«Solo» part.1

Дженни открыла глаза уже другой. Над ней склонились несколько незнакомых человек, которых она обвела приглушённым взглядом. Несколько раз моргнув, отведя последнюю пелену с глаз, девушка попыталась приподняться на локтях и ей охотно помогли в этом. Женщина, на вид лет тридцати пяти всё время похлопывал а её по плечу, разглядывая лицо и мельтеша перед глазами бутылкой с водой и влажными салфетками. Мужчина стоящий рядом, пытался поддерживать её стоя, что не было необходимостью, но так он делал вид что участвует в «спасение жизни». Дженни хмыкнула, грубо выдернув руку из его сморщиных пальцев. Она отошла назад на несколько шагов, вокруг звучали голоса, которые доходили до её ушной мембраны через вату. Голова ещё немного кружилась и виски сжимало, девушка оглядывалась по сторона, пока все они испуганно смотрели на неё. Школьная форма замаралась, о волосах страшно было даже подумать, ноги и ладони были побиты и в некоторых местах была сдерта кожа, грязь щипала на открытых ранках. Именно она помогла ей немного прийти в себя, словить себя на ощущения реальности. Запахи собственных духов, кофе из кафе неподалёку, цветущей сакуры были слишком насыщенными, впиваясь в обоняние своим приторным вкусом. Дженни огляделась, подняв школьный рюкзак, девушка повесила его на плечо, направляясь в сторону палящего солнца, по правую руку за угол. Она слышала как её окликнули несколько раз, разные голоса, но голова не смогла повернуться на звук, а ноги автоматически вели к дому. Странно было то, что она не помнила в какой стороне дом, но она шла к нему так уверенна, как будто действительно знала где он находится. Девушка ощущала своё тело напряжённым, словно на ней был надет гидрокостюм, как оболочка скрывавшая её реальные руки. Дженни осматривала кисти и пальцы, шагая вперёд, изредка поправляя сьезжающий рюкзак.

***

Дом, оказался небольшим, но уютным, в тихом районе, вокруг в основном жили старики или молодые люди, которые не могли похвастаться обилием денег. Изнутри он был так же мил как и снаружи. В приятных бежевых и желтоватых тонах, с деревянной мебелью, маленькими комнатами, полностью заставлен разнообразными ненужными вещами и приборами, с множеством салфеточек, подушек, вазонов с цветами и какой-то мелочью. Девушка ходила по своему дому как по чужому, рассматривая все эти детали, стирая пальцем пыль с полок и раскладывая школьные вещи так, как по её мнению, было правильно. Форму в шкаф, а принадлежности и тетради с учебниками, высокой стопкой на углу стола. Дженни даже поправила рыжеватые шторы, оставив небольшой проём посередине, позволяя уходящему солнцу светить именно в это место. Комната вся была заполнена светом, мягким и тёплым, кровать казалось обнимает тебя. Упав на неё ты попадаешь в удушье перины, подушек и детских игрушек, в которых почему-то преобладали мишки всех цветов и размеров. Душновато, но вполне комфортно и тепло. Делать ничего не хотелось, поэтому Дженни уставившись в окно дождалась темноты, после чего провалилась в сон. Реальность казалась для неё другой, новой и неизведанной, более юной и хрупкой.

