Spicy Park-bun

В лифте мы ехали прижавшись к противоположным стенкам, обмениваясь лишь сияющими шальными взглядами. Секунды длились как часы, но нам некуда было торопиться. Все будет, минутой раньше или позже. Будет он, его прикосновения, дурманящий аромат цитрусовых и бесконечная нежность. В его глазах я читала обещание нам обоим. И от этого особенно хотелось к нему прикоснуться - к мужчине, который сдерживал свое слово. Кто может быть сексуальнее, чем надежный Пак Чимин, смотрящий на меня из-под опущенных ресниц?! Ключ отказывался попадать в замочную скважину - настолько дрожали мои руки от предвкушения и желания наконец-то закрыть за собой дверь. Чимин прижался ко мне сзади и накрыл мою ладонь своей, помогая унять волнение. Но от его близости я окончательно перестала владеть собой. Вместо этого слегка повернула голову, чтобы уткнуться носом в нежную кожу под ухом с пьянящим ароматом апельсина. Чимин замер, все так же удерживая мою руку с ключом. А я, проведя носом вдоль шеи вверх-вниз, легонько коснулась губами мочки уха. Послышался судорожный вздох, и Чимин сильнее вжался в меня, прижимая к двери и потираясь пахом о мой зад. Тонкое платье и джинсы не были препятствием к тому, чтобы почувствовать напряженный член, требовавший моей ласки. - Ты хочешь сделать это прямо здесь? - лукаво спросила. Но в моем голосе не было столько уверенности, сколько было заложено в словах. Он срывался на хриплый шепот - настолько сейчас хотелось не говорить, стоя в подъезде, а стонать, сидя на его бедрах. - Если ты не перестанешь дразниться - твоим соседям придется стать участниками нашей маленькой шалости, - прошептал на ухо Чимин, пуская по шее волну мурашек, добежавших до затвердевших сосков. - Не такой уж и маленькой, - я сильнее вжалась задницей в его пах, намекая на ощутимый размер. - Или ты сейчас откроешь дверь, или я перейду к действиям прямо здесь, - его рука скользнула мне под платье, поглаживая переднюю часть бедра. Теперь мурашки поднимались по ногам вверх, к самым чувствительным частям тела. Чтобы не остаться в долгу, я прикусила мочку уха, оттягивая ее и вызывая у Чимина тяжелое возбужденное дыхание. Тело ломило от желания, поэтому я все же взяла себя в руки и открыла чертову дверь, так как уже не могла сдерживаться. Стоило оказаться в квартире, отрезанными от всего мира, как Чимин развернул меня лицом к себе и вжал своим телом в стену коридора. На этот раз поцелуй был лишен какой-либо нежности и деликатности. Между нами осталась только страсть и ненасытный голод. Я впивалась губами в его губы, кусала и жадно требовала все большей близости, хотя между нами не осталось даже воздуха. Его руки ласкали мое тело, все, до чего могли дотянуться: бедра, талию, ягодицы. Чимин то вжимался в меня, лишая возможности шевелиться, то чуть отстранялся, чтобы пробежаться ладонями по животу, груди. - Мне до чертиков надоела твоя футболка, - я забралась руками под плотную ткань, гладя крепкий пресс и бока. - А мне - твое платье, - Чимин выпустил мои губы из плена, чтобы впиться в шею жарким поцелуем. Колени подкосились от наслаждения, и я со стоном обмякла в его руках, забыв обо всем, что происходило до этой секунды. Я из последних сил держалась за ремень джинс парня, чувствуя пальцами, как напрягаются мышцы. Проведя дорожку из поцелуев по шее до ключиц, Чимин развернул меня спиной к себе. Одной рукой он обхватил меня сверху, сжав в ладони грудь, вторую запустил под платье, накрыв там прямо поверх белья. Меня словно током пронзило, заставив сократиться все мышцы. Не знала, что удовольствие может быть таким невыносимым. Закинув руку назад, я вцепилась в волосы на затылке Чимина, чтобы тут же услышать в районе виска тяжелый выдох. Не переставая ласкать, он подталкивал меня вперед в сторону спальни. Ноги отказывались двигаться, они не могли перестать дрожать от наслаждения, которое Чимин дарил мне даже через одежду. - Так что, мы избавимся от лишнего? Чимин сильнее надавил на клитор сквозь кружево белья, и я непроизвольно накрыла его ладонь своей, чтобы он не останавливался. Направляя его пальцы, я начала тереться о ласкающую руку и отказываясь двигаться куда бы то ни было. Какая разница - спальня или коридор, главное, наконец-то заполучить его целиком. Кожа стала невероятно чувствительной, отчего ткань платья стала ощущаться неприятно грубой, лишней. Откинувшись назад и положив голову на плечо парню, я дотянулась губами до его нижней челюсти, легко поцеловав. - Прекращай болтать и просто раздень меня. Оттянув край совершенно мокрых трусиков, Чимин скользнул внутрь меня двумя пальцами, двигая ими в мучительной ласке. Это было невыразимо восхитительно, все мысли остались