Это лето для меня, как человека, никогда не наступит

Скажите, что вы чувствуете, когда находитесь в тёмной и мрачной комнате? Например, непонимание происходящего, тебе интересно, что это за жуткое место. Или интерес к разворачивающимся событиям, если ты любитель поискать приключений на пятую точку. А может быть это чувство неописуемо, что вызывает мурашки по коже, которые проходят табуном по твоим предплечьям, не оставляя выбора, кроме как поёжиться от получаемых ощущений. Это страх? Именно его чувствовал Сону, когда очнулся в обстановке, которая не выглядела хорошей и приветственной. Ледяной пол заставил его очнуться до конца и пытаться понять, где он сейчас находится. Это место не оставило о себе добрых впечатлений, а наоборот, оно выглядело жутко и мрачно, словно кладбище. Черные обваливающиеся стены, что выгорели при недавнем пожаре, оставляли после себя неприятный запах гари, который в своё время врезался в нос и заполнял лёгкие, выбивая остатки кислорода. Доски, лежащие рядом как попало, завалили какие-то предметы интерьера, которые, похоже, были очень красивыми и дорогими. Одна такая доска и преграждала Сону путь к высвобождению. При попытке подняться и осмотреться, он стал спихивать с себя остатки деревяшек и пыли. Крыша вовсе обвалилась, не оставив от себя и следа, открывая вид на четкую картину. Небо озаряла полная луна. Она переливалась яркими красками холодных оттенков палитры. Белый, голубой, серый, а бывало и синий залили её изнутри. И размеры её были внушительными, обычно, такую луну редко увидишь. Она отражалась в угольных зрачках Кима, будто это свет в конце тоннеля, и не позволяла отрывать от себя взгляд. Этот чарующий вид нельзя было не запомнить. Да и то, что произошло с Сону, тоже. Боль свалилась на голову Сону с превеликой тяжестью, звон в ушах выбивал барабанные перепонки из колеи, ничего не оставалось, кроме как схватится за голову. Взгляд начал мутнеть, а сознание уходит в глубь. Множество мыслей захватило разум парня, не давая покоя. Они не оставляли его ни на секунду, въедаясь кровавыми буквами на памяти. Что это за место? Что случилось? Как? Почему? От вопросов толку не было, нужны были ответы. Сону потребовалось несколько жалких минут, чтоб успокоить себя. Пара глубоких вдохов и выдохов помогла наконец дышать спокойно и умеренно. Боль в мозге отъехала на дальний план, заставляя обращать внимание не на себя, а на место нахождения парня. Встав уже в полный рост, Сону начал осматриваться. Глубокая ночь не позволяла разглядеть всё, но большая часть была видна, уж луна этому посодействовала. Вокруг Кима была поляна, что раньше была покрыта яркими цветами, красивыми растениями, кустиками ягод, и что жестоко выгорела, не пожалев растительность. Позади расположился густой, хвойный и мрачный лес. Он вгонял в страх ещё больше, ведь так и кажется, что оттуда выскочит волк или медведь и съест, не оставив даже и души. И разбавляла весь этот ужас небольшая речка, которая протекала в паре десятков метров. Вокруг была гробовая тишина и лишь журчащая водичка нарушала эту идиллию. Если хорошенько прислушаться, то можно услышать пение ночных птиц, из которых, наверное, есть только сова, что выходит на охоту позднее других, да и не поёт вовсе. Рокот кузнечиков щекотливо скачет по ушам, не оставаясь надолго. И почти неслышимое дыхание парня, что сидел прямо на берегу речушки, совсем не шевелясь, из-за чего казался странным. Это заставило немного поволноваться, ведь не всегда увидишь человека, что сидит, не шевелится, и вообще в каком-то захолустье мира. Но. Сейчас он был единственным, кто мог бы помочь Сону, поэтому несмотря на нескрываемую тревожность, Киму пришлось пойти в его сторону. В отличии от попыток встать, которые не были болезненными, попытка начать идти была словно тысячи железных ножей вонзаются в бедного парня. Кости начало ломить, как будто они вот-вот распадутся от сильного давления на них же, а прошлая головная боль снова вернулась, заставляя пошатнуться. Несмотря на дикую слабость не только физическую, но и моральную, Сону всё таки продолжил двигаться к незнакомцу, держа направление строго к речке. С приближением к тому человеку, никакой реакции от него не последовало, будто он знал, что кто-то иной тащится сзади и не стал ничего предпринимать. Из-за этого Киму стало не по себе ещё больше, а когда он оказался совсем рядом, то с первого взгляда можно подумать, что перед ним вообще живой мертвец, а не человек. Тот парень сидел, абсолютно ничего не делая, и казалось, что у него эта функция в организме отсутствует. Загадочный мальчик, каким был похож, смотрел далеко за горизонт(если б он там вообще был), не моргая. Даже, если он и внушал какой-то страх, Сону не отчаился и решил заговорить с незнакомцем. – Эм, привет, – лёгкий поклон в знаке приветствия и уважения был отвешан Кимом – слушай.. я..– Он был резко прерван словами, что навсегда разбили его хрупкую натуру, заставили сжаться, не веря в происходящее. Неужели, то что сказал парень – правда? – Сону, ты мёртв. Как стеклянная ваза об пол. Она с треском разлетается и её осколки подлетают, вонзаясь в нежную кожу. Слов, чтобы ответить на такую фразу, не было от слова совсем. Но Ким вовсе не знает этого парня, может он вообще шутит или прикалывается. Только вот почему-то его седьмое чувство кричит об обратном. Словно это действительно правда, и парень упокоился уже совсем давно, на могилу которого никто не приходил годами. Уж слишком убедительно звучали слова незнакомца. Немного помолчав и обдумав сказанные им слова, Сону снова решил заговорить. –Простите, я вас немного не понимаю, – немного неловко, но всё же узнать что-то надо, ведь сам Ким ничего не помнит. – Вы меня знаете? Парень замолчал. И лишь спустя долгое время, когда Сону