Какой же ты ребёнок!

Деревянная дверь тихонько распахнулась, и в комнату зашёл на удивление бодрый Антон: его личико расплылось в искренней и по-своему хитрой улыбке. Подойдя к кровати, на которой Попов лежал с ноутбуком и работал, Шастун завёл руки назад и начал покачиваться от нетерпения. — Арсю-ю-юш... А что ты мне подаришь на 23 февраля? — не переставая улыбаться, задаёт вопрос Антон. — А ты что, служавый у нас? — не отрывая взгляд от ноутбука, пытается отмазаться Арсений. — Ну я же мальчик, а мальчиков в этот день все поздравляют... — продолжает тянуть тот. — Мальчик мой, а мой подарок на девятнадцатое ноября уже всё? Тю-тю? — задаёт тупой вопрос Арс, не проявляя особого интереса в разговоре. — Или ты хочешь подарок на восьмое марта? Ты как раз сниз... — Арс!!! — Попов начинает посмеиваться, а Антон краснеет и показывает всю свою раздражительность. — Ну говори уже прямо, что хотел? — Я заказать тут кое-что хочу... — Шастун тянется за телефоном, открывает свою корзину и показывает товары в ней. — Маленький ты мой, зачем тебе коробка из сорока киндеров и мягкая игрушка "Единорожка Лулу"? — спрашивает максимально уставшим голосом, дабы от него уже отстали. — Ну понятно, ты меня не любишь! Мог бы сразу так сказать! — выдаёт Антон и почти беговыми шагами направляется в гостевую комнату, показывая возлюбленному свою обиду. — Тоша, ты куда? — устало вздохнув, брюнет поднялся на ноги и пошёл следом за младшим. Зайдя в комнату , его взору пристала такая картина: Антон обнимает плюшевого гуся и тихо плачет, иногда всхлипывая. — Малыш, ну что началось-то? — Попов старался не выдавать своего раздражения, но получалось не очень. Он протянул руку, чтобы посмотреть в личико Шастуна, но тот отдёрнул её и снова уткнулся в игрушку. Любой другой бы уже треснул этому вредному и разбалованному мальчишке, но Арсений его любит, поэтому будет держать себя в руках до конца. Он подхватывает Антошку на руки и сажает на колени лицом к себе, откидывая мешающуюся игрушку. Шастун пытался вырваться и несильно колотил старшего ладошками. — Тош, если продолжишь буянить — окажешься на моих коленях в другой позе, — приторно-ласково предупреждает Попов. А что Антон? А Антон не маленький, чтобы вестись на одну и ту же угрозу третий раз подряд. Угрожать угрожал, но ни разу не отшлёпал! Поэтому он продолжил вырываться, но зря. Арсению это уже вкрай надоело. Он перехватил шатена и положил на колени попой к верху. Быстро стянув с него всё ниже пояса, он прижал Тошу за поясницу и отвесил сильный шлепок. — Что за концерт ты устроил, солнце моё? — Арс всё ещё сохранял самообладание и не повышал голос на своего "ребёнка". Шастун не ожидал, что его правда отшлёпают, из-за чего продолжал вырываться. За это получил ещё один сильный удар. — Арс, пусти, мне не нравится! — хныкал младший, но удары начали повторяться всё быстрее и быстрее. Ягодицы нижнего приобрели слегка розовый оттенок, ведь Арсений не имел цели причинить боль, а хотел показать, что слова сдерживать он тоже умеет. Через некоторое время удары по бледным ягодицам младшего прекратились. Его как куклу взяли на руки, будто он ничего не весил, и снова посадили на коленки лицом к лицу. — А говорил "не нравится, не нравится", — нахально ухмыльнулся Попов, обращая внимание на довольно крепкий стояк, от чего Шастун захотел сквозь землю провалиться. Его щёки и уши приобрели красный оттенок. — Ты злой. — обиженно заявил Антон и уткнулся в плечо старшего. — А ты вредный ребёнок, и это хуже, — спокойно высказал Арс, ещё пару раз похлопав по попке Антошки. *** По прошествии недели Антон уже и забыл о том случае. Но вот наступает день носков и пены для бритья, и Арсений приносит домой что-то в аккуратно упакованой коробке. — Принимай подарунок, малыш, только больше не плачь из-за такой ерунды. — Арсений расплывается в искренне счастливой улыбке, когда Антон открывает подарок и по-детски сияет от радости. Теперь у него есть и Единорожка Лулу, и коробка киндеров, и... Пена для бритья...? Ну так же всё красиво начиналось!!!