***

В какой-то момент это стало рутиной. Пропадать в своём теле на несколько часов, потом на сутки, а после и на недели. Не контролировать происходящее, но жить в нём. Будто смотреть со стороны. Пробовать вещи, которые ты уже делала, еду которую уже любила и встречать людей, с которыми ты никогда не заговорила бы прежде. Дженни не понимала причин происходящего и даже боялась их представить. Она помнила все события и ситуации, свои действия и слова, но она не контролировала их, её тело всё делало за неё, управляя и подталкивая. Девушка боялась делиться этим с кем-то, удерживая всё в себе, пряча и подрагивая. С одной стороны это безумно пугало. То, насколько иногда ты хочешь становишься надеть более развратную одежду и накрасить губы темнее. То, насколько, оказывается, у тебя крепкий желудок после трёх банок соджу и то, что ты можешь съездить по чьему то лицу слишком легко, оставляя за собой кровавый след. Но это так же интригующе интересно. Адреналин, который кипятит твои вены жгучим потоком, высокомерии, делающие тебя непобедимой и уверенность, сшибающая всех на своём пути. Сидя внутри и наслаждаясь шоу, ты трепещешь от возбуждения желая продолжения. А потом ты кричишь, в пустой квартире, когда чувствуешь движения своих губ, и слышишь слова произносимые твои ртом, но только те, которые ты не говорила. — Заткнись уже. — слишком холодно ощущается раздражённый голос. — Как ты блять заебала. — «ты» хмыкаешь. — Сука это тело, какой-то убогой школьницы, с цветочками вместо мозгов. Ты не можешь нормально не в клуб зайти, не потрахаться. Даже никто не подходит, хотя фигурка то неплохая, просто потому что малолетка. Блять! «Ты» бьёшь рукой о стену, стоя в узком коридоре одна, в пустой плохо освещённой квартире и ты не говоришь, но слова звучат. Когда проходит первая паника, Дженни пытается не закричать снова. Губы сжимаются в искаженную тонкую линию, а костяшки кулака немного тянет из-за удара. Сердце бешено бьётся и ей кажется, что она чувствует два ритма, двое разных сердец, которые бьются одинаково быстро, но из-за разных причин. — К-как...кто, кто ты? — голос Дженни звучит как её, немного надломленно, но её. — Я это ты, разве не видно. — она поднимает голову и Дженни видит отражение своего тела в зеркале немного поодаль у входной двери. — Я...э-это не могу быть я. Она смеётся, глухо и коротко, скорее прыскает. — Конечно же не может. Кто-то вроде такой соплячки как ты, не может стать мной даже если продаст душу сатане. То что ты делишь со мной тело, не означает что ты являешься мной. — она легко пихает их голову в висок. — Н-но кто ты? — всё же не отступает от своего Дженни. — Ким. — кратко отвечает она, делая максимально равнодушный взгляд своими глазами. «Ким» — тихо смакует в мыслях это имя Дженни. — Мы блять думаем об одном и том же. — рявкает девушка, разбавляя тишину. — Твои мысли звучат и в моей голове. Просто потому что мы делим одну голову на двоих! Руки едва ли не своих судорогой и она ощущает как кончики пальцев покалывает от этого. Дженни ощущает мимолётный контроль над мышцами, но всё ещё чувствует себя в коконе собственного тела. Кажется Ким контролирует её действия сейчас, поэтому ощущается так, будто она внутри самой себя. Всё что есть у Дженни — это сознание и возможность видеть, чувствовать тоже что и Ким. Но есть ещё кое-что. Дженни может заставить Ким чувствовать её переживания и ощущения, именно поэтому у них обеих тянет в животе. У Дженни из-за тревоги, а у Ким из-за ярости. — Знаешь что дорогуша? — реторически начинает Ким. — Я точно так же владею этим телом как и ты. Я живу в нём уже больше года и имею право хотя бы на нормальную дрочку! Заключает девушка, разворачиваясь и шагая в комнату. Из неё Ким выносит штатиф с уже вставленным в него телефоном, пока Дженни пораженно кричит в голове. — Что!? Нет. — протистует девушка. — Что ты делаешь!? Что ты мать твою делаешь!!? Ким смеётся так громко, что их тело подпрыгивает в такт со звуком. Кажется она почти задыхается. — Меня заебало твоё монашеское поведение. Эти мешки, которые ты надеваешь на меня. И блять твой ебаный возраст, из-за которого я не могу никого подцепить чтобы спустить пар. По этому поразмысли мозгами чего я хочу, у нас они тоже общие, обещаю ты догадаешься. Дженни хватает ртом воздух, возмущение сочится из неё, настолько, что Ким перекладывает усилия