3. Я просто не умею драться.
24 марта 2023 г., 20:12
— Урок отменили?
— О, да. К черту школу, я домой.
— Можно уходить?
— Пацаны, сваливаем.
Весь этаж был наполнен радостными криками школьников, которых только что отпустили с последнего урока. «Пожалуй, это лучшее, что могло сегодня случиться», — усмехнулся Скарамучча, пролезая через толпы учеников. — «Заебали». Переодев сменку, он было собрался идти в сторону выхода, но его внимание привлекла другая картина.
— Ну ты что, серьезно? — обиженно воскликнул Хейдзо.
— В другой раз, хорошо? — послышался до тошноты знакомый голос.
— Жаль, братан. В другой раз, — жалобно отозвался темноволосый, переводя взгляд в другую сторону, — Идем, Венти?
— О, конечно, — быстро помотал головой тот, приходя в себя. — До завтра, Кадзуха. Увидимся.
Проводив друзей взглядом, Кадзуха обратил свой взор на другого старшеклассника, сидевшего на скамейке.
— Даже не сбежал.
— Я собирался, — фыркнул Скарамучча, все же удостоив старосту равнодушным взглядом.
— О, серьезно? Я заметил, — ехидно улыбнулся Кадзуха, наклоняясь к синеволосому.
Скарамучча то и делал, что тяжело вздыхал, выражая свое недовольство. Уж явно он не ожидал, что какой-то одноклассник прилепится к нему из-за пары слов. Нельзя все-таки доверять людям, и он знал это, казалось, лучше всех, и в который раз он убеждается в этом. Это хуже, чем просто отдать деньги.
— Это хуже, чем просто отдать деньги, — прикрыв глаза, усмехнулся Кадзуха. — Не бойся. У тебя это на лице написано.
Скарамучча лишь с угрозой посмотрел в глаза старосты, напрягая руки. Он решил не продолжать эту бессмысленную тему, иначе и дальше был бы мишенью для насмешек.
— Почему ты не пошел с ними? — проговорил Скарамучча, не давая Кадзухе снова открыть рот.
Беловолосый собирался сказать что-то, но после слов юноши только удивленно посмотрел на него, хлопая глазами.
— Договор дороже денег, знаешь ли, — снова хитро ухмыльнулся он, вернувшись к прежнему образу.
— Секунду назад ты мне нравился больше, — измученно посмотрел на него синеволосый, а затем встал со скамейки.
Он пошел к выходу, ожидая, что Кадзуха последует за ним. Однако, тот просто стоял на прежнем месте и также смотрел на него, как и раньше. Скарамучча обернулся.
— Ты уже передумал?
— Нет, я просто хотел убедиться, что ты не собираешься летать в облаках. Все-таки давно ты не гулял, — наконец встал староста, направляясь к однокласснику.
— А сейчас тебе лучше придержать язык за зубами, усек? — прорычал Скарамучча, мотая головой, разгоняя дурные мысли.
В последний раз это было, когда он «прощался» со своей компанией.
***
— Хе-ей, тяжелая пробежка выдалась, — запыхавшись, отметил Сяо. — Да вообще. Вот же ублюдки, жалко детям конфетки стало? — усмехнулся Итэр. Они прятались в небольшой щели между двумя жилыми домами, мрачными и серыми. Сяо сел на корточки, давая себе отдышаться, Итэр прижался к стене, Люмин присела на колени. Скарамучча полностью сел, создав себе опору руками. — Да уж. Скарамучча, эй, — резко окликнул синеволосого нежный голос. — Внешность так обманчива. Даже не верится, что именно ты херанула охранника, — проговорил Скарамучча, любопытно смотря в глаза Люмин. Люмин скромно посмеялась и потрепала парня по голове. Тот засмеялся вместе с ней. — Водички не хотите? — не успела закончить свою мысль девушка, как в следующую же секунду из ее рук выхватили бутылку с водой. — Прости, что так внезапно, но жажда меня убивает. Скарамучча большими глотками хлебал воду, пока не заметил на себе заинтересованные взгляды. Все они были адресованы ему, и тот слегка поежился с непривычки. Вокруг стояла тишина. В следующие минуты все трое — Сяо, Итэр и Люмин — громко рассмеялись, пальцами стирая нарастающую влагу с уголков глаз. Не успел задать вопрос Скарамучча, как его сразу же схватила головная боль, и к горлу подступила тошнота. Внутри все будто разрывалось, все горело. Горечь была