Наложник и его воин

Роланд переглянулся с Атреем, а потом посмотрел на Карима, в глазах которого он только что опустился ниже всех допустимых уровней. — Карим, послушай… — Послушать?! — взвился воин, шокированно кидая на него горящий пламенем возмездия взгляд. — Не ты ли говорил нам всем держать член в штанах?! Не ты ли, тбэ*, убеждал нас в первую очередь быть людьми, а только потом животными, которым все равно, когда и кого трахать?! Карим сократил дистанцию между ними, страшно играя желваками и сжимая руки в кулаки. Роланд тут же поменял позу, закрывая Атрея собой и не давая Кариму к нему приблизиться. — Уж от кого-от кого, а от тебя, Роланд, я не ожидал… — воин нахмурился, гневно смотря на своего друга. — Ты же клялся, что никого не хочешь и никогда не захочешь, кроме своего Атрея! Разве неправду говорю?! А теперь, получается, он больше не нужен? Так ли крепко твое слово, Роланд, если ты меняешь его на первого же наложника, даже, возможно, без согласия последнего?! — Карим, — Роланд тяжело вздохнул, награждая воина хмурым взглядом. — Что, тбэ?! — злобно засверкал глазами Карим. — Я даже подумать не мог, что ты способен на такое! — Разумеется, я бы не взял наложника силой, — Роланд скрестил руки, всем своим видом излучая подавляющую ауру командира, чье слово — закон. — И что теперь, если молчит и не говорит «нет», значит можно? — возмутился Карим, игнорируя напряженную атмосферу. — Конечно, нет, — стоял на своем Роланд, не меняя интонации и неуловимо прогибая Карима под себя, давая воину понять, что он не прав, не приводя ни единого аргумента. Поиграв желваками, Карим отвел взгляд, все также яростно сверкая глазами. — Ты хоть знаешь, что с ними тут делают? Их избивают и угрожают отправить в бордель каждый раз, стоит только не так подышать! Их запугали до такой степени, что они готовы отправиться с нами хоть на край света, лишь бы не остаться тут! — Я знаю, — Роланд продолжал смотреть цепко и пристально, не добавляя больше слов и всем своим видом давая понять, что Карим слишком поторопился с выводами. — Мы должны забрать их с собой, — хмуро изрек Карим, понимая, что даже когда он прав, ему все равно не удастся переубедить Роланда ни в чем. Как обычно. — Я уже предупредил всех, что наложники отправляются с нами. Ты был последний, к кому я еще не зашел. Карим все же перестал хмуриться, но на Роланда смотрел враждебно, нисколько не поменяв мнения, что его друг делает ужасную ошибку. — И как мы отправимся с ними по пустыне? — Никак. Мы направляемся в порт, — сказал спокойно Роланд, не обращая внимания на шок в глазах Карима. — Но… как же Атрей? — Карим неверяще смотрел на Роланда, не понимая, как всего за несколько часов его друг отказался от мечты всей своей жизни, о которой не прекращал говорить все то время, что они проводили вместе. — Он отправится с нами, — Роланд сделал небольшой шаг в сторону, давая Кариму увидеть своего наложника, который уже успел в деталях рассмотреть Карима из-за спины Роланда. — Да, Атрей? Карим ошарашенно встретился взглядом с жемчужиной коллекции Абдула и перевел ничего-не-понимающий взгляд на Роланда. — Это что, шутка? — Нет, — Роланд вздохнул, снова переглянувшись с Атреем, который едва сдерживал смех, увидев выражение лица Карима, когда тот посмотрел на него. — Я узнал его еще на площади, но не поверил своей удаче. А потом, когда мы поговорили, все встало на свои места. Карим недоверчиво и не веря своим глазам еще раз посмотрел на ладного юношу, который при втором взгляде на него фыркнул, а потом вообще рассмеялся, нисколько его не боясь и не стесняясь. Заторможенно поморгав, Карим перевел взгляд на Роланда, который на него даже не взглянул. Вместо этого его друг не мог отвести взгляд от наложника и с обожанием смотрел, как тот хохочет. — Д… да как это вообще возможно?! Даже вероятность, что ты вообще его найдешь, будем честны друг с другом, была уже ниже некуда! Но встретить здесь? Ты что, продал душу, пока я спал?! Атрей уже думал, что все, отсмеялся. Но нет. Загоготав пуще прежнего, он оказался рядом с Роландом и пихнул того локтем, пытаясь что-то сказать, но все время сбиваясь из-за смеха. — Я нашел его, Карим, — обнимая Атрея, Роланд улыбался так солнечно и ярко, как Карим никогда не видел, ни в самые яркие моменты побед на состязаниях, ни даже когда Роланд стал