Особый режим

ХимЧан застывает на месте, смотря на своего сокамерника: - Что… - Ким? – Джэ поворачивает голову к входу и смотрит на нового знакомого затуманенным взглядом. – Вали отсюда, ммм… - Ю отвлекается, когда парень под ним делает движение навстречу, насаживаясь на член Джэ. - ЁнДжэ… - Сказано тебе, проваливай! – ХимЧан в страхе отступает назад и убегает без оглядки. – Продолжим, - ЁнДжэ ухмыляется, и делает новый толчок, вызывая стоны у заключенного с номером 1401. Парень цепляется руками за кровать, прогибаясь в спине, а ЁнДжэ хватает его за бедра, не давая осесть на пол. Движения Джэ всегда грубые, резкие, причиняющие больше страданий, нежели удовольствия, но Ю это совершенно не заботило. Ему нравился именно такой секс – грубый, грязный и необузданный. Ю никогда не был хорошим мальчиком. Почти никогда. Ю глухо стонет от узости очередной игрушки и вонзается ноготками в бедра заключенного, посылая волну боли по его телу. Он вдалбливается в податливое тело, иногда шлепая парня по ягодицам, оставляя яркие красные следы на смуглой коже. Джэ нагибается к шее парня и кусает того так, что парень кричит в голос. ЁнДжэ лишь продолжает жестко трахать заключенного, пока не кончает, издавая громкий стон: - ДэХёееен, - Джэ прикрывает глаза, наслаждаясь приятным чувством, разливающимся по телу. - Хэй, ты простонал его имя, когда кончал, - заключенный номер 1401 натягивает штаны и ухмыляется, смотря на Ю. - Слышал, значит, - Джэ облизывает губы и яростно смотрит на того, с кем только что переспал. ЁнДжэ надевает поверх футболки свою куртку заключенного с номером 2401. - А я не дурак, хоть и простая шестерка. Ты выбрал меня лишь потому, что у меня пухлые губы, как у него. Да, и стрижки у нас похожи, - 1401 игриво проводит язычком по своим губам, с вызовом смотря на ЁнДжэ. - Сдается мне, все-таки дурак. Печально, что ты слышал, - Ю подходит к парню и жадно припадает к его губам, утягивая во влажный и пошлый поцелуй, запуская язык к нему в рот, лаская небо. Джэ быстро разрывает поцелуй, как только заключенный входит во вкус. – Прощай, красавчик. Заключенный понимает, что его жизнь в Соне подошла к концу. Алые капли забрызгивают нашивку с номером 2401. Хим немного шокирован увиденным, но он успокаивается и берет себя в руки. В конце концов, он ожидал подобное в таком месте. Да, и все эти вопросы и намеки, что вскоре ХимЧану придется нелегко, ясно дают понять, что однополая любовь в Соне практикуется очень и очень часто. Сейчас его буквально выгнали из собственной камеры, и идти Киму больше некуда. Пока Чан бродил по коридорам, он уже стал замечать на себе косые взгляды от заключенных. Хотя, эти взгляды скорее были направлены на его задницу. Стало как-то не по себе, но в камере скорее всего еще развлекался Ю. Ким невольно вспомнил того смуглого парня, который выгибался под Джэ и стонал, до того, как Хим их прервал. Заключенный поспешил отмахнуться от таких мыслей – секса не было слишком давно, и наивно полагать, что тут возможно уединиться в душе или туалете, а дрочить себе на виду у всех ХимЧан явно не собирался. Возникла мысль подняться на третий этаж, где он еще не был. Бредовая идея, но шататься по второму уже наскучило. Ким медленно и нерешительно поднялся по железной лестнице, которая трещала при каждом шаге, оповещая всех о его местоположении. К еще большему удивлению ХимЧана, на третьем этаже оказалось чуть более пустынно, чем на втором. После обеда заключенные обычно выходили во двор: кто-то занимался спортом, предпочитая быть в форме, если кто-то решит заявить права, кто-то просто смотрел на небо без решетки, мечтая о свободе. Но Ким еще этого не знал и удивлялся почти всему в тюрьме. Новенький двинулся по третьему этажу в сторону, где на втором располагалась его камера. Почему-то захотелось узнать, кто живет над ним. Возможно, он смог бы найти здесь хоть кого-то адекватного, завести друзей. Ибо, кандидатура ЁнДжэ его пока пугала, нежели прельщала. Слишком странным был этот блондинчик, да, и Химу до сих пор не было известно, за что тот сидел. Ю ведь мог оказаться безумным маньяком-потрошителем. ХимЧан прошел вдоль пустых камер, пока его не остановил звонкий голос, окликнувший его. Ким повернулся на него и увидел пометку с номером камеры – 307. - Ну, кто еще там хочет узнать о моей девственности? – Ким переводит взгляд с номера камеры и делает судорожный вдох. Единственная здравая мысль, мелькнувшая в голове, гласила – «Попал». В камере сидел Зело, а рядом с ним Чон ДэХён собственной персоной. - А ты девственник? Прикольно, - розововолосый парень широко улыбнулся, показывая белые зубки. Улыбка парня напомнила о ЁнГуке. Тот совсем недавно, в столовой, улыбался также широко. - Спешу разочаровать, но партнеров у меня было больше, чем мне лет, - хмыкает Чан. Кажется, он видел в одном фильме, что «испорченный товар» мало кого интересует. Могло прокатить. - У меня тоже. Хотя, в моем случае не показатель. Мне всего-то шестнадцать, - вот тут и пришла очередь Кима офигевать и терять дар речи. Рассудок медленно прощался с моделью. Что мог сделать ребенок, чтобы заслужить срок в Соне? Как вообще могли посадить несовершеннолетнего? – А вот ДэХённи у нас не очень любит развлекаться. Да, ДэХённи? – Зело смотрит на старшего, и тот лишь фыркает в ответ. - В этом месте все развлекаются, так или иначе. - Верно-верно. Ну, я рад, что Ким ХимЧан сам пришел к нам. Ты ведь один из нас? - О чем вы? - Не тупи, красотка, - Дэ хмурится, сверля взглядом новенького. Ему не особо нравится интерес Зело к новенькому. – Ты сел за жестокое убийство. - Ни хрена подобного. - Наши источники сказали… - Ваши источники – лохи, - Ким брезгливо морщится. И с каких пор он стал общаться, как местные уголовники? Всего пара часов в тюрьме, а он уже превращается в заядлого гопника. – Это была самозащита, ясно? Один человек приставал, и я стал отбиваться. - Хм… Дэ, нас развели, он безобидный, - Зело дует губы, а Ким в сотый раз за день поражается, какой же этот парень все-таки ребенок. - Ну, и? Разве это как-то мешает нам развлечься? - Ты прав, - Зело ухмыляется, смотря прямо в глаза Киму. – Тащи его сюда, - младший хищно проводит язычком по ярким губам.