невыносимой. — Что это, нахуй, такое, ублюдки? — откашливаясь, прошипел Скарамучча. — Захотели развлечься. Ладно, не парься. Она еще не подействовала. Эй, Люмин, где ты откопала эту радость? — резко сменил тон Сяо. — Пожалуй, воздержусь от ответа. Эта информация заслуживает побыть секретной еще какое-то время, — подмигнула Люмин парню, после чего взяла в ладони его лицо и подалась вперед. Скарамучча уперся обеими руками в асфальт, наклоняя голову к поверхности. Простояв так с минуту, он резко встал, ударив покрасневшим кулаком по лицу Сяо, а после оттолкнул Люмин. — Воу-воу, полегче. Нас все еще трое, мой хороший. Уверен, что стоит проявлять свой характер? Лучше сиди и помалкивай, песик, — ехидно усмехнулся Сяо, вытирая рукой свою щеку. Синеволосый не слушал и не слышал никого. Он в разные стороны разводил кулаками, то попадая в подростков, то промахиваясь. После минуты такого поведения Сяо и Итэр заломали его руки сзади, предоставляя лицо для Люмин. Девушка язвительно засмеялась, ногой пиная лицо Скарамуччи. Тот кричал и материл всех, всяко дергаясь и пытаясь отбиться. Сяо поставил свою ногу на спину схваченного, не давя на нее. — Еще раз шелохнешься — очень сильно пожалеешь, — процедил он. — Это вы пожалеете, — закашливался Скарамучча, выдавливая из себя слова, — пожалеете, что сделали это. Сяо переглянулся с Итэром, передавая ему вторую руку синеволосого, а потом сел лицом к лицу юноши. Он мягко улыбнулся, глядя в напуганные и яростные глаза Скарамуччи. — Напугал прямо. Молодец, — темноволосый подпер пальцем подбородок парня, прикасаясь к его губам своими. — А наркота неплоха на вкус. Скарамучча замотал головой, прикладывая еще больше сил к тому, чтобы сбежать. Он дергался в разные стороны, трясся и рвался, ему было все равно, насколько сильно его зажали. — Пошел нахуй, пидор, — опешил он, наконец вырываясь из хватки Итэра. Скарамучча бежал. Неважно, куда и зачем. Он бежал так быстро, словно от этого зависела вся его жизнь. Юноша смотрел только вперед, его ноги подкашивались, сбивая с толку, но он не желал останавливаться. — Куда же ты? — выкрикнул Сяо, выглядывая из щели дома, но не решился бежать за ним. Скарамучча не ответил и не собирался отвечать. Единственное, что доставляло ему радость, уничтожило все следы своего существования. Дышать стало невозможно. Он упал на колени, впиваясь ногтями в жесткий асфальт, но все равно потерял самообладание и повалился на землю полностью. Люди столпились вокруг него, кто звонил в скорую, кто в полицию, но лишь один из всех подошел к нему, взяв на руки и уходя подальше. — Пусти меня. Немедленно. Не прикасайся ко мне, — устало угрожал Скарамучча, ерзая в руках парня. — Кто бы ты не был, отпусти. — Тише, тише. Я — не они. Я сразу же уйду, как только доставлю тебя врачам, не беспокойся, — прошептал он, крепче держа синеволосого. Скарамучча застыл. А что они скажут? Кажется, сейчас не самое время для того, чтобы связываться с врачами или полицией. Если они что-то узнают, то потом не поздоровится именно ему. — Стой. Не нужно врачам, — засуетился Скарамучча, опираясь на плечо парня, а затем встал на ноги. — Видишь? Я могу ходить. Парень удивленно посмотрел на него, а затем пожал плечами. Его голова была накрыта капюшоном, наполовину закрывшим лицо, так что Скарамучча не мог узнать человека, что делало ситуацию еще более напряженной. — Я пошел. Удачи, — помахал рукой синеволосый, разворачиваясь. Незнакомец ничего не ответил и направился в обратную сторону. Скарамучча тем временем пустым взглядом уставился вперед, шагая в сторону дома. Он чувствовал, будто в нем не осталось ничего. "Давай съедем отсюда", — последнее, что сказал он, находясь в этом городе. После того случая они никогда не возвращались в тот город, а Скарамучча не хотел видеть никого, кто был там когда-то.***
