Жизнь жестока

Что такое жизнь? Для кого-то это просто время, отведенное на земле, для кого-то—пустой звук. Ну а для Тони жизнь-это ебля. А ебаться-значит проиграть Все началось почти 17 лет назад. Тогда мир был проще и ярче. Все вкатывались в эпоху интернета, появлялись звезды современной культуры, казалось, что все будет хорошо. Тоня тоже так думала, насколько она вообще могла думать в тот момент. Жизнь обещала быть яркой и счастливой, чему дети охотно верят. С жизнью Тоня играла, ела, веселилась, грустила, в общем, без жизни Тоня жить не могла, да и наоборот тоже. И все было идеально, но со временем жизнь становилась жёстче, Тоня тоже росла, и уже спустя десяток лет знакомства начались проблемы. Поначалу они были несерьезные, ведь в силу возраста тяжело было задумываться о серьёзных вещах и загонять себя в круговороты тревожных мыслей. Даже школа, с которой жизнь познакомила Тоню, поначалу казалось хоть и слегка раздражающей, но иногда даже веселой и интересной. Поняв, что Тоня готова терпеть дальше, жизнь притащила музыкальную школу. Это тоже было терпимо, но оставаться наедине друг с другом отныне мешали школы. Время шло, отношения с жизнью вроде как достигли той точки, когда было не совсем ясно, как их развивать. Все будто застопорилось, но все еще осталось достаточно хорошим, чтобы называть жизнь своей подругой. Более того, появлялись не только новые преграды, но и новые радости. Дешманский мармелад за 30 рублей, чизкейки, овощные смеси. Люди, смешные, иногда интересные. Рассказы про корейских геев, БДСМ Фиксиков и вампиров. Одним словом, хоть жизнь и перестала дарить исключительно радость, но взамен стала куда более разнообразной. Увы, этот период продолжался недолго. Через несколько лет школа стала наглеть. Она ходила за Тоней по пятам, заставляла ее делать всякие дурацкие поручения для себя, иногда даже лишала сна. Тоня обращаюсь к старой подруге, прося угомонить школу, но жизнь почему-то отказывалась, давая школе карт-бланш. Так продолжалось несколько лет, покуда Тоня могла терпеть. Все это время отношения жизни и Тони стремительно деградировали, последняя уже начинала планировать уход от жизни. Однако жизнь ее не отпускала. В какой-то момент у них случилась драка. Возможно она была по мелочи, возможно школа выкинула очередную выходку, с которой Тоня не могла смириться, но в итоге Тоня осталась одна. Ее буквально заперли, жизнь и школа регулярно приходили, чтобы как-то унизить ее, не давали видеться с друзьями и изредка давали возможность побыть собой-ровно настолько, чтобы Тоня не загнулась в этом плену. И чем дальше бежала река времени, тем серьезнее становились издевки. Пока в один день не случилось нечто неожиданное. Посреди ночи дверь темницы открылась, ослепив Тоню тусклым, но вместе с тем слепящим светом. На пороге стояла жизнь. Что-то с ней было не так, темнота помещения позволяла разглядеть лишь силуэт, который сквозил чем-то злым и неправильным. Жизнь медленно подошла к удивленной Тоне. Не успев спросить, что случилось, она получила по лицу чем-то тяжелым. Едва не отлетев к стене, Тоня наконец разглядела, что было не так. Жизнь держала в руках ХУЙ. Огромный, при желании им можно было бы кормить целую африканскую деревню на протяжении месяца, он свисал до колен, а затем поднимался к рукам жизни, становясь похожим на дикую смесь дубинки и хлыста. Не дав Тоне опомниться, жизнь нанесла еще один удар, почти что отправив Тоню в нокаут. После этого она медленно подошла к едва живому телу и даже не озаботившись одеждой, всовывает свой ХУЙ в Тоню. И далее начинает процесс, который иначе как еблей не назвать. Со стороны это выглядит как какая-то средневековая пытка, где в тело истязаемого погружают