутилась, ощущая, что, по-видимому, как-то не так выглядит. — Ну, да… — она посмотрела на ноги, вспоминая, не забыла ли надеть юбку. Всё в порядке. — Это будет неприлично. Маме такое не понравится. Тем более с пустыми руками не вежливо приходить к парню в гости, — пояснил Самир. — Давай назначим день, ты приготовишь какое-нибудь блюдо, оденешься поскромнее, без макияжа, и тогда я вас познакомлю. Анна лишь кивнула в ответ, понимая: знакомство с его мамой не случится никогда. Желание резко отпало и вряд ли появится в будущем. Самир с Анной дошли до двора пятиэтажного дома с выпирающими балконами, где деревья успешно скрывали решётчатые окна первых этажей. — Нет, не здесь, — поспешил сказать Самир, когда Анна ступила на тротуар, ведущий к подъезду. — Она может смотреть в окно и увидеть тебя. Давай ты меня с другой стороны дома подождёшь? Анна округлила глаза и неодобрительно посмотрела на парня. Ну, что она в самом деле, как будто монстр какой. Накрасила ресницы тушью и чуть серым веки подвела — всё, надо прятать. — Самир… — Котёночек, — обнял он её, зацеловывая в губы посреди улицы. — Там есть скамейка, всего лишь десять минут посиди, хорошо? Ну, прости, если она тебя увидит, то сразу спрашивать начнёт про тебя, а это на несколько часов затянется. — Всё, ладно, — вздохнула Анна, отстраняясь от Самира. Если они сейчас поссорятся, то точно до кино не дойдут. — Давай иди, а то опоздаем. Самир ещё раз поцеловал Анну, не забыв быстро просунуть язык в её рот и поспешил к одному из подъездов в доме. Анна обошла здание и нашла пресловутую скамейку. Только у той было отломлено две доски, а сидеть на оставшейся полусгнившей дощечке оказалось неудобно. Девушка оглядела территорию: ещё здесь был заржавевший турник и песочница без песка. Выбрав кривое дерево, девушка, пристраиваясь, прислонилась спиной к стволу и достала из сумки «Вишнёвый сад» — нужно дочитать. Прошло всего четыре минуты, когда она поняла, что не может сосредоточиться на тексте. Руки замерзали, держа книгу, так что Анна убрала её обратно в сумку и принялась ходить по двору, пытаясь сбить холод, атакующий пальцы ног. Мимо проходили люди: молодые и пожилые, и какое-то время Анна переключала своё внимание с холода на них, параллельно слушая музыку в наушниках. Девушка ходила по кругу всё быстрее и быстрее, проверяя время. Когда десять минут наконец-то прошло, Анна выдохнула, отогревая замёрзший нос в кое-как согретой в кармане руке. Но на двенадцатой минуте она вновь напряглась. Достала телефон и зашла в сеть: Самир не был онлайн, но Анна всё равно ему написала. Прождав еще три минуты и не получив ответа, она убрала телефон и начала въедливо смотреть в ту сторону, откуда он должен был прийти. Как будто если она визуализирует это, представит, как Самир идёт к ней, то тот действительно появится. Лучше бы он пустил её подождать в подъезде. Анна скучающе пнула землю и пару раз присела, разгоняя кровь. Прошло двадцать минут. Похоже, кино отменяется. Позвонить ему или нет? Анна ещё раз посмотрела на то место, откуда Самир должен прийти, и поняла: да пошёл он к чёрту. Она хочет в тепло, домой. Неохота ещё до кино с ним по этому холоду идти. «Мне холодно. Я домой», — написала она сообщение и быстрым шагом отправилась назад. И как назло, по пути к дому раздался звонок от Самира. Но Анна на него не ответила, не желая слушать оправдания. Она не обижалась. Потому что ей было всё равно на него. А вот упущенное кино было жалко. Придя домой, Анна отбросила в сторону обувь, сняла одежду и открыла воду, набирая тёплую ванну. В ход пошла соль и сине-розовая бомбочка, превращающаяся в пену при контакте с водой. На телефон, оставленный в коридоре, поступил ещё один звонок. Анна тяжело вздохнула, вышла из ванной и переключила устройство в режим «не беспокоить». Включив музыку, она оставила телефон на табуретке возле ванны, а сама опустилась в воду практически по нос, согревая тело. Это надо же. Как можно оставлять человека, которого ты так любишь, мёрзнуть на улице? С другой стороны, может, он и не знал на тот момент, что ей холодно, но обещал же десять минут! Она своё обещание подождать выполнила, а он вернуться