Травма.

      — Спасибо, что вы со мной в этот момент, сэр, — бибикает Бамблби, стараясь проявить радость в окулярах для командира. Оптимус придерживает его за спину, выходит, что бот чуть ли не лежит на манипуляторе тягача.       Четырнадцатый молчит, не зная, что сказать.       Его взор был точно направлен в оптику товарища, но смотрел он сквозь него. Плечевые сегменты низко опущены. Оптимус поник… Он не знает, что делать… Не знает как помочь его другу…       Это всё из-за него… Если бы он тогда не заразился Кибонной чумой… Если бы успел отбежать от капель заражённого энергона… Бамблби не пришлось бы его спасать… Не пришлось так страдать… И сейчас бы он был цел… А не мучался от кошмаров и боли…       Омыватель неконтролируемо начал заполнять лазурные окуляры большего меха, вытаскивая и показывая все эмоции тягача. Матрица даже не пыталась ему помочь, а лишь причиняла боль.       Сколько раз его товарищи будут страдать из-за него? Сколько раз ему говорили, что он никчёмный лидер? Они были правы!       Прайм дёрнулся, когда его свободного манипулятора на коленном шарнире слегка коснулись пальцы. Оптимус посмотрел в сторону апоннента и увидел как тот улыбается… Без призрение и ненависти смотрит на него… С улыбкой…       Тягач уже и позабыл, когда в последний раз видел скаута без маски. Кажется это были ещё времена живого Кибертрона… Ох, сколько пришлось пройти этапов самокопания ради принятия того, что ты лишился голоса… Бамблби никогда не рассказывал об этом, но это было видно в его взгляде.       Голубая оптика разведчика немного угасла и тот начал по немного расслабляться, Оптимус напрягся.       — Бамблби?.. — Четырнадцатый немного приподнимает корпус младшего и берёт того за щёку, немного похлопав, — Бамблби, ответь мне… Обстановка резко изменилась, когда в отсек зашёл Доктор.       — Вижу препараты подействовали, — тихо проконсультировался он, положив манипулятор на плечевой сегмент красно-синего, — Не переживай, я вёл ему средство для подзарядки. Его процессору необходим отдых, как и корпусу.       Немного строгий взгляд врача сменился на удивлённый, когда он заметил, как Прайм держит разведчика.       — Беспокоишься? Носитель Матрицы кивает и плавно отпускает уже офлайнущего разведчика на платформу.       Рэтчет тихо промычал, усилив хватку на сегменте друга в качестве поддержки.       — Уверен скоро он пройдёт в норму. Это ведь наш Бамблби.       Тягач хмыкает. Действительно. Наш Бамблби.       — Как ты? — спрашивает Четырнадцатый, пока разведчик разминает дверцы, которые уже затекли.       — Мне намного лучше, Оптимус, — просигналил жёлто-чёрный, потянувшись.       Прайм облегчённо вздыхает и встаёт со стула возле платформы.       — Я очень рад. — он позволил лёгкой улыбке промелькнуть на его фейсплейте, — Тебе можно поэтапно возвращаться в строй. По-этому… — он протянул мани младшему от чего его взгляд с удивлённым взглядом Бота встретились в одно время. — Позволь помочь тебе с ними.       Веселье проскакивает на лицевой Бота и тот принимает помощь Оптимуса.       Голова немного закружилась, после того как он встал, но красно-синий придержал его за плечи.       — Ты можешь идти? — спросил тот, пока разведчик успокаивал головокружение.       — Да, всё хорошо. — бибикнул младший, убирая Мани Прайма с плеча.       — Уверен, что готов? — Арси обеспокоенно посмотрела на «брата», — Что сказал Рэтчет насчёт твоего состояния?       Бамблби весело просигналил, говоря о своей быстрой поправке и о уже полученном разрешении на патруль от доктора.       — Я в порядке, Си.       Оптимус открыл свою оптику и задумчиво облокотился о стену, когда мех и фемка отправились подзаправиться энергоном со склада.       