решил присесть рядом, начал беседу. – Знаю. Ты – Ким Сону, у тебя отшибло память, вот ты ничего и не помнишь. Но не бойся, ты скоро вспомнишь всё то, что упокоилось вместе с твоей жизнью, – прозвучало, как угроза. Но этот бархатный голос заставил начать думать, что они и правда знакомы, и очень даже хорошо. Он казался таким родным, словно пел колыбельные в детстве, прямо как мама. – Почему вы говорите, что я мёртв? – с дрожью в голосе выпалил Ким. – Я вас даже не помню, и вы первый, кого я тут встретил. С чего бы мне верить незнакомцу? – Сону, посмотри на себя. Разве ты похож на живого? Две пары глаз устремляются на одного человека. Только вот одна смотрит с наибольшим шоком, чем другая. Ким был таким же бледным, как тот парень, таким же болезненным. Его тело заполняли не то раны, сколько что-то схожее с опухшими ожогами по всему телу. Такие багрово-красные, оставленные явно пламенем огня, покрывшиеся слоем выступающей крови из капилляров. Да что, чёрт возьми, случилось? – Всё ещё считаешь себя живым, ещё и человеком? – ехидно-ласковая улыбка тронула парня, и тот, наконец, повернулся всем корпусом к Сону. О боже, вы бы видели эти черты. Вьющиеся темные волосы спадают на уши, лицо, невесомо щекотя щёки. Сквозь них нельзя не заметить глубокие глаза, что, казалось, утратили свою жизнь, но на самом дне ещё осталась та надежда. Он смотрел на Сону так ласково, с каплей горя, про которое Киму ещё предстоит узнать. Та самая тёплая улыбка, что тоже украшала его мертвое лицо. – Уже сомневаюсь. Но, если я умер, то где мы находимся? – Этот вопрос безумно волновал Сону, ведь по его мнению они не в раю, но и адом это назвать нельзя. – Ты умер не полностью. Если бы вспомнил своё прошлое, было бы куда проще всё понять, но похоже, оно не скоро к тебе вернётся, – глубокий вдох – слушай. ***                             Ким Сону родился и рос в обычной, но дружной семье. У него не было ни братьев, ни сестёр, и это иногда заставляло чувствовать себя одиноким. Но несмотря на это, парень получил достаточно любви от родителей, которые всем жертвовали ради него, не жалея. Ведь он был их единственной кровинкой, ценнее любых драгоценных камней, дороже любых денег. Для матери и отца он – бесценный. Они не баловали его, учили законам жизни, воспитывали из него хорошего мужчину. Родители готовы были принять его абсолютно любым, и ни за что бы не прогнали из родного дома. Так они и приняли ориентацию сына, который признался им в конце средней школы. Для Сону, наверное, это был самый тяжёлый разговор с родными, он знал, что они его любят, но настолько тяжкая новость могла их знатно потрясти. Когда родители всё же узнали об этом, то они и правда подзависли, но совсем не стали ругать и упрекать мальчика за это. А наоборот крепко обняли и прошептали на ушко: – Неважно, Сону, кто тебе будет нравиться, мы всегда будем тебя поддерживать и любить. Что бы ни произошло, мы будем на твоей стороне. С тех пор их отношения полностью окрепли, став полноценными на сто процентов. Ким всегда рассказывал им происходящее вокруг, как у него дела в школе, какой он посмотрел крутой фильм на выходных, предложив посмотреть с вечера другой. Они вместе проводили много времени, ездили в отпуск на летних каникулах, слушали одну и ту же музыку, когда готовили на кухне, громко подпевая и дожидаясь папу с работы, чтобы потом накинуться на него с объятьями, и после спокойно пригласить ужинать. Его родители жили в любви и гармонии, ссоры их проходили мимо, будто они защищены волшебным куполом. У них осталось много фоток из детства, закрытых в рамки, которые были развешаны по всему дому. Иногда, они позволяли забыться и окунуться в прошлое, что не оставляло негативных ощущений, а лишь нежную улыбку на лице. И казалось бы, что такой идеальной семьи не существует, но семья Сону твердит обратное. Новые приключения и краски в жизнь Ким Сону принесла старшая школа. Он знал, что его могут не принять, такого доброго солнечного мальчика, который нёс только свет, и мог осветить самый тёмный угол. Боязнь буллинга со стороны новых одноклассников росла в геометрической прогрессии, ведь он думал, что таких детей, как он, недолюбливают и презирают. На деле, всё, что он себе надумывал оказалось правдой. Все его переживания воплотились в реальность, словно кошмар наяву. Его новые "друзья-одноклассники" невзлюбили Сону сразу же, как только он представился им. Он чувствовал ненавистные прожигающие взгляды, что сверлили во всех частях его тела чёрные дыры, заставляя сжиматься и медленно, но прогрессивно терять свою солнечную ауру. Доставать его начали сразу же на следующий день, и было ужасно неприятно. Сначала это были простые почеркушки на его парте, неприличные рисунки и угрожающие словечки. Которые учитель Ким заставлял отмывать после окончания уроков, несмотря на попытки Сону доказать свою невиновность. Потом его начали часто задевать плечом, иногда настолько сильно, что появилась практика падений на пол либо лицом, либо на колени. И откуда они там такие глыбы? Спокойная школьная жизнь сказала "пока" и улетела на Мальдивы без срока возвращения. Крайностью стало то, что Сону начали зажимать в туалете, впиваясь острыми ногтями в шею, оставляя багровые пятна, за которые потом пришлось оправдываться перед родителями. Они ужасно за него волновались, ведь с самого начала учебного года он стал меркнуть. И это только начало.. *** По сей момент это безобразие продолжается. Из яркого и солнечного мальчика, Сону превратился в запуганного мышонка, которого вот-вот поймает голодная кошка. И всеми этими дикими животными оказались его одноклассники, их ногти, словно когтищи, так и впивались в плечи, когда те амбалы пытались выгородиться перед учителем, будто они не ссорятся, а у них просто игры такие. На