вовремя — нет. Да и что за странный ход, прятаться от окон матери. Неужели Самир Анну настолько стыдится? Она перевела взгляд на экран телефона. Поступил третий звонок. Почему-то именно сейчас Анна чувствовала себя особенно одиноко. Нуждается ли в ней Самир по-настоящему или ему просто требуется удобный партнёр? Сменилась песня и в ванной комнате заиграл поп-рок. Женский голос перекрикивал гитару, напевая весёлые мотивы. Это совсем не подходило под грустное настроение, поэтому Анна, тяжело вздохнув, перекинула мокрую руку через бортик ванны, чтобы сменить мелодию, однако тёплая капля неудачно упала на экран. Музыка стихла. — Аня? — тихо раздался голос Самира из динамика, на что девушка притихла, замерев на месте в неестественной позе. И что теперь делать? Отклонить вызов? Или это будет слишком глупо? Из телефона раздался ещё один звук, но Анна не смогла его разобрать, поэтому ведомая любопытством осторожно нажала на значок громкой связи. — Ты сильно на меня обиделась? — Самир выждал несколько секунд и, не получив ответа, продолжил. — Прости меня пожалуйста, что я так задержался. Я не ожидал, что она меня ещё обедать заставит… — Так ты ещё и ел там всё это время?! — не удержавшись, громко возмутилась Анна. — Она бы меня не отпустила на улицу, если бы я не поел… Анна засмеялась. Но не потому, что ей было весело, а от всей абсурдности ситуации. Самир иногда кажется таким взрослым, разносторонним, но что касается отношений с матерью — ему будто пять лет. — Ну, что, мир? — Самир неловко хихикнул в ответ, считая, что смех — уже хороший знак. Анне становилось всё некомфортное и страшнее. Некомфортнее от присутствия Самира в её жизни и страшнее от перспективы того, что Самира в этой жизни не будет. Она не понимала, чего именно так боялась. Будто если они перестанут быть вместе, то что-то будет. Опасное и болезненное. — Давай потом, я занята. — не дождавшись ответа, она отключила вызов. Так и просидела в ванной в тишине, погружённая в собственные мысли до тех пор, пока не остыла вода.

***

В понедельник Анна сидела с Мариной за одной партой на уроке литературы, слушая рассказы Веры Николаевны. Учительница всё говорила, говорила, громко, чётко и не дай Бог её перебить — мало не покажется. Говорила о прототипах героев «Мастера и Маргариты», о линиях в романе и перевёрнутых смыслах. Анна слушала. Во-первых, потому что издать шум или отвлечься на уроках этой женщины себе дороже, а во-вторых, потому что надеялась, что это ей как-то поможет на экзамене. Когда Анна начала ходить на курсы по субботам, то рассчитывала, что там будут разбирать конкретные примеры, давать тесты, которые ученики будут решать, а затем проверять. Как на математике. Однако первые занятия уж больно были похожи на занятия по литературе в школе. Преподавательница говорила и говорила, а кто-то из учеников заканчивал за неё какую-либо фразу, заслуживая удовлетворённого кивка. И так пока время не заканчивалось. В конце первого занятия им дали домашнее задание: ответить на вопрос на листке А4 «Прав ли герой М. Горького, утверждавший: «Человек — это звучит гордо!» Анна не знала, что там за герой у Горького, так что написала по-простому: «Да, прав.» «Какое лёгкое задание!» — думала Анна, удовлетворённо сворачивая листок в четыре части. Думала она так ровно до того момента, пока ребята в её группе в начале занятия не начали складывать задание на стол преподавательнице. Её два слова не шли ни в какое сравнение с исписанными мелким подчерком листами по две-три штуки, скреплённые между собой степлером. — У вас возникли какие-то проблемы с заданием? — поправив толстые очки, обратилась преподавательница к Анне, перебирая работы. — Эээ… — Анна медленно подвинулась в сторону, скрываясь за затылком впереди сидящего, понимая, что её работа больше похожа на издёвку. Ей сказали ответить на вопрос. Она и ответила. Откуда было знать, что она должна была весь лист исписать? И почему все, кроме неё, сделали правильно? — Если честно, я не читала… — она провела глазами по аудитории. — Горького вот этого… — Что ж, тогда настоятельно советую вам его прочесть. Анна послушно кивнула. Самое странное — все, кто ходили на