Пассивный курильщик

Ночь. За окном глубокая ночь. Огни города разрывают темноту в тихой и холодной комнате, отражаясь на стекле настенных часов, недавно пробивших час ночи. По полу расползается тёмная и тонкая тень девушки, которая сидит на паркете у окна, опершись спиной о кровать. Ей не спится. Она не может уснуть с десяти вечера, сгорая от ожидания в своих мыслях, пылая от волнения. Живот скручивается, когда в голову приходит очередная ужасная мысль. Но несмотря на чувства, её лицо выглядит спокойно и не проявляет никаких эмоций. Её мертвый стеклянный взгляд пронзает руку, которой она водит по своей ноге то вверх, то вниз, оставляя еле видные алые следы, обжигающие кожу своим холодом. Оставаясь в одном белье девушка чувствует на коже приятный и прохладный ветер, дующий из приоткрытого окна, и свои распущеные волосы, поглаживающие её ключицы и спину. Тяжёлый вздох и шум машин разбавляют затянувшуюся тишину. Девушка медленно закидывает назад шею, кладя её на мягкий матрас и прижимает колени к себе, выдыхая в последний раз. Она так погружена в свои мысли, что не замечает свои посиневшие пальцы ног, не видит как её ладони покрываются гусиной кожей. Живот все сильнее и сильнее завязывается от каждой мысли, от чего её пальцы начинают постепенно сжимать кожу на коленях, царапая её длинными ногтями, лишь бы унять боль. Но это все не сравнится с мучительным ожиданием, которое давит гораздо сильнее и больнее. Оно было настолько сильным, что казалось будто бы девушка вот-вот умрёт, то чего она ждала было по настоящему важно, но время тянулось так медленно. Одна минута - вечность, а две - неминуемая смерть. Она закрывает глаза и вновь вдыхает в себя этот прохладный воздух, все так же судорожно выдыхая. Ещё пару секунд и слух режет звук открывающейся входной двери. Девушка все так же не открывая глаз водит рукой по своим ногам и ждёт. Затем щелчок и тихий вздох, доносящийся из коридора. Глухим эхом доносятся звуки чего-то падающего, судя по всему это была небольшая сумка, и хриплый низкий голос: - Сада? Девушка тут же открывает глаза, на её лице проскальзывает мимолетная улыбка. По всему телу разливается долгожданное тепло, которое тут же развязывает узел в животе и вызывает некое удовольствие. Еще большее наслаждение доставляет звук приближающихся шагов. Фигура останавливается в дверном проёме, словно боится заходить внутрь. - Сада.. Прости что поздно. Девушка опускает голову, продолжая смотреть на городской пейзаж за окном: - Осаму, где ты был? Я думала, что тебя уже убили. - голос холоден и строг, но лёгкая дрожь даёт понять, что вся эта сдержанность лишь хорошее прикрытие настоящих чувств. Сада медленно поворачивается в сторону мужчины, сохраняя на лице маску равнодушия. Она проводит по нему взглядом и приходит в ужас: руки, лицо, шея и даже рубашка - все было в мелких пятнах крови. Хоть девушка и видела эту картину тысячу раз, но она всегда нагоняет на неё довольно жуткое впечатление, и она не знает, кого ей жаль больше: тех кого убили эти окровавленные руки или того, на ком эти кровавые следы. - Сама знаешь, что мафия не спит. Я, конечно, хотел слинять с этого задания, но, как видишь, у меня это не получилось. - с губ Дазая слетает тихий смешок, который тут же одаряет улыбкой сидящую на полу девушку, полностью стирая с неё всю хладнокровность. - Надеюсь, что кровь не твоя. - с еле заметной ухмылкой добавляет Сада, как-то облегчённо выдыхая. Осаму тихо смеётся: - Нет, златовласка, сегодня не моя. Мне крайне повезло не попасть в эту мясорубку. Девушка не находит слов, чтобы ответить, а потому лишь расплывается в ещё большей улыбке и медленно подтягивается, с тихим хрустом выгибая спину. Через пару секунд Сада все же находит слова: - Тогда смой с себя кровь, нам чужого не надо. Дазай медленно направляется