перемене бедному школьнику нигде места не было, везде его могли подкараулить, зажав в углу и начать унижать, а то и хуже, если достанется по лицу или ниже по телу. И сейчас, после очередного мучительно-скучного урока, Сону бегом выбежал из кабинета и направился в туалет. Из-за неимоверной нагрузки, нервы начали сдавать, стали часто случаться истерики в тайне от родителей, которые слышали эти глухие всхлипы из комнаты сына, но не знали, что предпринять и просто продолжали одаривать Кима любовью. Впоследствии начались частые кровотечения из носа, из-за чего и пришлось пойти в уборную. Весь прошлый урок Сону терпел и всё время хлюпал носом, чтобы кровь не полилась прямо в классе. И сейчас, шагая по коридору третьего этажа, парень заворачивает за угол и доходит до туалета, на ходу затыкая нос большим пальцем. Красная субстанция лила, как из ведра, которое, казалось, само состоит из крови. Подбежав к раковине, Ким открыл кран и начал промывать водой нос. Она тут же окрасилась в прозрачно-алый и начала стекать в сток, не оставляя после себя ничего, кроме металлического запаха на губах. Смерть крадётся незаметно, так же, как и поганый одноклассник Чхве У Мин. Он подошёл тихо, без лишних движений вцепился в нежную шею Сону, наклонился к лицу и прошептал: – Неужели, решил так рано подохнуть? Этот мерзкий голос резал уши, заставляя поморщиться от ощущений. Ещё и слышится издевательская усмешка, вполне не скрываемая. Что было тогда в голове злодея, Киму было не известно, но он точно знал, что у чужака точно есть свои скелеты в шкафу, которые так и норовят выпасть оттуда. При попытке Сону высвободиться из сильного хвата, У Мин лишь больше вцепился в хрупкое тело и резко дёрнул в сторону стены. Теперь у Кима стало меньше шансов на спасение. Рука издевщика вжалась в шею парня уже не так легко и просто, а так, что начала закрывать пути кислороду. Его стало не хватать и вскоре Сону начал задыхаться. Он начал отдергивать чужие конечности от себя, но бесполезно. Этот мертвый хват не давал возможности освободиться. Выступающие вены на руках показывали, что их обладатель просто в ярости. Глаза Чхве были чёрными, как смоль, словно он вообще был не в себе.  В них не было той жизненной искорки, что присутствовала у всех нормальных людей. У него же они были пустыми и без будущего. Раз тот способ освобождения не подействовал, пришлось применять силу. Сону начал колотить сначала по рукам, после добрался до головы и по-разному начал мазать по его лицу ладошками. Это тоже не сработало. Пора призывать тяжёлую артиллерию. В то же время задыхаясь, Ким пнул носком ноги, вложив все оставшиеся силы, в пятую точку противника. Специально стараясь не попадать в опасное место, хотя, наверное, нужно было. Тот со стоном схватился за больное место обеими руками, давая возможность кислороду пробраться в лёгкие Сону. Он начал рвано вдыхать такой важный для него воздух, всё таки никто не говорил, что парень жить не хочет. Но видимо, судьба решила иначе. –Ах ты, малявка, что ты себе позволяешь?! –  Чхве кинул на него яростный взгляд, что явно не желал ничего хорошего. Злодей начал шагать в сторону Кима, хромая на правую ногу, в то время как Сону начал ползти на попе ровно назад. Продвигаясь так метра полтора, У Мин не стал медлить и запустил ногу прямо в лицо парню, что был на уровне, подходящем для пинка. Резкая боль пронзила голову Сону, заставив громко вскрикнуть. Он свалился на спину, в глазах начало темнеть. Из последних сил, которые остались, Ким притронулся к ране. На руке оказалось некоторое количество крови. Парень так и чувствовал, как красная жидкость начинает стекать прямо по лицу, смешиваясь с выступившими горькими слезами. Эта боль была неописуема. Последним, что видел Сону, был парень, что резко ворвался в туалетную комнату и начал наносить удары Чхве. Он был похож на зверя, который сорвался с цепи и его было невозможно остановить. Нечеловеческая сила предстала перед глазами Кима. *** – С ним всё в порядке? – Да, Ники, не переживай. Ему стоит отдохнуть дома пару дней. Рана, конечно, большая, но не смертельная. Я всё обработала и перевязала, так что инфекция никакая не доберётся. Слушай и запоминай, повязку менять раз в день, желательно никаких нагрузок на голову и строго постельный режим. На этих словах Сону уже очнулся, но просто не подавал виду. – Чтож, удачи, а я пойду обработаю того, – голос, похоже, довольно молодой женщины стал удаляться. – Спасибо, госпожа Ли, – так называемый Ники попрощался с врачом. Сону открыл глаза и увидел перед собой парня невероятной красоты. Его светлые волосы были похожи на снег, а чёрные глаза на уголь, к слову, они точно были похожи на живые. Мягкие черты лица смягчились ещё больше при виде того, что Ким очнулся. – Как ты себя чувствуешь? Голова не болит? – спаситель тут же накинулся с вопросами, начиная с интересом высматривать голову Сону. – Тебя Ники зовут? Это всё, что смог выдавить Сону после пробуждения. В тот миг, когда их взгляды столкнулись на сказанное предложение пострадавшего, Ким просто не смог отвести глаза в сторону. Ведь очи незнакомца были такими притягательными, словно глубокая впадина без дна. И ты будешь лететь вечность, если осмелишься в неё прыгнуть. Любой нормальный человек так не сделал бы, но для Сону это был вызов, на которые он не мог не ответить, поэтому и прыгнул в эти бездонные глаза. – Нишимура Рики, – парень протянул руку для пожатия, на что Ким заметил алые следы на костяшках, точно зная, чья эта кровь. – ой, прости. – Ким Сону. – он тут же перехватил руку парня, который хотел её убрать и пожал. Вспышка. Небольшое воспоминание, как этот парень кидается к Сону, берёт того на руки и выскакивает из туалета. Вспышка. Обеспокоенные глаза смотрят на кровавое лицо Сону, аккуратно