Страшная тайна клана Кертье

Тао мучило любопытство. Оно буквально вцепилось в несчастного хакера бульдожьей хваткой и не желало отпускать его. Казалось бы, ну что в этом вопросе такого важного? Однако Тао чувствовал, что не успокоится, пока не узнает правду. Для начала он попробовал выяснить ответ на интересующий его вопрос у Региса и Сейры. Юные ноблесс лишь пожали плечами. Спрашивать у Раджека Тао постеснялся, а соваться с подобным вопросом к Раэлю было рискованно: хакер трепетно дорожил всеми своими конечностями и не желал расстаться даже с одной. И ему остался последний вариант – Франкенштейн. Он знает все и уж наверняка сумеет пролить свет на столь волнующую хакера тайну. - Босс, - осторожно начал Тао. Франкенштейн в этот момент был занят приготовлением ужина. Сейра и Регис в компании Раэля и Рэй-нима отправились проведать детей, поэтому на кухне распоряжался босс. - В чем дело? – сердито бросил Франкенштейн, сосредоточенно отмеряя необходимую щепотку соли. - Да я вот давно хотел спросить, - хакер замялся и почесал затылок. – Вы случайно не знаете, почему Раджек-ним постоянно прячет лицо за воротником? На самом деле, Тао это заинтересовало еще в Лукедонии, но тогда он подумал, что глава клана Кертье скрывает свое лицо лишь когда сражается. И каково же было его удивление, когда он обнаружил, что и в обычной жизни Раджек практически никогда не опускает свой воротник. Разве что во время приема пищи, но Тао никогда не видел, чтобы глава клана Кертье ел вместе со всеми. Франкенштейн мгновенно остолбенел. Соль переполнила ложечку и стала медленно сыпаться на пол, но, казалось, что ученый совершенно не замечал столь досадной мелочи. Он повернулся к хакеру и тот увидел в его глазах фанатичный блеск. - Знаешь, Тао, я рад, что ты это спросил, - Франкенштейн убрал соль и ложечку. - Это напомнило мне о тех днях, когда я жил в Лукедонии, - глаза ученого затуманила ностальгия, и хакер приготовился выслушать длинную речь о захватывающих похождениях босса. - Меня тоже сильно заинтересовал этот вопрос, и я потратил много времени, чтобы найди на него ответ. Но… готов ли ты услышать правду, Тао? – спросил Франкенштейн, грозно сдвинув брови. Хакер нервно сглотнул. Но отступать было некуда. - Да, босс. Я готов. - Тогда слушай внимательно. Дело в том, что в клане Кертье существует тайное искусство. Его секрет передается из поколения в поколение от одного главы клана к другому. Это искусство именуется «Сладкая смерть». А знаешь, почему? Тао, смотревший на Франкенштейна широко раскрытыми глазами, только помотал головой. - Глава клана Кертье способен убить своим поцелуем. Конечно, к леди клана это не относится. Она сама при желании кого хочешь… и чем хочешь… кхм, - Франкенштейн закашлялся и боязливо посмотрел по сторонам, словно та самая леди сейчас должна вынырнуть из ближайшей тени со скалкой наперевес. – Так о чем я? А, вспомнил. Если глава клана Кертье в твоем присутствии опускает воротник – он хочет даровать тебе «Сладкую смерть». Жертва умирает за считанные секунды, но, перед тем как попасть в мир иной, испытывает просто нечеловеческое наслаждение. Воображение Тао мигом нарисовало достаточно яркую картину: Раджек Кертье сжимал в объятьях рыжеволосую (почему-то именно рыжеволосых женщин Тао одновременно обожал и подсознательно боялся) красавицу в полупрозрачном платье. Она осторожно опустила воротник главы клана, обнажая его тонкие изящные губы. Ноблесс улыбнулся женщине, и было видно, что его клыки несколько длиннее клыков обычного человека. Зрачки её желто-зеленых глаз расширились, она прильнула своими чувственными губами к губам Раджека с такой страстью, с которой приникают к единственному источнику влаги в пустыне, а он ответил ей жарким поцелуем. Она запустила руку в его золотистые волосы, глава клана еще крепче обнял её, проводя по изящному изгибу спины, касаясь пламенных кудрей… Но внезапно её глаза, до этого томно закрытые, резко распахнулись, и тело женщины безвольно обмякло в руках ноблесс. Но на её лице читалось просто безграничное счастье, словно она вошла во врата рая за несколько секунд до смерти… - Тао, ты меня слышишь? Эй, Тао, - Франкенштейн щелкнул пальцами перед самым носом хакера. Тот вздрогнул, отгоняя видение, и изумился высокохудожественным вывертам собственного воображения и лексикона. - Ох, босс. Но как вы узнали об этом? Искусство же секретное. - Скажем так, - Франкенштейн самодовольно усмехнулся. – Однажды мне удалось настолько вывести Рейгара Кертье из себя, что он буквально порвал воротник на лице и решил даровать «Сладкую смерть» мне. У Тао на секунду даже дыхание перехватило. - И? – взволнованно спросил он. - Что и? – недовольно пробурчал