в сторону сидящей, но что-то его останавливает и он лишь тихо кивает в ответ, не отрывая своих пьянящих карих глаз от наоборот холодных и немного сонных серых. Осаму уходит в ванную комнату. По коридору расплывается тёмный сине-жёлтый свет, бьющий как раз от туда. Сада решает встать, опираясь ладонями об матрас. Она ступает холодными стопами по полу и только тогда понимает, насколько её ноги замёрзли. Тело немного подкашивается после нескольких часов сидения на полу, из-за чего девушка ладонью дотрагивается до стены, чтобы не упасть на своих ватных ногах. Несколько десятков секунд и она уже у ванной. На полу валяется чёрный, пропахший порохом пиджак, а на самом мужчине все ещё оставалась рубашка, с парой расстегнутых пуговиц, и такие же чёрные брюки. Дазай закатал рукава, чтобы как можно лучше очистить себя и, намыливая ладони, принимается за дело. Его пальцы довольно быстро сдирают с кожы застывшую кровь, оставляя алые пятна после себя. Сада по себе знает, каково это - сдирать с себя кровь и, что это дело не из самых приятных. Но её удивляет спокойное лицо Осаму, которое не выражает ни единых признаков болевых ощущений или старается не выражать. Где-то кровь все ещё была свежей. Она, так же как и застывшая, смешивалась с грязью и утекала в канализацию, таща за собой тёмный, ужасно грязный бордовый след. Кровавые следы будто не заканчивались, Дазай все выше и выше закатывал рукава, которые тоже были пропитаны чужой кровью. "Да он что, купался в этой крови?" - подумала про себя девушка. Видя, как Осаму осторожно пытается закатать рукава, которые не слушались и скатывались на запястья, из-за чего тот недовольно фыркал, Сада не выдержала: - Сними её. Дазай повернул голову и удивлённо посмотрел на девушку, затем его взгляд медленно коснулся его рук. Сада опустила глаза на его руки вместе с ним и, смотря на то как кровь, перемешаная с грязью стекает с его запястий, поняла, что сам он будет возиться с этой рубашкой ещё очень и очень долго. Мужчина начал пытаться расстегнуть рубашку, как тут же услышал недовольное мычание, а затем тяжёлый вздох: - Убери свои руки, я сама тебе расстегну. - сказала девушка раздражённо, начиная тянуть ладони к рубашке. Не то чтобы Дазай как-то удивился, но все же он инстинктивно поднял брови вверх. Сада принялась цепляться за пуговицы на его рубашке, по началу невзначай притрагиваясь к его ключице своей холодной рукой, заставляя Осаму немного вздрогнуть и почувствовать мурашки по всему телу. Он внимательно следит за пальцами девушки, будто от них зависит то, что он будет делать дальше. Сада тем временем не обращает внимания на мелкую дрожь Дазая, продолжает, опускаясь ниже. Её руки опираются на его грудь, пуговицы довольно туго расстегиваются, из-за чего замедляют процесс. Она тут же чувствует как дыхание Осаму становится реже, глубже и немного поджимает губы, чтобы он не заметил её улыбки, ведь начинает понимать, что ему это нравится. Дазай все так же пристально следит за движениями, и девушка опять мысленно угадывает его чувства - ему, самому, не зная почему, лишь в удовольствие наблюдать за ней, настолько хорошо, что начинает ощущаться внизу живота. Смотря сверху вниз, он видит как Сада поджимает губы, сдерживая улыбку. Она все понимает В глазах Осаму можно заметить блеск, ему нравилось то, что люди не могут его понять, но тут тело само выдаёт себя и он просто тает от осознания того, как быстро она раскусывает его и как плохо у него получается что-то скрыть от неё. А тем временем одна пуговица за другой уже свободно болтались на ткани, прикрывающей остальную часть тела мужчины. Расстегивая последнюю девушка "случайно" прикасается к оголенному животу, который прикрывают лишь бинты и мельком проводит по нему подушечками пальцев, дразня уже и без того взволнованного Дазая, от