неся его тело в неизвестном направлении. – Держись, пожалуйста, ещё немного. – звучит ласковый голос. Вспышка. Лёгкое тело парня касается кушетки в лечебном кабинете, какая-то тётенька бегает вокруг него, доставая разные баночки, бинты, вату. Жгучая боль снова прожигает голову Сону, но он окончательно отключается. Тут же Сону разорвал пожатие, оставляя Рики без тепла горячей руки Сону. О боже, а насколько же рука спасителя была ледяной. К тому же и кожа у него была белоснежной, что ещё больше пугало. В общем, Ким сделал вывод, что этот Нишимура странный, но притягивающий. – Спасибо, что спас. – Сону больше не смотрел в его глаза, он лишь опустил голову и сложил руки в комок. – Ты не должен меня благодарить. Кто бы прошёл мимо такого? – хах, на этих словах почему-то стало горько. Ведь те издёвки, что продолжались на протяжении двух месяцев, никого не волновали. – Нет, всё равно спасибо. – Сону всё таки решил поднять голову. Он улыбнулся, его лисьи глазки стянулись в полоски, и лишь одинокая слезинка просочилась и потекла по нежной щеке. В тот день всё доложили директору, Чхве У Мина исключили из школы, перед этим раскрыв те самые скелеты в шкафу, которые кричали о том, что уже несколько жертв девочек пострадали от его руки. Всех их допросили, и из-за тяжёлого принесённого морального и физического вреда, У Мина поставили на учёт в полиции и выписали огромный штраф родителям, ведь Чхве ещё не достиг совершеннолетия. С тех пор в школе его не видели. И жизнь Сону пошла более-менее хорошо. Он смог наладить отношения с многими девочками из класса, и немногими парнями, но всё же остались те крысы, которые тайно ненавидели Кима за то, что из-за него исключили их "дорогого" друга. Отношения с Рики тоже наладились. Оказалось, что у них много общего, поэтому они начали общаться и со временем подружились. Родители про буллинг в сторону сына тоже узнали, и тем днём, когда Ким вернулся домой с перебинтованной головой, они снова провели беседу, но уже не сдерживая слёз. И пообещали не давать больше его в обиду, предложив даже перевестись в другую школу, но Сону отказался. Нишимура оказался из параллели 9 классов. Да ещё и иностранец. Ким узнал его историю с начала и до конца за время, что они вместе провели. Рики родился в Японии, в городе Окаяма. Детство у него было спокойное, по его словам. Ники жил в любви старшей сестры, а после и младшей. Конан и Солы. С родителями он стал видеться ещё реже, пока рос. Но парень понимал, что они работают для того, чтобы обеспечить своим детям хорошее будущее. Поэтому и жили они в достатке. Начальную школу Ники проучился в Японии, но в среднюю его отправили учиться в страну по соседству – Корею. Там он и начал учить язык, развивать свои навыки и продолжать жить. По прилёте в Сеул, он стал жить у своей тёти, которая тоже недавно перебралась туда ради работы. Средняя школа тоже не пестрила яркими красками, а лишь усложняла жизнь. Долгие часы за попытками выучить какое-то правило грамматики нового языка, сделать домашнее задание при нулевых знаниях, благо тётя племянника не бросила и помогала ему, как могла. Поэтому на тяп-ляп за год Рики выучил язык так, чтобы понимать и устную речь, и письменную. Но даже несмотря на это, он всё ещё совершенствуется в его познании. Также Ники говорил о его увлечениях, и оказалось, что ему нравится дикая природа. Он часто ездил с родителями на пикники у озера, на ночёвку с палатками или же в лесной лагерь. Там он встречал разных детей, но чаще всего всё заканчивалось тем, что они все разъезжались по домам, поэтому друзей детства не имеет. Ещё Нишимура увлекается мистикой (что вообще не удивительно). Он рассказывал, что смотрел множество документальных фильмов о разных нечистях, читал книги из жанра "фантастика". И ещё не удивительно, что его любимым фильмом оказались Сумерки. Если посмотреть с первого взгляда, то точно может показаться, что Рики и правда странный, но если узнать его получше, то можно понять, что этот мальчик – просто невинный ангел. Он безумно милый, хороший, красивый. Ники отличный собеседник, ведь темы для разговора у них никогда не кончаются. У него много разных увлечений, про которые Сону узнает изо дня в день. Нишимура ужасно тактильный, и если ему позволить, то он ни за что не выпустит тебя из своих объятий. И как такую плюшку не полюбить? Вот и Сону не знает. Они чёрт знает сколько времени провели вместе: на ночёвках друг у друга, на совместных прогулках, в школе. Прошло довольно много времени после того как они познакомились, уже оба осознали свои истинные чувства. Не желая растягивать предложение об отношениях, Сону закончил их дружбу одним вечером. После тяжёлого учебного года, сдав все контрольные и самостоятельные работы, оба парня решают собраться у Рики дома, по этому случаю его тётя специально уехала с подружками развлекаться, предварительно решив, что они будут делать. Сону попросил у родителей довольно крупную сумму для школьника, но за хорошие оценки. Они уже знали на тот момент про Ники, поэтому позволили ему повеселиться с другом. Они накупили много всякой всячины, особенно вредной: чипсы, мармелад, рамён, конфеты, батончики, газировки. Даже заказали три пиццы, ведь спать до утра они точно не собирались. Дома Рики подготовил приставку с разными играми, на случай если им станет скучно за техникой, он и про настольные игры не забыл. А если им всё таки захочется спать, то расстеленная кровать с теплым пледом к их услугам. И наконец, когда все сборы окончены, еда лежит на столе и в холодильнике, телевизор включен и джойстики спокойно ждут на тумбе, парни устало выдыхают и плюхаются на диван. – Сколько же сил стоили эти три пакета, чёрт возьми. До чего же тяжёлые, – Ники скулил, словно пёсик, что очень забавляло Кима. И правда, Рики был посильнее и мускулистее, поэтому взял два пакета и ему, очевидно, сейчас труднее. – Давай сюда, – Сону сразу после фразы взял руки Ники в свои и начал массировать. Он гладил большим пальцем сгибы фаланг Нишимуры, сгибал и разгибал. Если бы он увидел сам себя, то разглядел бы мамочку, что гладит сына по ручке, которую ушиб. Сону смотрел с нежностью, невесомая улыбка была на его личике, он выглядел так, словно это его любимое и обычное ежедневное дело. Сделав небольшой массаж рукам Рики, в конце Ким взял его правую в свои две и легко поцеловал. – Больше не болит? – Эм..