различные колюще-режущие предметы. Но в данном случае предмет всего один, да и то, ударно-дробящий. Не прикладывая почти никаких усилий, жизнь впихивает в несчастное тело свой орган, сантиметр за сантиметром, пока вся его длина не исчезнет неведомым образом. После этого жизнь буквально стряхивает Тоню с ХУЯ, оставляя с чудовищной болью и непониманием. Воспаленное сознание пытается осознать, что только что произошло, но как только жизнь закрывает дверь, обессиленная Тоня погружается в бредовый и тяжелый сон. Утром, разгоняя туман в голове, она пытается вспомнить, что случилось. Мелькают лишь смутные обрывки, голова, как и весь низ живота-болит. Она пытается осознать, как ее угораздило попасть в такую ситуацию, забыв даже про рваную одежду. Но ее раздумья прерывает жизнь. Она снова появляется на пороге, теперь уже не скрываясь в темноте. В Тонином мозгу мгновенно всплывают картины прошлого вечера, она пытается отойти, но жизнь кладёт ХУЙ ей на плечо и спрашивает: -Ты боишься ЕБЛИ, Тонь? Не услышав ответа, жизнь сует пульсирующий от напряжения ХУЙ прямо бедолаге в лицо. Спустя несколько часов, Тоню оставляют еще более разбитой и уставшей, чем в прошлый раз. Такие визиты становятся почти каждодневными. Изредка из хуя чудесным образом может вывалиться сырок или другая мелкая радость. Но в конечном итоге, ужас продолжается. Но чем хуже испытания, тем закаленнее становится Тоня. Ведь нельзя сломать человека так, как ломают лошадь или собаку. Чем сильнее человека ебешь, тем больше он ожесточается. Чтобы сломать его волю, сломать дух, нужно сломать его разум. Люди думают, что можно ебаться с честью, что есть какой-то правильный способ ебать врагов — это ерунда, наркоз для совести. Нужно пережить настоящий ужас секса, разрушить эту иллюзию. Показать им, как страшно ебать человека. А потом показать, что ты наслаждаешься этим. Раздеть, затем выебать раздетого, обнять, подрочить ХУЙ. Если разрушить их представление о том, что есть человек — станешь их личным чудовищем. Они будут бояться тебя, и ты станешь сильнее, станешь лучше. Но нужно помнить, что это демонстрация. Лев рычит с той же целью. Горилла бьет себя в грудь. И если слишком увлечешься этим, погрязнешь в ужасе — станешь чудовищем, лишишься части себя, станешь меньше, чем человеком. И это может быть фатально. И тогда Тоня решает сломать жизнь. Лишившись страха, лишившись волос, она обрела ненависть. Она сама будет ебать и трахать, пока жизнь не иссякнет. И последней остается лишь молиться. Молиться, что силы ее не оставят. Ибо ее не страшат сильные, о нет! Лишь одна Тоня… Лысая башка приведет ее в ужас. И когда в следующий раз открылась дверь, разверзся ад. Годы страданий, десятки бананов, сгинувших ради тренировки, все это теперь вылилось в еблю, какой не видывал свет. И даже отсутствия ХУЯ не остановило Тоню. Жизнь кровоточила и билась, но ЕБЛЯ была неотвратима. Опыт страданий позволял Тоне безвозмездно делать что она хочет. Это была игра в одни ворота. И жизнь сопротивлялась, но ее сил было недостаточно. Но и Тоня всего человек. Дни, недели шли, а силы ее иссякали, покуда не сравнялись с жизнью. И тогда началась борьба не на жизнь, хотя нет, как раз за жизнь. Хуй жизни громил стены, а небо сотрясал гром. Их битва шла десятилетиями, выжигая все в округе. Ебатель мог быть только один. Шли века, слагались легенды. А Великая Ебля так и не завершена. В один день, когда два Титана падут, история кончится. Ибо будет найден единый Властитель Ебли. Род людской будет существовать под гнетом жизни, покуда кто-то из людей не выебет жизнь. И человеком этим будет Тоня, покуда лыса ее голова, покуда есть во вселенной тупые мемы и покуда есть воля ебашить. Таков ее путь ниндзя