чего тот, снова чувствуя этот холодок, разливающийся до ужаса приятно по всему телу, заставляющий вздрогнуть, тихо хмыкает себе под нос, медленно закрывая глаза. Сада, пользуясь моментом, льнет к нему, кладя уже всю ладонь ему на живот и медленно тянув её вверх начинает тихо говорить, заглушая звук струящейся воды. - Работа в мафии сводит тебя с ума, Осаму. - это не звучит как-то соблазнительно, а наоборот, даже с насмешкой. И снова попадает в точку. Лицо Сады медленно расплываетя в улыбке, ей нравится играть с Дазаем, чувствовать как он начинает подчиняться ей. Это была своего рода месть за то, что он так поздно пришёл, хотя сам Осаму был не против такого способа отмщения. Но парень тоже по-своему хитер. Он успевает подловить момент и тоже решает наступать: наклоняясь к девушке, он успевает задеть губами её левое ухо, от чего та распахивает глаза, тихо хмыкнув. Дазаю нравится играть в борьбу за власть, точно так же как и Саде. Никогда не знаешь, кто окажется на шаг впереди и кто сегодня победит. Эти поединки всегда заканчивались чем-то интересным. - Тебя работа в мафии тоже сводит с ума, теряешь бдительность. - наклонившись над ухом девушки произносит Дазай. - Ты тоже. - немного шипя произносит Сада. - Разве это не прекрасно? Ещё как прекрасно, ужасно красиво. После этих слов девушка начинает стаскивать рубашку, касаясь ладонями чужих плеч и рук, от которых в этот момент отдавало сильным жаром. - Высунь руки из рубашки. - приказывает Дазаю женский голос. Осторожно вытаскивая руки, Осаму освобождается от рубашки и она оказывается в руках девушки. Но та страсть, которая синем пламенем начала разгораться не даёт ему покоя. Сада снова смогла обыграть его. Жгучее желание чужого тела, её тепла, не оставляет Дазая. В порыве страсти он быстро пытается захватить губы девушки, но чертовка снова оказывается быстрее и поворачивается к нему, из-за чего получается, что Осаму оставляет обжигающий поцелуй на её щеке: - Дазай, - чуть прикусывая нижнюю губу проговаривает Сада, - смой кровь с лица,  желательно ещё и с рук. После этих слов девушка быстро кидает пиджак и рубашку в стиральную машину и, лениво проходясь по руке парня, скрывается в тёмном коридоре, который освещает только тусклый свет луны, вырывающийся из соседней комнаты, и свет из ванной. "Чертовски хороша" - думает про себя Дазай и продолжает смывать с себя кровь, но все так же горит, как если бы она была здесь.

***

Спустя ещё пятнадцать минут Дазай наконец выходит и направляется в спальню, где на кровати, что-то листая в телефоне сидит Сада, так же направленная в сторону окна, открывающего вид на ночной город. Пронзающую тишину нарушил сиплый низкий голос: - Не устала меня ждать, златовласка? - говорит Осаму, проходя глубже в комнату и подсаживаясь ближе к любимой. Всюду был её аромат, по которому он уже успел соскучиться. - Нет, ты даже быстро. - немного саркастичным тоном отвечает ему Сада. - Ты все ещё злишься из-за того, что я не предупредил тебя о том, что буду долго на задании? - спросил Дазай, в этот момент он был похож на провинившегося школьника, его глаза, обычно дурманящие, теперь выражали огромное чувство вины. Он взял Саду за локти, начав тянуть на себя, тем самым показывая сесть ближе к нему. - Я не злюсь. - тихо произносит Сада, блокируя и убирая телефон на ящик, стоящий возле их кровати. - Честно. - Слабо в это верится. - А ты попробуй. Осаму и правда не верит ей, такие как она правды не скажут, лишь бы не расстроить близкого им человека. Несмотря на свою резкость и вспыльчивость, в девушке сочетаются два этих противоречия, но как же узнать истину? Выяснить правду можно если не морально, то физически. Дазай медленно поддаётся вперёд, осторожно убирая пряди волос со лба девушки и заглядывая в её серые бездонные глаза, в которых