м.. Нет, спасибо, – последнее действие отразилось небольшим румянцем на щеках Нишимуры, но казалось бы на его снежной ровной коже вообще не может быть ничего цветного, кроме родинок. Горячий след всё ещё окроплял холодную руку Ники, он накрыл её другой и тоже улыбнулся, но посмотрел прямо на Сону. – Уже не болит. – Хорошо, тогда давай в приставку? – сделанный жест Кима и правда посеял некую неловкость. И сейчас он размышляет так: "О чём я только думал?" –Да, давай, – за пару шагов Ники преодолел расстояние от дивана до тумбочки, которая находилась рядом с телевизором. Там же он включил всю технику, подключил джойстики и отправился обратно к Сону, – вот твой, – Нишимура протянул другу так называемый "пульт управления" и они стали вместе выбирать в какую игру им стоит начать играть. В итоге они остановились на какой-то игрушке, где выбираешь персонажа из предложенных, а их в сумме было около тридцати. В ней всего три раунда за одну игру, поэтому, кто больше раз убьёт соперника, тот и победил. – Я выберу этого металлического мужика, – звонко выкрикнул Сону, показывая пальцем в экран на мужчину в серебряном костюме, некоторые из частей были даже позолоченными. На лицо он был страшным, а глаза и вовсе были полностью чёрными, – я тебя точно выиграю. – Это что за чупакабра? Хах, – смешок сам вырвался, ведь этот пресонаж и правда был похож на неизведанное существо, да и звали его Доктор Людоед, – я выберу Молниеносца. Он стреляет молниями и может призвать гром, довольно сильный, так что жди своего проигрыша! – Ага, мечтай. На этих словах раздался какой-то рёв, похожий на фразу "раунд первый". Спорить парни не стали, сосредоточив своё внимание на игре. Кто же победит? В нескольких ударах Сону накосячил, поэтому с горестью проиграл первый раунд. И тут же стал возмущаться. – Да как так-то? У меня же было больше хп. Почему ты победил? – Ким надул нижнюю губу и сделал обиженный вид, отвернувшись спиной к Ники, – да и ладно – я тебе поддавался. Второй раунд. – Ура, я победил! Видишь? – Сону даже вскочил с дивана и начал по-детски прыгать. Он тряс джойстиком из стороны в сторону, казалось, что тот даже может выпасть из руки и сломаться. Но хватка у Кима была крепкой. – Вижу, ты молодец, – Ники почувствовал какой-то укол вины за прошлый раунд, поэтому позволил выиграть Сону, поддавшись и сделав вид, что жал половину времени не на ту кнопку. Но сейчас предстоит третий раунд и в нём Рики точно не будет давать фору. Пусть Ким будет выигрывать собственными силами. Финальный раунд. – Удачи, – легко срывается с Нишимуриных губ перед тем, как начнётся мясо. А оно и вправду началось. Оба старались обыграть друг друга, несмотря ни на что. Сону сильно клацал по кнопкам, и этот звук отдавался в воздухе мерцающим эхом. Было много криков, на пример: давай, ну же, эээ. Иногда могли и проскочить матерные словечки, за которые никто не посмел упрекать. Полоска жизни игрока Сону была почти на нуле. Тот бился изо всех сил, но был слишком близок к поражению. И вот заветное слово " Поражение" для Ники, и нежданное для Кима прозвучало. Нишимура тут же выкрикнул удовлетворение проделанной работой. – Юху, я победил. Эй, Сону, ты должен меня поздравить, – Рики с игривостью полез к другу, в то время как он упал попой ровно обратно на диван. Ким был явно огорчён из-за того, что проиграл, – эй, ты обиделся? – Нет, всё нормально. Это не конец. Я ещё выиграю, – он повернул голову в сторону и улыбнулся. Наверное, это Ники должен был лезть с объятьями, но сейчас именно Сону заключил того в свои руки. – Это был вызов? – весь оплетённый чужим телом, парень приподнял голову с вопросительным взглядом. Но завидев хитрую улыбку Кима, сразу же понял, что это было не просто так. Это явно оказался вызов на дуэль, но только не в игре, а в реальной жизни. Прямо сейчас. Нишимура тут же выскочил из теплых рук Сону. Отскочив шага на три от него, он встал в позу " готов драться". И смешно подзывал его рукой. – Ой, да ты меня с полуслова знаешь. Ну, что ж, раз ты готов, то я нападаю. Берегись, – тут же он слетел с дивана и накинулся на Рики, захватив его одной рукой за талию, а другой за голову. Они вместе полетели прямо на пол, хорошо хоть Ким заранее предостерёг Нишимуру от головной раны (к слову, как не предостерёг себя). Парни стали валяться по полу, поочерёдно перекатывая друг друга, оказываясь то сверху, то снизу. Позже, когда удалось немного выбраться из сильной хватки друга, Сону перекинул ногу через его поясницу, плюхнувшись всем весом. Теперь Рики совсем не мог выбраться, сначала он дёргался под звонкий хохот Кима, а потом и вовсе лёг пластом, выпрямив руки перед собой. Какая интересная поза "наездник" у них получилась. Сону практически сидел на его пятой точке, потому что не хотел давить ему на рёбра и живот. Ведь даже в таких ситуациях он заботился о своём любимом друге. Пробыв в этой позе довольно долгое время, Рики всё же решил сдаться. – Сону-хён, – не часто услышишь это из уст Нишимуры, – я сдаюсь. У меня уже руки начинают затекать. Слезь с меня, пожалуйста. – Попроси получше, что-то я не слышу искренности в твоём голосе, – в это время он наклонился прямо к левому уху лежащего