где-то за пределами наших сплетающихся в страсти тел. - Дерзких девочек принято наказывать, - по-кошачьи мягко прошептал он мне на ухо. Я ухмыльнулась и, растягивая слова, насмешливо ответила: - А плохих мальчиков принято оставлять без сладкого. Чувствительно укусив шею, Чимин выпустил меня из объятий и одним легким движением стянул платье, отбросив его в сторону. Я повернулась к парню и проделала то же самое с его футболкой, наконец-то увидев его тренированное тело с четко выделенным прессом. Но Чимин не дал мне полюбоваться или даже коснуться этого великолепия. Он, как и в начале нашего знакомства, закинул меня на плечо и поволок в спальню. Варвар. Восхитительный, нежный, чуткий варвар. Пользуясь положением, я провела ладонями по его крепкой спине вниз до ремня джинс, успев лишь немного залезть под него кончиками пальцев, когда Чимин ощутимо шлепнул меня по заднице. - Мечтал об этом с того самого дня. Я приготовилась ко встрече с кроватью, но парень не торопился опускать меня вниз. Вместо этого он принялся поглаживать мои ягодицы, словно специально обходя самое важное. Я наслаждалась прикосновениями, выгибаясь в пояснице навстречу руке и пытаясь подставиться под ласку чувствительным местом. Но он, не переставая дразнить, провел рукой по бедру вниз к сгибу колена, уходя все дальше и дальше от части меня, требующей его внимания. Ах, так?! Боясь упасть, я аккуратно расстегнула бюстгальтер и скинула его на пол. Ощущения прикосновения голой груди к спине было одуряюще волшебным и возбуждающим. Выгибаясь, насколько это было возможно, и упираясь ладонями в поясницу парня, я принялась медленно тереться грудью о бархатистую кожу спины. - Хорошо, я понял намек, - мягко рассмеялся Чимин, аккуратно опуская меня на кровать. Я тут же села, чтобы вцепиться в джинсы парня. Глядя на него снизу вверх, я расстегнула пуговицу с ширинкой и, захватив белье, стянула с него остатки одежды. Даже сейчас на губах парня играла легкая улыбка, но полный желания взгляд заставлял меня терять и без того жалкие остатки скромности. Одним таким взглядом можно было довести до оргазма без прикосновений. Прикусив губу, я опустила глаза, чтобы наконец-то увидеть перед собой крепкий член, прижавшийся к низу живота парня. Взяв Чимина за бедра, я медленно провела языком от самого основания до головки. Сверху раздался стон, говорящий, что все правильно. Больше я не стала дразнить тигра, принявшись ласкать красивый, как и сам Чимин, член. Я брала его в рот, заглатывая максимально, на сколько могла, и выпускала, переходя к более нежным и невесомым прикосновениям. Чимин запустил руки мне в волосы, перебирая и оттягивая их, пуская по затылку приятные волны от прикосновений. Я обрисовывала языком венки, когда парень отстранился. Он мягко надавил мне на плечи, опуская полностью на кровать. Наклонившись, Чимин достал из джинс презерватив и спустя полминуты, когда все приготовления были закончены, лег сверху, лишь немного приподнявшись на локтях. Тяжесть и жар его тела заставляли меня тянуться ближе, желая прижаться сильнее, почувствовать его полностью. Мы слились в нежном ласковом поцелуе. Там, в коридоре, царила безудержная страсть двух людей, дорвавшихся друг до друга после долгих запретов и ограничений. Сейчас, в спальне, мы перестали торопиться и начали наслаждаться друг другом и близостью. Перенеся вес на правый локоть, Чимин провел рукой вдоль моего тела от шеи до низа живота и, оттянув белье в сторону, открыл доступ члену. Я закинула ноги ему на спину, чувствуя, как он аккуратно входит в меня, но сразу на всю длину. Внизу поселилось приятное чувство наполненности, а от клитора шли волны наслаждения. Я чувствовала, как вся дрожу от нетерпения и желания дойти до пика этого удовольствия. Не переставая целовать меня в губы, шею, ключицы, Чимин начал двигаться сначала неторопливо, словно пробуя на вкус, затем все ускоряясь, делая все более резкие и сильные толчки. Еще никогда близость с мужчиной не была настолько правильной и нужной. Я чувствовала его тело, прикосновения, слышала тяжелое дыхание, и уже это дурманило сильнее любого наркотика. То, как он двигался и ощущался во мне, доводило до исступления и полной потери связи с реальностью. Были только он и я. Растворяясь в нашей страсти и нежности, я отдавалась во власть ласкам Чимина, его требованию обладать мной целиком. Наши стоны слились в один, и было уже непонятно, где заканчиваюсь я и начинается он. Оргазм пришел яркой вспышкой с ароматом апельсина и сладостью поцелуя, дезориентируя и одновременно возвращая в реальность, где я тут же попала в плен кофейных глаз самого лучшего в мире мужчины. Мы лежали в обнимку, разгоряченные, потные