Он пришел в себя, когда увидел, что Кадзуха щелкает перед его лицом пальцами. — О, господи. И полугода не прошло, — закатил глаза он, скрестив руки на груди. Скарамучча приложил ладонь ко лбу, затем презрительно посмотрел на старосту. Тот пошел куда-то, жестом призывая к себе синеволосого. Скарамучча сморщился, явно недовольствуясь этим моментом, но все же последовал за Кадзухой. — Куда идем хоть? — поинтересовался он, сжав руки в замок за своей головой. — Все узнаешь. Не бойся, с тобой уж точно ничего не случится, — насмешливо сказал Кадзуха, наблюдая за реакцией Скарамуччи. — Понял, молчу, — равнодушно пробормотал юноша, уже смирившийся с характером одноклассника. Всю дорогу они шли в мертвом молчании. Солнца в тот день почти не было видно, все небо было затянуто мрачными тучами — кажется, скоро пойдет ливень. Подростки шли по какому-то полю, где одиноко стояло какое-то разрушенное здание. Где-то вдалеке виднелись леса, и Скарамучча искренне надеялся, что Кадзуха ведет его не туда. Наблюдая за этой картиной, староста первым нарушил молчание: — Мы пришли. Смотри, — он указал пальцем на тот самый дом. — Ты что, серьезно? Заброшка? — засмеялся Скарамучча, приостановившись. — Именно для этого ты позвал меня гулять? Кадзуха надулся, неловко отводя взгляд, а затем перешел к оправданиям: — Ну, знаешь, мои друзья — не фанаты такого. Даже наоборот. А я сам, — он запнулся, вздыхая от волнения, — не умею драться. Только не умри от смеха из-за моей честности. Скарамучча прикрыл рот ладонью, стараясь не засмеяться, но потом успокоился и облегченно выдохнул. — Если на тебя вдруг кто-то нападет, я, пожалуй, сметусь с места скорее, чем он меня заметит. — Только вместе со мной, — пробурчал Кадзуха, осторожно прикасаясь к стенам здания. — Кстати, а что вы вообще делаете на прогулках с друзьями? С ними ты какой-то слишком добрый. Даже шутку обидную не скажешь, а меня зато как грязью поливаешь, — состроил обиженную гримасу Скарамучча, присев на пыльный подоконник. — На это есть явные причины. Просто они не такие идиоты, как некоторые, — староста одарил упрекающим взглядом синеволосого, — вот и все. А что на счет тебя? Ты вообще с кем-то разговаривал в последнее время? Скарамучча подставил палец к подбородку, задумываясь, после чего тяжело вздохнул. — Не припомню такого. Давно такого не... — он замер, удивленно уставившись на Кадзуху. — Секундочку, а ты откуда об этом знаешь? После слова "секундочку" староста уже успел отвернуться, делая вид, что не слышит его. Скарамучча злобно посмотрел на него, но оставил эту попытку на потом, не желая сейчас ни в чем разбираться. Он следовал за Кадзухой, пока тот что-то с большим интересом изучал. Скарамучча закурил сигарету, присаживаясь на очередной подоконник и наблюдая за одноклассником, опираясь подбородком на его портфель. — Сблюю от этого запаха скоро. И как ты это делаешь постоянно? — повернулся к синеволосому Кадзуха, поднявшись на ноги. Скарамучча подавился от такой неожиданности, схватившись за угол стены. От такого резкого движения сигарета выпала изо рта юноши. Тот опустил взгляд на нее, а потом недовольно посмотрел на Кадзуху. — Теперь ты мне должен. Сначала мы осмеливаемся отбирать и курить мою же сигарету, а потом упрекать меня за это? — Да я только попробовал. Стало интересно, что людей так тянет. — Так это был еще и твой первый раз? Следовало бы тебе попробовать это в более хорошей компании. Сомневаюсь, что помог бы тебе, умирал бы ты от головокружения. Не успел Скарамучча обратно взять сигарету, как руки Кадзухи сделали это раньше, и она полетела вниз за спиной синеволосого. — Да ты в край охуел, — повернулся Скарамучча в сторону улицы, увидев, как окурок погас в траве. — Ничего не могу с собой сделать. Это, чтобы не разбрасывался такими словами. Кстати, завтра я захожу за тобой в 7:30. Будь готов, — усмехнулся Кадзуха, направившись к выходу. — Да ты сущий чертенок, ты знал? — закрыл лицо ладонями Скарамучча, страдальчески вздыхая. — Я знал.