и прошептал это мучительно-тягуче, словно пытался соблазнить. – Правда, что ли? – из сил ног, что ещё обладали нужной энергией, Ники перекинул Сону через себя, и уже не целовался с мягким ковричком. Но теперь снизу оказался Ким, а руки Нишимуры расположились справа и слева от его головы, – что ты на это скажешь, дорогой? А что он мог сказать? Сону был слишком близок к победе в реванше, но из-за своего языка он снова проиграл. Да это и не так важно, вообще-то. Они успеют оба взять у друг друга хоть по тысяче побед. Сейчас главное не это, а то, что это прекрасная атмосфера для разговора. Сону обхватил лицо Ники своими руками, тяжело вдыхая. Их взгляды столкнулись, оба слишком скучали по их совместным дням, они пополняли собственную энергию друг другом. – Твои щёки такие холодные. Ты весь такой, – он начал водить по всему лицу Рики, выделяя черты. Сначала погладит брови, потом нос. Поиграется с ресницами, заведёт выпавшую прядь за ухо. Снова поместит руки на прежнее место, и лишь большим пальцем аккуратно притронется к губам. – А ты такой горячий, – пришла очередь Ники отвешивать комплименты, но так получилось, что этот вышел немного двусмысленным, что заставило немного задуматься парня о сказанном, – твои руки, я имел ввиду, – в завершении фразы Нишимура немного кашлянул, что в переводе с его языка – это не то, что ты подумал (а может и то). Ребятам надоело валяться, и первым решил встать Рики, но не как обычно. В этот раз под ним лежал милый мальчик Сону, которому, по мнению Ники, не стоит разлёживаться на полу, поэтому он без зазрения совести взял его на руки. От неожиданности Ким вскрикнул и интуитивно вцепился в плечи его "носилки", после обхватил шею и крепче прижался к мужественной груди головой, не забыл ещё и буркнуть что-то под нос. Что-то тихое и скромное, но явно похожее на обзывательство. Дорога до дивана не заняла много времени, поэтому за считанные секунды они уже сидели и отходили от недавно произошедшего. В воздухе повис занавес неловкости, который не позволял сказать и слова, оба не хотели рушить эту идиллию. Рики положил ногу на ногу, а руки сцепил в замо́к и прикрыл глаза, на что Сону смотрел сначала на него, потом на свои коленки, по которым постукивал пальцами, словно по пианино, а после снова на Ники. Гробовая тишина начала мельком надоедать, так что надо было что-то делать. – Эй, – один: Нишимура приоткрыл один глазок, – слушай, – два: приоткрыл и второй, повернувшись полубоком, – Рики, ты мне нравишься, – три: яркая улыбка озарила лицо мальчика, которому только что признались. Сначала был лёгкий шок, а после он накинулся на Кима с объятьями. Да так, что аж повалил. Ники обхватил почти всю его спину полностью, заставляя чувствовать Сону себя маленькой крошкой. Кимовы руки сами потянулись в ответ на ласку. И когда удалось вернуться в нормальное положение, он положил подбородок на плечо Нишимуры и прикрыл глаза. Обычно, когда они обнимались раньше - это было больше похоже на приятельские отношения, чем сейчас. Сейчас же это были близкие и тесные отношения, когда оба рядом и совсем не хотят отлипать от друг от друга. – Тише-тише... – Нишимура так сильно сжимал бедного сдавшегося Кима, что стало трудно дышать, поэтому пришлось попросить ослабить хватку, – я же никуда не убегу. – Точно? – переспросил Ники, отстранившись и взяв за плечи. На что получил однобрительный кивок. После чего легонько чмокнул Сону в щёчку и обратно обнял, и в то же время залился краской, что уже на протяжении всего этого вечера то приливала, то отливала от белой кожи, – прости, само вырвалось. – Нет, спасибо тебе, Рики. Я хочу быть с тобой на веки.. Я люблю тебя. Так и закончился этот чувственный и красочный момент, на этом неловкость улетучилась за окно, и вечер пошёл, как по маслу. Новоиспечённая пара продолжила играть в приставку, но только уже в игру на одного участника. Они сидели в обнимку и иногда уступали друг другу. Если за джойстиком был Сону, то Ники часто ему подсказывал куда идти, в кого нужно стрельнуть, и наоборот. В тот день у них начались любовные отношения, которые никто вовсе и не предлагал. Ведь они оба поняли свои немые просьбы о взаимной поддержке, любви, ласки. С тех пор прошёл год, после чего и наступила эта непредвиденная ситуация. Настоящее время – То есть ты мой парень, и мы встречаемся уже целый год? – после долгого разговора с уже знакомым незнакомцем, оба сидели на берегу речки, – но почему я этого не помню? – Сону, ты умер. И снова эта фраза заставила ёкнуть сердце. Так уж от этих слов стало больно, из-за неведения своего прошлого, того давления, что оказывал Нишимура. – Но не полностью, – нотка горечи мимолётно пролетела в его голосе, что заставило колебаться, – если бы ты видел этот ужас... – капли начали скапливаться у глаз, Ники пытался держаться, но первый поток слёз вырвался наружу. Мокрые дорожки быстро скатывались по щекам, а после падали на землю с тихим цоком. – Рики, не бойся, ты можешь выплакаться. Это нормально, – Сону подвинулся ещё ближе, и рукой откинул голову Нишимуры к себе на грудь. Он обхватил Кима руками и продолжил реветь навзрыд. Так продолжалось долгое время, после чего глаза Ники опухли и были стёрты оттого, что он постоянно вытирал их то пальцами, то тканью от рукава своей длинной кофты. Дальше состоялся сложный разговор для обоих, который заставил плакать не только Рики, но и Сону тоже. Пару дней назад всем параллелям десятых классов разослали приглашение на тусовку по причине окончания учебного года. Кима это заинтересовало, поэтому он решил пойти, предварительно посоветовавшись со своим парнем, конечно же. Нишимура это не одобрил, но пообещал, что обязательно будет по близости, чтобы, если что, забрать Кима сразу же, как он решит уйти. В поисках места