заглушая его, своим желанием и злостью. Она устанавливает штатиф у того самого зеркала, сбоку, так чтобы в объектив камеры попадало зеркало полностью, при этому оставляет достаточно места впритык у его основания. Ким снимает с себя оверсайз футболку и домашний спортивный топ, швыряя их в сторону за штативом. Дженни зажмуривается, но продолжает видеть своё тело потому что Ким смотрит, и она смотрит жадно, обводя взглядом каждую родинку и выпуклость, словно этого года в её теле и не было. Ким касается кружи, оглаживает под ней, поднимаясь по бугоркам к основанию, обводит пальцами соски, которые мгновенно твердеют, щипает кожу ореолов, доходит до ключиц, а после и до шеи, которую сжимает с истошным чувством, настолько сильно, что кожа лица краснеет, а тело начинает задыхаться. Дженни внутри ощущает метания и давление, возбуждение, которое прокатывает по ней из-за того, что Ким, её собственными руками, заставляет её намокнуть. Девушка хмыкаешь который раз, чувствуя реакцию тела ибо ощущения Дженни накрывают её, перебарывая контроль. — Долбаные девственницы. — унизительно насмехаясь, говорит Ким. — Ну хоть так от тебя будет польза детка. Ким сжимает соски, восстанавливая дыхания после удушья, тянет их вверх и стороны, перекатывает между пальцев, прищипывает и покалывает ногтями. Изо рта вырывается тихий стон, который определённо принадлежит Дженни, очевидно решившей насладиться нежели тратить общие силы на сопротивление. — А мы похожи. — продолжая ощупывать горошины, размышляет девушка. — Кажется это единственное в чём мы похожи, м, шлюха? Сразу после слов, звучит вскрик, ибо Ким выкручивает соски ещё сильнее, а на Дженни действует это самоунижение слишком сильно, примерно на равные с болью, идущей прямо к уже влажной промежности. Ким избавляется и от шорт с нижним бельем, отбрасывая их в сторону к другим вещам на полу. Девушка садится на пол, разница температур розпаленной кожи и холодного камня, ощущается мурашками. Щеки раскраснелись и дышать тяжелее, соски приятно тянет после небольших игр, и когда она расставляет ноги, демонстрируя себе свою киску, из дырки стекает тонкая прозрачная струйка. Лобок и половые губы покрыты девственными пышными волосами, оттенком светлее их волос, за которые Ким дёргает, чтобы посильнее расскрыть себя. Запись идёт, и она касается клитора, по которому проводит на пробу, вверх-вниз. Приятные ощущения заставляют встрепинуться и откинув голову назад, прикусить губу в ухмылке. Дженни внутри тела не находит себе места, стараясь укрыться от ощущений, которые полностью её поглощают. Она старается взять контроль, хочет сделать хоть что-то, закрыть глаза или сомкнуть ноги, но ничего не выходит. Желание гудит между ног, и Дженни ощущает как её рука сливается с рукой Ким, как тело распирает от них обеих. Девушка пробует провести неуверенно пальцами, точно так же как сделала это Ким секундами ранее, у неё выходит грубовато, из-за набухшего клитора, от чего обе стонут в унисон. Теперь, действительно их рука, собирает смазку у входа, растирая её по малым половым губам, клитору и Ким срывает тормоза, а Дженни голос. Девушка двигает пальцами быстро, по круга, чередуя эти движения с вверх-вниз, надавливая на клитор, спускаясь вниз, где легко вдавливает костяшки во внутрь. Естественно смазка облегчает скольжение и расслабленное влагалище впускает сразу два пальца, которые входят не слишком глубоко, но ощутимо жгуче, из-за первого проникновения. Ким двигает ими так же резко без оттяжки и промедления, очевидно желавшая прикосновений и оргазма. Дженни, которая в целом потерялась между ними, едва дышит, искусывая нижнюю губу в кровь и задыхаясь стонет. Девушка трахает их обеих примерно в полторы костяшки двух пальцев, на протяжении нескольких минут, которые тянутся для Дженни вечностью. Ким свободной рукой ласкает грудь, живот, бока и клитор, сама уже находясь на грани. Оргазм накрывает тело, когда Дженни, выкручивает сосок снова. Они распахивают глаза в удивление и кричат, пока мышцы сокращаются внутри. Зеркало отражает их искажённое, влажное лицо (опять Дженни), глаза в которых зрачки пропали под веками, оставив лишь белок и губы, раскрытые и распухшие. Немного переведя дыханием и переждав оргазменную дрожь, Ким откидывается назад на локти, не имея возможности свести ноги из-за усталости, говорит улыбаясь: — Так то лучше.