отражается синий свет улиц и ничего больше. Сада поддерживает зрительный контакт, желая утонуть в кофейных глазах Осаму, настолько они были манящими. Кто-то из них первым льнет к другому. Закрыв глаза и подымая брови, чувствуя на своих губах чьи-то и осторожно сминая их в мягком поцелуе, тая от прикосновений. Тихо выдыхая в поцелуй Дазай углубляет его проводя языком по нёбу и зубам, делая это настолько осторожно, словно боится вспугнуть. Руки девушки касаются плеч Осаму и постепенно впиваются в них до мелких царапин, чувствуя нарастающее напряжение. Дазай начинает медленно поглаживать спину, изучая каждый позвонок, каждый шрам, все что он сможет ощутить, оставляя пылающие следы на её коже, от которых хочется гореть вечно, только бы это приятное ощущение, вызывающее подтягивание в животе не уходило никогда. Вторая рука оказывается на талии, постепенно охватывая её, ладонями доходя до поясницы, поглаживая, вызывая мурашки. Стоило это сделать, как Сада выдыхает в поцелуй, всхлипывая только от одного ощущения рук у себя на спине. Дазай не стал медлить и начал набирать обороты, превращая поцелуй в более страстный. Углубляясь, сталкиваясь языками, он тут же чувствует жар. Этот жар, появляющийся от жгучего и до невозможности сильного желания. Поддаваясь вперёд он чувствует боль от ногтей, что царапают кожу на плечах. Пальцы то сжимают кожу, то тут же расслабляются. Но эта боль, граничащая с удовольствием, заставляет терять голову ещё сильнее. Сада чувствует как руки Дазая начинают опускаться ниже, вызывая дрожь и ком в горле, который все сложнее и сложнее сдерживать, но чувства берут верх и оставляют разум, позволяя себе все, что до этого оставалось под запретом. Девушка не выдерживает и выдаёт в поцелуй  протяжный низкий стон, после чего кусает Дазая за нижнюю губу, на что тот начинает улыбаться. Голову Осаму вскруживает окончательно и он отрывается от поцелуя, чтобы набрать ещё больше воздуха и дать Саде отдышаться. Оказываясь у изголовья кровати девушка прижимается к нему и закидывает ноги на кровать. Дазай располагается между ними и льнет ближе. Сада открывает ему свою шею, давая возможность оставить на себе алые отметины. Мужчина с хитрым и довольным взглядом останавливается на глазах девушки, испытывыющей те же чувства, и спустя секунду припадает к её ключице. Целуя каждый сантиметр кожи, кусая и оставляя алые как розы следы, пока руки изучают тело. Уткнувшись ладонями в грудь Дазая, Сада постепенно запускает их в его волосы, жмурясь от ощущений, которые доставляет ей он. Стоит Осаму сильнее укусить косточку, как тут же чувствует, что пальцы медленно тянут его волосы назад до приятной боли. Дыхание становится более глубоким и рваным, даже эти малейшие движения заставляют терять себя и не чувствовать ничего кроме наслаждения. Чувствуя как Дазай поднимается чуть выше, целуя шею, подходя к мочке уха, Саду охватывает дрожь и она судорожно выдыхает, обжигая Осаму своим тёплым дыханием. Стоит ему подняться ещё чуть выше как тут же слышит как девушка начинает шипеть. Поняв, где у неё слабое место, он продолжает кусаться и тут же зацеловывать свой укус, будто бы извиняясь. Сада упорно не подаётся провокации, но проклятый Осаму не останавливается: пытаясь добиться желаемого он ещё сильнее  и ещё быстрее повторяет все те движения, что делал до этого, перемещая свои ладони на её живот, поглаживая его. Снова ком в горле девушки не даёт ей покоя, так и просится вырваться наружу. Последний укус-поцелуй на шее выпускает ещё один короткий, но настолько грязный стон, позволяя закинуть голову назад и прогнуться в спине. - Осаму, ты абсолютно безбожен..