назначения, Сону с Ники забрели в какой-то лес, но за ним оказалось красивая быстротечная река, в которой можно купаться, но это явно небезопасно. На её окраине стоял довольно большой дом, с одним этажом, в чёрно-белой расцветке. Совсем недалеко от входа, Рики сказал, что дальше не пойдёт, а будет ждать здесь, либо в лесу погуляет. На не короткое время расставания они поцеловались на прощание, и Сону пошёл внутрь. В самом доме было очень красиво. Много разных безделушек было развешано по стенам, разные керамические и глиняные вазы украшали несколько маленьких камодов. В углу гостиной было такое себе подобие стойки с алкоголем и напитками (хотя где они его вообще взяли?), вокруг были напиханы пуфики, стулья, столики. А в середине был танцпол. Вот такую небольшую тусу решили устроить молодые десятиклассники. И никого не волновало от слова совсем, чей это дом и кто за него ответственен. Судя по немного пустому помещению, пришли не многие, а лишь несколько человек из родного класса Сону, парочка из одной параллели, и вся остальная половина из другой. В сумме было людей двадцать. Они слушали музыку, танцевали, пили, ели. В общем развлекались по полной. Сначала Киму и вправду стало не по себе, но потом он расслабился. Встретив одноклассников, Сону направился за ними к пуфикам. Те, судя по всему, тоже пришли недавно. – Это место находится в какой-то жопе, но мне тут нравится, – заявила одна. – Согласен, – вторит другой. – Я, лично, пришла сюда из-за алкоголя, – и даже такие люди тут имеются. – Я пока добиралась, платье порвала, когда зацепилась за куст с шипами, – обиженно буркнула четвёртая, показывая своё новенькое платье с цветочками, которое портила хаотично разорванная дырка. Многие рассказали как добрались до далёкого места, обсудили планы на одиннадцатый класс, планы на летние каникулы. Но кто же знал, что для многих учеников, в том числе и Сону, это лето не наступит.. Время близилось к восьми вечера, и добротно пьяным ребятам пришла в голову идея – искупаться в ближней речке, как раз к концу дня вода теплее становится. Многие побежали на улицу, даже если и не лезть в первый попавшийся водоём, то просто посмотреть, есть ли такие дурачки. Сону решил остаться, как и некоторые. Некогда в руках у него был стакан с лимонадом, но он уже покоился в раковине в такой же грязной посудой. После долгого и тяжёлого дня парня потянуло в сон, поэтому пока знакомые-друзья бегают на улице, он решил вздремнуть. Подойдя в самый угол гостиной, Ким улёгся на один из свободных пуфиков и тихо, но верно заснул. Оказалось, пока наибольшее количество людей было на улице, один сумасшедший парень и бывший друг(крыса) Чхве У Мина сделал большую ошибку. Как думаете какую? Он безжалостно поджёг дом, зная, что там находится Ким, и который заранее был пропитан сильным средством для поджога. Он вспыхнул и загорелся. Коттедж пылал яркими жаркими языками, словно огненные палантины, которые постепенно окрашивали стены дома в угольно-черный, и заставляли рушиться. Если бы хотели выбраться оттуда, то в любом случае у них бы этого не вышло, ведь дверь была заперта. Пока все проводили время у речки, кто-то начал гореть заживо. Ах, если бы Сону знал, что его ждало в этом доме, он бы ни за что туда не пошёл. Но судьба решила иначе. В это время Рики спокойно гулял по лесу, заглядывал под каждый кустик, дышал свежим воздухом, рассматривал природу и животных. К вдруг, резкий укол в сердце, Нишимура почувствовал, что с его любимым что-то случилось, и очень даже нехорошее. На бешенной скорости он помчался к коттеджу у берега, и по пути молился, что ему просто показалось. Как только он добежал, то ему представилась такая картина: Ало-оранжевый закат, ало-оранжевый огонь и мучительные крики. Сердце окончательно ушло в пятки. Где же всё те люди, что были здесь ещё полчаса назад? Откуда вообще взялся огонь? А вдруг Сону там? Десятки метров были преодолены за считанные секунды, и вот Ники стоит возле пылающей двери. Немыслимо какой силой он срывает её с петель и кидает прочь, врывается в дом и бежит осматривать комнату. Первая, в которую он забежал, оказалась нужной. Это была просто душераздирающая картина. Несколько человек в прямом смысле горят, ожоги заполнили их тела, а плоть начала сползать с костей. Жуткое зрелище. Из всех этих тел, Рики стал искать Кима, и нашёл в самом дальнем углу. О боже, что же чувствовали оба парня в тот момент – самую настоящую боль. Только вот Сону физическую, а Нишимура моральную. Тело лежавшего мальчика тоже было покрыто кровавыми ожогами, на ногах, плечах, но не настолько сильно, как у предыдущих. Одежда тоже постепенно сгорала. Сердце Ники начало бешено биться, хотя, казалось, что его там и нет вовсе. Быстрым шагом он подлетел к Киму, его тело положил к себе на колени, а свою руку поверх его щеки. – Эй, Сону, очнись! – дёрнул его за плечо, – очнись! Сону! Нет!.. Он закричал. Очень громко. Как только мог. Это был крик о боли или о помощи? Рики вложил много сил, чтобы крикнуть так, чтобы все птицы в округе разлетелись. Истерика начала катиться колесом прямо в Нишимурову сторону, слёзы быстро заполнили его глазницы, взгляд остеклянел, и ручьи солёной воды покатился по лицу. Есть только один выход, чтобы спасти Сону. Ники аккуратно берёт руку Кима, разворачивает тыльной стороной, всё ещё думая над решением, которое он должен принять с секунды на секунду. Правильно ли он поступит? Не будет ли жалеть? Но смотря, как его парень страдает, он отбросил все сомнения. Немного приоткрыв рот, Нишимура обнажает свои острые клыки и решительно впивается в запястье Сону. Запустив в него свой вампирский яд, начался процесс обращения. Оттого, что Ники слишком давно не пил человеческой крови, ему сложно было оторваться, слишком кровь была вкусной. Но