эти занятия, действительно любили литературу. Они обсуждали между собой произведения, биографии и школьные уроки. Порой Анна чувствовала себя белой тупой вороной средь возвышенных одногодок. — Бьютина! —громкий голос Веры Николаевны отлетел от стен и раздался эхом, отчего вздрогнула не только сама девушка, но и её подруга. — Оценки — хуже некуда. Ты собираешься исправлять? Анна на пару секунд застыла, смотря на учительницу. Рассказал ли ей Олег Сергеевич? Вид Веры Николаевны так же суров, как и всегда. Похоже, что нет. — Да, — ответила она. После урока учительница показала Анне листок, на котором были написаны темы по пройденным произведениям на выбор. Анна выбрала «Прошлое и будущее в пьесе «Вишнёвый сад», как раз то, что она почти дочитала. К следующей неделе требовалось написать пять страниц со своими рассуждениями. После звонка с урока Анна запихнула учебник литературы в сумку, идя по лестнице со второго этажа на третий — на математику. Олег Сергеевич сидел в кресле, облокотившись на стол, сложив руки в замок и оперев на них подбородок, задумчиво смотря в глубь кабинета. — Здрасте, — здоровались с ним одиннадцатиклассники. — Здрасте-здрасте, — буднично ответил тот, повернув голову к входящим ученикам. Его взгляд натолкнулся на Анну и в это мгновенье сверкнул чем-то хитрым, возможно, даже нехорошим. Первая парта, вплотную придвинутая к столу учителя, всё ещё вызывала нехорошее предчувствие, и Анна полубоком скорее направилась к своей парте, где её уже ждал Самир. Он улыбнулся, а Анна небрежно взглянула на парня в ответ. — Всё ещё дуешься? — спросил он, на что Анна только вздохнула, доставая тетрадь из сумки. — Ань, — Самир её схватил за локоть, на что та резко выдернула руку и с опаской взглянула на учителя, который мог наблюдать всю их разборки. — Давай не сейчас. Поговорим после урока, — шепнула она, поняв, что её взгляд только обратил на них внимание математика. Перемена со снующими по классу туда-сюда учениками немного выравнивала ситуацию. — Да у тебя вечно всё «потом» и «не сейчас», — возмутился Самир. — Тебе вообще плевать на меня? Я извиниться пытаюсь, а ты ведёшь себя как истеричка. — Это я истеричка?! — она резко обернулась к Самиру. Нет уж, оскорблять себя она не позволит. — А ты маменькин сынок! Я вечно только и делаю, что стараюсь подстроиться под тебя и твою маму, хотя я её даже не видела! Кому тут на кого ещё плевать… Ты оставил меня на улице и даже не подумал о том, что я могу замёрзнуть. Вася и Юля, стоящие неподалёку, обернулись на шум, не скрывая своего интереса по отношению к разворачивающейся ссоре. Парень замер с серьёзным лицом, и Анна поняла по глазам, насколько сильно его это задело и насколько он с этими утверждениями не согласен. Да, мама для Самира — святое. Она выращивала их одна в голодное время без помощи, она кормит их, обеспечивает. Она же выбирает своим сыновьям подходящих девушек и решает, как им жить. Самир замолчал и отвернулся в сторону, всем видом показывая, что разговаривать с Анной дальше не собирается, пока та не извинится за свои слова. Анна хмыкнула и тоже отвернулась. Пусть он обижается, сколько хочет. Однако откуда-то медленно подкрадывалось чувство вины. И стыд за то, что она высказала всё это при свидетелях. Учитель, казалось, сидел спокойно, сосредоточенно смотря в свои записи. Не слышал? Прозвенел звонок на урок. Анна открыла книжку с тренировочными вариантами по ЕГЭ, сдавила руками виски и постаралась сосредоточиться. Если подумать, то Самир к ней нормально относился. По крайней мере, до этих выходных. Где-то он мог не проявить заботы, но зато если нужно — всегда извинялся. Ему нравилось с ней проводить время и вообще… Разве он не любит её? А она его обозвала маменькиным сынком при одноклассниках. Раньше ей казалось хорошей идеей встречаться с тем, кто в тебе заинтересован больше всего. Но почему всё время чего-то не хватает? Почему всё как-то не так? — Перейдём к задачам на исследование функций с помощью производной… — говорил учитель, стоя у доски. Анна подняла голову. Уже? А что они решают? Она посмотрела в свой решебник на столе и обнаружила, что он всё ещё открыт на содержании. Самир