Франкенштейн. – Он меня не поймал. - Но он же Кертье! – воскликнул хакер. – Мастер скорости и маскировки! - И что из этого? А я хотел жить. И что самое главное - мне надо было готовить ужин Мастеру. На лицо Тао опустилась глубокая тень. Франкенштейн несколько секунд любовался его реакцией, а потом рассмеялся. - Это была шутка. Тао, ты же не маленький, чтобы верить в сказки. «Сладкая смерть», смешно, честное слово. На самом деле, я совершенно не представляю, зачем главы клана Кертье прячут свои лица. Я спрашивал об этом даже у Мастера, но и ему неизвестна разгадка этой тайны. Если у тебя на этом все, то можешь быть свободен. Ты меня отвлекаешь, а помогать мне, не раздражая, могут лишь мисс Сейра и Мастер. - Вас понял, босс, - воскликнул Тао и постарался исчезнуть с кухни как можно быстрее. Размышляя о странном чувстве юмора своего работодателя, Тао не заметил, как из теней коридора прямо перед ним возник глава клана Кертье. - Ой, Раджек-ним! – сказал Тао, едва не натолкнувшись на ноблесс. – Мне тут босс такую шутку смешную сказал… ха-ха, - нервно рассмеялся хакер. Почему-то ему вновь стало не по себе. - Про «Сладкую смерть», - Раджек не спрашивал, он утверждал. - Ага, про неё. У босса столь необычное чувство юмора. Однако в рубиновых глазах главы клана хакер не увидел ни тени веселья. - В мире людей бытует поговорка, - проговорил Раджек. – В каждой шутке есть доля шутки… - Остальное правда, - прошептал Тао пересохшими от страха губами. Потому что именно в этот самый момент изящные пальцы ноблесс взметнулись к краю черного воротника и начали медленно опускать его вниз. Тао смотрел на него заворожено, как кролик на удава. Вот обнажились губы главы клана, чувственные, притягательные, потом показался подбородок. Раджек улыбнулся, но как-то невесело, скорее холодно и немного кровожадно. Хакер воочию увидел, что его теория насчет длинных клыков оказалась верной. - Хочешь узнать, правда ли это про «Сладкую смерть»? И прежде чем Тао успел опомниться, глава клана Кертье приблизился к нему почти вплотную, а его столь смертоносные губы оказались в опасной близости от губ хакера. Ладонь ноблесс легонько касалась затылка модифицированного, готовая в любую секунду одним точно выверенным движением притянуть к себе несчастную, а, может, наоборот, очень даже счастливую жертву. Тао на миг испытал искушение выяснить, правдива история Франкенштейна или нет. Может, он соврал о том, что все это шутка? «Сладкая смерть». Интересно, как это происходит? Ноблесс откусывает потенциальной жертве язык? Нет, какое в этом удовольствие? А может, в его клыках какой-то особенный яд? Или же… Соблазн был велик, очень велик. Постигнуть тайну, которую не решился постигнуть даже Франкенштейн. Но в следующее мгновение хакер осознал, что жизнь все же дороже пусть нечеловеческого, но столь короткого и смертоносного удовольствия. - П-п-простите, Раджек-ним, - пробормотал хакер, осторожно высвобождая затылок и максимально вежливо отодвигаясь от ноблесс. – Это большая честь, но вынужден вам отказать… мне… мне надо ознакомиться с материалами по строительству. Босс просил… ха-ха. Но я никому не расскажу! Правда-правда! Клянусь честью рыцаря Райзела! Позвольте вас покинуть. И Тао темной молнией скрылся в своей комнате. Чуткий слух Раджека уловил щелчок задвижки. Как будто бы это помогло, реши ноблесс поймать столь ловко ускользнувшую жертву. Глава клана Кертье печально вздохнул и отправился на кухню. Франкенштейн все еще трудился над своим кулинарным шедевром, что-то тихонько напевая себе под нос. - Вы не думаете, что это было слишком? – спросил Раджек. - Ничуть, - ответил Франкенштейн, не прерывая своего занятия. – Это же Тао, ему подобный опыт даже пойдет на пользу. - Спасибо вам, что помогли мне в столь деликатном деле, - поблагодарил Раджек с легким поклоном. – Я просто не знаю, что бы мне пришлось говорить… - Право слово, не стоит благодарности, - отмахнулся Франкенштейн. – Этот вопрос все равно бы возник, но теперь Тао поумерит свой пыл. А остальным, поверь, даже не придет в голову спрашивать о воротнике. Так что считай это возвратом малой доли долга твоему отцу. Раджек Кертье улыбнулся, и Франкенштейн рассеянно улыбнулся в ответ. Не рассказывать же всем, в конце концов, что на одном балу жена Лорда назвала улыбку главы клана Кертье самой очаровательной во всей Лукедонии, по сравнению с которой меркнет улыбка самого правителя благородных. И что Лорд, пребывавший в тот день не в самом лучшем расположении духа, издал указ, который запрещал Рейгару Кертье и последующим главам его клана снимать черный воротник в присутствии дам. А дочурка Лорда совершенно позабыла отменить приказ своего вздорного папочки…