распускать руки он не стал, поэтому отстранился. Дом всё ещё продолжал гореть, но двум влюблённым он был уже не страшен. Из-за того, что коттедж находился на окраине города, ещё и в лесу, никакая пожарная добраться не смогла. Поэтому всё, что было на месте этого дома, превратилось в обваливающиеся чёрные стены, которые потеряли потолок чуть позже, чем дверь. Со временем он вообще гореть перестал. Прошёл ровно день. Сону по прежнему лежал в том углу, иногда его потряхивало, он бормотал что-то себе под нос, а бывало даже мог громко кричать и стонать от боли. Всё таки процесс обращения в вампира –дело нелёгкое. Нишимура, чтобы не слышать и не видеть этих страданий, которым он причина, ушёл на речку и продолжал там сидеть, пока Ким сам к нему не подошёл. Сейчас. – Я обратил тебя в вампира, теперь ты такой же, как я, – Ники взял руку Сону в свою и повернул запястье к лицу. На нём красовалось два округлых укуса зубами, и явно не тупыми, а острыми, – сейчас ты можешь что-то вспомнить? Вспомни хотя бы меня. Резкая боль ударила Киму в голову, заставляя сжаться в себя и схватиться за укушенную руку. Звон в ушах колотил по перепонкам, выстукивая какую-то незамысловатую песенку. В голове начали всплывать разные моменты, где были Сону вместе с Рики. *** После ночёвки в конце девятого класса, парни ещё долго играли, много кушали. Даже мимо настольных игр не прошли, сыграли в "Уно", в "Дурака". А после всей движухи уснули в обнимку на диване, где их там нашла тётя, которая вернулась после встречи с подругами. *** На семейном отдыхе в середине лета, которое было богато палящим солнцем, парни были на пляже. Тогда было лето, поэтому почему бы не развеяться? Сначала Сону доказывал Ники, что его плавки красивее, но на это тот отвечал, что его смотрятся лучше. Потихоньку с пляжа они переместились на воду, влюблённые стали брызгаться, весело смеясь. Не смотря на то, что солнце уже заходило, Сону с Рики всё ещё прудились в море. Но всё таки загнать в отель их смог пинок от родителей и тёти. В тот отдых они ещё очень долго плавали вместе, кушали вместе, гуляли тоже и жили. Всё делали вместе. *** В середине июля, когда купальный сезон только начался, а ночи были тёплыми, Нишимура с Сону отправились на живую природу, которая так полюбилась Ники. Он давно мечтал привести Кима в эту среду, но всё никак не получалось. Когда они нашли подходящее место, Рики принялся за работу. Он, можно сказать, мастер походов. Только вот жаль, что они там только на полтора дня, всего лишь на ночь и до обеда. Тогда и произошёл их первый поцелуй. Уже ближе к ночи, когда солнце почти село, парни сидели у костра и говорили. – Тут спокойно, что думаешь? – спросил Нишимура, глядя прямо на Кима, когда он смотрел на потихоньку угасающий огонь. – Да, мне нравится. Никто не мешает, и делай, что хочешь. Это лучшее место для отдыха, теперь я тебя понимаю, – Сону тоже повернулся к Ники. Прошла недолгая пауза и тут, казалось, что резко, но медленно Нишимура прильнул к губам Сону, втягивая его в долгожданный поцелуй. Он обхватил его плечи и притянул ближе к себе. Сначала Ники целовал мягко и бережно, переминая то верхнюю, то нижнюю половинку. Потом, обхватив затылок Кима, Рики как будто стал въедаться в его губы. Поцелуй стал вовсе не невинным и детским, в ход пошли небрежные укусы и причмокивания. Сону пытался как-то ответить на его действия, но крепкие руки, что держали его рядом, просили довериться и расслабиться. Когда кислорода стало не хватать, им пришлось отстраниться. Оба начали рвано дышать, смотря друг другу в глаза. Перед тем, как завалиться в объятия Нишимуры, Ким улыбнулся и сказал: – Не так я себе представлял наш первый поцелуй. А тот ответил: – Я тоже, но ты же знаешь, что он был не последним. Что было дальше, история умалчивает. *** На кануне Рождества, все начали мельтешить перед глазами, многие не понимали, что можно подарить дорогим людям на праздник. А Ники с Сону уже всё решили. Ещё в начале декабря оба парня за ужином у семьи Ким, попросили съездить в Окаяму к родителям Нишимуры, чтобы они, наконец, познакомились с парнем Рики. Мама и папа Сону были не против, поэтому Рождественский день пара праздновала в Японии. Господин и госпожа Нишимура с радушием приняли мальчика, а с их дочерьми Ким стал друзьями. *** Ещё множество моментов из их совместной жизни всплыли в голове Сону. Некоторые заставили его улыбаться, а некоторые плакать. Но теперь главное, что они снова вместе. Не медля, Ким накинулся прямо на Рики, он начал реветь навзрыд, а тот лишь гладил его по голове и успокаивал. – Ники... Я всё вспомнил, – Сону уткнулся ему в плечо и ещё сильнее обхватил его, как будто боялся, что он уйдёт. –Я люблю тебя, Сону, бесконечно люблю. Давай последуем за нитью судьбы и потратим наше нескончаемое время не зря, – Нишимура отстранился и взял лицо Кима в свои руки, – теперь для всех людей ты – мертвый человек. Так что нам стоит покинуть этот город как можно быстрее. Сейчас ты вампир, поэтому стареть не будешь, – на этих словах он поднялся и протянул руку Сону, – ты последуешь за мной, куда бы я ни отправился? – Конечно, но взамен и ты следуй за мной. Я больше не хочу тебя терять. Kim Jong Wan – Blue Moon. (От автора: К отрывку, который сейчас начнётся, требуется только первые 30 секунд песни, но кто хочет, может послушать её до конца.) Два парня, связанные судьбой, шли по берегу реки, держась за руки. Солнце взошло совсем недавно и их новый день начался, но лишь для одного из них началась новая жизнь. Ники и Сону ждут другие интересные приключения в бессмертных телах, но души которых всегда останутся человеческими. И хоть сердца их умерли, но рядом друг с другом они всегда будут слышать частое сердцебиение, которое свидетельствует о любви на века. The end