сидел, чуть отодвинувшись от девушки, и, сдвинув брови к переносице, решал задачи, демонстрируя обиженный вид. Ну как так? Это он должен просить у неё прощения! Почему в итоге он заставляет её чувствовать себя виноватой? Пожалуй, про маменькиного сынка было лишнее. Анна собралась с мыслями и повернулась к парню. — Самир… — сказала она, склонив к нему корпус и протянув руку, чтобы коснуться плеча. — А вот Бьютина Анна и пойдёт к доске, — скомандовал учитель. Услышав свою фамилию, девушка вздрогнула. Так невовремя! И за что именно её? Анна послушно встала, захватила решебник и сердито посмотрела на учителя. А тот, кажется, был доволен собой. Она медленно прошлась до доски и застыла на месте. — Ты собралась содержание решать? Там уже всё сделано за нас, ничего менять не надо, — улыбнулся Олег Сергеевич. — Двадцать восьмая страница сверху. Переписывай функцию. Анна закатила глаза и перевернула страницы, найдя нужное задание: «Найдите точку локального минимума функции y = x3 − 3x» Выписав пример, она вновь замерла, пялясь на доску, куда-то в одну точку. Олег Сергеевич стоял сбоку от неё и изучающе смотрел, мешая сосредоточиться. — Та-ак? — подгонял он. — Я же думаю! — возмущённо шепнула она, обернувшись на мужчину. — Ну, думай. Пример не казался таким уж сложным. Осталось вспомнить, как его решать. Анна положила свою книжку на стол учителя, чтобы не мешалось, и взяла мел. Для начала она подставила ноль вместо игрека, исходя из этого логично было бы найти икс, что она и сделала. Далее девушка начертила график и нашла ответ: «х =1» Не так уж она и глупа. Кое-что помнит. Отряхнув руки от мела, Анна вернулась на место, довольная собой, на время позабыв о том, что хотела поговорить с Самиром. После урока парень собрал свои вещи и молча вышел из класса. И Анна уже намеревалась последовать за ним, как была окликнута учителем уже у двери. Девушка вздохнула, собрала всё своё равнодушие и медленно вернулась к Олегу Сергеевичу, сидящему на своём месте. — Ты забыла это, — он делал вид, что проверяет тетради, что-то помечая ручкой, и как бы между делом протянул ей её решебник. — И приходи в пятницу. Кое-что будет. — Спасибо, — забрала свою вещь Анна, намеренно игнорируя вторую часть фразы, скрывая своё любопытство. Лишь приподнявшаяся бровь чуть дрогнула. — Даже не уточнишь, что именно? — спросил учитель, не отвлекаясь от своего занятия. — И что же? — девушка сосредоточенно складывала книжку в сумку, всеми силами отвлекая себя от беседы, пока одноклассники уходили из кабинета. Олег Сергеевич в ответ только повернулся к ней и хитро, с долей удовлетворения улыбнулся. — Ну же! Не молчите, — не выдержала Анна, вызывая у мужчины смешок. — Вот придёшь, заодно и узнаешь, — Олег Сергеевич расслабленно качнулся на кресле. — Так же нельзя! — возмутилась Анна, поняв, что рассказывать он не собирается. — Мне всё можно. Недовольно цокнув, Анна вышла из кабинета, уже окончательно забыв, что намеревалась сделать. Неизвестное событие заняло все мысли. И что такого может произойти в пятницу? А может, Олег Сергеевич это выдумал специально, чтобы её подразнить? — Видишь вон ту девочку? — Марина взяла Анну под руку перед уроком ОБЖ и показала пальцем в нужное место. — Ну? — подруга посмотрела на незнакомку с хвостиком на голове и в бежевой кофточке. — Она последнее время постоянно мелькает перед глазами. За Женей ходит. Влюбилась в него. — Марин, ты прикалываешься? — изогнула бровь Анна. — Она из седьмого класса максимум. — Ой, и что? — шлёпнула она по плечу подругу. — А то ты не помнишь, как мы в седьмом классе за парнями из одиннадцатого ходили. — М… — отстранённо кивнула Анна. — Ты чего такая? — взволнованно посмотрела в глаза подруги Марина, заметив, что та не в духе. — Из-за Самира? Анна кивнула. Но самое странное, что сейчас Анну ссора с Самиром уже не волновала. Больше всего беспокоил вопрос: что, чёрт возьми, случится в пятницу? — Ой, да придурок он. Чтобы ни случилось — он виноват, — заключила подруга. — Бросай его. — У тебя все придурки, — хмыкнула Анна. — Конечно. Мужикам вообще верить нельзя, — Марина заметила Женю, подходящего к кабинету. — Ну, кроме одного… — дополнила она.