командиром, превзойдя в силе и навыках их кураторов. — Теперь верю, — Карим тоже позволил себе улыбнуться, мысленно вытирая лоб и радуясь, что Роланд остался порядочным человеком и не собирался оставлять идею о поисках Атрея. — Еще ни разу при мне ты так не светился, как сейчас. — Еще бы, — чуть смутился Роланд, прижимая Атрея к себе покрепче, а потом отпуская. — Атрей, — все еще улыбаясь, юноша протянул руку Кариму в приветственном жесте. — Карим, — улыбнулся воин, пожимая руку и чувствуя, как падает груз ответственности и переживаний за жизнь и здоровье единственного и самого главного человека в жизни их командира. — Рад, что с тобой все в порядке. — Спасибо, — Атрей кивнул, улыбаясь. — Судя по тому, что я услышал, вы не только лучшие воины, но и еще прекрасные люди, не игнорирующие понятия «честь» и «благородство». Я счастлив, что у Роланда есть такие друзья. — И наконец-то у него появился ты. Тот самый Атрей, — Карим неверяще покачал головой, награждая Роланда еще одним радостно-изумленным взглядом. — Отпразднуем, когда наконец-то выберемся отсюда, — Роланд подмигнул Атрею, снова подхватывая две сумки с вещами. — Карим, собирайся, бери наложника и отправляемся. У вас десять минут. Коротко кивнув, Карим быстро поднялся обратно, скрываясь из поля зрения Роланда и оставляя Атрея удивленно смотреть ему вслед. — Он так быстро послушался? — Атрей вопросительно поднял брови. — Твой Карим не выглядит как человек, который хоть кому-то станет подчиняться. — Это точно, — ухмыльнулся Роланд, направляясь вместе с Атреем к повозкам. — Но во-первых — я его командир. Во-вторых — друг. А в-третьих — это и в его интересах тоже. Его главная мечта — жить свободную жизнь там, где никто не станет его использовать, как средство для достижения чужих целей. Так что чем эффективнее он выполняет мои приказы, тем лучше его перспективы на дальнейшую жизнь. Атрей поднял взгляд на Роланда, который так спокойно и уверенно говорил обо всем, что засомневаться даже в одном его слове казалось преступлением. После чего юноша согласно покивал и тревожно вздохнул, надеясь, что им всем удастся сбежать с материка без каких-либо осложнений. В течение следующих десяти минут все воины вместе с наложниками были на месте, в ожидании смотря на командира и не задавая лишних вопросов. Проводить их вышел незнакомый надзиратель, который широкими глазами, полными ужаса, смотрел на Роланда, и даже слова не мог вымолвить в его присутствии. Абдул Кадыра уже доставили в лазарет и даже разобрались, что случилось. Поэтому сейчас никто из работорговцев не горел желанием встречаться с командиром элитного отряда и хоть как-то впадать в его немилость. — Мы отправляемся во дворец шейха и забираем всех наложников с собой, — сказал Роланд, пристально смотря в глаза надзирателя и рассчитывая, что тот, в случае чего, направит кураторов по ложному следу. — Конечно-конечно, — залепетал пожилой араб, почтительно склоняя голову и отступая маленькими шажками. — Благоприятного пути, господин! Кивнув, Роланд приказал всем занять свои места, сам садясь в первую повозку к Атрею и дожидаясь Карима с его наложником. Как оказалось — это был Гаяс, который с обожанием смотрел на все вокруг, а в особенности на своего воина. — Эмиль! — обрадовался Гаяс, стоило ему встретиться взглядом с другом. Атрей даже на секунду удивился, как Гаяс смог сдержаться и не кинуться обниматься, о чем его друг не уставал мечтать ни днем ни ночью, желая наконец-то прижаться к Атрею, как только надзиратель не сможет ими командовать. Но загадка оставалась нерешенной недолго. Атрей чуть улыбнулся, замечая переплетенные пальцы Гаяса с Каримом, который даже не замечал, что что-то не так, ведя себя с наложником, как заботливый старший брат с любимым младшеньким. Понимающе переглянувшись с Роландом, Атрей сел поудобнее, в свою очередь переплетая пальцы со своим другом и заглядывая в окошко повозки. Больше никто его не заставит подчиняться и быть безропотной вещью, об которую можно вытирать ноги снова и снова. Он научится защищать себя и получит все те знания, которых его лишали все эти семь лет. Он исследует мир вдоль и поперек, никогда не разлучаясь с Роландом и не позволяя никому встать между ними. Атрей счастливо вздохнул и улыбнулся. У них все будет хорошо. ____________________ *тбэ — от араб. бл*ть (ужасно бранное слово)