- не успевает договорить Сада как тут же её слова тонут в новом стоне, оттягивая волосы Дазая с новой силой, когда он опускается ниже. Можно ощутить как Осаму сбавляет обороты, потому что устаёт и даже сильное желание чужого тепла не даёт ему избавиться от ощущения тяжести. Это чувствует и Сада, но почему-то парень продолжает, полностью игнорируя свое состояние. - Дазай... Дазай - пытаясь отдышаться и медленно поглаживая его волосы протягивает Сада, - Осаму, слышишь? - уже тише и спокойнее повторяет она. Наконец он отрывается от её тела и вновь смотрит в её серые глаза. - Что-то случилось, тебе плохо? - с беспокойством спрашивает Дазай, пытаясь отдышаться. - Нет, мне не плохо, но тебе завтра точно будет не очень хорошо. - довольно мягко и тихо, почти шёпотом, произносит Сада, все ещё щуря глаза от медленно отступающей волны удовольствия. С губ Дазая срывается тихий смешок. - Всё хорошо, усталость скоро пройдёт - бормочет он, снова начиная целовать её живот, медленно поглаживая его подушечками пальцев. "Ни за что ведь не признается" - думает про себя девушка. Осаму никогда не признаёт своей усталости, что это вообще за привычка? Сада, несмотря на вновь ощутимую тяжесть внизу живота, снова останавливает его: - Осаму, - она медленно и нежно касается его подбородка, чуть приподнимая его голову, отрывая от своего живота и заставляя Дазая взглянуть в её глаза - мне очень приятно то, как ты ведёшь себя со мной, то как ты заботишься обо мне, - Сада ощущает всю тяжесть взгляда напротив - но.. но давай продолжим завтра, хорошо? Я немного устала. Девушка нагло врёт, это совершенно грязная ложь. Ничего она не устала, по её телу все ещё пробегали мурашки, а горящее желание чужого тела не оставляло даже на секунду. Она была бы рада продолжить, но понимает, что лучше остановить это сейчас, чем потом видеть, как Дазай, пусть и очень умело, скрывает свое состояние дальше, а на следующий день медленно и устало ходит по квартире, не в силах ничего делать. Сада погружается в ожидание ответа, в надежде на то, что Осаму ей поверит. Он медленно выдыхает остатки своего жара, все ещё обжигая почти обнажённое тело девушки, обвивая руки вокруг её талии и опуская голову. - Хорошо, как скажешь - тянет Дазай, словно мурлыча. Сада медленно выдыхает, радуясь тому, что он ей поверил и теперь не волнуется за его состояние в дальнейшем. Осаму медленно приподнимается опершись о свои ладони и садится рядом, устремляя свой взгляд на ночной город, постепенно осматривая весь вид от одного угла окна до другого. Его рука тянется к своей шее: постепенно касаясь он начинает немного мять её, тем самым снимая своё напряжение, после чего наклоняет с тихим вздохом. Сада тоже чуть приподнимается, сводя ноги вместе и опуская их вниз, ощущая пальцами холодный пол. Заправляя свои светлые волосы за уши она тут же встаёт с кровати, оставляя за собой лишь звук босых ног. Осаму направляет взгляд в сторону Сады, осторожно рассматривая её. Направляясь к углу комнаты девушка берет скомканную серую футболку, которая, судя по размерам, принадлежит Дазаю. Осаму нравится просто наблюдать за девушкой, в этой тишине, в этой квартире, где кроме них больше никого, это как-то будоражит. Он изучает её тело, видит, как она наклоняется, а на её спине тут же становятся видны все позвонки и ребра, которые покрывают мелкие веснушки. Красно-бордовые пятна цветами расходятся по шее и груди, будто это алые розы, лежащие на белоснежном снегу, очень красиво. Её несколько кривые пальцы поправляют непослушные густые волосы, которые расходятся по всей спине и касаются ключиц, чуть завиваясь на концах. Она возвращается такими же шажками обратно, Дазай все ещё не сводит своего взгляда, даже в такие незначительные моменты он находит Саду ужасно красивой. Девушка мельком прикасается ладонью к его щеке и целует в макушку - Я ненадолго. Одарив Осаму улыбкой, её силуэт тут же скрывается в тёмно-синем коридоре, будто в комнате и вовсе никого не было.

