Многодетная семья

Тэхен осторожно захлопывает за собой массивную входную дверь, стараясь не шуметь. Знает же, что гибрид кролика так сильно ждал его с работы вечером, что потратил всю свою энергию и уснул на диване в гостиной. Вслед за ним по ногам проносится холодный воздух, охлаждающий теплую атмосферу квартиры. Весна в этом году что-то совсем не радует солнечными лучами, а на асфальте так и красуется липкий снег, марающий всё вокруг. Ключи уже привычно не летят на высокую тумбочку в прихожей, звонко ударяясь о деревянную лакированную поверхность, как это было, когда Тэхен жил здесь один, теперь они оказываются аккуратно оставленными в вязанном неглубоком блюдце с вышитыми зелёными листочками на дне. Мужчина просто тает, вновь видя заботливую руку пары во многих деталях их норки. До Чонгука здесь не пахло вкусной едой, окна украшали темные тяжёлые шторы, скрывающие гибрида тигра ото всех, а из-за холодного пола вечно мёрзли ледяные ноги. Но теперь здесь тепло. Просто до безумия тепло. И в сердце Тэхена тоже тепло. Чонгук поселился там, обхватил бешено стучащий орган руками и прижал к своей груди, укладывая на него голову с сонно свисающими длинными ушами. Даже не осознавая этого, вселил в лишь кажущегося сильным гибрида тигра желание жить. Желание просыпаться по утрам, нежно гладить любимые уши, светлая шерсть которых постоянно щекочет лицо мужчины, будто пытается залезть к нему в нос. Желание готовить завтраки на двоих, получая теплый сонный поцелуй в щеку и мягкий благодарный шёпот обнимающего со спины Чонгука. Желание ходить на работу и возвращаться с нее. Возвращаться не в холодную бездушную квартиру, а в любимые согревающие объятия. Из гостиной доносится мерное сопение. Теплая обувь, успевшая прилично надоесть за бесконечно долгую зиму, остаётся на входном коврике с небольшими колючками. Тэхен шипит как настоящий недовольный кот, становясь на них ногами, и быстро преодолевает минное поле. Как говорил Чонгук, вновь обнимая его за плечи: "Такие ковры массируют твои ноги и не позволяют им вновь стать ледяными, потому что разгоняют кровь. Ты же так сильно мерзнешь, Тэхен-а, я постоянно волнуюсь за тебя". Ради любимых объятий и довольных взглядов в сторону его здоро́во покрасневших лодыжек он готов потерпеть даже изощренную пытку входным ковром. На ногах вместо ненавистных носков оказываются вязаные светло-зеленые тапочки — один из заботливых жестов Чонгука, сильно волнующегося из-за обжигающе холодных ног пары. Первым делом гибрид тигра идёт не в гостиную, куда его тянет буквально магнитом, не в ванную, не в спальню и не в гардеробную. Он совершает уже привычный ритуал — обходит их с Чонгуком маленьких детей. — Куки и Танни, — Тэхен по очереди гладит стоящих на полке кроликов. Яркая шерсть, из которой нежными ручками Чонгука сделаны игрушки, забавно топорщится в разные стороны. На устремленных вверх высоких ушах закреплены заколки-цветочки, а на шеях повисли тонкие браслеты. Как-то Чонгук в шутку сказал, что эти затесавшиеся в сердце плюшевые кролики будто их общие дети. Так они и стали многодетной семьей. С соседней полки Тэхену улыбаются ещё четыре детёныша: — Момо, Чимин, Муни, — и каждый из них получает любовные поглаживая по аккуратной голове. — И ты, безымянная кроха, — самый последний из кролей до сих пор не носит никакого имени, но про него никто не забывает. Он тоже член их полуплюшевой семьи. Тэхен идёт дальше, заходит в свой кабинет, расположившийся в глубине квартиры. На столе стоит белый небольшой кролик, на его мягкой шее виднеется розовый с белым пятнышком бантик, а розовый нос кнопкой притягивает к себе всё внимание. — Привет, малыш, — длинный палец проходится по белой макушке, нажимает на пластиковый носик и поглаживает открытый живот. Это самый младший их кроль. В одно тихое выходное утро взволнованный гибрид кролика влетел к нему в кабинет, блистая разлившейся на щеках краснотой, и торжественно вручил ему этого пушистого детёныша. — Тэ, он так похож на меня! — и мужчина вновь тонет в этих бездонных глазах, наполненных искренним счастьем. Вы когда-нибудь встречали взрослого человека, который бы так радовался плюшевой игрушке? Тэхен вот встретил и отпускать не намерен. Остаётся ещё две головы, которые нужно погладить. Сперва гибрид идёт к поселившемуся на большой кухне Чоки, который тоже получает порцию внимания от старшего хозяина. Чуть позже, самым последним, заботливые, уже чуть сбитые движения руки на макушке ощущает бумажный Персик, притаившийся на полке рядом со стеклянными банками, наполненными кашами и хлопьями для завтрака. Пальцы мягко трясутся от желания наконец-то увидеть главного кроля и тоже погладить его по уложенной на диванную подушку голове. Сзади вдруг слышатся шаги, и на кухню заходит сонный Чонгук, сразу же тянущийся, будто самым сильным магнитом в мире, к Тэхену. К своему родному теплу. Он обнимает всё так же гладящего кролика старшего, накачанные руки скользят по скрытой под белой официальной рубашкой талии, грудь прижимается к спине, а на щеке оказывается смазанный влажный поцелуй. — А меня ты не хочешь погладить, Тэхен-а? Ох, Чонгук, говоря такое с совершенно невинным видом, совершает самое большое преступление — заставляет Тэхена возбудиться от весёлых искорок в любимых глазах. Знает же, черт с ушами, что делает с мужчиной, но все равно продолжает водить красивыми ладонями по талии. — Обязательно поглажу, Гук-а, только не на глазах у детей. Сзади слышится весёлый смешок, а затылок тигра, в секунду покрывшийся мурашками, опаляет горячее дыхание. — Как скажешь, котенок, как скажешь.