и совершенно обессилевшие. Чимин еле ощутимо целовал меня в шею, а я слегка поглаживала его грудь, чувствуя, как неприятно щиплет ранки, но не желая выползать из уютного кольца рук. - Так сколько детей ты хочешь? Всю негу и ленивую расслабленность как ветром сдуло. Подавившись воздухом, я отодвинулась от парня и посмотрела на него взглядом “совсем от оргазма головой поехал”. Но Чимин смотрел совершенно серьезно, без единого намека на шутку или даже улыбку. - Каких детей? - я все еще не могла понять, к чему был этот вопрос. - Моих детей, - терпеливо пояснил он. - Мы знакомы три недели! - возмутилась я. - Какие еще дети?! - Маленькие, с зелеными глазами. Я решила, что достаточно полежала в кровати, пора бы в душ сходить. Особенно на это намекала травмированная кожа рук. Видя, как я подскочила с кровати и направилась в сторону выхода из комнаты, Чимин рассмеялся и крикнул вслед: - Ты отложила разговор, а не ушла от него! Независимо фыркнув, я все же сбежала в ванну, по дороге выстраивая новую картину мира без Дэна, но с Чимином, имеющим очень четкие и однозначные планы на жизнь в целом и меня в частности. С этого четверга Чимин просто поселился в моей квартире. Я пыталась избавиться от него, прямым текстом намекая, что его сюда никто не приглашал. Он то делал крайне озадаченное лицо, словно впервые это слышал, то включал свою фирменную мордочку несправедливо обиженного ребенка, но в любом случае покидать мой дом не торопился. Только потихоньку перевозил свою одежду, потому что “надо же переодеваться в чистое” и комиксы “у тебя совершенно нечем заняться кроме секса и просмотра фильмов”. Между прочим, его квартира была в три раза больше моей! Но парня это совершенно не останавливало. Хотя, сама виновата. Могла предугадать такое развитие событий по тому, как этот наглец за мной ухаживал. Спустя чуть больше недели с момента расставания с Дэном, я проснулась в воскресенье от звонка Кэтрин. - Так, мелкая… - Ты старше всего на полгода! - возмутилась я, сонно кутаясь в одеяло. Спала я голая, потому что Чимин, видите ли, не выносил, когда я в постели в одежде. А Кэтрин позвонила на час раньше, чем мы договаривались. - Ай, детали. Я уже собрала остатки твоей одежды, обуви и прочей женской ерунды, - сестра Бена была “пацанкой” и всегда не обидно, но все же насмешливо относилась к моим платьям, юбкам, босоножкам и клатчам. - На всякий случай прихватила всю самую лучшую посуду, красивые бокалы со скошенным краем и даже клевый электрический штопор. Если что-то забыла - могу потом еще заехать. - Спасибо тебе! Ты лучшая, как и твой брат. - Кажется, мой брат теперь лучший после кое-кого, - девушка кивнула подбородком в сторону экрана своего мобильного телефона, намекая на что-то. Нахмурившись, я перевела взгляд на маленькое изображение себя и только теперь заметила влезшего в кадр сонного Чимина. Повернувшись в его сторону, я шикнула, прогоняя парня на свою половину кровати (да, у этого наглеца теперь была своя половина!). - В общем, если что - звони, пиши, подъеду и заберу оставшееся. Все вещи закину в квартиру к Бену, потом сами разберетесь, что с ними делать. - Спасибо, Кошка! Обожаю тебя всей душой. - С тебя потом подробности, - улыбнулась она, отключаясь. Но не успела я отложить телефон, как мне пришло сообщение от Дэна. Я не сразу решилась прочитать его, так как чувствовала необъяснимую тревогу. Что он хочет? Попрощаться? Сказать, что сожалеет? Попросить вернуться? Чимин уже успел уснуть обратно. Оказалось, что он - жуткий соня, способный дрыхнуть до середины дня, если его не разбудить и не заставить вылезти из кровати. На мое возмущение про восемь сорок шесть он страдальчески ответил, что “это была часть плана, чтобы застать тебя врасплох, дезориентировать и проникнуть в квартиру”. И сам не выспался, и мне не дал! Хотя, спустя время, я вынуждена была признать - план был хорош и сработал практически идеально. Если бы не Дэниел с его студентами и вином. К слову о Дэне. Я все же решилась и прочитала сообщение. Его смысл дошел до меня не сразу. “Крис, зачем Кэтрин принесла мне лопату?” Я собралась уже звонить приятельнице по FaceTime, но посмотрела на мягкую теплую булочку Пака, сладко спящую в обнимку с подушкой, и ограничилась сообщением. “Кошка, меня Дэн спрашивает, зачем ты принесла ему лопату”. “Вроде профессор, а память как у гуппи. Я же ему сказала - чтобы он поискал, куда зарыл свою совесть”. Семейка Уилсонов просто неисправима! Совершенно прекрасна, до одури восхитительна, но неисправима! Проигнорировав Дэна, я убрала телефон, залезла под одеяло и прижалась к своему горячему во всех смыслах этого слова парню. Сколько я хочу его детей? Пожалуй, трех.