***

Проходит минут пятнадцать. В квартире все ещё царит тишина, только прерывистое дыхание иногда режет слух. Сада выходит из ванной комнаты, уже надев на себя серую объемную футболку, которая касалась колен, и направляется в сторону спальни. Останавливаясь в дверном проёме, она наблюдает такую картину: ярко-голубой свет отражается на обнажённой спине стоящего у окна Дазая, его левая рука ухватилась за правую, а вокруг его головы витает дым. И только тогда, когда Осаму решает обернуться девушка видит, что он курит. Увидев мужчину в таком виде Сада немного опешила, ведь застать курящего Дазая это сравнимо тому, что вам посчастливилось наблюдать северное сияние. Заметив такую реакцию, он лишь улыбнулся. " С чего вдруг Осаму решил покурить? Он не делал этого лет сто." Мужчина и правда курил очень редко и о своём маленьком пристрастии мало кому говорил. Когда пара только-только съехалась, то для Сады стало удивлением то, что Дазай курил, причём в помещении, даже не открывая окна (вредная привычка, оставшаяся ещё с того времени, когда Осаму жил один) из-за чего в квартире стоял запах сигарет. От удивления девушка приподняла бровь, но ничего насчёт этого говорить не стала. - Хочешь? - Дазай вытащил из кармана своих брюк ещё одну сигарету и через всю комнату пытался протянул Саде. - Таким не балуюсь, не люблю ни курение, ни все что с ним связано. - стала отвечать Сада, медленно подходя к Осаму. На его лице появилась ухмылка, будто говорящая: "лжешь". -  Странно, я думал ты курила в прошлом. Но мне кажется, что ты мне врешь сейчас. - повернувшись к Саде лицом вылетает вместе со смешком с губ Дазая. - Почему? - растерянно спрашивает она. - Может потому, что ты хватаешь своим носом этот запах будто и жить без него не можешь? Ты и раньше так делала, думала это незаметно? - на его лице расползлась улыбка. Дазай, Дазай.. Ничего от него не скроешь, все подметит. Признаться честно, Сада очень любила запах сигарет. Её родители много курили, именно этот запах возвращал в детство и как-то дурманил голову, настолько это было по-родному. Она вдыхала запах дешёвых сигарет вместе с отцом на балконе летом, вдыхала запах с мамой на прогулке, вдыхала, стоя рядом со своими коллегами, вдыхала, живя рядом с ним.. Однако сама Сада не решалась брать в руки сигарету. Но, узнав, что её пристрастие к запаху никотина, т.е. её деятельность пассивного курильщика, влияет на здоровье, она старалась избавиться от этой вредной привычки, пытаясь оградить себя от курящих, хотя это у неё не получалось. В крайних случаях Сада уже старалась не дышать, но и этому, как нетрудно догадаться, она не следовала. Не то чтобы ей было плевать на свое здоровье, однако для человека, который всю жизнь жил в обществе курящих, избавиться от этого пристрастия было очень сложно. Сада и не думала, что то, как она отчаянно вдыхает этот запах сигарет, пытаясь захватить больше и постоянно недобирая совсем каплю, а позже, чувствуя лёгкую эйфорию и небольшое головокружение, будет так заметно. Девушка тихо посмеялась над собой, а после отвернулась к окну, думая о чём-то. Может о том как все глупо вышло, а может быть ни о чем она и не думала, а лишь устало снова проходила глазами уже изученные улицы города. Дазай сделал затяжку, после чего приподнял голову, чтобы выпустить дым, оставляя этот едкий и манящий запах. Сада обернулась и стала наблюдать за дымом, который постепенно растворялся в комнате. Она сама не замечала, как тяжело начинала дышать, пытаясь ухватить этот запах. Сада вдыхала, медленно закрывая глаза от удовольствия, которое приносил ей этот аромат, и выдыхая оставшийся воздух уже через рот. Осаму повернулся в сторону девушки, постепенно подходя ближе он сделал очередную затяжку. - И что ты собираешься делать? - как-то игриво и устало одновременно спросила Сада, скрестив руки. Дазай лишь улыбнулся в ответ, после чего он особенно медленно и аккуратно стал выдыхать дым в лицо девушки. Та и подумать ничего не успела, только молча наблюдала за тем как белые полупрозрачные линии окружают её шею и голову. На губах Сады появилась блаженная улыбка, выдававшая все то, о чем она думала, после чего последовал глубокий вдох, который захватывал абсолютно всё и не оставлял ничего больше. Запах постепенно проникал в организм, будто давая лёгкую эйфорию, оставляя за собой сладкое послевкусие. После полученного удовольствия Сада теперь уже медленно выдыхала, что приносило ей некое головокружение, а глаза немного сводило, настолько глубоко