***

Учитель ОБЖ рассказывал о том, как ему удалось отбиться от пьяной компании из десяти человек. Анна сложила руки на парте и положила на них голову. Скорее бы домой. Скорее бы конец недели и выходные. И что же всё-таки будет в пятницу? Может, их отпустят пораньше? Или какое-то выступление в актовом зале? Приедут ветераны? Или чиновник? Ремонт в школе? А может, это что-то, что касается только её и Олега Сергеевича? Что же это? Что? Почему одна случайно вкинутая фраза так сильно зацепила её? Нет, учитель натурально над ней издевается! Он придумал какое-то событие, а Анна повелась. Эта мыслительная жвачка плотно застряла в голове и не собиралась уходить. На уроке химии Анну на мгновенье отвлекло то, что Самир задел её руку своей. Лишь тогда она вспомнила, что вообще-то обидела его, как и он её. «Тебе вообще плевать на меня?» — всплыли его слова в голове, отчего снова подкатывала вина. Она обещала себе, что будет стараться. Будет хорошей девушкой для Самира. Почему сейчас она думает не об их отношениях, а о том, что произойдёт в пятницу? К концу уроков Анна сдалась окончательно. Нервно тряся ногой, она считала минуты, пока не прозвенел звонок. И сказав Марине с Женей, чтобы те её не ждали, она пошла на поклон к своему мучителю. Восьмиклассники выходили из кабинета математики, а за ними и сам Олег Сергеевич, закрывая за собой класс. Анна ускорила шаг, чтобы успеть поймать его. — Так что будет в пятницу? — она зашла со спины. Олег Сергеевич вынул ключ из закрытого замка и обернулся на девушку, улыбнувшись и слегка прищурившись. Анна со всей серьёзностью стояла ровно и решительно, дыша чуть быстрее положенного, пытаясь скрыть, насколько она торопилась сюда. — Чуть-чуть не дотерпела, — он сложил ключи в кулаке. — Ты завтра и так обо всём узнаешь. Такой ответ любопытство не удовлетворял. — А вы расскажите сегодня. Какая разница. Последние ученики направились домой. Этаж опустел. Но учитель, по-видимому, никуда не торопился. Он стоял и смотрел на девушку, не скрывая своего удовольствия. Та тоже сдаваться не собиралась. — Ну, пожалуйста! — не выдержав молчания, она дернула его за рукав, жалобно заглядывая в глаза. Не удержавшись, Олег Сергеевич поддался порыву, осторожно поднял свободную руку, положил на её макушку и пару раз погладил Анну по голове. Та замерла на месте, словно испуганный зверёк. — Идём с классом на спектакль, — он убрал руку. Обещал же не трогать, но это «пожалуйста» не могло оставить равнодушным. — И всё? — захлопала глазами Анна. — Ну да, — пожал плечами учитель. — А ты чего-то другого ждала? — ухмыльнулся он. Имел ли он в виду свою руку на её голове или этот спектакль, но Анна, скрывая неловкость и оставив этот вопрос без ответа, молча отправилась домой. А действительно. И чего она на самом деле ждала?