Кудинова

Я уже пару лет жил моментом. Отрываясь по полной, не обращая внимание на последствия. Рядом были друзья, мама, большего мне и не нужно. Мне всё равно на учёт, что меня посадили за продажу наркоты и её употребления.Нет, были конечно моменты когда мне было противно от самого себя, как например сейчас. Я опять пришёл домой в неадеквате, глупо надеясь, что мама давно спит, но мои надежды не оправдались. В коридоре меня встретила мама. Она не кричала, не ругалась от того становилось ещё хуже.Хуже от её усталого и разочарованного взгляда. Я столько раз ей обещал не принимать, но обещание сдержать не могу. Сначала я и правда не вспоминаю о наркотиках, но по истечению пару дней у меня начинается самая настоящая ломка. От боли я готов ходить по стене, а потом ещё накрывает и морально. Возможно будь рядом друзья или любимая девушка (как таковой у меня нет) мне бы было легче, но я один. Будь я чуть смелее, я бы попросил помощи у друзей, а не мучился от боли в одиночестве. Я не умею просить помощи или принимать её, от этого я сам для себя — слабый человек. – Вань, я же просила.– уже устало произносит женщина. А Ваня стоит не поднимая головы, стыдясь посмотреть в глаза мамы. Через пару минут он игнорируя всё, идёт в свою комнату, ополченную в красный свет с помощью светодиода и укладывается на диван так его и не разложив.

***

Егор убил режиссёра. Страх уходит на второе место, сейчас на первом месте у Кисы напряжение и гнев. Пока Мел чистил свой желудок, а Хэнк стоял рядом с другом успокаивая его всеми возможными способами, Гена с доктором пытались спасти москвича. И видимо только Ваня понимал, что мужчину уже не спасти и нужно действовать быстро. Он лично привязал к ногам мужчины тяжёлые камни, а следом вместе с парнями погрузил труп на дно моря. Уже стоя на берегу они договариваются никому ничего не рассказывать. И вроде бы всё хорошо, они избавились от тела, а полиция его навряд ли будут искать на дне моря. Но напряжение остаётся между друзьями. А так всё было тихо и спокойно. Пока Егор всё не разрушил. Он проебался, рассказав всё Кудиновой через пару дней после дуэли. Грёбаная Кудинова съела ему весь мозг. После той вечеринки они не общались, от слова совсем. Да, Кислов знал, что она иногда переписывается то с Борей, то с Мелом, но ему она никогда не писала. Кудрявый не против был и забить на это, но образ темноволосой девушки не выходил у парня из головы. А потом наступила колющая боль где-то слева. В тот день как оказалось, девушка пришла не одна. Рядом с ней стоял высокий парень, он был старше подростков на пару лет, по нему это сразу было видно. Но больно было видеть как Мирослава реагирует на объятия блондина. Сам Романов (как выяснилось позже) оказался неплохим парнем, он не задавал вопросов, просто так предлагая свою помощь.

***

После знакомства парней с Пашей, к кудрявому подошла Мирослава. Она долго его рассматривала, отмечая для себя что-то, а потом заговорила. – Ты в курсе что меня назначили твоей нянькой? — на лице темноволосого появилась усмешка. Конечно он это знал и был вовсе не против. В обществе Миры он отдыхал и мог расслабиться, но вот показывать этого и уж тем более рассказывать парень не собирался. — Знаю, но это что-то меняет, кисуль? — с пошловатой улыбкой ответил он. — Фу, что у вас за манера речи у всех. Сначала Рауль, теперь ты. — проговорила она, сморщивая нос.– Я вообще хотела с тобой поговорить о твоём… передозе?..– тихо закончила девушка мысль. На слова девушки, темноволосый опустил взгляд в пол, вовсе прекращая смотреть на Кудинову. Ему было стыдно. Также стыдно ему было перед мамой, когда она пришла к нему в больницу после случившегося. И девушка видимо это заметила, поэтому она подошла ближе к парню и обняла. Такой порыв Кислов оценил. Он ещё сильней прижал Мирославу к своему телу и спокойно вдыхал аромат её шампуня. Его совсем не смущало горячие дыхание, которое опаляло его кожу, в объятьях девушки парень почувствовал умиротворение, что приходило к нему не без помощи травки. Тот вечер кудрявый запечатлит у себя в памяти надолго. Будет вспоминать те ощущение и эмоции и надеяться, что это были не последние их объятия. Будет засыпать с мыслю о ней и её образом перед глазами.