Рассветы Дюны. Часть 2

Спал Дункан плохо, ворочался с боку на бок, прислушивался к дыханию Сионы. Кажется, она тоже не спала. То, что их поселили в одну комнату, было предсказуемым — Лето всегда добивался своего. И он любыми способами хотел свести его с Сионой, несмотря на упорное сопротивление их обоих. Дункан подумал, что вряд ли кто из сегодняшних жителей Арракиса мог бы так провокационно отвергать приказы Бога-Императора. «Червя!» — упрямо говорила Сиона, и Дункан в глубине души соглашался с ней. Заснул он только под утро, крепко и без сновидений. Разбудило его то, что кто-то сильно тряс его за плечо. Дункан подскочил на кровати, мгновенно приняв боевую стойку, но увидел перед собой только Сиону, это она будила его. — Что… — его голос немного осип со сна, он откашлялся и спросил снова. — Что случилось? — Ничего, — в предрассветном сумраке он не видел ее лица, но был уверен, что она улыбается. — Я просто хотела показать тебе кое-что. Пойдем, — и она вышла из комнаты. — Куда? — Дункан попытался найти свою куртку, но в темноте ему попадались под руку какие-то совсем другие вещи. Чертыхнувшись, он бросил свои попытки и поспешил вслед за Сионой. Они прошли мимо смутно видневшихся в темноте хижин и оказались на краю пустыни. Сиона остановилась, всматриваясь в темноту, казалось, что она чего-то ждет. Из глубины пустыни тянуло прохладой, и Дункан поежился, вспоминая оставленную в доме куртку. — Вот, смотри! — Сиона схватила его за руку и он, наконец, понял, что она хотела ему показать. Над линией дальних дюн появился розовый отсвет, он стремительно набирал интенсивность и вскоре весь горизонт оказался залит ярко-алым. Солнце выплывало из-за дюн как ослепительно белая жемчужина, окруженная гигантским опалесцирующим ореолом. Казалось, что под его лучами вершина ближайшей дюны превратилась в жидкое золото, которое стекало по склонам и, остывая, становилось простым песком. А с подветренной стороны, где ютились упрямые пустынные растения, поднялось облачко легкого тумана — это испарялась роса, которую не успели вобрать в себя их листья. И в этом облачке вдруг повисла маленькая яркая радуга. — Как красиво! — Сиона подняла на Дункана сияющие глаза, в которых все еще плескался рассвет. Он улыбнулся ей в ответ, и с грустью подумал, что если бы не обстоятельства, у них вполне могло бы что-нибудь получиться.