она набрала воздуха. Осаму наблюдал за этим с интересом: смотреть на то, как его возлюбленная тает от табачного дыма, было тем ещё приключением, это будоражило его сознание. Для Дазая это стало неким открытием и удивлением. - Боже, - тихо хрипя проговорил Осаму, выдавая на лице улыбку, - ты говоришь мне, что я безбожен, а сама.. - прежде чем договорить он решил ещё чуть приблизиться, - А сама с таким желанием вдыхаешь запах сигарет, который я только что пустил тебе из своего же рта. На эти слова Сада лишь ухмыльнулась, не открывая глаз, будто и вовсе не слыша того, что ей сказал Дазай. В глазах Осаму играло безумное удивление, которое приводило его в восторг. - Ты такая странная - со смешком выдал он. Все ещё улыбаясь Сада стала открывать глаза, постепенно отходя от лёгкого головокружения. Казалось, сейчас она чувствовала себя самой счастливой на свете, это не могло не радовать Дазая. - А сам то? - расширяя свою улыбку до зубов промурчала девушка. Эйфория, которую испытывала Сада прямо сейчас, была для неё даже лучше чем то, что она испытывала во время физической близости. Это выводило её на седьмое небо, открывая врата в сад удовольствия. Глаза девушки метнулись на руку Осаму, в которой в это время была ещё не потухшая сигарета. Он снова подносил её ко рту, делая очередную затяжку и Сада приготовилась  получить экстаз. Другую руку Дазай положил на левое плечо девушки, начиная играть с её прядями волос, которые раскинулись по всей футболке, все дольше и дольше оттягивая момент выдоха, из-за чего Сада начинала немного сердиться, но все же, Осаму знал как заставить начать желать что-то ещё больше, в этом и есть вся суть их игры. Ладонь Осаму дотронулась до затылка девушки, пальцы все ещё перебирали волосы. В глазах Сады горел огонёк ожидания, который постепенно сжигал её изнутри. Снова чуть преблизившись Дазай наконец-то выдыхает, давая белым причудливым линиям вытечь из рта и растечься по пространству. Сада снова закрывает глаза и чувствует запах никотина. Настолько приятно, что мурашки по коже стали не просто бегать, а мчаться. Втягивая в себя этот запах, постепенно входя в экстаз, она чувствует, как ладонь Осаму слегка надавливает на затылок, заставляя поддаться вперёд. Девушка уже не может, вернее сказать, не хочет сопротивляться, этот жест она посчитала ужасно привлекательным. В его руках она будто как лёд, который постепенно тает. Расстояние между лицами стремительно уменьшается, сталкивая два горячих дыхания вместе. Они продолжают тянуться в окружении белых клубов дыма и этого едкого запаха, в тишине, только изредка прислушиваясь к тому, как они дышат. И вот, помимо эйфории и головокружения Сада чувствует на себе, как чужие губы касаются её. Этот поцелуй был особенно нежным, ему и не нужно было быть страстным или глубоким, чтобы принести новую волну удовольствия. Тепло, которое дарил этот поцелуй, расходилось по всему телу, также как и никотин. Всё это давало новые ощущения, которые до этого были недоступны. Поглаживая затылок Сады, Дазай отстранился и ещё раз заглянул в её туманные глаза, которые накрыло наслаждение и только дрожащие ресницы это чуть скрывали. Улыбка не исчезала с её лица, а, кажется, засияла ещё сильнее, что заставило и самого Осаму засиять как самый красивый алмаз. Не желая отпускать этот момент, Сада прильнула к Дазаю как котенок, обхватив его за обнаженную спину и уткнувшись носом в шею, на которой остался запах сигарет. Она уже получила то, чего очень сильно хотела - счастье и эйфорию. Но все же ей нужно было и тепло её любимого человека, который дарит самые яркие воспоминания и заполняет пустоту в сердце. А ещё хотелось сделать ему приятно в ответ. Она водит пальцами по спине Дазая, заставляя того покрыться мурашками, после чего осторожно целует напоследок в шею. Сада слышит как с уст Осаму слетает тихое и довольное "м", это заставляет её сердце трепетать: "Она делает его счастливым, а он делает счастливым её" Делая последнюю затяжку, а после выдыхая  остатки дыма, Дазай прижимает Саду ближе к себе, гладя по голове и аккуратно поправляя ей волосы. - Мы с тобой оба странные - так приятно и так нежно мурлычит Осаму, целуя возлюбленную в макушку. Сада лишь тихо смеётся, полностью растворяясь в Дазае и в его прикосновениях, и начинает медленно засыпать в объятиях, зная, что завтра они наконец проведут день вместе. Только они и больше никого. А Осаму убаюкивает Саду, вселяя в неё веру в лучший день и в то, что завтра им не испортит планы Огай Мори.