Найди смысл.

Все трое сидели на диване и внимательно смотрели. Мел и Киса не совсем понимали происходящее, а Хенк понял сразу. Стало пиздец не до шуток. – Чтобы было понятно быстрее и не произносили лишних слов. Мы в курсе всего. – Нервно продолжает отец Анжелы. Хенк поджимает губы, нервничает. А Киса и Мел до сих пор не вдупляют. – То есть абсолютно всего. – Добавляет Хенкин старший. – Так что задрали майки и показали ваши татушки. – Боря ждет реакции друзей. До тех начинает доходить суть происходящего. – Вы че, не поняли? Не злите дядю, он и так еле сдерживается. – Выходит из себя Анжелин отец. Не терпит такого отношения. – Боря, мать твою! – Влезает отец. – Встали, сука, и показали быстро. – Переходит на повышенный тон. Хенк первым встает. Мел следом. Только Киса недоволен, но встает вслед за парнями. – Че за беспредел? Поспокойнее нельзя? – Огрызается. Боря поднимает футболку и показывает тату. – Слышь, говнюк, еще одно слово услышу от тебя и сейчас же у меня по наркоте уйдешь от суда, понял?! – Агрессивно говорит полицейский. Не церемонится. А Кисе поебать. Продолжает дальше язвить. – Все, любовь прошла? Налево больше не ходишь? – Про что он сейчас? – Непонимающее смотрит отец Анжелы на друга своего. Тот лишь отмахивается, мол не время сейчас для этого. – Торс, сука, оголил быстро! – Кричит. Злится. Ебаный наркоша тут еще выделывается, вы на него посмотрите. Киса через нехотя оголяет. Мел следом. – Кто нас слил? – Не хочет думать он на друга. – Это уже не важно. Взрослые смотрят на тату, начинают затирать про патриотичный молодежный клуб. Какая хрень. А Ваня осознает кто это. Больно. – Походу крысятина среди нас. Отцы лишь продолжают говорить про новый их клуб, чтобы избежать дальнейших проблем. Понятное дело, что никому это не нравится. Киса зол, да и Мел тоже не в восторге. А Хенкин младший молчит. Нечего ему сказать. И взрослые наконец-то уходят, добавив лишь напоследок. – Мы не выносим ссор из избы, все решаемо. Киса переводит взгляд на Хенка. А Боря глаза в пол. Кислов ахуеть, как зол. Сначала он швыряет стул, но это только начало. Теперь ему так легко не отделаться. Близкий друг, да нет, сука, любимый человек, а он вот так поступает. Разочарование. Гнев. – Это ты нас своему папаше слил? – Подходит, смотрит на него. Не хочется верить. Ведь клуб был так важен, а он вот так поступил. Егор знает, что будет дальше. Да и Хенк понимает, но он хотел, как лучше. – Кис .. – Нервничает. Знает же, что ничего не объяснить ему. Не будет тот слушать. – Я хотел нам помочь. Ваня не смотрит на друга, пытается переварить. Блять, ну было же все хорошо, только помирились и сейчас снова все не так. Ну, может не судьба им быть вместе? Кислов в ярости. В пиздец какой. Ожидал такое от кого угодно, но только не от Хенка. Наконец он переводит свои карие глаза на друга, затем отворачивается к Мелу. Смотрит, не понимает, ну как так? А дальше уже не в силах сдержаться. Слишком больно. Толкает резким движением русоволосого, а тот отлетает на пол. Киса послушно выключает свое сердце, дальше действует исходя из злости и обиды, позабыв об их поцелуях, словах и приятных до жути ощущений. Уже это не важно, сейчас уж точно. – Ментеныш, сука, поганый. – Сразу же срывается на крик, хватает за воротник куртки, поднимает с пола. Дальше бьет кулаком по лицу, настолько сильно, что тот отлетает в сторону. Егор пытается остановить его. Из всех них, он тут самый адекватный. Удерживает Кису. Точнее пытается. – Да че уже, не надо, кис. – А Ваня не хочет останавливаться, сука, слишком обидно. – Даа, действительно, че уже сука. – Кричит. – Че, уже в менты готовишься?! Егор отлетает в сторону, Кису уже не удержать. Слишком уж он зол. И Ваня снова к Хенку, снова наносит удар в лицо, затем уже в участок спины. А Боря и не успевает даже дать в ответ, падает опять на холодный пол. Но Кислову мало. Начинает пинать ногами, слишком больно для него. Не выдерживает. – Боря, сука, ты же себе помочь хотел, не нам! – Повышенный тон, не верит он в его благородство. А зря. Егор снова старается его удержать, чтобы тот не убил друга, хотя может и стоило бы дать добить. Киса еще что-то кричит, затем старается успокоиться, отходит, толкает дверь и уходит прочь из гаража. Не может он больше здесь находится, не хочет смотреть на Борю. Особенно, когда и сам же побил. Было за что. Егор смотрит на Хенка, а затем вслед Кисе. Боря аккуратно пытается подняться, сильно досталось. Лицо все в крови, вкус металла во рту. Отвратительно. Больно конечно, но больнее от того, что так все вышло. Сам получается и виноват. Нет сил оправдываться. Смотрит на Егора. – Че встал? Иди. Или, может, тоже пнуть охота? – Теперь уже язвит Хенк, но это от усталости. Пройдет. Наверное. А Егор лишь смотрит на него разочарованно. – Да нет, не охота. Только скажи зачем? – Спокойно произносит Меленин. – Ты когда про режиссера в катакомбах рассказал, я подумал у тебя вообще крыша поехала, а потом куртка бармена сама ко мне на ножках пришла. – Устало произносит Боря. – Оксанка случайно.. Не важно. Уже не важно. – И Боря не выдерживает, он не такой сильный, как Ваня. Заплакал.Одной рукой закрыл лицо, а другую запустил в волосы. Теперь Хенкин пиздец, как заебался. Егор ушел. Оставил его. А Боря уселся на полу поудобнее и заплакал еще сильнее. Теперь он один. Что делать дальше? Уже все не важно, походу он потерял дорогого человека. Знает его, тот же не простит. Наверное.