Разведчик быстро оправился и это хорошо, но… Почему-то есть ощущение надвигающейся опасности… Кажется, у тягача паранойя…       — Круто мы их отделали, а, Би? — внедорожник засмеялся от громкого и счастливого бибиканья со стороны жёлто-чёрного.       Но стоило ботам пройти ещё чуть-чуть, как разведчик почувствовал на себе чей-то потусторонний взгляд.       Бамблби повернул шлем и его вокалайзер издал своеобразное звуковое удивление, когда две оптики лидера и скаута столкнулись.       Младший почувствовал насколько проницательно сейчас командир смотрел на него, словно в саму Искру крался, но зачем так на него смотреть? Он ведь просто Бамблби. И ещё никогда не ловил на себе подобных взглядов. И от этого " первого» таково ощущения, его фейсплейт приобрёл немного голубой оттенок на щеках.       — Эй, заболел что ли? — меньший дёрнулся от дружеского толчка в бок и словно вывалился из другого мира, просигналил о том, что он в норме.       — Ну же, разведчик, скажи, что со мной? — сказал Мегатрон, оскплившись и нагнувшись к напуганному меху.       Бамблби резко активировать протокол защиты и быстро вскочил с платформы. Боту потребовалось несколько минут на то, чтобы успокоить судорожную вентиляцию и осознать где он находиться.       Схватившись за место над камерой искры, Бамблби сел на платформу. Манипуляторы обхватили шлем, когда к нему пришла слабая боль.       Оптимус с тревогой постучал ещё раз по двери отсека разведчика. Он точно слышал подозрительные звуки по ту сторону стены. И позволил себе сделать облегчённый выдох, когда двери открылись.       — Оптимус? Почему вы не на подзарядке? — волнительные волны проскользили через тихие гудки младшего.       — Я только приблизился к следующим координатам реликвий, а потом услышал странные звуки из твоего отсека… С тобой всё хорошо? — скаут торопливо запиликал и сказал, что всё хорошо, — Уверен? — кивок смог утихомирить беспокойство тягача, но…       Окуляры расширились от удивления, когда красно-синий взял его манипулятор в свой. В разведчике заиграла интересованость. Возможно, детский азарт.       — Мне нужно из… Нам нужно поговорить. — Хорошо. Жёлто-чёрный замер на месте и ждал следующих действий главнокомандующего, пока тот ненадолго отвёл взгляд.       А когда вернул, Бамблби почувствовал слабую волну приятного тока по нейросетям. Тот самый взгляд, который был уже вторым по счёту.       Искра стала биться с большим усилием, когда Прайм взял ещё один манипулятор младшего, поглаживая ладони. После, едва не переплетая пальцы. Оптимус нагнулся к его фейсу, настолько, что бот ощущал тепло от вентиляции командира.       Бамблби не сопротивлялся действиям главно-командующего и с любопытством ждал продолжения этой игры.       — С того момента, когда я был поражён Кибонной чумой, — Четырнадцатый внимательно изучал реакцию разведчика на данную тему, немного медлил с продолжением, — Я очень много думал о том, что мой дезактив близок, как никогда раньше…       Меньший взволнованно и, возможно, неосознанно приблизился ближе к корпусу лидера. Это могло показаться наглостью, но почему-то сейчас ему хотелось притянуться к красно-синему, как к магниту. И было плевать, что они стояли на пороге.       — Весь мой актив пронёсся перед моей оптикой и… Когда я вспоминал моменты с тобой, — Оптимус заглянул прямо в глубину голубых окуляр, — я искренне был рад, что у меня был такой друг как ты.       Мягкая улыбка заиграла на лицевой пластине тягача, но медленно сползла, во время следующей его реплики.       — И после осознания этого факта, я… — после этих слов душащий ком застрял в вокодере, не давая шанса сказать хоть что-то.       Четырнадцатый опустил манипуляторы младшего и всеми силами старался сдержать эмоции в себе. В последняя время, делать это всё сложнее и сложнее.       — Вам плохо? — Бамблби с беспокойствием наблюдает, как Прайм закрывает оптику и облокачивается о вход в отсек, кивает.       Жёлто-чёрный позволяет лидеру опереться на себя и ведёт того к отсеку, благо знает код от двери.       — Си! — протяжный гудок разноситься по всему полю боя, когда двухколёстная фемка попадает под обстрел.       Выстрелив в вехикона возле Балкхеда, Бамблби рванул к «сестре», не замечая ад вокруг него. Шум разъярённого битвы между двумя фракциями едва не оглушал. Где-то в далеко он слышал как его кто-то зовёт обратно.       Ослабший, весь в энергоне, корпус фемки валялся посреди песка и пыли, пока его не подхватили и не отнесли в безопасное место.       — Оптимус, Балкхед, успокойте его, — слабо слышит разведчик, когда доктор уносит Арси в мед отсек, оставляя его, Разрушителя и Четырнадцатого в коридоре. Би тяжело вздыхает и не может успокоиться. Что если Арси… Арси…       Искра сжимается, когда тело кибертронца сползает по стене. Рэкер осторожно подходит к другу, боясь напугать того.       — Эй, спокойно. Ты ведь знаешь старого доброго дока.       — Не называй меня доком! — слышится рассерженный голос по ту сторону стены.       Внедорожник смотрит на Прайма в ожидании помощи.       Тот коротко кивает в сторону отсека разведчика. Вскоре, большие мехи потащили меньшего в отсек. Бамблби не сопротивлялся, но и не помогал. Когда боты усадили скаута на платформу, Оптимус присел на одно колено перед Бамблби и постарался заглянуть тому в оптику.       Младший всё ещё не мог отойти от шока. Его сестра чуть не ушла в Колодец Искр. И он сам едва не попал под обстрел. Но почему сейчас все эти эмоции так усилились, ведь ему не в первой чувствовать такое.       — Балкхед, — обратился лидер к зелёному меху, не отрывая взгляда от напуганной оптики разведчика, — Можешь оставить нас на едине?       — О, конечно, — коротко ответил бот и почти вышел из отсека, — ты ведь поможешь ему?       Красно-синий мягко улыбнулся и кивнул, — Помогу. Балкхед облегчённо провентилировал и закрыл за собой дверь.       Бамблби чувствовал, что кто-то пытается достучаться до него, но всё, что он слышал был повтор того самого голоса в процессоре. Голос того самого Тирана. Тирана, что лишил его возможности говорить.       Резкий импульс тока заставил разведчика вздрогнуть и наконец настроить фокус оптики. В вокодере неосознанно застрял ком, когда лазурные окуляры напротив с пониманием смотрела прямо ему в искру.       От этого становилось легче, но омыватель неконтролируемо стал собираться в уголках оптики. Корпус стал изредко содрогаться от внезапных воспоминаний, что кидал ему процессор. Это всё было неправильно. Почему сейчас он льёт омыватель перед Оптимусом? Почему ведёт себя как Спарк рядом с Оптимусом? Тепло медленно и плавно стало распространяться по копюрпусу, когда Четырнадцатый приобнял разведчика. Почему ему так хорошо рядом с Оптимусом?       Предательские капли омывателя в перемешку с комом и хрипотцой в вокалайзкре не оставили скауту и одного шанса на то, чтобы «сказать» хоть что-то. По-этому, трясущиеся Мани меньшего обхватили Праймовские плечи, а шлем уткнулся в лобовое стекло тягача.       — Тебе лучше? — Оптимус аккуратно прикасается к фейсплейту меньшего Бота и проводит большим пальцем по щеке. Экс-разведчик краснеет и немного потупив взгляд кивает. Прайм улыбается.       — Хорошо, тогда, — старший приближает к себе чёрно-жёлтого и оставляет лишь несколько жалких сантиметров между его и Бамблби губными пластинами, — Ты прекрасно знаешь, что я хочу сделать.       Меньший весело хмыкает и первый впивается в губы лидера, обхватив того за шею, блаженно отключив оптику.